· Новые сообщения · Ленточный вариант форума · Поиск · RSS · Подписки ·




Страница 3 из 3«123
Модератор форума: MurkyMargosha 
Форум » КНИЖНЫЙ КЛУБ » Книги целиком » "Больно укушенная" Хлоя Хейл (Чикагские вампиры 8)
"Больно укушенная" Хлоя Хейл
ЭнфисДата: Суббота, 10.08.2013, 20:54 | Сообщение # 1
Ты можешь гораздо больше, чем думаешь...
Группа: Администратор
Сообщений: 345
Награды: 14
Репутация: 76
Статус: Offline


Мерит была вампиром не долго, но в ее жизни уже появилось много трудностей. Она и ее Мастер, многовековой Этан Салливан, рисковали своими жизнями снова и снова, чтобы спасти свой любимый город.
Но не все в Чикаго любят их.
Антивампирские беспорядки распространяются по всему городу, поражая вампиров в самое больное место. Разделившиеся группировки, вооруженные коктейлями Молотова и глубокой ненавистью, намереваются отчистить Город Ветров от клыкастых, во что бы то ни стало.
Мерит и ее союзники спешат выяснить, кто стоит за этими беспорядками, что будет дальше, и есть ли какой-нибудь способ остановить эти бессмысленные разрушения.
Битва за Чикаго только начинается, и у Мерит мало времени.

Переведено на Нотабеноиде
Переводчики: kaliouga, hegaj, kavkazjeans, Natasha25let, love9529, Triadochka, A_Linka
Редактор: Triadochka
Все отзывы и обсуждения в этой теме
Прикрепления: 1919911.jpg(222Kb)



 
ЭнфисДата: Вторник, 26.08.2014, 06:33 | Сообщение # 21
Ты можешь гораздо больше, чем думаешь...
Группа: Администратор
Сообщений: 345
Награды: 14
Репутация: 76
Статус: Offline
Глава 17
В аду нет гнева


Передняя часть дома была разрушена. Остались лишь завеса восходящего пламени и горящие обломки. Я достигла центра пожара, огонь трещал и поднимался по стенам к потолку. Как будто огонь состоял из тысячи рук, захватывающих все по пути наверх, карабкающихся из глубин ада.
Я видела пожар прежде, но я забыла каким шумным он был. Шумным, дымным и химическим. Дым был ослепляющим и опаливал мое горло при каждом вдохе, но сейчас это не имело значения. Я была вампиром, он не был. Я исцелюсь. Я не могла гарантировать, что он сможет.
Но то, что я была вампиром, не означало, что ожоги болели меньше, они просто заживут быстрее. Я прикрыла лицо изогнутой рукой, но искры летели, как горизонтальный дождь, осыпая меня жалящим пеплом.
Я проигнорировала это.
— Дедушка! — крикнула я сквозь рев огня. Я прошла, спотыкаясь через гостиную, которая была пуста, в кухню, протягивая руки, прощупывая путь через дом неуклюжими пальцами. Подумав, что он мог быть в своей спальне, я нашла стену, которая вела в коридор.
— Дедушка! Где ты?
Я сделала вид, что была ребенком, который остался ночевать у дедушки с бабушкой, который идет в темноте по дому, чтобы выпить воды. Я делала это тысячу раз, я могла пройти по дому даже в кромешной темноте. Я закрыла глаза и приказала своему разуму вспомнить подсказки, которые укажут мне, где нужно идти.
Я вспомнила, как в детстве искала наощуть выключатель на левой стене. Я протянула руку, нащупывая вслепую, пока не наткнулась на гладкий пластик, а затем пустое пространство. Это был коридор.
Поскольку позади меня огонь вырос, и сгустился дым, я шагнула вперед. — Дедушка!
Я обо что-то споткнулась и упала, затем протянула руку, чтобы выяснить, что это было. Мои пальцы нащупали острый угол, это было бюро, предмет мебели, который когда-то стоял в коридоре, содержащий скатерти и салфетки моей бабушки. Меня поразила сентиментальность, я схватила фрагмент ткани, который почувствовала, вероятно салфетку, и сунула ее в пиджак.
Один прародитель умер, второй собирался туда же.
— Дедушка? Где ты?
— Мерит!
Я замерла. Звук был слабый, но отчетливый. — Дедушка? Я слышу тебя! Продолжай говорить!
— Мерит... уходи... из... дома!
Я уловила лишь обрывок фразы — Из... дома! — но смысл был достаточно ясным. Те слова прозвучали, как будто издалека. Но я была в шаге от спальни...
Я поняла, что он не был в спальне. Он находился в подвале.
Дверь в подвал была в кухне, так что мне придется возвращаться назад и нащупывать путь в ту часть дома, и затем придумать способ проделать это снова.
Я рухнула на землю, где воздух был все еще пригодным для дыхания и более свежим, и поползла через обломки пола, игнорирую горящий пепел и стекло под моими руками. Теперь меня подталкивал адреналин, отправляя меня, независимо от препятствий, прямо к человеку, который был мне как отец.
Я медленно ползла вперед, горящие доски скрипели подо мной, как будто изо всех сил боролись за то, чтобы удержать вес. Я замерла, даже не вздохнув, прежде чем двинуться снова вперед.
Мои движения были недостаточно легкими.
Без предупреждения, доски подо мной сломались, посылая в свободное падение в подвал.
Я с сильным ударом приземлилась на путаницу досок, обломков и ворсистый ковер, который держал мой дедушка, чему я внезапно обрадовалась. Падение выбило воздух из моих легких, и я некоторое время всасывала воздух, пока мое тело вспоминало, как нужно дышать.
К сожалению тяга к кислороду сменилась болью, когда мои чувства вернулись. Я упала на бок, который теперь был охвачен проникающей болью. Медленно, игнорирую колющие ощущения, я встала на ноги, чтобы двигаться дальше.
— Дедушка?
— Я здесь, Мерит, — он кашлянул так слабо, что мое сердце почти остановилось.
— Я иду, дедушка. Держись. Я сейчас буду.
Я отчаянно искала сквозь дым и пепел, стараясь выполнить свое обещание, но в подвале было черным черно, и я не могла найти его.
Воздух сильно нагрелся, поскольку над нами ревел огонь. Я выдвинула самый очевидный вопрос — принимая во внимание, что я пережила это путешествие, как, во имя Бога, я собираюсь безопасно его вытащить отсюда? — и сосредоточилась на начатом задании, разбивая его на маленькие составные.
Шаг первый: Найти моего дедушку.
Взрыв огня внезапно обдал меня над головой. Пугающий... но раскрывающий. В нескольких футах впереди себя я увидела отблеск света, свет от огня, танцующий на часах моего дедушки. Я упала на колени на покрытый пеплом ковер, отодвигая в сторону наполовину сгоревшие книги и куски того, что, как я предполагала, было компьютером Джеффа.
Я схватила его за руки.
— Привет, дедушка, — сказала я, слезы накатились на глаза.
Он лежал на спине, в окружении обломков. Он сжал мои руки, что было хорошим знаком, на на его животе была огромная деревянная балка. Она, должно быть, подпирала потолок подвала и первый этаж.
Быстро началась паника, и мне пришлось сознательно напомнить себе дышать медленно. Вампир с одышкой никому не принесет пользы.
Шаг первый выполнен, напомнила я себе. Шаг второй: Собраться с духом, и вытащить его из-под горящих обломков его дома.
— Во что, ради Бога, ты себя втянул на этот раз? — сказала я с притворным смехом, сметая волосы с его лица.
Он снова кашлянул, каждый такой звук посылал неприятный спазм через мои кишки.
— Мне нужна сиделка, — сказал он.
— Видимо да. У тебя на ногах, кажется, большая часть потолка. Я собираюсь попытаться убрать его.
Как спортсмен, готовящийся к чрезмерному усилию, я присела, согнула колени и засунула руки под балку. — Хорошо, дедушка. На счет три. Раз... два... три!
Я вложила каждую унцию силы, биологической и сверхъестественной, в свои руки и бедра, и потянула изо всех сил.
Балка не сдвинулась с места.
Страх, и недостаток кислорода, сжали мою грудь. Становилось все труднее сосредоточиться, и в уголках моего зрения начали появляться яркие пятна.
Этот план становится ужасным, ужасно неправильным.
И в первые мне пришло в голову на самом деле попросить о помощи.
"Этан?" — спросила я, стараясь наладить телепатическую связь. — "Ты меня слышишь?"
Но я не получила ответа.
— Так дедушка, эта штука плотно застряла. Я собираюсь попробовать еще раз. — Я пробовала снова. И снова. И снова, до тех пор, пока кончики моих пальцев не закроваточили, а руки и ноги не затряслись.
Я вернулась, чтобы закричать.
— Кто-нибудь! Кто угодно! Сюда! Мне нужна помощь!
Потолок над нами, по крайней мере то, что от него осталось, содрогнулся и зловеще заскрипел.
Я накрыла дедушку своим телом, хлопая по тлеющим углям, которые покрыли мои волосы и пиджак. Некоторое время спустя потолок снова замер, и я начала новую серию усилий.
Но я не была сильной достаточно.
— Мерит, — сказал дедушка, — Уходи.
Его слова и тон были напористыми, но, конечно, я проигнорировала его. Я была вампиром. Он не был. Я бы делала, что могла, так долго, как могла... и потом я бы пробовала снова.
— Ты сошел с ума, если думаешь, что я оставлю тебя. Мне нужна помощь, сюда! — завопила я.
Я не хотела и не собиралась оставлять его. Особенно тогда, когда могла загородить его своим телом, если обрушится крыша. К счастью, дом был построен не из осины. Так как это было бы также плохо, как и сгореть заживо, спасая своего дедушку, это был бы довольно плохой план.
Итак, страх и недостаток кислорода делали меня еще более саркастичной, чем обычно.
— Мерит! — голос Джеффа прозвучал сквозь дым. — Мерит?
Слезы облегчения выступили на мои глаза. Мы не выбрались из затруднительно положения, но голос Джеффа, и его сила, были нитью надежды. Это было всем, для того, чтобы держаться.
— Мы внизу! Дедушка застрял, Джефф. Я не могу поднять его!
Джефф спрыгнул в отверстие, ударившись о землю в нескольких футах от нас. Его прыжок показался слишком легким, но я решила, что это было бы невозможно без моего первичного пролета сквозь пол.
— Я вышел всего на пару часов, Чак, — сказал Джефф, пока проверял положение моего дедушки. — Я хочу, чтобы ты знал, что я взыщу сверхурочные за это.
— Справедливо, — ответил мой дедушка, слегка посмеиваясь. — Справедливо.
Джефф указал мне на место. — Туда, — сказал он. — На три. Я не собираюсь поднимать, я собираюсь отодвинуть. Когда я это сделаю, вытяни оттуда своего дедушку. — Он посмотрел на меня, и я увидела за мальчишескими шутками и флиртом, глаза мужчины.
Я кивнула и заняла положенное место в нескольких футах от него.
— Чак, — сказал Джефф, — Мы собираемся снять с тебя эту штуку. Я не могу гарантировать, что будет не больно, но ты знаешь, как такое бывает.
— Я знаю, как это бывает, — согласился мой дедушка, поморщившись, когда готовился.
Я снова присела на корточки, хватая своего дедушку подмышки, готовая потянуть его, когда вес будет сдвинут.
Поведя плечами, Джефф переместился к концу балки, и с силой уперся в нее, одна нога согнута в колене, другая нога упирается сзади. Он сделал подряд три быстрых вдоха.
— Раз... два... три! — сказал он. Он потянул вершину балки вверх, приподнимая ее настолько, чтобы убрать вес с живота моего дедушки. Я потянула его, вытягивая его ноги из-под балки, как раз когда Джефф опустил ее.
Мой дедушка моргнул. — Это было больно, — сказал он.
А затем его глаза закрылись, снова посылая мое сердце в бешеные скачки. — Джефф, мы должны вытащить его отсюда, — сказала я, но остаток моей фразы был заглушен крушением над нами, которое послало на нас поток искр... и перекрывая дыру, через которую мы попали в подвал, горящим гипсокартоном.
— Туда, — сказал Джефф. Он поднял моего дедушку и направился к задней части подвала.
— Куда ты идешь?
— Обратно в спальню. Аварийное окно.
Я даже не помнила, что там была спальня, не говоря уже об окне.
— Прямо за тобой, — сказала я, прислушиваясь к его шагам передо мной, поскольку я, конечно же, ничего не могла видеть. Я прикрыла рот рукой, дым от пожара сверху начал пробиваться вниз сквозь щели в потолке.
Джефф быстро двинулся через извилистый коридор подвала, минуя углы в небольшую заднюю комнату, где, как я сейчас вспомнила, моя бабушка хранила Рождественские подарки, прежде, чем запаковать их. Мы с сестрой рылись в шкафу, пытаясь выяснить, кто из нас получит Лайт Брайт[56] и плачущую куклу.
Но те подарки давно в прошлом. Вместо этого, мы уставились на маленькое окошко, которое должно было стать нашим аварийным выходом.
— Открой его, — указал Джефф, я пихнула табуреткой окно и открыла оконные рамы, открывая оконный проем.
— Выходи, — сказал Джефф. — Я подержу твоего дедушку.
Я кивнула, взобралась на подоконник, и вылезла наружу, глотая свежий воздух впервые за долгое время, потом начала расшвыривать ногами снег и обломки, чтобы было легче выйти.
— Готов, — сказал Джефф, протискивая плечи моего дедушки через окно. Я схватила его за торс и тянула, пока не вытащила из окна.
— Позвольте мне помочь, — сказал голос надо мной.
Я посмотрела и увидела члена Пожарного Департамента Чикаго в пожарном костюме и каской на коленях с краю от оконного проема.
Когда Джефф благополучно выбрался из огня и санитары уложили моего дедушку на каталку, я безмолвно поблагодарила вселенную.

***

Дом был окружен транспортными средствами — пожарные машины, полицейские перехватчики, две машины скорой помощи. Их синие, красные и белые огни сияли через двор, в котором было полно обломков, разбросанных от взрыва.
Я нашла свой меч и убрала его подальше от дыма и пепла, позволяя спокойно работать бригаде скорой помощи, пока те стабилизировали моего дедушку, но я подошла ближе, когда они загружали каталку в машину скорой.
При виде этого на мои глаза навернулись слезы, и мое горло так плотно сжалось, что я не была уверена, что смогу дышать.
Один из фельдшеров скорой помощи остался рядом с ним, другой вышел из машины и закрыл дверь.
— Вы его внучка?
Я кивнула.
— Он без сознания, но стабилен, — сказал фельдшер, у которого на бейджике было написано имя Эрик. — Мы отвезем его в Юго-Западную Мемориальную Больницу, — сказал он. — Хотите поехать за нами на своей машине?
— Мы поедем туда, — сказал Джефф, вставая рядом со мной. У него на голове была повязка, другая была на руке.
— Тебе больно? — спросила я, внезапно почувствовав себя оцепеневшей и отдаленной от мира. Адреналин выветрился, страх, шок и боль начали просачиваться наружу.
— Я в порядке. Парни сказали, что с тобой тоже все хорошо?
Я кивнула. — Вампирское исцеление. У меня болят легкие, и есть несколько легких ожогов, но они исцелятся. — Я посмотрела на свою кожу, которая, вероятно, превратилась в тост. Она была щербатая с дырочками от летящего пепла и искр.
— Я испортила свою одежду, — сказала я, смеясь. Даже самой себе я показалась истеричной. Я потеряла самообладание?
Джефф положил свою руку на мою. — Мерит, я схожу за машиной, хорошо? Я позвонил Этану и устроил так, чтобы он встретил нас в больнице. Он, вероятно, уже в пути.
Я кивнула, и Джефф побежал к своей машине, которая стояла нетронутой в конце дороги.
Я огляделась вокруг, отказываясь смотреть на дом, не готовая встать перед фактом разрушения и потери места, где я провела так много времени, будучи ребенком. Места, где я выросла.
И что же я обнаружила своими прищуренными глазами? Перед другой машиной скорой помощи сидел подросток, не старше двадцати, одетый в футболку, на которой было написано ОЧИСТИМ ЧИКАГО.
Ярость пробежала через меня.
Я подняла свой меч, рукоятка была мокрая после снега, и шагнула к нему.
— Кто тебя сюда послал?
Он посмотрел на меня и с отвращением фыркнул. — Никто.
— Кто тебя сюда послал? — Я надавила, помещая конец меча напротив его бьющейся сонной артерии. Она просто пульсировала под кожей, крошечное эхо пульса, которое намекнуло на пресыщение моего голода, и удовлетворение моей внезапной жаждой насилия.
Это был другой вид жажды крови.
Я облизнула губы и посмотрела на него, испытывая жажду насилия, которую никогда раньше не испытывала. Конечно, я нуждалась в крови. Я была вампиром. Но мне не для этого хотелось крови. Я хотела сожрать его, контролировать его, сублимировать[57] его.
Я хотела прикончить его.
У меня появилось внезапное, новое сочувствие к пристрастию Мэллори черной магией, сводящим с ума сверхъестественным желанием, которое она, должно быть, испытала. Люди не были чужды к пристрастиям, но это казалось более мощным, когда пристрастие было навязано не просто наркотиком, а живым, дышащим существом.
— Мерит, — сказал Джефф, — Убери меч.
— Нет, Джефф. Это последний раз, когда они причиняют нам боль. Это должен быть последний раз. Мы ничего не делали слишком долго, и позволяли им сойти это с рук. На хер их, на хер это маленькое дерьмо. Что может произойти еще хуже?
— Возмездие, — сказал он, более спокойно, чем я могла бы. — Насилие, военное положение, судебный процесс. Я знаю, ты любишь своего дедушку, Мерит. Я не сомневаюсь в этом, и никогда не буду. Но мы должны рассматривать то, что поможет... и что причинит вред.
Я была женщиной, Стражем, вампиром. Монстром. Но в основном... я была собой. Независимо от того, кем еще я могла быть, я была собой. Я была внучкой своего дедушки. Я была послушником Кадогана, из благородного Дома. И я не могла опозорить ни своего дедушку, ни мой Дом хладнокровным убийством.
Укусить это одно. Больно укусить это другое.
Я отвела взгляд, в ярости от того, что Джефф не собирался позволять мне идти своим путем, путем насилия. Я была вампиром, черт возьми. Я хотела действовать. Я хотела избавиться от своей ослепляющей ярости, позволить ей найти свое место где-нибудь еще, вне меня, где бы она больше не могла меня терзать.
Я ушла и бросила через двор свой меч, потом свалилась в снег.
Там, на коленях, посреди двора моего дедушки, я посмотрела на то, что произошло с домом, который он делил с моей бабушкой. Дом был практически уничтожен. Огонь распространился с передней части к задней, что было единственной причиной, почему мы смогли выбраться без худших травм. Стены в задней части все еще стояли, но передняя часть осела, оставляя зияющую пропасть обгорелого дерева и мебели.
И строение не было единственной потерянной вещью. Фотографии и сувениры сгорели. Имущество моего дедушки было уничтожено. Даже компьютер Джеффа, вероятно, сейчас превратился в тлеющий пластиковый тост.
Потеря, страх и горе накатились на меня, и я начала рыдать. Я плакала до тех пор, пока мои колени не занемели и не зажгло глаза. Я плакала после того, как пожарный укрыл меня серебряным одеялом, чтобы не замерзла, до тех пор, пока я не сомневалась в том, что не осталось слез.
Я открыла глаза и снова оглядела двор. Придется начать работу: реконструкция, найти жилье моему дедушке, найти место для работы Омбудсменов.
Работа.
Я поняла, что в спешке попасть внутрь, я растерялась. Шприц. Я выбросила пластиковый мешок в снег. Он был нужен нам, это было единственным вещественным доказательством, которое у нас было.
Отчаянно, я поползла вперед, распихивая куски льда и снега своими руками, сквозь камни, пока я искала пластиковый мешок — не легкая задача в темноте.
— Мерит?
Вздрогнув от звука своего имени, я осмотрелась.
Этан стоял позади меня.
— Я потеряла шприц, Этан. Я не могу его найти.
Его взгляд смягчился. — Не беспокойся об этом сейчас, Мерит. Мы найдем его.
— Нет, нам нужен шприц. Это наши доказательства. Он нам нужен, Этан.
— Хорошо, — сказал он, осторожно поднимая меня на ноги. — Я поищу шприц, хорошо?
Я кивнула, мой разум все еще судорожно соображал, мое сердце все еще участвовало в гонках. — Это наши доказательства, — повторила я.
Этан положил руки на мое лицо и отыскал мои глаза. — Мерит. Дыши.
Я покачала головой. Однажды я уже была потрясена. Я больше не хочу быть потрясенной. Я просто хотела разъяснения.
— Я так боялась, — сказала я. — Я думала, что потеряла дедушку.
Этан улыбнулся. — Ты не потеряла его. Ты спасла его, Мерит. Ты бросилась в горящее здание, чтобы спасти его, и я никогда не был так горд, или так зол. Ты могла убить себя.
— Я в порядке, — сказала я. — Я должна была пойти туда. Я не могла не пойти туда.
— Я знаю, — сказал он, убирая челку с моего лица. — И это единственная причина, почему я прямо сейчас не душу тебя.
— Дом обкидали зажигательными бомбами. Там были мятежники. Один из них прямо... там, — сказала я, указывая на вторую машину скорой, но мятежника уже не было.
— Джефф поймал его, — сказал Этан. — Он в машине ЧДП.
Я обернулась, чтобы проверить это. Конечно же, надутый мятежник сидел в полицейской машине. Я не могла услышать его слова, но он, казалось, кричал во всю глотку о несправедливости его ареста и правосудии в руках вампиров... после того, как он обкидал зажигательными бомбами дом моего дедушки.
— Дома моего дедушки больше нет, — сказала я.
— Но твой дедушка цел, — указал Этан. Он жестко поцеловал меня, напоминая мне, что у меня есть собственная жизнь, за которую я должна быть благодарна, затем обернул вокруг меня руки и крепко обнял. У меня снова выступили слезы.
— Я здесь, — сказал он. — Успокойся.

***

Полчаса и одним найденным доказательством спустя, мы сидели в приемной больницы в южной части Чикаго. Дедушка был в хирургии, и мы ждали новостей.
Стулья с розовыми твидовыми[58] подушками были расставлены вместе для семьи и друзей, в углу спокойно работал телевизор, транслируя канал 24-часовых новостей. Там был небольшой уголок для игры детей, с топорной кучкой книг и пластмассовых игрушек, с наклейками и потертой краской.
Я отмыла сажу с лица в раковине в ванной ниже по коридору, с помощью мыла для рук и коричневых бумажных полотенец. Сажа была странно сальной, и потребовалось несколько попыток, прежде чем моя кожа снова стала чистой. С другой стороны, мне не скоро понадобится отшелушивающая маска.
Я села рядом с Этаном, наши руки переплелись, голова на его плече. Остальная часть вампиров Дома Кадоган осталась дома, из страха, что мятежники могут найти другую цель. Они четко знали свое дело, каким бы оно ни было.
Другие вампиры тоже отсутствовали, но Джонах пристал сообщение — КАЖЕТСЯ, Я ПРОПУСТИЛ ВСЕ ВЕСЕЛЬЕ.
— ПРОПУСТИЛ, — ответила я. — НО ТЫ ДОЛЖЕН ОСТАТЬСЯ ТАМ, ГДЕ ТЫ СЕЙЧАС. ОХРАНЯЙ СВОИХ ЛЮДЕЙ.
— ТЫ ОДНА ИЗ МОИХ ЛЮДЕЙ, — написал он. — И Я РАД, ЧТО ТЫ В ПОРЯДКЕ. НАИЛУЧШИЕ ПОЖЕЛАНИЯ ЧАКУ.
Мой дедушка был всеми любим, поэтому приемная была набита людьми, которые приехали проведать его с наилучшими пожеланиями. Катчер и Мэллори сели на стулья напротив нас. Катчер выглядел виноватым, я предположила потому, что его не было дома, когда произошло это дерьмо. Не то, чтобы это могло чем-то помочь.
Джефф и Марджори были там, как и несколько суперов, которых я мельком знала — пара курносых речных троллей и маленькая стайка речных нимф, но они держались особняком.
Детектив Джейкобс и несколько друзей дедушки из ЧДП были там. Этан передал шприц Катчеру, который в свою очередь отдал его детективу Джейкобсу. Он пообещал отдать его в лабораторию, как только сможет.
Габриэль, Таня и Коннор тоже пришли проведать моего дедушку. Коннор спал на руках своего отца, Таня тоже выглядела сонной. Я не осознавала сколько было времени, я думала осталась пара часов до рассвета.
— Ты в порядке? — спросил Габриэль, обнимая и целуя меня в щеку. Такая любезность, настолько личная и настолько необычная для Гейба, почти заставила меня снова разрыдаться.
— Я в порядке, — сказала я. — Околачиваюсь тут.
— Единственное, что ты можешь сделать, — сказал он, пожимая руку Этана.
— Твой соплеменник сегодня был очень храбрым, — сказал Этан. — Джефф помог спасти его.
Мы посмотрели на Джеффа, который сейчас баюкал Коннора своей неперевязанной рукой, Таня смотрела на них обоих с улыбкой.
— Он хороший парень, — сказал Габриэль. — И хороший представитель нашей Стаи.
— Что по поводу моей машины? — спросила я. — Я имею в виду, что не хочу злоупотреблять своим радушным использованием Мерседеса.
Габриэль и Этан переглянулись, я не смогла расшифровать почему, но была уверена, что это было связано с историей машины, и тем фактом, что Этан хотел ее.
— Как оказалось, — сказал Гейб, — Возникли проблемы с поиском лобового стекла.
Я нахмурилась. — Я думала, что Мэллори сказала, что ее починили?
— Только капот, — пояснил Гейб. — Его было достаточно легко найти. Целое стекло для Вольво, которая была произведена еще до твоего рождения, сложнее найти. И не беспокойся о машине. У тебя есть более важные вещи, о чем думать. Семейные вещи. Это на первом месте.
— Согласен, — сказал Этан, скользя своей рукой в мою.
Киины долго не задержались, под предлогом того, что Коннора нужно отвезти домой и уложить спать. Их быстро сменили мои родители, которые приехали последними. Они оба были официально одеты; она в блестящее платье, он в смокинг. Они, вероятно, узнали о пожаре только после мероприятия, на котором были.
У моей мамы были заплаканные глаза. Мой отец выглядел затравленным, как будто ему внезапно напомнили о его собственной смертности.
Мы поднялись, когда они пришли. Моя мама практически подбежала ко мне, обнимая так сильно, что к моим рукам прилипли блестки.
— Вы говорили с врачом? — спросил мой отец.
— Еще нет, — сказал Этан. — Он все еще в хирургии.
Мой отец посмотрел на меня, и впервые, на сколько я могла вспомнить, в его глазах был страх. Человек, который покупал себе путь по жизни, осознал, что у смерти всегда были карты для игры и она редко проигрывала.
Он обернул руки вокруг меня и сжал. — Ты могла убить себя, Мерит. Ты могла убить себя. Это была уникальная способность трагедии пересекать трещины между людьми, даже глубокие расселины между членами семьи.
— Я в порядке, — сказала я, похлопывая его по спине. Я оценила объятие, но это не делало его менее неловким, учитывая нашу историю. — Я в норме.
— Как это произошло? — спросила моя мама.
— Мятежники, — ответил Этан. — Те же, кто напал на вампирский бизнес и Дом ранее на этой неделе.
— Что они могли иметь против Чарльза? — спросила она.
— Я полагаю, это связано с его работой в полиции? — спросил мой отец.
— Возможно, — рассеянно согласился Этан. — Мы не совсем уверены. Почему бы нам не присесть? Это может занять какое-то время.
Поскольку он был прав, мы сели на стулья, и стали ждать.
Я пыталась отдохнуть, но мой разум продолжал вращаться с вопросами. Почему они нацелились на моего дедушку? Потому что он поддерживал вампиров как Омбудсмен? Потому что он был на нашей стороне? Он долгое время был копом; казалось маловероятным, что он нажил себе врагов на службе. Перешли ли эти враги к мятежникам и анти-вампирской ненависти?
Более пугающим было то, что он стал целью, потому что был моим дедушкой? Была ли я сейчас ответственна перед своей семьей?
Горе давило на меня, и я положила свою голову на плечо Этана.
"Успокойся," — мысленно сказал мне Этан. — "Успокойся."
Я заблокировала страх и горе, и сделала, как было велено.

***

Каждый раз, когда в коридоре открывалась дверь, я подпрыгивала, ожидая новостей, хороших или плохих. Но мы прождали еще час, когда в помещение зашел мужчина с копной густых темных волос и в бирюзовой форме.
— Семья Меритов? — спросил он, его акцент был очевидным, но неизвестного происхождения.
— Это мы, — сказал мой отец, вставая.
Врач кивнул и подошел, потом сел на пустой стул напротив нас.
— Доктор Беренсон, — сказал он. — Я оперировал мистера Мерита. Операция прошла успешно, и мы переведем его в свою палату.
Я закрыла глаза от облегчения.
— Каков его прогноз? — спросил мой отец.
— Хороший. Он довольно сильно упал. У него раздроблен таз и сломано несколько ребер. У него были внутренние повреждения от балки, упавшей на него, что нанесло большую часть внутреннего ущерба. У него есть чувствительность в ногах, что просто восхитительно, учитывая, что его таз раздроблен.
— Он будет ходить? — спросил Этан.
— Он не молодой, и ему понадобится довольно обширная физическая терапия. Но, за исключением осложнений, мы имеем все основания полагать, что он снова будет ходить. Он будет у нас, пока мы не будем уверены, что он стабилен и идет на поправку, а потом вы сможете определиться между центром реабилитации и домашней медсестрой.
Джефф присвистнул. — Чаку не понравится любой из этих вариантов.
— Это не важно, — спокойно сказал мой отец. — Он останется с нами.
"Чаку это также не понравится", — мысленно сказала я Этану.
"Я подозреваю, что ты права. Но у твоего отца есть возможность и ресурсы, чтобы гарантировать, что о нем хорошо позаботятся. Он приспособится, как все мы должны."
Врач кивнул. — У вас есть какое-то время, для принятия этого решения. Сегодня он останется в интенсивной терапии, и как только он очнется и окрепнет, мы переведем его в палату. — Он поднялся. — Я думаю, на сегодня все. Вы можете связаться с медсестрой в любое время, если у вас возникнут вопросы. И часы посещения размещены на стене.
— Я останусь, — сказал мой отец, к удивлению всех нас. — Он мой отец, и меня не было там, когда он был ранен. Это минимум, что я могу сделать. Я останусь. — Он взглянул на меня. — Отправляйся домой. Прими душ и поспи немного. Ты выглядишь так, будто нуждаешься в этом. — На этот раз я обнаружила, что не могла не согласиться с ним.

***

Мы ехали домой в молчании. Джефф и Катчер добровольно предложили подогнать Манипенни к Дому, что было предложением, от которого я не смогла отказаться. Я была психически, физически и эмоционально истощена, и не в состоянии для вождения.
Когда мы подъехали к Дому, менее, чем за час до рассвета, то обнаружили охрану. Люк, Малик, Линдси и Марго встретили нас в холле, когда мы прибыли.
— Как он? — спросил Малик.
— Он в порядке, — сказала я. — Долгое восстановление, но он жив. И это что-то.
— Это что-то, — сказал Люк, потянув меня в медвежьи объятия. Это определенно была ночь неожиданных демонстраций симпатии. — Рад, что ты в безопасности, Страж.
— Спасибо. Я тоже.
— Это жизнь, — сказал Этан. — Это День Святого Валентина. Не печальтесь трагедиями; празднуйте победы.
— Звучит так, как будто это сказал дедушка Мерит, — сказал Малик с улыбкой.
— Вы голодны? — спросила Марго. — У вас было время поесть?
Не в последнее время, учитывая мою вторую продуктивно провалившуюся попытку организовать ужин на День Святого Валентина. Я знала, что завтра буду голодна, но на сегодня, мой аппетит пропал.
— Я не особо голоден, — сказал Этан. — Но, возможно, крови и вина?
Марго кивнула. — Безусловно, Сеньор. Я все подготовлю для вас и отправлю в ваши апартаменты.
Это было небольшим утешением — с вампирами Дома Грей, переехавшими в Король Георг, мы могли получить обратно наши апартаменты и кровать. Мое тело нуждалось в отдыхе, и я была вполне уверена, что сегодня буду плохо спать.
И говоря о новом жилье Дома Грей, — Что-нибудь слышно о Бруклин? — спросила я Люка.
— Последнее, что мы слышали, что она стабильна. — сказал он. — Больше никакой информации у меня нет.
Этан положил руку мне на спину. — Я думаю, этих новостей достаточно на данный момент. — сказал он. — Это была очень долгая ночь. Давайте подготовимся к рассвету, и на закате начнем со свежими головами.
Я больше не могла с этим согласиться.

***

Наверху, снова в апартаментах Этана, я сбросила свою загубленную кожу на пол и, без предисловий, забралась в душ. Я принимала душ, пока моя кожа не порозовела, потом надела самую мягкую пижаму, которую смогла найти. Она была из розового флиса[59], не самый сексуальный наряд, но она была комфортной настолько, насколько я нуждалась.
Когда я вышла из ванной, обнаружила Этана в гостиной. На нем не было ничего, кроме шелковых зеленых пижамных штанов, которые сидели низко на его бедрах, и он смотрел на свернутую газету, которая лежала перед ним с краю стола. Поднос Марго стоял рядом. Подумав, что обе вещи были достойны ближайшего рассмотрения, я прошла через комнату в своей пушистой пижаме, мои волосы были все еще влажными после душа.
Этан взглянул с развлечением. — Твоя самая лучшая пижама?
— Точно. Что принесла Марго?
— Кровь, вино, круассаны.
Я не собиралась есть, но мой желудок зловеще заурчал. — Сколько до рассвета?
Этан взглянул на свой телефон, который лежал на столе. — Восемнадцать минут.
— Круассан, — сказала я. Я откусила его, пока протягивала свой пустой бокал, ожидая, пока он наполнит его белым вином из графина.
— Иногда, — сказал Этан, наполняя свой бокал, когда я отхлебнула из своего, — Я думаю, нам повезло делать это через ночь.
Вино было бодрящим и свежим, и оно обеспечило приятный, резкий контраст слоистому, маслянистому круассану.
— Ты не ошибаешься, — сказала я, откусывая кусочек.
— Сюда, — сказал Этан, протягивая руку для моего бокала. — Давай присядем у огня.
Я оглянулась на оникс[60] камина в углу комнаты, я редко видела, чтобы он горел. — Я не думаю, что у нас есть время посидеть у огня.
— Конечно есть, — сказал он. Он прошел в угол комнаты и щелкнул выключателем за одной из занавесок. Камин вернулся к жизни, и Этан посмотрел на меня с усмешкой.
— Да, да, и да, — сказала я, присоединяясь к нему и садясь со скрещенными ногами на пол. Он передал обратно мой бокал, затем сделал то же самое.
Во второй раз за эту ночь, я смотрела на бушующий огонь. Но на этот раз, я была в безопасности дома, с охраной снаружи, которая держала монстров подальше. И, самое главное, Этан был рядом со мной.
— Расскажи мне побольше о нашем шотландском поместье, — сказала я.
Потребовалось какое-то время, чтобы он вспомнил разговор, который у нас был ранее. — Ах, да. Ну, там будет много старой древесины и высоких окон. И, возможно, собака или две. Мы бы смотрели, как мчится ветер сквозь трясины, как это делали Кэтрин и Хитклифф[61].
— Но с более счастливы концом, я надеюсь?
— Абсолютно. И без твоих обязанностей Стража, ты могла бы научиться вязать. Или вышивать. Или, возможно, плести кружево.
— Я буду придерживаться чтения, спасибо большое. Ты мог бы научиться этим вещам. Или готовить.
— Я умею готовить, Страж.
Я посмотрела на него с очевидным подозрением. — Ты никогда не готовил для меня.
— Я не сделал еще кучу вещей для тебя. Но это не значит, что я не способен их сделать вообще. — Он обнял меня.
— У нас еще много лет впереди, Страж. И много вещей, чтобы узнать друг о друге. Он чокнулся своим бокалом с моим. — Счастливого Дня Святого Валентина.
— Счастливого Дня Святого Валентина, Этан. — сказала я.


Примечания:
[56] - Lite-Brite игрушка, созданная Hasbro в 1967 году, которая позволяет пользователю создавать светящиеся конструкции.
[57] - Сублимация (лат. sublimo — возвышаю) — переключение энергии с социально неприемлемых (низших, низменных) целей и объектов на социально приемлемые (высшие, возвышенные). Согласно З.Фрейду, сублимация — это процесс, заключающийся в том, что влечение (либидо) переходит на иную цель, далекую от сексуального удовлетворения, а энергия инстинктов преобразуется в социально приемлемую, нравственно одобряемую. Через призму сублимации Фрейдом рассматривается формирование религиозных культов и обрядов, появление искусства и общественных институтов, возникновение науки, развитие человечества.
[58] - Твид (англ. tweed) — шерстяная ткань, эластичная, среднетяжелая, мягкая на ощупь, с небольшим ворсом, обычно саржевого (диагонального) переплетения. Бывает меланжевая, мулинированная ткань, чаще с цветными узелками. Из данной ткани шьют дамские платья, юбки, костюмы, пальто, а также мужские пиджаки, брюки и головные уборы.
[59] - Флис (англ. Fleece — овчина, от одной из марок Polar Fleece) — синтетическое трикотажное полотно из полиэстера для изготовления тёплой одежды. Изобретён в 1979 году.
[60] - О́никс (др.-греч. ὄνυξ, ноготь) — минерал, халцедоновая (волокнистая) разновидность кварца, в котором незначительные по количеству примеси создают плоскопараллельные окрашенные слои. Полосчато-окрашенную разновидность мрамора часто называют мексиканский оникс или алжирский оникс.
[61] - Персонажи романа Эмили Бронте «Грозовой перевал».



 
ТриадочкаДата: Вторник, 02.09.2014, 16:48 | Сообщение # 22
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline

Глава 18
ВСЕ НОВОСТИ КЛЫКАСТЫХ ДЛЯ ПЕЧАТИ



Я проснулась от смещения веса в постели; Этан сел с краю, и начал поправлять манжеты рубашки. Он постоянно поправлял манжеты. Возможно, это был запоздалый подарок на День Святого Валентина. Сердца с монограммой? Крошечные серебряные катаны? Маленькая фигурка мужчины с крошечными изогнутыми бровями?
— Добрый вечер, Мерит, — сказал он.
— Добфрыйфечфер, — сказала я, натягивая одеяло поверх своей головы. — Я не выйду из этой комнаты сегодня ночью.
— Это прискорбно, поскольку я думаю, что ты получишь вдохновляющий пинок под зад.
Я стянула вниз одеяло ровно настолько, чтобы выглянуть одним глазом. Этан посмотрел на меня с легким развлечением.
— Как так? — спросила я.
— Только что звонил твой отец. Твой дедушка переведен из реанимации в обычную палату. Он очнулся — в тяжелом состоянии, но очнулся — и они предполагают, что у него серьезные шансы на хорошее восстановление.
Я с облегчением закрыла глаза и положила руки на лицо, прикрывая слезы, которые, как я знала, неизбежно нахлынут. Мои глаза уже болели от предвкушения, поэтому было почти облегчением, когда они потекли по моим щекам.
Этан посмотрел совершенно сбитый с толку взглядом. — Разве это не хорошая новость?
Я вытерла слезы и улыбнулась ему. — Это лучшая новость.
— Тогда почему ты плачешь?
— Потому что женщины иногда плачут, когда есть хорошие новости. Слезы облегчения. Ты знаешь, катарсис.[62]
Выражение его лица было совершенно пустым.
— Разве ты никогда не плакал, когда ты, ну не знаю, получал новую партию тех причудливых канцтоваров с водяными знаками, которые ты так любишь?
Он посмотрел на меня в недоумении. — Ты думаешь, это то, отчего я плачу с облегчением?
— Тебе нравятся твои канцтовары.
Этан закрыл глаза и покачал головой. — Этот разговор принимает непонятный поворот. Несмотря на это, есть еще одна хорошая новость. Нику удалось закончить свою историю и в течение дня разместить на сайте, и она была подхвачена СМИ по всей стране. — Он протянул руку и взял сложенный Трибьюн[63] с тумбочки. — Они выпустили экстренный выпуск о Домах.
Я взяла и раскрыла газету, которая была размером с журнал, но на газетной бумаге. ВАМПИРЫ: ЦЕНА НАШЕГО НЕЗНАНИЯ — гласил заголовок, под ним был размещен снимок Дома Грей. Я развернула газету и обнаружила на внутренних страницах полномасштабные обсуждения о наших финансовых и других выгодах для города.
— Это вполне удачный ход, — сказала я, складывая и возвращая ее обратно ему.
Этан кивнул. — Я понятия не имею, на сколько он сам верит в это, но так или иначе, это помогает нам. Может быть, он все еще чувствует вину по поводу шантажа.
— Или у него еще есть чувства ко мне, — сказала я, положив руку себе на грудь. — Наша запретная любовь...
Этан закатил глаза и игриво шлепнул меня по ноге газетой. — Для тебя сегодня достаточно эгоизма. Вставай. Сегодня новая ночь, а это значит, что возможны другие беспорядки, и с нас хватит горящих Домов. Позвони Катчеру. Спроси, узнал ли детектив Джейкобс что-нибудь о том шприце. Проверь еще раз Чарлу Брайант и видео с камер. Я хочу, чтобы это разрешилось!
Раздался стук в дверь. Мы с Этаном посмотрели друг на друга.
— Они, как правило, не начинают беспорядки так рано, — сказала я.
— Я говорил серьезно по части "разрешения", Шерлок, — сказал он, и направился к двери.
В то время как Этан беседовал с посетителем, я выбралась из постели и собрала одежду. Спустя мгновение, Этан закрыл дверь.
— Кто это был?
— Элен, — сказал он. И когда он снова прошел вдоль стены, то выглядел сбитым с толку.
— Ну, не оставляй меня в неизвестности.
— Внизу Чарла Брайант, и Элен говорит, что она не находит себе покоя.
Я выпрямилась. — Не находит себе покоя? По поводу чего?
— Не знаю. Видимо, она ждала снаружи, пока не село солнце, затем стучалась, пока Марго не открыла дверь. Она ждет нас в моем кабинете. Возможно, ты захочешь одеться.
— По этому поводу, — сказала я, сгребая в кучу одежду и направляясь в ванную. — Заранее приношу извинения за свой наряд, — крикнула я из ванной. — Моя кожа превратилась в тост.
Когда Этан ничего не ответил, я решила, что он смирился с этим.

***

Восемь минут спустя, я была в джинсах, сапогах, черной рубашке, и черном пиджаке от моего официального костюма Дома Кадоган. Выглядело так, будто я собираюсь покинуть Дом по каким-то мерзким поручениям или еще что-то, и в то время, как я надела пиджак от костюма, чтобы произвести хорошее впечатление, пока я все еще была тут, я не собиралась расследовать преступления в костюме.
Прошло всего пятнадцать минут после заката, а я уже скучала по своей коже. Она подходит идеально, и явно спасала меня во многих сражениях.
Но бессмертной она не была.
После ухода Марго и водных процедур — я решила отказаться от крови, пока не разберусь из-за чего была расстроена Чарла — мы направились вниз в кабинет Этана.
Чарла стояла в центре кабинета. Вместо ее обычного костюма, на ней были джинсы, зимние сапоги, свитер и парка. Как и многие из нас за последние несколько дней, она выглядела заплаканной.
— Твой дедушка? — спросила она, спеша к нам. — Он в порядке?
— Он в больнице, благополучно выписан из хирургии, и начал восстановительный процесс, — сказал Этан. — Вы в порядке?
Она покачала головой и вручила ему коричневый конверт. — Видео с камер безопасности. Я просмотрела их ранее, и пришла, как только смогла. Я ждала снаружи. — Она посмотрела на нас. — Это наша вина.
Этан замер, затем указал на диван. — Почему бы вам не присесть, — сказал он, — И мы сможем там поговорить. Мы можем предложить вам чаю?
Она покачала головой, но подошла к дивану. Явно обеспокоенная, она нервно села с краю, как будто ждала плохого вердикта.
Этан открыл конверт и вытащил диск в обложке. В то время, как Этан подошел к телевизору на противоположной стене и разбирался с электроникой, я села рядом с Чарлой.
— Могу я предложить вам воды?
Она покачала головой, слезы снова начали собираться на ее ресницах. — Я в порядке. Давайте просто... разберемся с этим.
Этан включил видео, затем отошел в сторону, чтобы мы могли видеть экран.
Видео было цветным и показывало чистый, белый объект, который во многом походил на кухню. Видео стало сбивчивым, больше похожим на запинающуюся покадровую фотосъемку, нежели на видео, но оно было ярким и ясным, что стало приятным изменением. У нас обычно не было доказательств с высокой точностью воспроизведения.
— Что это? — спросил Этан.
— Лаборатория, — сказала Чарла. — Помещение, где Алан проводит свои исследования и мы тестируем образцы. Это за два дня до бунта. Когда я была в спа.
В помещение зашел человек. Это был Алан Брайант, брат Чарлы. Он подошел к стойке и нагнулся под нее, что-то нащупывая. Через мгновение он вытащил коричневый конверт, который, очевидно, был там спрятан. К нему подошел другой человек.
Этан выругался по-шведски, его родном языке, манерность, которую он обычно хранил для больших событий... как, на пример, тот факт, что Алан Брайант и Джон МакКетрик беседовали посреди лаборатории Брайант Индастрис.
Я предположила, что это объясняет, почему у Алана заняло столько времени, чтобы передать видео нам.
Согласно отметке времени, они говорили в течении четырех минут, в это время Алан вручил конверт МакКетрику. В какой-то момент они начали спорить, пока МакКетрик не протянул Алану конверт поменьше.
Их сделка была совершена, и оба мужчины вышли из помещения.
Экран стал черным.
— Продолжайте смотреть, — сказала Чарла.
Через мгновение появилась другая сцена. На экране снова была лаборатория, но цвет сменился, как будто солнце было под другим углом.
— Когда? — спросил Этан.
— Прямо перед бунтом.
МакКетрик зашел в лабораторию и начал открывать ящики. Он просмотрел папки и бумаги, отшвырнул в сторону мензурки и контейнеры с тестовыми тюбиками, очевидно в поисках чего-то.
Но чего?
Этан ответил на мой невысказанный вопрос. — Он ищет то, о чем они с Аланом спорили, — задумчиво пробормотал он, не отрывая взгляда от экрана.
И он нашел это. С усмешкой, которую мы могли прочесть даже по видео с камер безопасности, МакКертик вытащил голубую папку из открытого ящика, который обыскивал. Он сунул папку под мышку, вытащил серебряную зажигалку, прикурил сигарету, затянулся, и бросил в кучу бумаг.
Огонь вспыхнул мгновенно.
— Боже мой, — сказала я. — МакКетрик прикрывал свою задницу. Он устроил бунт, чтобы скрыть свою попытку сжечь лабораторию.
— Похоже на то, — сказала Чарла.
Этан посмотрел на Чарлу. — Что было в конверте? Что ваш брат дал ему?
— Я не знаю, — сказала она. — Но думаю, что знаю, что дал ему МакКетрик. — Она нервно прочистила горло. — Вы, возможно, узнали в своих расследованиях, что развод наших родителей был грязным. Они собирались на пенсию, поэтому мы с Аланом получили бизнес, чтобы разделить его. Алан был не в восторге по этому поводу. Он хотел выкупить мою долю, но я сказала нет. Его предложение было смехотворно низким, но это не было реальной проблемой. Я работала в бизнесе моих родителей с шестнадцати лет; я не собиралась просто бросить его.
— Он снова начал давить на меня несколько месяцев назад. Я снова сказала нет, но он продолжал настаивать и его предложение по-прежнему было слишком низким. Он хочет сделать бизнес международным, — сказала она. — Отправлять продукцию за границу, ребрендинг,[64] стать единственным глобальным дистрибьютором крови для вампиров... — Она замолчала и мгновение сидела тихо. Мы с Этаном обменялись взглядами, но продолжали ждать ее.
— После того, как просмотрела видео, я проверила наши счета. На наш действующий счет был внеплановый взнос два дня назад.
— Сколько? — спросил Этан.
— Пятьсот тысяч долларов.
Я взглянула на Этана. — "МакКетрик заплатил Алану Брайанту полмиллиона долларов. За что?"
"Вот в чем вопрос", — мысленно согласился он. — Чарла, у вас есть идеи, что он мог дать МакКетрику?
Она покачала головой. — Алан талантливый ученый, но я понятия не имею, что МакКетрик мог хотеть от нас. Мы пытаемся помочь вампирам — сохранять их сытыми и здоровыми. Это, несомненно, не является целью МакКетрика.
— Возможно такое, что он хотел как-то фальсифицировать кровь? — спросил Этан.
— Если честно, если Алан хотел фальсифицировать кровь, он мог это сделать. Он имеет доступ. — Ее глаза расширились. — О, но информация о Домах, которая у него есть. — Она взгянула между нами. — Все три Дома покупают кровь у нас. У нас есть номера их счетов, даты поставок, вы думаете, МакКетрик хотел их?
Это была пугающая возможность, но я подумала, что это не имело значения для МакКетрика. — МакКетрик не будет платить денег за информацию, которую и так может легко получить, — сказала я. — Он часть администрации города. Если ему нужна была информация о Домах, он мог получить ордер, прочесать налоговые выплаты. У него есть источники, за которые не нужно платить, — сказала я.
— Я склонен согласиться, — сказал Этан.
Я взглянула на Этана. — Алан хорошо знаком с кровью. МакКетрик хочет нас уничтожить. Может МакКетрик думает, что у Алана есть информация, которая ему нужна, чтобы выполнить это при помощи крови.
— Боже мой, — сказала Чарла, приложив руку ко рту. — Вы думаете, он собирается использовать нас, наш бизнес, чтобы навредить вам?
Этан нахмурился. — Прямо сейчас мы недостаточно знаем. Но ясно, что МакКетрик хочет информацию, которой владеет Алан. Информацию, за которую он был готов заплатить.
— Чарла, почему Алан не стер записи? — задалась я вопросом вслух. — Он отвечает за безопасность здания, верно?
— Он думал, что стер, — сказала Чарла. — Наш жесткий диск был чист, те резервные копии, которые мы хранили на месте. Но когда Селина объявила о вашем существовании, я настроила службу резервного копирования так, чтобы видео сохранялись автономно, на случай, если ситуация ухудшится. Это было почти год назад. Должно быть, он забыл.
Она на мгновение отвернулась, с сожалением качая головой. — Он сказал мне, что просмотрел записи, что на них ничего не было. Что инспекция была в порядке вещей, те же инспекторы, стандартные вопросы об упаковке и контроле качества. Он лгал об этом прямо мне в глаза. Мой родной брат. — Она покачала головой. — Мне так жаль. Очень-очень жаль.
Этан покачал головой. — Вам не из-за чего чувствовать себя виноватой, Чарла. Не вы создали эту проблему, или эту драму. Вы взялись сделать что-то, что другие не так часто делают. Огорчение для вашей семьи, для вашего брата. Но знайте, вы тот аргумент, из-за которого мы замкнем этот круг. Потому что вы позаботились о том, чтобы обеспокоиться.
Этан знал, как произносить речь, и он знал как мотивировать. И по внезапной смене позы Чарлы, было понятно, что он выполнил свою работу эффективно.
— Это помогает, — сказала она.
— Я рад, но я не говорил этого, чтобы помочь. Я имел ввиду именно это. Ваша семья снабжала нас на протяжении десятилетий, даже когда другие не могли. А сейчас вы пришли к нам с информацией, которую могли бы проигнорировать. Нам нужно больше таких людей, как вы. Чикаго станет лучше от этого.
Глаза Чарлы снова увлажнились, но, очевидно, это были слезы облегчения.
— Извините, — сказала она, махнув рукой. — Я просто очень эмоциональная сегодня.
— Нет необходимости извиняться, — сказал Этан. — Мерит поведала мне о слезах очищения.
Она какое-то мгновение смотрела на Этана, как человек может смотреть на красивое, но сбивающее с толку произведение искусства. Затем она разразилась громким смехом.
— Правда? — сказала я. — Четыреста лет, а он не знает о слезах облегчения.
— Бывают грехи и похуже, — сказала она, оглядываясь на Этана. — Что мне теперь делать?
— Мы должны поговорить с Аланом. Где мы можем найти его?
— Лаборатория. Он должен быть в лаборатории. Он всегда там.
— Ваши люди с ним в безопасности? Сотрудники?
Она кивнула. — Ирония в том, что я не думаю, что он хотел целенаправленно кому-то навредить. Боже, да он вегетарианец. Он даже животным не хочет причинять боль.
— Жадность заставляет людей действовать иррационально, — сказал Этан. — Попробуйте заниматься делами, как будто все нормально, но, возможно, следует усилить охрану поставок крови. Если он снова попытается предложить вам деньги в обмен на бизнес, возможно лучше его выслушать, потому что он может дать больше. Ведите себя так, как будто вы всерьез рассматриваете предложение. Это успокоит его и удержит от принятия опрометчивых решений.
Приняв план, Чарла решительно кивнула. — Я так и сделаю. Спасибо за понимание.
— Это вам спасибо, — ответил он. — И дайте нам знать, если вам что-нибудь понадобится.
Она снова кивнула, но ушла тихо. Я видела, как она погрузилась в себя, обдумывая все, что видела, прокручивая в голове разговор. Это было именно то, что сделала бы я, столкнувшись с таким предательством.
Мы проводили ее взглядом до двери, а затем остановились в фойе. Этан посмотрел на меня. — Ты была права на счет МакКетрика.
— Я только предполагала, что это МакКетрик. Это было похоже на него. Достаточно умный, достаточно хитрый для детей с плохими отношениями.
— Я захвачу DVD диски, — сказал Этан. — Иди вниз и посоветуйся с Люком. Я сейчас спущусь.
— Поняла, — сказала я. Этан исчез в коридоре, а я направилась к лестнице, но оглянулась, когда входная дверь Дома снова открылась.
Джонах появился в дверном проеме, пальто скрутилось от зимнего ветра. — Я только что видел уходящую Чарлу Брайант?
— Да, это была она. Что ты тут делаешь?
— Скотт узнал о твоем дедушке, он передает наилучшие пожелания. И я думаю, что вместо отправления воздушных шаров он отправил меня помочь с беспорядками.
Я на мгновение посмотрела на него. — И сколько же шаров должно было быть?
— Хитрюга, — бросил Джонах.
— На самом деле я рада, что ты пришел, — уверила я его. — Как выяснилось, наша паранойя была не напрасной.
— Я полагаю, сейчас я должен выразить тебе свое уважение.
— Это было бы хорошее начало. Давай спустимся вниз.

***

Оперотдел вновь стал нашим местом сбора. Люк и Линдси были за столом, Келли и Джульетта снаружи.
Люк набрал Джеффа и Катчера, как только мы с Джонахом вошли в дверь, вероятно предвосхищая развитие расследования, но мы ждали, пока Этан не вошел с DVD, чтобы начать.
— Что это? — спросил Люк, глядя на них.
— Это DVD, — сказала Линдси. — Они содержат видео или информацию.
— Уморительно, — ответил Люк.
— Это видео из лаборатории "Кровь для вас", — сказал Этан, садясь за стол. Я подошла к доске и стерла предыдущие плохие догадки. И пока Этан рассказывал о дисках, я заполнила соответствующие места.
— Видео демонстрирует, что Джон МакКетрик каким-то образом подкупает Алан Брайанта, брата Чарлы Брайант. Но они спорят, видимо потому что МакКетрик не получил того, чего хочет.
— Это уже кое-что, — сказал Люк.
— О, это лишь предисловие, — сказал Этан. — МакКетрик вернулся, забрал файлы и поджег лабораторию... как раз перед тем, как начались беспорядки.
— Алан попытался стереть записи, — добавила я, — Но это очевидно не удалось.
— Автономное резервное копирование? — спросил Джефф.
— Автономное резервное копирование, — подтвердила я.
— Что это была за выплата? — спросил Люк.
— Мы не знаем. В любом случае, эта информация стоила МакКетрику пятьсот тысяч долларов.
— Боже, — сказал Люк.
— Алан Брайант разбирается в крови и биохимии, — начала я. — Так что, по-видимому, МакКетрик хотел информацию, связанную с этим. Но какую?
Это был пугающий вопрос.
— И мы снова крутимся вокруг МакКетрика, — заметил Этан.
— Я отправил детективу Джейкобсу сообщение, — сказал Катчер. — Это Чикаго, так что получить МакКетрика будет непросто. Но я думаю, мы можем поручить ЧДП взять Алана. Я встречался с ним лишь однажды, но он показался мне типом, которого легко расколоть. Может быть мы сможем получить что-то полезное.
Этан авторитетно кивнул. — Спасибо, Катчер. Мы ценим это.
— Почему МакКетрик делает это? — спросила Линдси. — Потому что он ненавидит нас?
— Он определенно ненавидит, — ответил Этан. — Но он также публичное официальное лицо в этом городе и, судя по всему, он любит внимание и повышение его эго.
— Это хорошее замечание, — сказал Джонах. — Ему определенно понравилась демонстрация, но зачем рисковать своей работой? И если он хотел что-то от Брайант Индастрис, зачем нападать на Дом Грея? И зачем нападать на дом твоего дедушки?
— Итак, мы знаем, что нападение на Брайант Индастрис было не случайным, — сказала я. — Так что может и удары по Дому Грея и моему дедушке имели причину. Мы просто должны понять, что это были за причины.
Комната погрузилась в тишину.
— Окей, — продолжила я. — Мы должны об этом поразмыслить. Катчер, ты знаешь что-нибудь о шприце?
— Еще нет, — ответил он. — Он в отделе судебно-медицинской экспертизы. Может быть завтра.
Какое-то время все мы спокойно смотрели на доску, раздраженная магия начала подниматься, когда мы столкнулись с проблемой, чтобы решить которую, у нас не было информации.
— У меня кое-что есть, — сказал Джефф, стуча по клавиатуре на заднем плане. Он нашел замену компьютеру, который сгорел в огне. — Я знаю почему МакКетрик ненавидит вас.
Этан наклонился вперед. — Мы слушаем.
— Это в военной истории МакКетрика. Оказывается, когда он был в спецподразделении, он был частью операции в Турции.
Люк скривил лицо. — Джефф, приятель, как бы сильно я тебя не любил, а ты знаешь, что так и есть, ты собираешься сказать нам что-нибудь, чего мы не знаем? Я имею в виду, это не звучит как что-то, что ты выудил с сайта Министерства Обороны.
— Сам я ничего не нарыл, — сказал Джефф. — У меня есть друг, с которым мы играем в Квест Джейкоба. Благодаря печальным обстоятельствам, с участием зимнего эльфа, ошметков орков, и очень мерзкого заклинания распада, он должен мне одолжение.
Квест Джейкоба была любимая ролевая игра Джеффа.
— Пусть никто не говорит, что я не поддерживаю данное Богом право размножаться, — сказал Люк. — Продолжай.
— Итак, МакКетрик был на операции в Турции в девяносто седьмом. Небольшая группа спецназовцев пошла на сделку с группой национального государственного переворота. Специальная группа оперативников закончила в Каппадокийской области[65] в Турции — место, где обитают горные фейри, если вы когда-либо видели таких. Вот, я послал фото.
Через несколько секунд на компьютер Люка пришло сообщение, и Люк отправил его на экран. Это была фотография засушливого и холмистого ландшафта, тут и там были огромные горные образования, которые выглядели как заостренные шляпы. Или что-то более похотливое, в зависимости от вашей точки зрения.
— И почему мы говорим об обходном пути по географии Турции? — спросил Люк.
— Ребята из спецподразделения попали там в беду. Вошли семеро. Но только один вышел.
Страх сжал мой живот. — МакКетрик был тем единственным, кто выбрался?
— Да, — ответил Джефф. — Отчет довольно сильно отредактирован, но выглядит так, будто ребята погибали в течении нескольких ночей. Он выбрался оттуда живым и начал рассказывать довольно пугающие истории.
— Вот дерьмо, — пробормотал Люк, очевидно предчувствуя то же, что и я.
— Вампиры? — догадался Джонах.
— Вампиры, — согласился Джефф. — Они готовились к этой миссии шесть недель, и спецназовцы всегда скрытны. МакКетрика перевезли по воздуху, он начал рассказывать истории о его пропавших друзьях, об этих диких монстрах, которые забрали их ночью. Какие они были сильные, смертоносные, и не поддающиеся человеческому оружию.
— Не удивительно, что он ненавидит нас, — сказала я. — Он думает, что мы те, из-за кого погибли его друзья.
— Он думает, что мы убили его друзей, — поправил Джонах. — И он сделал своей миссией исправить это.
— Он не собирается останавливаться, — сказала я, глядя на Этана. — Если это его мотивация, и он думает, что он воин, призванный отомстить за своих друзей, то будет продолжать до тех пор, пока не уберет нас всех из Чикаго, живых или мертвых.
Я подошла к доске, раскрыла маркер, и добавила "Убитые вампирами коллеги" под заметкой, которую мы написали про военную службу МакКетрика. Сделав это, я повернулась к группе.
— Он тренировался, и у него есть мотив. Мы знаем, что он готов использовать свою народную позицию, чтобы повернуть общество против нас. Мы знаем, что он готов заплатить убийце, чтобы убрать нас. Мы также знаем, что у него есть средства, — сказала я. — Но мы никогда не находили каких-либо доказательств этого.
— Я начинаю задаваться вопросом, не является ли это просто слухом, — сказал Люк. — Он никогда нигде не останавливался, по крайней мере на машине, которую мы отследили. И мы не нашли никаких данных о недвижимости.
Зазвонил телефон Джонаха. Он вытащил его и проверил экран. — Это док по поводу Бруклин, — сказал он, поднимая его. — Я выйду наружу.
Этан кивнул, предоставляя разрешение, затем махнул Люку. — Катчер, ты не мог бы попросить детектива Джейкобса узнать у Алана о местоположении средств МакКетрика. Возможно, он что-то знает.
— Хорошо, — ответил Катчер.
— Это по поводу "где", — сказал Люк. — Что на счет "что"?
— Шприц, — пробормотала я, глядя на Этана. — Бруклин, вампир, больна по неизвестным причинам. МакКетрик сейчас заинтересован в работе лаборатории, проделанной дистрибьютером крови. Вам это не кажется совпадением?
— Не кажется, — сказал Этан. — Но я все еще понятия не имею, что это означает.
— Исследование означает новые результаты, — сказал Люк. — Так, может дело не в доступе и средствах. Может дело в самой крови. Что-то новое, что она может сделать? Новые технологии?
— Новые способы нашего уничтожения? — предложил Этан. — Он изобрел пистолет, который стреляет осиной — основное оружие против вампиров. Идеальный способ из возможных. Выяснить способ влиять на кровь, чтобы использовать ее против нас, для его деятельности было бы хорошо.
В дверном проеме появился Джонах, лицо бледное, его магия хаотичная. Этан и Люк, все еще обсуждая убийственные намерения МакКетрика, не обратили внимания на выражение шока на его лице.
Медленно, Джонах подошел к столу, но не сел.
— С тобой все в порядке? — прошептала я.
Люк и Этан, наконец поняли, что что-то не так, и посмотрели на него.
— Джонах? — сказал Этан.
— Мне нужно идти... увидеть Бруклин.
— С ней что-то случилось? — спросила я.
— Они не могут выяснить, как вылечить ее, — сказал Джонах, с полным отуплением в голосе. — Я думаю, мне нужно пойти проведать ее.
Мы с Этаном обменялись взглядом, и он за секунду встал со своего места. — Мы пойдем с тобой.
— Со мной?
— Она не больна, — сказал Этан. — Это не случайная болезнь. Она может быть ключом. И это означает, что мы должны ее защитить.
Они какое-то время смотрели друг на друга, между ними что-то происходило. Какой-то невысказанный обмен, что означало сделать все возможное для меня, и всего возможное для Бруклин.
Спустя какое-то время Джонах кивнул. — Пойдемте, — сказал он.


Примечания:
[62] - Ка́та́рсис(от др.-греч. κάθαρσις — возвышение, очищение, оздоровление). В современной психологии (в частности, в психоанализе, психодраме, телесно-ориентированной терапии) катарсис понимают как индивидуальный или групповой процесс высвобождения психической энергии, эмоциональной разрядки, способствующей уменьшению или снятию тревоги, конфликта, фрустрации посредством их вербализации или телесной экспрессии, ведущих к лечебному эффекту и лучшему пониманию себя.
[63] - Chicago Tribune («Чикаго Трибьюн») — наиболее популярная газета Чикаго и американского Среднего Запада. Несмотря на принятый в 1920-е гг. девиз «величайшая газета мира», Chicago Tribune остаётся в значительной степени региональным изданием.
[64] - Ребрендинг (англ. rebranding) — активная маркетинговая стратегия; включает комплекс мероприятий по изменению бренда (как компании, так и производимого ею товара), либо его составляющих: названия, логотипа, слогана, визуального оформления, с изменением позиционирования. Проводится в русле изменения концептуальной идеологии бренда. Это подразумевает, что в компании (продукте) произошли довольно существенные изменения. Рестайлинг и репозиционирование бренда — составные части процесса ребрендинга. Удачный ребрендинг позволяет компании выйти на новый уровень развития, привлечь внимание новых клиентов и увеличить лояльность существующих.
[65] - Каппадо́кия (греч. Καππαδοκία, лат. Cappadocia, арм. Գամիրք, тур. Kapadokya, перс. کاپادوکیه‎, Katpatuka — «Страна прекрасных лошадей») — историческое название местности на востоке Малой Азии на территории современной Турции (часть земель провинций Невшехир, Кайсери, Аксарай и Нигде), употребляющееся со времён античности вплоть до наших дней. Характеризуется чрезвычайно интересным ландшафтом вулканического происхождения, подземными городами, созданными в 1 тыс. до н. э. и обширными пещерными монастырями, ведущими свою историю со времён ранних христиан. Национальный парк Гёреме и пещерные поселения Каппадокии входят в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.



 
ЭнфисДата: Суббота, 06.09.2014, 06:35 | Сообщение # 23
Ты можешь гораздо больше, чем думаешь...
Группа: Администратор
Сообщений: 345
Награды: 14
Репутация: 76
Статус: Offline
Глава 19
ЛЮБОПЫТНЫЙ ИНЦИДЕНТ ВАМПИРА В НОЧНОЕ ВРЕМЯ

Мы ехали все вместе в машине Джонаха. Я ехала спереди, а Этан занял заднее место. Ничего символического в выборе мест для сидения не было, но я по-прежнему ощущала себя странно с Этаном на заднем сидении.
На этот раз больница была в северной части города. Она была новая и блестящая, с двухэтажным вестибюлем и скульптурой из разноцветного стекла, которая свисала с потолка подобно замороженному водопаду. Как поход по больнице, это было красиво, но это был мой второй раз в больнице за два дня, и я приближалась к пределу своего насыщения.
Палата Бруклин была на третьем этаже. Джонах остановился на пороге, переводя дыхание и заставляя себя зайти внутрь. Наконец, он зашел, я последовала за ним, Этан позади нас.
Палата была также хороша, как и фойе — частная палата с местом для отдыха и вазами с цветами вдоль подоконника. Серебряный шар с пожеланиями выздоровления болтался на сквозняке перед окном.
Бруклин лежала на кровати, нетронутая проводами и трубками, которые, как я полагала — боялась — будут торчать из ее хрупкого тела. Она выглядела такой же бледной и худой, как и прежде; ее покрывала голубая простыня, но она не могла скрыть скелетного очертания ее тела.
— Она стабильна.
Мы все повернулись, и обнаружили доктора Джиэнэкуса в дверном проеме позади нас. Он вошел внутрь и взял диаграмму, которая висела у изножья кровати Бруклин.
"Врач Дома Грей", — сказала я безмолвно Этану. Он немного кивнул, благодаря меня.
— Это улучшение, верно? — спросил Джонах.
— В некотором смысле, да, — ответил Джиэнэкус. — Ее состояние не ухудшилось, и это хорошо. Но она вампир. Она должна исцелиться, по крайней мере, теоретически. Если бы это была рана, или даже одно из немногих заболеваний, которым мы подвержены, она бы исцелилась. Но это не одно из них.
— Вы знаете, что это такое? — спросил Этан.
— Мистер Салливан, — с удивлением сказал врач, видимо только осознав, что Мастер вампиров присоединился к беседе.
Этан по-царски кивнул.
— К сожалению, нет. — Джиэнэкус подошел к кровати Бруклин и проверил показания на мониторе рядом с ней. — Мы пытались предоставить ей кровь, но она ее не принимает.
— Она не принимает ее? — спросил Джонах. — Что вы имеете в виду?
— У нее не было желания пить ее. — Он вытащил небольшую распечатку с монитора и положил ее в диаграмму, затем закрыл ее. Он снова посмотрел на нас, с обеспокоенным выражением лица. — И мы не имеем понятия, почему.
— У вас есть какая-нибудь теория? — спросил Этан.
Доктор Джиэнэкус скрестил руки на груди. — Мы исключили все бактериальное, распространенных паразитов. В ее организме нет никаких наркотиков. Нет токсинов. Это может быть вирус, но он, определенно, не соответствует ни одному, которые мы видели прежде.
— А что насчет оружия? — спросила я.
Его брови поднялись. — Какого оружия?
— Не знаю. Что-то, созданное специально для убийства вампиров. Что-то с участием биохимии. Что-то, что может быть вколото.
— Шприцем, который вы нашли? — спросил Джиэнэкус.
Я кивнула.
— Когда-то давно, когда я только учился медицине, я бы сказал, что магия, монстры и вампиры это полная чушь. А сейчас у меня клыки и аллергия на солнечный свет. Для меня было бы неправильно сказать, что что-то невозможно.
— Джонах?
Все мы посмотрели в сторону звука. Глаза Бруклин распахнулись; Джонах бросился к ней.
— Бруклин? Ты в порядке?
— Мне очень даль, — тихо сказала она. Ее губы были сухими, и слова звучали тяжело.
— Тебе не за что извиняться. Ты в больнице, потому что ты больна. Ты знаешь, что с тобой произошло? Как мы можем исправить это?
Я не ожидала, что она сможет определить причину, почему была больна, или кто мог вызвать ее... но я не ожидала увидеть виноватое выражение на ее лице.
— Бруклин? — В голосе Джонаха была крайняя печаль, которая сжала мое сердце.
— Мне жаль, — сказала она. — Мне жаль. Я просто хотела вернуть все назад.
— Вернуть назад? — спросил Джонах, очевидно растерявшись. — Вернуть назад что?
— Быть... быть человеком.
Комната погрузилась в тишину.
— Что ты имеешь в виду под "быть человеком"? Ты не человек, Бруклин. Ты вампир.
— Мой отец умер, — сказала она, снова глядя на Джонаха. — Три дня назад. Мой отец умер, и моя мама ушла. Я не хочу быть одинокой вечно. Я недостаточно сильна для этого. — Она тяжело сглотнула. — Я больше не хочу быть вампиром. Я не хочу быть сиротой, когда меня покинула вся моя семья. Я совершила ошибку. И я думала, что смогу исправить это.
Если магия в комнате была каким-то признаком, то все мы были изумлены ее признанием. Но Джонах был единственным, кто смог двинуться. Он сделал шаг назад от кровати, широко распахнув глаза, как будто не мог поверить в то, что она сказала, как будто это ранило его в самое сердце.
Как для вампира — и вампира, который был заинтересован в свидании с ней — возможно, так оно и было.
— Я не хочу быть одна, — снова повторила она.
Джонах ничего не ответил, но Этан сказал. Он подошел ближе к кровати.
— Бруклин, как ты намеревалась снова стать человеком?
Она покачала головой.
— С помощью шприца, Бруклин? — спросил он. — Что-то было в шприце?
Какое-то время она не отвечала.
— Да, — наконец ответила она, слово прозвучало так слабо, оно было чуть сильнее выдоха.
Я посмотрела на доктора Джиэнэкуса, который удивленно моргал. — Это возможно? Вы знали об этом?
Он покачал головой. — Мы не рассматривали что-либо генетическое, даже группу крови не проверяли. Мы просто полагали, что она вампир. Я сделаю анализ крови. И тесты. Но что касается вашего вопроса — почему это не может быть возможным? Если человек может превратиться в вампира, почему и вампир не может превратиться в человека?
Действительно, почему? Подумала я. И в то время, как кто-то был в этом заинтересован, возможно, кто-то смог изобрести впрыскиваемую сыворотку, которая превращает вампиров в людей, независимо от того, согласны они на это или нет.
Я подумала, что это объясняет, почему Бруклин не хотела пить кровь.
— Где ты его взяла? — спросил Этан. — Где ты взяла шприц, чтобы снова стать человеком?
— Я не знаю, — ответила она, и начала сильно кашлять. Доктор Джиэнэкус подошел к ней, помогая сесть, чтобы облегчить период.
— Бруклин, нам важно знать, где ты его взяла, — сказал Джонах. — Из-за этого ты больна.
Она посмотрела на нас, ее глаза были полны слез, и блестели. — Нет. Оно снова сделало меня реальной.

***

Мы шли к машине в тишине, через лифты, коридоры и гаражи. Мы с Этаном переглянулись, но ни один из нас не прервал важного внутреннего диалога, которым, очевидно, был занят Джонах.
Мы забрались в машину, Джонах захлопнул дверь, залез на водительское сидение и завел машину.
Гнев, печаль и вождение хорошо не сочетались, поэтому я вмешалась.
— Мне жаль, — сказала я.
Он покачал головой. — Просто я такого не ожидал. Я едва знал ее, но это задело. Я не уверен как себя чувствовать, как будто это предательство.
— Я знаю, как себя чувствуют в подобной ситуации. — сказала я. — Но, похоже, у нее было много проблем, которые нужно было решить, и не одна из них не связана с тобой.
— Я не уверен, что это поможет, — сказал он. — Но я разберусь, ни смотря ни на что. Те временем, — сказал он, посмотрев в зеркало, чтобы встретиться взглядом с Этаном, — Я полагаю, что эта сыворотка была идеей МакКетрика?
— Его, — заключил Этан. — Что может быть лучшим способом ликвидации вампиров в вашем прекрасном городе, чем превратить их всех обратно в людей?
— Хотя не кажется, что это хорошо работает, — сказала я, переводя взгляд на Этана. — Бруклин выглядит потрепанной.
— Значит, он не очень преуспел в трансформации вампиров обратно в людей, — сказал Этан. — Это прекрасно объясняет, почему он обратился к Алану Брайанту.
— Эксперимент не сработал, — сказала я. — Ему нужно больше работы по биохимии, которую, я думаю, Алан был более чем готов предоставить ему.
— Я не уверен, стоит ли мне выбить из этого парня ненависть к вампирам, или поаплодировать его креативности, — сказал Джонах. — Я готов поставить свою задницу на то, что на это будет спрос, хотя не на то, о чем он думает. Кто еще не задумывался о том, чтобы снова стать человеком, если не по какой другой причине, что нам бы не приходилось постоянно иметь дело с этим дерьмом?
Сбитая с толку вопросом — и вопросами, которые последовали из этого — я уселась поудобнее на своем месте, и задалась вопросом... хотела бы я снова стать человеком?
Меня превратили вампира без моего согласия. Конечно, я признала, что решение было необходимо, но это было легким выбором, когда предоставился действительно единственный вариант.
Но сейчас, был и другой вариант. Это, видимо, был выход. Способ оставить эту жизнь позади и вернуть прежнюю жизнь. Аспирантуру. Старых друзей. Смертность. Больше никакого ГС. Никакого МакКетрика.
Больше никакого пренебрежения моим первым настоящим Днем Святого Валентина, потому что я была втянута в чужие войны.
Зазвонил мой телефон, прерывая размышления. Я вытащила его и посмотрела на экран. — Это Катчер, — объявила я машине, включая громкую связь. — Мерит.
— У меня кое-что есть.
— У меня тоже. Ты первый.
— Только что звонил детектив Джейкобс. МакКетрик пытается создать сыворотку, которая превращает вампиров обратно в людей.
— Мы знаем, — сказала я. — Мы только что встречались с одной из его жертв. Превращение проходит не так гладко, как он мог ожидать. У тебя есть что-нибудь конкретное?
— Много чего из биохимии я не могу отследить. Алан помогал ему с деталями и с очевидными первоначальными провалами. Сначала, МакКетрик говорил о предоставлении шанса тем, кого превратили без их согласия или в результате нападения. Но затем мотив изменился — или он отодвинул завесу. Риторика стала более решительной, более анти-вампирской. И реальная мотивация МакКетрика стала очевидной — создание массового оружия, которое могло превратить всех вампиров обратно в людей. Лишая их выбора, сделав его за них. Видимо, Алан занервничал из-за анти-вампирской риторики и решил, что с него хватит.
— Существование Брайант Индастрис построено на вампирах, — сказал Джонах. — Они исчезнут, и бизнес Алана тоже.
— Точно. Но МакКетрик продолжал давить, и когда Алан не помог, он выкрал информацию, которая, как он думал, ему нужна и поджог здание.
— И нашел ненавистников, чтобы закидать здание огненными бомбами и замести свои следы, — сказала я.
— Именно так. Алан разорвал связь с МакКетриком, поэтому он не знает ничего о его действиях после нападения на Брайант Индастрис. Но он сказал, что помог МакКетрику с заказом материалов, которые были отправлены в промышленное здание около Мидвея. Бывший склад под названием Хонит Фрейт.
— Он кажется подходящим, — сказала я. — Ты можешь попросить Джеффа проверить его?
— Он уже там, — заверил Катчер. — Я попрошу его переслать тебе результаты поиска.
— Не надо пересылась, — сказал Этан. — Пусть завезет. Вы можете встретиться с нами Дома?
— Цитирую Джеффа, это секретная миссия?
— Да, — ответил Этан. — И вы должны взять Мэллори с собой. Я подозреваю, что нам нужны будут все союзники, которые смогут помочь.
— Что на повестке дня?
— Я намерен исправить представление МакКетрика о вампирах.
— Что вы много о себе возомнившие? — спросил Катчер.
— Что мы боимся его, — ответил Этан. — Мы не боимся. И к концу вечера, я полагаю, он будет знать об этом.

***

Джонах отвез нас Домой, и Этан вознаградил усилия — и его дерьмовую ночь — местом для парковки в подвале.
У нас заняло некоторое время, чтобы перегруппироваться. Джонах нашел место, откуда мог позвонить Скотту и обсудить, что мы узнали и запланировали сделать. Мы с Этаном поднялись наверх. Он пошел рассказать обо всем Малику; я пошла на кухню за бутылкой крови, которой мне внезапно захотелось.
Когда я закончила с пинтой и фруктами, встретила Этана на лестнице.
— Ты в порядке? — спросил он, убирая прядь волос мне за ухо.
Я кивнула. — Просто задумалась.
— О МакКетрике?
— О сыворотке. Если мы правы, и она работает, это может изменить кучу жизней. Ты рассматривал это? Снова стать человеком? Отказаться от этой драмы?
Он жестом обвел Дом. — И отказаться от всего этого? Нет, Страж. — Он взял меня за руку, и мы направились в сторону подвала. — Я отказался от своей человечности много, много лун назад. У меня нет желания пересматривать это.
Мы спустились по лестнице, но остановились в самом низу. Этан посмотрел на меня, с весельем во взгляде. — О чем ты думаешь, Страж? Если мы снова станем людьми, это решит все наши проблемы?
Я думала о своих проблемах, но не подала виду. — Тогда бы все было проще.
Этан фыркнул. — Никогда не стоит недооценивать способность любого живого существа к драме, Страж. Человек, вампир, оборотень, или еще кто. У нас всех есть справедливая доля.
Когда он договорил свою речь, мы направились в оперотдел. Джонах и охранники были уже собраны, за исключением Джульетты, Люк решил, что она не совсем готова к нашей поездке. Катчер, Джефф и Мэллори прибыли после нас.
Линдси, Мэллори, и я обменялись объятиями. Было слишком нервно, чтобы не подготовить себя и найти утешение, где могли его найти.
— Клевые волосы, — сказала Линдси.
Мэллори заплела свои покрашенные в омбре[66] волосы в стиле Принцессы Леи[67], два пучка по бокам головы. Она была одной из немногих людей, которых я знала — возможно единственной — кто мог добиться такого вида.
— Спасибо, — сказала она, касаясь пучка. — Хотя у меня такое чувство, будто к голове приделали булочки с корицей.
— Не то, чтобы в этом было что-то плохое, — сказала я, указывая на стол.
Мы расселись вокруг него, и когда все сели, Этан начал.
— Мы считаем, что Джон МакКетрик занимается производством сыворотки, предназначенной для превращения вампиров обратно в людей. Мы полагаем, что он использовал Алана Брайанта, брата Чарлы Брайант, чтобы разработать эту сыворотку. Мы не уверены, планировал ли он дать вампирам выбор становиться снова людьми или нет. Но учитывая его историю, вполне вероятно, что он принял бы решение за нас.
— Алан Брайант не предоставил информацию, которая была нужна МакКетрику. Поэтому МакКетрик выкрал эту информацию, поджог Брайант Индастрис, и спровоцировал бунт, чтобы скрыть улики.
— Это был отвлекающий маневр, — сказал Джонах. — Сосредоточить наше внимание на вампиро-ненавистниках, а не на том, что на самом деле происходит между ним и Аланом Брайантом.
— А нападение на Дом Грей? — спросил Люк.
— Совершенствование отвлечения, — ответил Джонах. — Одна ночь беспорядков это бунт. Это никому не нужное действие. Две ночи беспорядков? Это движение. Это политическая деятельность.
— И так он посылает большое сообщение анти-вампирского сарказма, — сказал Этан.
Джонах кивнул.
— Но почему мой дедушка? — спросила я. — Он не имел ничего общего со всем этим. Он лишь частично в это вовлечен.
— Может он был вовлечен не частично.
Все мы посмотрели на Катчера, который встретился со мной взглядом. — Он осматривал то тело для детектива Джейкобса. То, которое выбросило на берег.
Этан нахмурился. — Окей. И?
— Он позвонил, потому что они не смогли его идентифицировать из-за сверхъестественности — потому что они были не совсем уверены что это.
Какое-то время мы сидели в гробовой тишине.
— Это был неудавшийся эксперимент, — догадалась я. — МакКетрик работал над сывороткой, и у него были неудачи. Вот почему он продолжал возвращаться к Алану Брайанту. МакКетрик должно быть узнал, что его вовлекли, и подумал, что он подобрался слишком близко. — Я посмотрела на Катчера. — Что выяснил дедушка?
— Я не знаю, — ответил он. — Но он что-то выяснил. Он должен был встретиться в кафе с детективом Джейкобсом на следующий день.
— МакКетрик узнал об этом и решил положить конец этой встрече, — сказал Этан. — И твой дедушка был связан с вампирами, поэтому сыграла тема беспорядков.
— Этот больной, перекошенный, манипулятивный сукин сын, — пробормотала я.
— Таким он и является, — сказал Этан. — И вот почему мы хотим положить этому конец. Джефф, — подсказал он. — Что со зданием?
Джефф выложил на стол карту. — Раньше оно принадлежало Вайнгартен Фрейт, — сказал он. — Сейчас это Хонит Фрейт, но план здания остался тем же.
— Что они перевозят? — спросил Люк, наклоняясь для лучшего обзора.
— Согласно их сайту, — сказал Джефф, — Практически все, что хотите. Розничные товары, медицинские товары, спортивное оборудование, промышленные материалы.
По существу здание было большой площадью, разделенной на блоки: офисы, зона погрузки, складская площадь.
— Вход здесь, — сказал он, указывая на дверь. — Погрузочные площадки вдоль этой стены. Запасные выходы здесь и здесь.
Он указал на дальний угол здания. — Административная зона расположена здесь, вдоль переднего левого угла, а остальное пространство делится на зоны погрузки и разгрузки, и места, где они хранят товары между разгрузками и поставками.
— Какова задача этого места? — спросил Люк, глядя на Этана.
— Я хочу попасть внутрь, — сказал Этан. — Я хочу собрать доказательства того, что делает МакКетрик, и хочу положить конец его возможности делать это.
— А ЧДП? — спросил Катчер.
— МакКетрик законченный слизняк. Если мы пойдем без них, то он будет утверждать, что мы напали, и спишет это на счет еще большего вампирского насилия. — Взгляд Этана сузился. — Но я хочу возможности пообщаться с ним лицом к лицу.
— Этан... — начал Люк, но Этан поднял руку.
— Нет, — сказал он. — Речь идет не о практичности и безопасности. Он заказал убийства, подвергал опасности моих вампиров, уничтожал дома, почти убил Чака. А сейчас он думает, что может играть в Бога? Нет. — Его глаза запылали серебряным и зеленым. — Я нападу на него первым. После этого, предполагая, что он выживет, люди смогут делать с ним, что захотят.
Какое-то мгновение Катчер и Этан смотрели друг на друга, пока Катчер не кивнул.
— Немного последнего предупреждения никогда никому не вредило, — сказал он.
Этан кивнул. — Мы должны принять во внимание, что у него будет оружие, и у многих из них. В частности, мы знаем, что у него есть пистолеты с осиной, так что я предполагаю, что первая волна будет не вампирская.
Он посмотрел на Мэллори. — Сегодня нам понадобится помощь, и мы просим тебя присоединиться к нашей команде для этой миссии, если ты не против. Я уже поговорил с Габриэлем, и он одобрил.
Мэллори помогала нам и раньше, в том числе и тогда, когда мы бились с падшим ангелом и закончили его господство террора над городом. Она сделала это, чтобы помочь, и потому что ее магия изначально создала эту проблему. Так что Этан не просил Мэллори помочь нам... он нанимал ее на это дело. Ее не втягивали в сверхъестественную драму; ее нанимали как служащего Дома Кадоган и давали разрешение власти, которая за этим следовала. Этан поставил свой штамп одобрения на девушку, которая пытается ужиться со своей магией — и этот штамп, вероятно, пойдет длинным, длинным путем к тому, что у нее будет настоящее будущее.
По выражению ее лица, она поняла милость, которую он ей предложил.
— Конечно, — сказала она. — Конечно я помогу. Я ценю шанс и возможность.
— Это опасно, — сказал Этан. — Очень опасно, особенно если ты на первой линии.
— Я не боюсь, — сказала Мэллори. И впервые за некоторое время, я подумала, что она на самом деле имела это в виду.
Но Катчер был не просто взволнован. Он практически зарычал на Этана. — Ты хоть представляешь, как это будет опасно?
— Представляю, — ответил Этан. — Я сам буду сражаться и отправляю своего Стража в опасность, и я четко осознаю, каким пугающим является это предложение.
Его голос выровнялся. — Также я припоминаю, как опасно было в Небраске, и в ту ночь на Мидвее.
Значение слов Этана осталось невысказанным, но все равно ясным — прежде Мэллори подвергла нас опасности, и не смотря ни на что должна за это искупить свою вину.
— Ты можешь быть мудаком, ты знаешь это, Салливан?
Этан улыбнулся. — Знаю. Мы делаем все, чтобы защитить свою собственность.
Катчер посмотрел на Мэллори. — Это твое решение.
Она кивнула. — Я уже сказала да. Это правильный поступок.
— Мы заходим в две волны. Джефф, Катчер и Мэллори заходят через переднюю. Я, Мерит, Джонах, Люк и Линдси через заднюю. Мы найдем его. Мы схватим его. Мы будем охранять доказательства как сможем. И мы прижмем его задницу к стене.
— Я предполагаю, ты захочешь от нас магического прикрытия для вас? — спросил Катчер.
— Если ты сможешь это устроить? — сказал Этан, с вызовом в голосе.
— Ты знаешь, что я могу, — ответил Катчер.
— Знаете, что нам нужно? — спросил Джефф, сворачивая карту. — Боевой клич, вроде "Мстители, общий сбор!" или "Регуляторы, по коням!"
— Как на счет "Принеси голову Джона МакКетрика"? — предложил Этан.
— Мрачно, — сказал Джефф, — Но я думаю, это сработает.
— Просто ради того, чтобы это было сказано, Сеньор, — сказал Люк, — Ты действительно думаешь, что тебе стоит идти? Знаешь, в целях безопасности?
Бесчувственное выражение лица Этана не оставляло сомнений в его ответе на этот вопрос.
— Ну что ж, тогда, — сказал Люк. — Наушники для всех. — Он раздал наушники, которые сейчас покоились в банке на его столе, как худшие в мире леденцы. — Удачи, и постарайтесь, чтобы вас не убили.
— Это моя ночная цель, — сказал Этан, вставая со стула. Мы с Джонахом последовали за ним, вышли в коридор и поднялись по лестнице.
Мы остановились в фойе, когда Джонах поднял телефон. — Я собираюсь сообщить Скотту наш план.
Этан кивнул и посмотрел на меня. — Пока он это делает, ты не хочешь подняться наверх и переодеться?
Я нахмурилась и резко дернула подол своего пиджака. — У меня не во что переодеться; моя кожа поджарилась в пожаре.
— Просто иди, Страж, — сказал Этан, явно с каким-то другим планом действий. Казалось неподходящим устраивать сцену перед Джонахом, поэтому я поднялась по лестнице и направилась в наши апартаменты.
В шкафу висел новый комплект кожи — гладкой и черной с темно-красной отделкой. Небольшой белый конверт был привязан к вешалке темно-красной лентой. Я вытащила карточку и прочитала ее.
— Моему любимому Стражу, — прочитала я вслух, — С любовью на запоздалый День Святого Валентина.
Радостно улыбаясь, я сняла джинсы и пиджак, затем надела кожаные станы с вешалки. Они были мягкими и облегающими, с тонкой полоской темно-красного канта[68] вдоль каждой ноги. Я натянула их и застегнула на молнию. Они подошли идеально, с маленькой выпуклостью внизу, где накрывали сапоги.
Пиджак был тяжелее прежнего, хотя у него были такие же сегментированные плечи и локти для свободы передвижений. Темно-красная отделка была тонкой, но великолепной, секретная вена по краям кожи. Этан не упустил бы это из виду, и скорее всего, именно из-за этого он их и выбрал. Потому что это намекало на то, кем я была без одежды, огонь, который таился внутри брюнетки.
Я надела пиджак, и конечно он подошел идеально. Было не трудно представить, что Этан хорошо знал изгиб моего тела и угадал мой размер. Я посмотрелась в зеркало в этом костюме, вероятно, более радостная, чем должна была смотреться.
Смотрелось... идеально. Идеальная я, идеальный Страж, идеальный Кадоган.
Теперь, мне просто было нужно беречь его от огня.

***

Мы встретились в фойе. Катчер, Мэллори и Джефф поедут вместе, как и Люк с Линдси. Ни моя временная машина, ни Феррари Этана не были достаточно вместительными для троих, поэтому Джонах вызвался, еще раз, повезти нас на своей машине.
Вскоре нам придется возмещать ему за бензин.
Джонах был человеком на задании, и он мчался по дороге — ничего опрометчивого, чтобы привлечь внимание копов, но достаточно, чтобы сделать поездку как можно более эффективной.
Дом был в двадцати минутах езды до Хонит Фрейт. Джонах поехал по более длинному, но более быстрому маршруту по шоссе Аэропорта Мидвей, потом протиснулся между такси на выезде из переулка. Но мы разошлись с линией седанов и поехали по второй дороге через промышленный район.
Хонит Фрейт был на левой стороне дороги. Гигантский черно-белый знак с названием предприятия и картинка с ошибкой осветили ночь. Это было кирпичное здание, высотой в два этажа, последнее в линии восьми одинаковых зданий. Ни одно из них, казалось, не арендовалось в последнее время.
Мы припарковались в ряд, приблизительно в четверти мили от места. — Отсюда, — сказал Джонах, — Хонит Фрейт кажется законным.
— Кажется, — подчеркнул Этан.
— Согласен. — Мы вышли из машины и опоясались мечами, восемь из нас собрались за щитом из транспортных средств.
— Одеваем наушники, — сказал Люк, и мы поместили маленькие устройства в уши. Подготовившись, мы посмотрели на Этана.
Как всегда, он был готов произнести речь.
— Мы здесь не просто так, — сказал Этан, — Потому что мы решили, что ненависть и манипуляция зашли слишком далеко. Будьте храбрыми, но, что более важно, будьте в безопасности. Только храбрость помогла нам так далеко пройти. Давайте займем позицию.
Все вокруг закивали, и мы сформировали своего рода линию, с невосприимчивыми к осине волшебниками спереди и позади остальными.
— Завтра, — прошептал возле меня Этан, — Мы выкроим время, чтобы отпраздновать День Святого Валентина. Но сегодня, Мерит, мой Страж, мой воин, давай найдем Джона МакКетрика. И давай надерем ему задницу.


Примечания:
[66] - Ombré (Омбрé; синонимы: деграде, балаяж, брондирование) — особая техника окрашивания волос. Ombré в переводе с французского означает «затенение». Это приём, при котором создаётся плавный переход от более тёмного оттенка волос у корней к более светлому оттенку на кончиках. Считается, что техника окрашивания ombré родилась на пляжах солнечной Калифорнии, так как она имитирует эффект волос, выгоревших на солнце. Некрасивый эффект «отросших корней» профессиональные парикмахеры нивелируют с помощью плавности перехода цвета, в этом основная особенность окрашивания ombré.
[67] - Лея Органа-Соло (англ. Leia Organa Solo) — вымышленный персонаж вселенной «Звёздных войн», один из главных персонажей «оригинальной трилогии» фильмов (1977—1983), а также сопутствующих книг и комиксов. Создателем персонажа является Джордж Лукас.
[68] - Кант — элемент одежды, узкий цветной шнурок, оторочка по краю или шву, а также полоска, которая окаймляет в виде рамки рисунок, таблицу и тому подобное, в полиграфии край переплетной крышки или обложки, выступающий за обрез блока, предохраняет блок от порчи и загрязнения, улучшает раскрываемость книги, брошюры.



 
ТриадочкаДата: Среда, 10.09.2014, 16:23 | Сообщение # 24
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Глава 20
ВАМПИРЫ, ОБЩИЙ СБОР!


Мы спустились в низину, и к счастью пустой кювет, который граничил с дорогой, и направились к зданию. Мы остановились вдали от футбольного поля. С такого расстояния, оно выглядело совершенно безобидным. Это было ничем не примечательное здание в непримечательной части города, замеченное сегодня только потому, что превратилось в оплот ненависти.
Когда мы дошли до автостоянки, разделились на группы и побежали в полную силу, уклоняясь от фонарных столбов и борозд в бетоне. Мы отделились от команды волшебники/оборотень, бегущей к задней части здания.
— Люк, вы с Линдси берете западную дверь, — сказал Этан. — Мы возьмем восточную. Не позволяйте никому выбраться из здания.
— Понял, — сказал Люк. Он поцеловал Линдси, ее глаза стрельнули удивлением, и они побежали от задней части здания к другой.
Этан посмотрел на меня и Джонаха. — Вы готовы?
Мы оба кивнули.
— Тогда пойдемте.
Мы двинулись к двери, которая была ржавой и немного возвышалась над землей. Мы выстроились напротив стены, Джонах с одной стороны, я с Этаном с другой.
Джонах придвинулся ближе, прижав ухо к двери, прислушиваясь к чему-либо с другой стороны стены. Спустя мгновение, он тряхнул головой, затем вытащил из куртки два опасно выглядящих ножа. Мы с Этаном достали свои мечи.
Этан дал нам знак двигаться... и битва началась.
Джонах пинком открыл дверь, и мы обогнули ее, с мечами на готове.
Дверь вела в огромное открытое пространство, усеянное техническим оборудованием, точно таким же, какое мы видели в Брайант Индастрис — линия сборки мерцающих серебряных баков и ленточные конвейеры, в настоящее время неподвижные, но явно готовые к действию.
С разных сторон помещения звучали крики. Люди, которых он нанял для охраны и работы на его предприятии, увидели нас. Они бросились вперед, одетые в футболки Очистим Чикаго.
— Что-то не так, — сказал Джонах.
Он имел в виду нападавших. В основном они выглядели как люди, но их глаза были почти белыми, как будто они потеряли весь пигмент, и их черты лица были странно растянуты, как будто кто-то пытался вылепить человека из глины, и не вполне разобрался в особенностях.
На мгновение мы уставились на них.
— Я полагаю, им дали сыворотку, — прошептал Этан, сжимая меч и готовясь к удару.
— Скоро узнаем, — сказал Джонах.
Они кричали на нас, мчась вперед, атака началась. Этан, Джонах и я разделились, занимая позиции.
Трое направились ко мне, размахивая руками и ногами, но без оружия в руках. МакКетрик хотел создать их, но возможно он не верил в них достаточно, чтобы дать им оружие.
Я бросила свой меч на землю, думая, что будет справедливо, если мы будем сражаться в одинаковых условиях. Первый побежал ко мне, рука была сжата для удара. Я перехватила его запястье, выкрутила, и бросила его на землю, затем ударила локтем по шее, чтобы вырубить.
В ход пустился следующий, подскочил и приготовился к драке. Я пригнулась к земле, позволяя ему пролететь надо мной и приземлиться позади. Я развернулась, нанося ему удар по ребрам, который послал его скользить через комнату. Он приземлился плашмя на спину.
Я оглянулась на третью, и немного улыбнулась. — Готова?
Она обнажила зубы и побежала. Я ожидала удара, но она обработала меня как полузащитник, прижимая к земле. Она дернула меня за волосы, и закричала в ухо — Вампирская шлюха! — перед тем, как обхватить мое горло руками.
Внезапно, я перестала получать кислород, что заставило меня запаниковать.
Я пнула ее, пытаясь сбросить и отодрать от себя, но мне не хватало кислорода, чтобы заставить мои конечности двигаться.
Я ударила ее кулаком в живот, затем по ребрам, но она не обращала внимание на боль. Она была человеком, но с силой вампира? Это, подумала я, когда мое зрение начало тускнеть, было тревожащим.
И затем ее вес был полностью убран с меня, и она была брошена через комнату.
Прежде, чем я смогла подняться на ноги, меня поставили в вертикальное положение и я увидела зеленые глаза, смотрящие на меня.
Я вдохнула воздуха и положила руку на шею, чувствую синяк, который, как я представила, уже появился.
Я увидела беспокойство в глазах Этана, но его сарказм замаскировал его. Это было сражение, в конце концов. — Давай попробуем стоять на ногах, хорошо, Страж?
Я слабо кивнула и снова встала на ноги. — Я постараюсь, Сеньор.
Я огляделась вокруг, убеждаясь, что Джонах в порядке. Он убрал волосы с лица и выглядел здоровым; пол был усеян миньонами[69], с которыми мы ловко расправились. Но где, задалась я вопросом, было основное блюдо?
В другой части склада прозвучал гул.
— Это волшебники, — сказал Этан. — Вперед!
Я подобрала свой меч. Этан впереди, я позади, мы пробежали через дверь в еще большее пространство. Тут были кучи и кучи коробок. В них были шприцы, если судить по коробке, которая была ближе ко мне, и по многим другим.
Стена синего дыма разделила пространство на две части. Дым сместился, и Мэллори, Катчер и Джефф побежали к нам сквозь него.
— Они позади нас, — сказали они, и мы отошли назад.
— Встаньте в линию, — сказал Этан, и мы так и сделали.
И когда дым рассеялся, мы увидели врага. Протолюди[70], с молочно-белыми глазами, выстроились в линию, примерно сорок штук. Мы стояли напротив них, наш остов сверхъестественных.
Они загнали нас вместе.
Джефф присвистнул. — Он создал свою собственную армию.
— Единственное, на что он был способен, — сказал Джонах. — Вампиры, которые больше не вампиры.
Джефф нервно выдохнул. — Рискуя тут играть в Анти-Маленькую Мэри Саншайн[71], вон там их очень много.
Я нервно прижала пальцы к мечу. — Напомни мне, почему ты не назначил меня библиотекарем Дома? — спросила я Этана.
— Потому что, Страж, ты очень хороша с мечом.
МакКертик появился в черном камуфляже, его лицо было все в шрамах и один глаз молочно-белый.
Я не стала дожидаться, пока он заговорит первым. — Что ты с ними сделал?
— Не приходило в голову, что не каждый принимает решение быть вампиром? Что некоторые, став вампирами, понимают, что они превратились в монстров, и хотят вернуть все назад?
— Мы не монстры, — сказал Джонах. — И они выглядят не вполне людьми.
— Катализатор находится в стадии разработки, — сказал МакКетрик. — Любой науке требуются эксперименты, ошибки. Они были готовы к жертвам ради грядущей революции.
— Грядущей революции? — спросил Этан.
— Когда люди, наконец, устанут от ваших выходок. Ваших требований. Вашего утверждения, что вы ведете себя как все остальные, хотя все мы точно знаем, что вы такое. Генетический мусор.
— Это то, что ты сказал Бруклин? — спросил Джонах. — Ты убедил ее, что она была генетическим мусором?
— Бруклин хотела жить смертной жизнью. Я уважал ее желание и предоставил решение.
— Твое решение отравило ее, — сказал Джонах. — Прямо сейчас она лежит в постели больницы, жертва твоего "прогресса".
МакКетрик не двигался.
— Все это из-за Турции? — спросила я.
Выражение его лица ужесточилось. — Из-за Турции? Вот как ты говоришь о жертвах, принесенных мужчинами, кто служил этой стране, которые были одними из ее лучших воинов? Вы уроды убили их, и знаете, что я получил? Призвание к тому, чтобы я позволил вам уйти. Не упоминать о вампирах, чтобы вы могли быть изучены и использованы в качестве оружия. — Он хлопнул рукой по груди. — Мои братья были убиты из-за вашей жадности, вашего ненасытного аппетита.
— Мы сожалеем о твоей потере, — сказала я, — Но нас там не было. Я еще даже не была вампиром, когда это произошло. Как ты можешь винить нас за то, к чему мы не имеем отношения?
— Я виню вас за то, — скрипнул он, — Что вы являетесь носителями болезни. И этот город не будет в безопасности от ваших аппетитов, вашего вероломства, пока его не очистят от вас, целиком и полностью.
МакКетрик вынул нож с длинным лезвием из боевого пояса и перекинул его с одной руки в другую.
Его армия приблизилась к нам, круг становился уже.
Мой желудок завязался узлом с нервами, уже натянутыми от разлива нервной магии, которая распространилась по помещению.
— Катчер? — подсказал Этан.
— Мы пока не готовы к магии, — сказал он. — На данный момент дозаправка. — У волшебников было ограниченное количество магии на короткий промежуток времени.
— Тогда, я думаю, мы сделаем это по-старинке, — сказал Этан. — Послушники?
— Готовы, — сказали мы вместе.
— Джефф, ты хочешь поучаствовать? — спросила я.
— Готово и готово, — сказал Джефф, и ослепительная вспышка света осветила пространство вокруг, когда парень превратился в гигантского, крадущегося белого тигра.
Это послужило отвлекающим маневром, в котором мы нуждались.
— Пошли! — сказал Этан, и как солдаты в многовековой битве, мы бросились на встречу друг другу, с поднятым оружием.
Этан побежал к МакКетрику. Я взяла ближайшего ко мне миньона. Творчески, он увернулся от моих ног. К несчастью для него, я занесла меч над его головой, и отправила ее на пол.
Два бывших вампира, обе в аккуратных футболках и стильных ботинках из овчины, шли на меня с разных сторон, обе с канцелярскими ножами в руках. Было что-то жалкое в их вооружении, не только потому, что МакКетрик не доверял им достаточно, а потому, что он явно не заботился о том, чтобы сделать их чем-то, кроме расходного материала.
— Вы не должны с нами сражаться, вы это знаете, — сказала я, уворачиваясь от одного удара, и оборачивая свой меч, чтобы попытаться поймать другую неуравновешанную девушку.
— Ты враг, — сказала она, уворачиваясь от удара и пиная меня по ребрам. — Ты думаешь, я хотела быть монстром? Моя семья меня вышвырнула. Меня уволили. Ты думаешь так можно жить? Ползать в темноте как змея?
— У вас есть бессмертие, — напомнила я ей, когда другая девушка пыталась ударить меня в ухо. Я приложилась к ее животу торцом меча, классическое движение, и приложилась к болтливой ударом вращающегося полумесяца. Она двинулась назад, но споткнулась о коробку и упала на землю, отползая с дороги... К сожалению, она отползла прямо к морде Сибирского тигра, который заставил ее двигаться.
Она замертво упала в обморок, что спасло нас обеих от неприятностей.
Но ее подруга не была впечатлена. — Вампирская шлюха! — закричала она, запрыгивая мне на спину и оборачивая руки вокруг моей шеи. Я попыталась стряхнуть ее, но она была сильной и ловкой.
— Рот! — предупредила я ее, маневрируя в обратном направлении к куче коробок, и заманивая ее к ним, пока она, наконец, не купилась.
Затем она получила удар по голове, который заслужила.
Внезапно снаружи завыли сирены, услышанные из-за открытых дверей. Куча мужчин и женщин в черной униформе с оружием зашли внутрь.
Я догадалась, что наше время вышло. Прибыло ЧДП.
— Чикагский Департамент Полиции! — крикнул командир. — Оружие на землю! — сказали они. — Прямо сейчас, все оружие на землю. Руки за голову. Все вы!
Все как один, люди и суперы побросали оружие.
За исключением одного.
Этан стоял над МакКетриком, с мечом в руке. — Это было бы так легко, знаешь. Так легко для меня сделать это, забрать твою жизнь, как ты забрал жизни многих других.
— Сделай это, — скрипнул МакКетрик. — Сделай это. — МакКетрик позволял убить его, ожидая, конечно, что Этан сделаем ему такое одолжение. МакКетрик может быть мертвым, но его месть и его план будет полностью действенным. Он докажет, что вампиры были беспощадными машинами для убийства.
— Проблема в том, — сказал Этан, — Что я не ты.
Он отбросил свой меч и отступил назад, подняв руки, когда ЧДП окружил МакКетрика.
— Все кончено, — сказал Этан. — И скатертью тебе дорога.

***

Детектив Джейкобс дал нам фору, достаточную, чтобы мы смогли разъяснить нападение на МакКетрика и остальных, но не так долго, чтобы мы дали слишком много оправданий.
Детектив Джейкобс присвистнул, когда увидел технологическое оборудование позади. Но, несмотря на оборудование, в поле зрения не было ни одного шприца. Видимо, МакКетрик не смог заставить конвейер работать на него. Он изготовил сыворотку всего на один шприц, и его получила Бруклин.
Первоклассный компьютер стоял на столе экстракласса, и когда технические парни Джейкобса загрузили его, нашли в нем много информации: электронные письма МакКетрика и мятежников, копия химических анализов, которые дал ему Алан Брайант, копии материалов, которые он выкрал из Брайант Индастрис, и многогодовые отчеты его попыток саботировать и убить вампиров по всей стране.
Когда разбор полетов закончился с самым удовлетворительным результатом, нас официально отпустили; мы шли через склад к входной двери. Я случайно взглянула вниз, где вспышка серебра бросилась в глаза. Там на земле, под деревянным поддоном, лежал шприц, наполненный бледно-зеленой жидкостью. Он мерцал как драгоценный камень и обещал вещи, о которых, как я думала, не попрошу еще очень долгое время.
Человечность.
Очарование было более сильным, чем я могла вообразить, когда воспоминания заиграли на моих тайниках души: Солнечный свет. Летняя прогулка на лодке по озеру. Утренние пробежки в прохладе весны. Полуденный шоппинг по субботам. Проведение моих оставшихся человеческих лет со своей семьей, вместо долгой жизни после них. Завершить мою диссертацию, стать профессором.
Иметь детей.
В общем, оставить мою жизнь вампира позади.
Оставить Этана позади. Даже если бы мы остались вместе, несмотря на наши различия, я бы состарилась и умерла, а он нет. Я бы оставила его в покое, чтобы он прожил века, нашел другую. Я бы оставила его в руках другого Стража, кого-то, кто будет обязан присматривать за ним, охранять его.
И не только Этана. Моего дедушку. Мэллори. Моих племянниц и племянников. Их детей, и детей их детей.
Я не оставляла их жизни на удачу. Не тогда, когда у меня был выбор.
У меня был выбор... и я приняла его.
Я подняла шприц и поспешила догнать остальных.
— Джонах, — сказала я, привлекая его внимание и вручая ему шприц.
Он вопросительно посмотрел на меня.
— Для Бруклин, — объяснила я. — Возможно доктор Джиэнэкус сможет использовать его, чтобы найти для нее лекарство.
Он улыбнулся. — Спасибо, Мерит.
Дело сделано, я взяла Этана за руку, и пошла в жизнь, которую выбрала.

***

Малик встретил нас в фойе, когда мы вошли в Дом.
— Поздравляю с успешной миссией, — сказал он. — И звонит Лакшми Рао.
— Клянусь Богом, это никогда не закончится! — зарычал Этан.
— Не тогда, когда ты бессмертный, — согласился Малик. — Это на самом деле особенность.
Я прикрыла рот, чтобы сдержать смех, но Этан уловил суть и смерил меня уничтожающим взглядом.
— Лучше пусть она звонит, а не появляется у двери без предупреждения, — напомнила я им, затем взглянула на Малика и сжала два пальца вместе. — Ты не мог бы задержать ее на минутку?
Он улыбнулся. — Для тебя, Страж, разумеется, — сказал он, и исчез в коридоре.
Этан посмотрел на меня выжидающе. — Ну, Страж?
Мы оба с Этаном были согласны с тем фактом, что мы не были людьми, что наши отношения никогда не будут такими простыми, как могли бы быть у людей. Что мы были сверхъестественными, и в нашем предсказуемом будущем драма будет неизбежной частью наших жизней. Но это не означало, что не важно помнить о небольших вещах, уделять время нам и нашим отношениям, и хранить то, что мы имели.
— Мы пропустили День Святого Валентина, — сказала я. — Даже если мы вампиры, я хотела сделать для нас что-то особенное. Я подумала, что устрою ужин перед рассветом.
— То есть ты закажешь у Марго пиццу.
Я закатила глаза. — Нет. Кое-что получше. Что-то особенное.
Он на мгновение посмотрел на меня.
— Презумпция невиновности, — сухо сказала я.
— Ладно, Страж. У тебя есть второй шанс на День Святого Валентина. Но я предостерегаю тебя на будущее. Я умираю от голода... и не только из-за еды.
Этот комментарий заставил мою голову немного закружиться, этого было достаточно, чтобы я чудом не упала в фойе. Это бы не помогло планированию ужина, которое включало в себя работу в команде.

***

Я помчалась по лестнице на третий этаж и постучала в дверь Линдси. Она вытиралась после душа.
— Что случилось, дорогая?
— Мне нужна услуга.
— О?
— Я хочу спасти День Святого Валентина. Но я должна сделать это в течении следующих нескольких часов. Я уже определилась на счет ужина, с этим я могу справиться самостоятельно. Мне нужно кое-что еще. Угощение.
Линдси нахмурилась, прогуливаясь по комнате, пока обдумывала вопрос. — Магазины закрыты, поэтому на них не стоит тратить время. Ты уже спланировала ужин, будет через чур, если мы придадим ему немного пикантности?
Она повернулась ко мне и с намеком приподняла брови.
— Он уже получает это, — сказала я.
Она фыркнула. — Эмпатия, помнишь? Хорошо осведомлена в тонкостях вашей личной жизни.
Мое щеки вспыхнули.
— Нет, — сказала она. — Я имела в виду кое-что другое. Что-то, с чем нам может помочь Марго?
— О?
— Все очень просто, — сказала она, подмигнув. — Пусть ест торт.

***

Линдси оделась, после чего я последовала за ней вниз на кухню. Дверь Этана была все еще закрыта, но магия, просачивающаяся из-под двери не казалась слишком сводящей с ума.
Когда она открыла кухонную дверь, мы обнаружили помещение пустым, за исключением Марго, которая стояла перед одной из своих гигантских печей в своей белой форме повара, ее короткие темные волосы выглядывали из-под колпака. Он помешивала что-то в маленькой кастрюле крошечным венчиком, ее пристальный взгляд метался между содержимым кастрюли и электронным планшетом, лежащим около нее.
— Что готовишь, дорогая? — спросила Линдси, положив свою сумку на стойку и подходя украдкой к Марго.
— Беарнский соус[72], — ответила Марго, нахмурившись, когда посмотрела на соус, и начала яростно помешивать. — С соусами я не мастер.
— А ты можешь просто купить его в бутылке?
Марго пронзила ее взглядом. — Обученный повар не покупает беарнский соус в бутылках. — Она на какое-то время уставилась на соус, прежде чем издать звук крайнего раздражения. Она выключила горелку и отошла назад, потирая руками лицо.
— Что случилось? — спросила я.
— Соус испорчен. Снова. — Ее выражение лица сделалось несчастным и опустились плечи, она снова подняла взгляд. — Я могла, вероятно, попытаться спасти его, но с меня на сегодня хватит французской кухни, и я просто не могу этого сделать. — Она взглянула на нас с Линдси. — Что у вас на уме?
— У Мерит дилемма, и я думаю, что торт сможет это исправить.
У Марго в глазах как-будто свет загорелся. Ее выражение лица изменилось, от поражения к азарту новым вызовом.
— Торт, несомненно, исправит это, — сказала Марго. — По какому случаю?
— День Святого Валентина. Ну, запоздалый, во всяком случае.
Марго прижала руку к груди, — Ох, мило!
— Правда? — сказала Линдси. — Разве это для них не слишком нормально?
— Они такая милая пара, — заметила Марго, скрестив руки и прислонившись бедром к стойке.
— Вот почему я люблю их. Это восхитительно.
— Знаете, я стою прямо здесь, — напомнила я им.
— Я подумала, ты могла бы сделать тот шоколадный торт, — сказала Линдси.
— Рот Марго сформировал "О". — Ох, — сказала она, — Торт.
— Что еще за торт? — спросила я.
Марго взглянула на меня. — Это очень декадентский, безмучной шоколадный торт[73]. Бархатистый шоколад с легким намеком на малиновый ганаш[74]. Очень подходит для Дня Святого Валентина. Это очень сексуальный торт, — сказала она. — И Этан любит его. Это один из его любимых.
Я определенно пришла в нужное место за помощью. — Мы сможем его сегодня сделать? Я надеялась поужинать, прежде чем взойдет солнце. Это была долгая ночь.
Она посмотрела на свои часы и кивнула. — Вместе мы сделаем его очень быстро. У нас хватает времени испечь его и дать ему остыть. Как это звучит?
— Как феноменальный план, — сказала я, и начала немного улыбаться.
— Ох, милая, на самом деле я не буду его готовить для тебя. Я просто буду давать тебе указания. — Подмигнув, она указала на фартуки, висящие на стенном крючке. — Хватайте свою форму, и давайте начнем.
И так мы начали. Я думала, что на какое-то время выпекание торта может быть способом расслабиться. И в некотором смысле так и было. Мы были тремя девушками на кухне, смешивая и измеряя, пока обсуждали парней и их различные проблемы. Но Марго гордилась своей работой. И как любой другой вампир с таким же характером, она была требовательной в своей методике и очень, очень внимательной.
Какао должно было быть измерено совершенно особым способом. ( — Смети и зачерпни! Смети и зачерпни!)
Какао нужно было высыпать в миску совершенно особым способом. ( — Сначала просей!)
Сахар с маслом нужно было взбивать так, чтобы смесь получилась легкой и пушистой. ( — Это похоже на бетон! Продолжай мешать!)
Противень должен был быть идеально смазан маслом, затем посыпан какао, в рамках подготовки выпекания торта. ( — Если я вижу металл, значит ты не так сделала!)
Противень в печку нужно было ставить так, чтобы было не слишком высоко и не слишком низко, чтобы обеспечить последовательное выпекание. ( — Ставь ниже! Ставь ниже!)
Кое-как, каким-то чудом, мы прошли через это, и по-прежнему остались друзьями. И, должна признаться, я узнала много нового. Раньше я не много выпекала и сейчас на самом деле у меня не было желания начинать — я предпочла уклонение от удара катаной просеиванию комков какао-порошка — но какое-то время мы работали с этим, Марго многому нас научила.
Звякнул таймер, и Марго вытащила из духовки темный торт. Она поставила его на стенд для охлаждения, затем отошла назад, чтобы полюбоваться нашей работой.
— Дамы, — сказала она, — Он не выглядит ужасно.
Это не был комплимент, но я приняла его.
— Ты лучшая. — Я взглянула на часы. — Мне нужно бежать по делам. Я вернусь через двадцать минут. Пойдет?
— Конечно. Я приготовлю малиновую глазурь, и все будет готово. Я все сделаю, — пообещала она.
Я не сомневалась в этом. Она всегда делала.

***

Я почти упустила свой последний шанс угостить Этана лучшей пастой в Чикаго. Поэтому, когда предоставилась возможность, я ее не упустила. Я поехала в Тосканскую Террасу, взяла алюминиевые контейнеры с пастой, и помчалась со всех ног обратно в Дом.
Я обнаружила Этана в его кабинете, дверь открыта, аура относительно мягкая.
Я шагнула внутрь и подняла бумажный пакет с едой. — Ужин?
Он не выглядел впечатленным. — В бумажном пакете?
Но я продолжала улыбаться, потому что знала этого мужчину. Я знала, что ему нравится, и знала, что даже если упаковка не произвела на него впечатления, еда произведет.
— В бумажном пакете, — подтвердила я. Я закрыла дверь и понесла пакет к конференц-столу, где открыла его и выложила еду. Паста, хлеб, и оливковое масло для макания.
— Ты в этом уверена? — спросил Этан, подходя украдкой ко мне сзади и положив руку мне на талию.
— Абсолютно уверена. Я поняла твои указания по поводу пиццы, и не стала ее брать.
Конечно я была права.
Ужин был восхитительным. Потому что еда, даже из алюминиевых контейнеров, была вкусной. Потому что Этан стонал от наслаждения почти каждый раз, когда откусывал еду. Потому что мы разделили салфетки, смех и хлеб за конференц-столом в его кабинете. Потому что нам не нужны были тысячи долларов на шампанское или икру, чтобы доказать свою любовь или верность отношений.
— Есть что-то, что может описать удовольствие от полного живота, — сказал Этан.
— Не могу не согласиться. Мы будем хорошо спать после этого банкета. Или нам будут сниться странные сны об углеводах. Сложно сказать.
Этан усмехнулся, вытер рот, и бросил в кучу салфетку.
— Итак, ГС, — сказала я, когда сделала последний укус. — Что они хотели?
— Десятину, — ответил Этан. — Дариус, через Лакшми, потребовал, чтобы мы пожертвовали определенную сумму ГС в наказание за наше плохое поведение.
— Много? — Банкротство Дома походило на то, что ГС хотел бы сделать.
— Удивительно мало.
— Мало? — спросила я. — Почему?
— Потому что, судя по всему, это только первая часть их плана относительно нашего раскаяния.
— Какова вторая часть?
— Я не уверен. Но Лакшми едет сюда, чтобы поговорить с нами лично.
Прежде чем я смогла погрузиться в паранойю, в свете предстоящих событий, в дверь постучали, и Марго заглянула внутрь. — Специальная доставка?
— О? — спросил Этан.
Она полностью открыла дверь и закатила тележку.
— Марго, как предусмотрительно. Но тебе не стоило в это ввязываться.
— О, я не ввязывалась, — сказала она, положив руки на бедра. — Мерит испекла торт.
Глаза Этана стали похожи на огромные тарелки. — Мерит его испекла?
— Сэр, ваш тон не лестен, — уведомила я его.
— Она испекла. Для вас, на День Святого Валентина, потому что она к вам неравнодушна, я думаю. — С этими словами она подмигнула, и выкатила тележку.
Этан посмотрел на торт. — Он выглядит удивительно вкусным.
— Я не собиралась поражать тебя, знаешь ли, — сказала я.
Он усмехнулся. — У меня для тебя тоже кое-что есть. Обуйся.
— Обуться? Но как же торт.
Он посмотрел на меня взглядом, который не позволял поспорить. — Просто сделай это.
Я надела свои сапоги, затем молча последовала к двери за Этаном.
Остальная часть Дома была тихой, и когда Этан открыл входную дверь, небо на востоке начинало розоветь с первыми лучами рассвета.
Но сутью едва ли было небо.
По обеим сторонам передней лужайки, в свежем, белом снегу, было огромное сердце, выложенное тысячами розовых лепестков, потрясение темно-красного цвета на заснеженной земле.
— Что это? — спросила я, положив руку на сердце.
— Сердце, — ответил Этан. — Для тебя. Мое сердце, которое полностью принадлежит тебе.
Он взял мою руку и повел по снегу, остановившись у края сердца. Я подняла лепесток и провела рукой по его поверхности, такому мягкому, как бархат, настолько мягкому, что едва возникало чувство, что я чего-либо коснулась.
— Я не понимаю, — сказала я, оглядываясь на него с удивлением в глазах.
— Мы не люди, — сказал он. — И при этом не среднестатистические. Мы принимаем проблемы и обязательства, которые, пожалуй, не относятся к нам. Мы делаем это, потому что это правильно. Потому что это важно, и мы решили — ты решила — поддерживать тех, кто не может постоять за себя. Это, к сожалению, означает, что мы не всегда имеем возможность наслаждаться человеческими ритуалами.
— Днем Святого Валентина?
Этан кивнул. — Днем Святого Валентина. Но даже если ритуалы не могут быть для нас теми же, символизм важен. — Он откашлялся. — Ты спрашивала о татуировке на моей голени.
Я улыбнулась. — Спрашивала, — подтвердила я. — Более чем несколько раз.
— Это, на самом деле, была вина Амита. Мы были в Индии, на ночном поезде в Варанаси[75], и я проспорил. Небольшой спор, но тем не менее спор.
Я была ошеломлена. Это было так непохоже на него. — Ты сделал татуировку, потому что проспорил?
— Да, — ответил он, — И на Санскрите[76], потому что таковы были условия, на которые я согласился. Он любезно позволил мне выбрать фразу.
— Что она означает?
— Вечная жизнь, неугасающая страсть.
— О, это очень мило. — Это была красивая фраза, и особенно подходящая для бессмертного вампира.
Этан кивнул и взял меня за руки. — Я почувствовал твою страсть, когда мы встретились, Мерит. Когда ты впервые ворвалась в мой Дом с огнем в глазах.
— Это был не огонь. Это была настоящая, абсолютная ярость.
Он усмехнулся. — Признаю. Но душа без страсти не чувствует ярости. Или любви. И в твоей душе определенно была страсть. Я выбрал эту фразу, потому что думал, что это прекрасно. Сейчас я чувствую, что мне повезло, что могу счесть это правдой.
Слезы собрались на моих ресницах.
— У меня есть вечная жизнь, — сказал он. — Но ты моя неугасающая страсть. — Он положил руки на мои щеки и глубоко поцеловал. В его поцелуе была страсть, в движениях его языка, но поцелуй был обещанием. Нежности.
Любви.
Он отступил назад и надавил на мои губы самым мягким поцелуем. — Я люблю тебя, Кэролайн Эвелин Мерит. Счастливого Не Дня Святого Валентина.
— Счастливого Не Дня Святого Валентина, Салливан. — Я двинулась в его объятия, сплетая себя с его телом, его теплом, его свежим одеколоном.
Начал подниматься ветер, затем в порыве бросился на нас. Когда я оглянулась, он разнес сердце, поднимая лепестки роз в небо. Я с трепетом наблюдала, как они кружили вокруг нас, любовь, предоставленная воздуху силами вне нашего контроля. Подходящая метафора, подумала я.
— На самом деле есть еще одна маленькая вещь.
— Бриллианты? Я люблю бриллианты.
— Нет, — сказал он. — На самом деле это по поводу Манипенни.
Я сразу оживилась. — О?
— Я поговорил с Габриэлем. Я очень сильно надеялся, что он рассмотрит мое предложение купить ее. К сожалению, он не позволит этого.
Мое сердце немного подскочило. Это не то, чего я ожидала, но было бы, конечно, не плохо поездить на ней подольше.
— Он не позволит мне купить ее, — сказал Этан. — Но он позволит купить ее для тебя.
Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что он сказал. — Для меня? — Мой голос превратился в писк. — Ты серьезно?
— Абсолютно серьезно, — сказал Этан. — Она припаркована в гараже, на ее недавно назначенном месте для парковки. Габриэль ждет твоих указаний по поводу Вольво. Это неубиваемая машина, кажется, он хочет пожертвовать ее благотворительный фонду, который принимает транспортные средства. Если ты не против, конечно.
Немного благотворительности это великолепно, но это был Чикаго. — Ты серьезно по поводу парковки? Типо на самом деле?
Этан усмехнулся, потом бросил взгляд на небо, которое теперь было отмечено полосами индиго, темно-красного и оранжевого. — Солнце скоро встанет. Пойдем внутрь.
Он взял меня за руку, нежно сжимая, и вместе мы пошли обратно в Дом, темно-красный воздушный поток завивался позади нас. Скоро снова наступит ночь.
Кроме того, у нас был торт.
Мы добрались до входной двери, прежде чем проблема нашла нас снова.
— Этан. Мерит.
Мы обернулись и обнаружили на тротуаре детектива Джейкобса. Он был высокий, с темной кожей и короткими волосами. Он был одет в костюм и пальто от холода, мягкая фетровая шляпа на голове. Он засунул руки в карманы, отодвинув в сторону пиджак.
Этан нахмурился и пошел к тротуару. Я последовала за ним.
— Детектив Джейкобс. Что привело вас сюда?
— Боюсь, плохие новости.
У меня началась паника. — Мой дедушка? — спросила я, но он покачал головой.
— С ним все в порядке, Мерит. С ним это не связано. — Он посмотрел на Этана. — На самом деле, это по поводу событий, которые произошли здесь несколько дней назад — смерть Гарольда Мормонта.
Глаза Этана расширились, и мое сердце снова подскочило, но по другой причине. — А что по этому поводу?
— Прокурор решил, что вы ответственны за его смерть. Боюсь, был выписан ордер на ваш арест.
Я предполала, что молчание ГС не означало, что они смирились с решением Этана на нападение. Наоборот: они были достаточно злы — по крайне мере, некоторые из них — чтобы вмешать людей в дела вампиров. И сделали Этана, четырехсотлетнего вампира, подвластным их правосудию.
— Гарольд Мормонт не джентельмен, — заверил Этан. — Как ЧДП хорошо известно, он напал на этот Дом и убил двух охранников людей. Мы вызвали ЧДП, и офицеры приняли от всех заявления. Они пришли к заключению, что это была самооборона.
— Не имеет значения, что они думают, — откровенно сказал Джейкобс. — Важно что думает государственный обвинитель. Но, возможно, здесь есть некоторая уступчивость. Возможно, я пришел а Дом и обнаружил, что вы ушли?
Этан и Джейкобс смотрели друг на друга в течении долгого, тихого времени.
— Я так понял, у вас есть влиятельные друзья, которые живут за пределами города, — сказал Джейкобс. — Друзья с сильными связями?
Джейкобс имел в виду семью Брекенриджей.
Этан облизнул губы и кивнул. — И если так?
— Тогда, возможно, вы нанесете им визит на несколько дней, пока не будут достигнуты соответствующие результаты, составлены соответствующие отчеты. В противном случае, боюсь, мне придется арестовать вас.
— Едва ли есть выбор, — пробормотал Этан. — Но я ценю ваш гипотетический совет. И мне жаль, что вы пришли в Дом, и обнаружили, что меня нет.
— В таком случае, мой отчет это отразит, — сказал детектив Джейкобс, касаясь края своей шляпы. Он развернулся и ушел за ворота, оставив меня с Этаном в молчании.
— Что нам теперь делать?
— Судя по всему, — сказал Этан, — Мы позвоним Нику Брекенриджу, и попросим его еще об одной услуге... и будем молить Бога, чтобы он согласился помочь.


Примечания:
[69] - Миньоны (от англ. minion) — подчинённый; слуга, прислужник; приспешник.
[70] - Прото — (от др.-греч. πρῶτος — «первый») — часть сложных слов, указывающая на первичность, первооснову или предшествующий этап развития чего-либо (например, протоплазма, прототип, проторенессанс, прото-панк) или на высшую степень (преимущественно в церковных званиях), например протоиерей)
[71] - Little Mary Sunshine  — мюзикл, который пародирует старомодные оперетты и мюзиклы. Книга, музыка и лирика Рика Бесояна.
[72] - Беарнский соус (фр. Sauce béarnaise) — французский яично-масляный соус. Готовится из растопленного сливочного масла, лука-шалота, кервеля, эстрагона и белого винного уксуса.
[73] - 

[74] - Гана́ш (фр. ganache, ранее также встречалось написание ганаж) — ароматный крем из шоколада, свежих сливок и сливочного масла, использующийся в качестве начинки для конфет и пирожных и для украшения десертов.
[75] - Варана́си главный город одноимённой области в северо-восточной Индии (штат Уттар-Прадеш), город, имеющий для индусов такое же значение, как Ватикан для католиков (ЭСБЕ называет его: «Рим индусов»), средоточие брахманской учёности. Считается святым городом для буддистов и джайнистов, наиболее святым местом в мире в индуизме (как центр Земли в индуистской космологии). Один из старейших городов мира и, возможно, старейший в Индии.
[76] - Санскри́т (деванагари: संस्कृता वाच्, saṃskṛtā vāc IAST, «литературный язык») — древний литературный язык Индии со сложной синтетической грамматикой. Само слово «санскрит» означает «обработанный, совершенный». Возраст ранних памятников доходит до 3,5 тыс. лет (середина II тыс. до н. э.).
Прикрепления: 0797766.jpg(13Kb)



 
Форум » КНИЖНЫЙ КЛУБ » Книги целиком » "Больно укушенная" Хлоя Хейл (Чикагские вампиры 8)
Страница 3 из 3«123
Поиск:

Добавить свой баннер

Copyright chicagoland-vam.ucoz.ru © 2010 - 2014

Сайт посвящен творчеству Хлои Нейл.
Сайт является некоммерческим проектом. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт обязательна

Рейтинг@Mail.ru