· Новые сообщения · Ленточный вариант форума · Поиск · RSS · Подписки ·




Страница 1 из 212»
Модератор форума: MurkyMargosha 
Форум » КНИЖНЫЙ КЛУБ » Книги целиком » "Кровавые игры" Хлоя Нейл (Чикагские вампиры 10)
"Кровавые игры" Хлоя Нейл
ТриадочкаДата: Суббота, 06.06.2015, 20:30 | Сообщение # 1
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Кровавые игры



Хотя Мерит и не выбирала стать ли ей вампиром и Стражем Дома Кадоган, она поклялась сражаться за свой Дом и его Мастера, и ей удалось наладить прочные союзы с могущественными сверхъестественными обитателями Чикаго. Но даже если Мерит и пережила невероятные приключения, это может стать ее самым смертоносным...
В Чикаго орудует убийца, нападая на людей и оставляя своих жертв с магическими сувенирами. ЧДП не может выследить нападающего, и, когда количество жертв все возрастает, у города заканчиваются варианты. Вампиры и люди не очень хорошо ладят между собой, но убийца заставляет их заключить странный союз. Но сможет ли Мерит найти убийцу до того, как сама станет мишенью?


Переводчики: Triadochka, Teo
Вычитка: Triadochka, Teo
Обложка: Meloni


Все обсуждения и отзывы в этой теме
Прикрепления: 1421655.jpg(199Kb) · 4728413.jpg(114Kb)



 
ТриадочкаДата: Воскресенье, 21.06.2015, 22:43 | Сообщение # 2
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Глава 1
ЖИЗНЬ НА ПОЛНУЮ КАТУШКУ


Начало марта
Чикаго, штат Иллинойс

Он стоял рядом со мной, когда вспыхивали вспышки камер, высокий и стройный мужчина с ярко зелеными глазами и золотистыми волосами. Он был одет в шорты, кроссовки и рубашку с длинными рукавами, которая облепляла упругие мышцы его торса. Его волосы, которые обычно касались плеч, были собраны на затылке в хвост, а вокруг шеи блестел серебряный кулон, что отмечал его, как вампира Кадогана.
Но он был не простым вампиром. Этан Салливан был Мастером Дома Кадоган.
Даже в кроссовках, уперев руки в бедра, пока он стоял под желтой аркой, что отмечала стартовую линию, и часами, отсчитывающими в обратном порядке до ноля, в нескольких метрах от него, его Господство было неоспоримым. Он выглядел ни много, ни мало, как лидер своих людей.
Он поглядел на меня, выгнув бровь в его обычной властной манере.
— Страж. Ты, кажется, наслаждаешься этим слишком сильно.
Я собрала свои длинные темные волосы в хвост, воспользовавшись резинкой, которая висела у меня на запястье, длинная челка прикрывала лоб. Я тоже была одета для бега — спортивная футболка Дома Кадоган, легенсы, длинной до икры, и бросающиеся в глаза неоново-оранжевые ботинки, от которых у меня на лице расцветала улыбка, когда я смотрела на них. Но эта экипировка не была просто ради забавы; она была практичной. Она предназначалась для того, чтобы я смогла достичь своей цели: перегнать Этана Салливана до финишной черты.
— Не каждый день у меня выдается шанс перещеголять тебя перед аудиторией.
Этан фыркнул, в его глазах мелькнул отблеск веселья.
— Я не планирую позволять тебе обойти меня, Страж. Но я готов сделать это интересным.
В его глазах был такой жар, что я чуть не покраснела. Но так как у нас была аудитория, я сдержалась.
— Насколько интересным?
— Ужин. Выбирает победитель.
Как любительница покушать, я не колебалась.
— Идет.
— Я еще не закончил, — сказал он с лукавой улыбкой. — Ужин выбирает победитель — также как и одежду.
— Мне нравится, когда ты в джинсах, — парировала я. Обычно он предпочитал изысканность, но даже он не смог бы бежать в изящном французском костюме и итальянских туфлях. Но если выражение его глаз было каким-то признаком, то он не планировал надевать джинсы, кожу или шерсть.
Он только фыркнул в ответ.
В Чикаго стоял март, и воздух все еще был по-зимнему холодным. Но весна уже почти потеснила зиму, и тысяча человек стояла в стороне, наблюдая за «Рывком Кадогана», за состязанием в беге, которое мы организовали, чтобы собрать деньги для благотворительного продовольственного фонда Чикаго.
Я занималась делами общественности в Доме, и мне недавно напомнили о важности благотворительности. Поэтому я решила, что благотворительная акция была как раз тем, что доктор прописал, именно поэтому мы стояли в Грант-Парке оживленной весенней ночью, готовясь пробежать пять километров с несколькими сотнями друзей. В то время как Малик, второй по званию в Доме, остался в стороне (и подальше от Этана из-за преемственности), другие собрались для небольшого дружественного соревнования. Люк, капитан охраны Кадогана, с его русыми волосами. Коннор, молодой вампир моего класса с беззаботным характером от наплывшего богатства. Броуди, новый охранник Кадогана с ногами длинной в километр, которые, вероятно, будут очень кстати сегодня вечером.
Но это не означало, что это состязание было просто забавой и игрой.
Для сверхъестественных Чикаго времена были тяжелые, но настрой людей, казалось, улучшился за последние несколько недель. С Этана сняли обвинения в том, что он хладнокровно убил вампира; это была очевидная самооборона, так как на Дом Кадогана совершили нападение. Мой дедушка, Чак Мерит, снова стал официальным Омбудсменом Сверхъестественных города, помогая вампирам, оборотням, речным нимфам и прочим с их различными проблемами. И в очередной раз, переменчивый маятник человеческих эмоций качнулся к любви. Конечно же, недоброжелатели вампиров были. Вампиро-ненавистники. Конспирологи[1]. Но также были и члены фан-клуба Этана Салливана.
На большинстве человеческих зрителей, которые толпились позади барьера, были надеты футболки с изображением Этана и значки «Я ЛЮБЛЮ ЭТАНА». Но к моему большому удивлению, Этан не был единственным вампом Кадогана, имеющим фанатов среди публики. Там было несколько фанатов, держащих раскрашенные вручную плакаты «Я ЛЮБЛЮ МЕРИТ» и одетых в футболки «СТРАЖ №1», что было круто, если бы слегка не обескураживало.
Женщина по другую сторону ограждения протянула глянцевую, двадцать на двадцать пять фотографию и перманентный маркер.
— Этан! Этан! Могу я взять ваш автограф? — Ее лицо пылало от возбуждения, глаза расширились от надежды.
— Твои фанаты ждут, — сказала я с улыбкой.
— Ты мой любимый фанат, — произнес он, и на виду у камер, зрителей и новостных фургонов, поцеловал меня.
К тому моменту, когда он снова выпрямился, мои щеки покрыл румянец, а поклонники Этана с энтузиазмом гудели. Судя по всему, не имело значения, кого целовал золотой бог — лицезрения его поцелуя было достаточно, чтобы наслать на них истерию.
Учитывая проницательность в их глазах, я сомневалась, что они почувствуют хоть какое-то угрызение совести от того, что отпихнут меня в сторону, чтобы подобраться немного поближе к нему.
— Вперед, — сказала я ему. — Встреться со своими воздыхателями. Подпиши несколько автографов. Это хороший пиар для Дома.
Он скользнул по мне взглядом, улыбнулся.
— Не боишься, что одна из фанаток попытается увести меня при помощи слов любви?
— О, они попытаются это сделать, — сказала я. — Но у меня нет никаких сомнений в том, что ты вернешься ко мне.
Его улыбка была умилительно обаятельной.
— Потому что я люблю тебя всем сердцем?
— Разумеется, — ответила я.
Кроме того, у меня были ключи от машины.
Нам был нужен хороший пиар, пока мы могли получить его. У меня была все большая настороженность, что поток снова повернет; люди всегда искали козлов отпущения. Сверхъестественные стали легкой мишенью.
Люди не были нашей единственной проблемой. Дом Кадогана недавно покинул Гринвичский Совет, европейский консилиум вампиров, который управлял европейскими и северо-американскими вампирами — но мы еще не вышли из драмы. ГС находился в полной заднице. Некоторые члены совета ненавидели наш Дом; другие ненавидели людей. Это была организация, в целом потерявшая связь с современным миром.
И Этан, который прошел вперед, чтобы пообщаться с толпой, подал заявление, чтобы взять на себя ответственность за него. Он подал документы неделю назад. Что было затруднительно, так как у ГС уже был глава — Дариус Вест, могущественный вампир, злосчастная связь с американским серийным убийцей которого ослабила его эмоционально, впечатляющее достижение для бессмертного. Убедившись, что Дом и его финансы были в порядке, Этан выдвинул свою кандидатуру, и пока что мы ничего не слышали.
У Дариуса были варианты. Вампиры любили правила, и Канон, сборник вампирских законов, излагал три официальных ответа на «Благородный Вызов» Этана. (Вампиры также любили использовать большие буквы). Согласно Канону, Дариус мог отплатить колкими словами, ответив «Остроумием», которое, как я представила себе, будет чем-то вроде «Принеси» или «Вас только что обслужили». Дариус мог вызвать Этана на дуэль, вероятно на катанах, поскольку это было привилегированным оружием вампиров, или «силами всех Домов», что по сути означало, что Дариус мог созвать все остальные вампирские Дома, чтобы объединить силы против нашего.
Он пока еще не сделал ничего из этого, и молчание больше нервировало, чем если бы нам угрожала прямая атака. Тем временем, Этан связался с Мастерами Домов, что в союзе с Кадоганом — чьи эмблемы висели над дверью Дома Кадогана — подкрепляя его поддержку.
Мы решили продвинуться вперед с состязанием в беге, но мы, конечно же, внимательно следили за Этаном. Поскольку я была Стражем Дома, его безопасность была одним из моих приоритетов. И у меня были помощники в толпе: сотрудники моего дедушки — Катчер Белл, колдун, и Джефф Кристофер, оборотень — а также тайные члены Красной Гвардии, организации вампиров, созданной, чтобы следить за ГС и двенадцатью Мастерами американских вампиров.
Девушка Катчера и моя не-вампирская лучшая подруга, Мэллори Кармайкл — полноправная колдунья — стояла с Джеффом и Катчером, ее голубые, окрашенные омбре волосы были собраны в высокий пучок, в ее руке был маленький флажок Кадогана. Она помахала мне флажком, ее голубые глаза улыбались, и очень восторженно показала мне пальцы вверх.
Члены КГ носили футболки «Вечерней Средней Школы», чтобы указать на их членство. В их ряды входил мой высокий, привлекательный и каштаново-волосый партнер по КГ, Джонах, который стоял рядом с женщиной, решительно трясшей своим декольте перед Этаном, пока он раздавал автографы. Я наградила женщину уничижительным взглядом, но она лишь пробежалась по мне глазами. Я не была объектом ее влечения.
— Они тупо делают вид, что нас здесь нет.
Я усмехнулась вампирше рядом со мной, женщине с белокурым хвостиком, в ярко-розовой футболке и черных легенсах для бега, которые обтягивали ее длинные ноги. Это была Линдси, одна из охранников Кадогана и возлюбленная Люка. А Люку хватало своих собственных фанатов, мужчин и женщин, которые льстиво смеялись каждый раз, когда он смахивал свои взъерошенные кудри с глаз. Судя по нахальной ухмылке на его лице, он, казалось, не был против внимания.
— Люди или вампиры? — спросила я.
Линдси фыркнула.
— Хороший вопрос. Я не уверена, что Люк смог бы выделить меня среди этой очереди прямо сейчас. Особенно не тогда, когда она рисуется своими малышками. — Она кивнула в сторону женщины с открытым декольте и вытатуированным «Вкусняшка Люк» черными буквами на ее груди.
— Он никогда не перестанет говорить об этом, — согласилась я.
— По крайней мере, у тебя есть собственные фанаты. Там стоит один очень аппетитный мужчина, который не сводит с тебя глаз. На два часа от тебя, — сказала она и я вскользь окинула его взглядом.
У него была темная кожа и бритая голова, под сочными губами виднелась эспаньолка. Его глаза были широко расставленными и ярко-карими. Возле уголка левого глаза была небольшая татуировка в форме полумесяца.
Его пристальный взгляд был прямым, любопытным и сосредоточенным на мне.
Я оглянулась на Линдси, открыв рот.
— Он великолепен.
Она кивнула.
— Видишь? Собственные фанаты. Пока Этан не увидел его и не избил до кровавых соплей за то, что пялится на тебя, все хорошо. И даже если он так и сделает, — сказала Линдси с ухмылкой, растягивая сначала одну ногу, затем другую, — твой запасной фан-клуб вон там. — Она указала на Омбудсменов, как мы называли Джеффа и Катчера.
— Они не фанаты; они семья. — Может, не с генетической точки зрения, но определенно в душе. И, принимая во внимание футболку Катчера «ДА, Я ВСЕХ НЕНАВИЖУ», невзирая на их личные причуды.
— Помимо всего прочего. Они на работе.
— Кстати говоря, ты что-нибудь чувствуешь?
Вампиры предпочитали сражаться при помощи катан, и мое личное оружие было закалено моей кровью, дав мне способность чувствовать другое оружие поблизости. Я мысленно настроила свое восприятие игнорировать скрытые клинки, принесенные членами КГ, и на настоящий момент, толпа была чиста.
— Не-а, — ответила я, изучая зрителей, которые улыбались и фотографировались. — Пока все хорошо. Будем надеяться, что так все и останется.
Линдси фыркнула.
— Дорогая, мы вампиры. Наверняка, что-нибудь случится.
Досадное, но справедливое замечание.
— Итак, бегуны, — произнес судья забега в свой мегафон. — До старта остается меньше минуты. Пожалуйста, приготовьтесь.
— Удачи, — пожелала Линдси, сжав мою руку. — Мы будем прямо за тобой.
Я кивнула.
— И тебе. Смотри в оба.
Она подмигнула.
— Во все глаза.
Этан присоединился к нам, перевязав свои волосы небольшим кожаным шнурком, и мы двинулись в начало толпы бегунов, которые растягивали ноги и делали повороты в талии, чтобы размяться.
Он улыбнулся мне, и я оттолкнула стрелу похоти, которая пронзила меня насквозь — и увеличила мой сердечный ритм лучше, чем всякая разминка.
Этан наклонился вперед, согнув локти и колени.
— Готова, Страж?
— Всегда, — ответила я с моей любимой дерзкой ухмылкой. Я повела плечами, повторила его позицию и приготовилась двигаться.
— Внимание!
— На ужин будет «Poulet à la bretonne[2]», — сказал Этан с очевидной угрозой, которая, как я подразумевала, была французской курицей.
— Острые крылышки, — парировала я, и Этан содрогнулся.
— Марш! — произнес судья забега, и пронзительный рев клаксона заполнил воздух.
Я приложила каждый грамм усилия, который смогла выжать, и рванула с линии, отрываясь на несколько шагов от Этана и направляясь вниз по улице. Вампирская сила различалась. Некоторые вампы были сверхсильными и сверхбыстрыми; другие были не на много сильнее людей. К счастью, я обладала обоими из них. Также, как и Этан.
Я решила начать со стремительного старта, чтобы оторваться и попытаться получить начальное лидерство над ним. Мне оставалось только надеяться, что смогу держать темп и не выдохнусь до финишной линии.
Спустя два квартала я поняла, что это было принятием желаемого за действительное. Он был выше меня, с более длинными ногами, а также сильнее и быстрее, поскольку нагнал меня. Он поравнялся с моим темпом, двигаясь бок и бок рядом со мной с полными решимости глазами и легкой улыбкой.
«Boeuf bourguignon[3]», — мысленно сказал Этан, активировав ментальную связь между нами.
«Хрустящий жареный картофель», — возразила я. Он никогда бы не обыграл меня в этой игре. Я была высокой и стройной благодаря годам занятий балетом и моему вампирскому метаболизму, но я разбиралась в еде так же хорошо, как Этан в инвестициях и европейской обуви. Я могла отвечать ему угрозой на угрозу, не прилагая особых усилий.
Оно и лучше, поскольку на бег их требовалось довольно много. Мы двигались как машины, каждый сустав и мышца передвигались точно и настолько быстро, что наши тела казались расплывчатыми.
Я не могла видеть остальную часть группы, но слышала их позади себя — лидирующие бегуны держались в нескольких метрах позади нас, по всей видимости, не возражая против того, чтобы мы с Этаном поборолись за первое место.
И мы боролись. Он не собирался отдавать мне эту победу, или покоряться ужину из картофельной запеканки или мяса на палочках. Но он не создал слабого вампира; я тоже не собиралась сдаваться. Я мельком взглянула на него, увидела, что пот бисером выступил у него на лбу, напрягла свои силы и двинулась. Несмотря на то, что вглядывалась в темную улицу на наличие опасности, я двигалась вперед.
Как псевдо-член охраны Дома, я тренировалась каждый день, и понемногу продвигалась вперед. Сантиметр за сантиметром, я вырвалась вперед, моя кровь неслась по венам, а сердце бешено колотилось. Полметра, затем метр.
Представители ЧДП, сидя на мотоциклах, чтобы перегородить перекрестки, махали и свистели, когда мы пробегали мимо. Мимо проносились кварталы, бетон и стекло делового центра Чикаго, кафе и туристические магазины. Вдоль улиц выстроились люди, некоторые из любопытства, чтобы взглянуть на нас, а некоторые с мерзкими плакатами, которые гласили, что наше появление сигнализирует о конце света. Поскольку вампиры жили среди людей с незапамятных времен, их логика была неутешительно ошибочной.
Мы свернули на Стэйт, побежали в сторону Реки Чикаго, а затем по разводному мосту, что пересекал дорогу. Этан был всего на шаг позади меня, вероятно намеренно, следуя у меня по пятам, чтобы ему было проще.
Но я не собиралась облегчать ему задачу.
Минуло полтора километра, затем три, почти таким же образом. Мои ноги отяжелели и устали, но я проигнорировала это, собралась с силами и поднажала. Может быть, это было неправильно или по-детски, но я хотела выиграть. Я любила и уважала Этана, но сегодня хотела сделать его. Я хотела пронестись мимо него на финише, ликуя своей победе, и отпраздновать с едой настолько поджаренной, обваленной в кляре и приправленной, что ее было бы сложно распознать.
Мы прошли последний поворот перед прямой, которая вела к финишу.
Глаза сосредоточились на арке, я сузила свой взгляд, используя каждую мышцу в моем теле, чтобы продвинуть ноги вперед, быстрее, быстрее, быстрее.
Но потом я услышала их, фанатов, кричащих на финише. — Этан! Этан! Этан! — Они болели за него, надеясь, что он выиграет. Ждали, что он выиграет. Он был их суперзвездой.
Я хотела сделать его... но далеко не так, как хотели они его победы. Моя победа будет удовольствием для меня. Его же будет удовольствием для всех них.
Я позволила себе немного поворчать, признавая, что то, чего я хотела — сделать его полностью и основательно и заставить есть среднезападную запеканку, пока заправка для салата не засочится из его пор — я не всегда должна получать.
Я могла позволить ему выиграть, отдать победу ему и его воздыхателям. Простимулировать его эго и укрепить их фандом. Человеческие фанаты не были чем-то, само собой разумеющимся. Хотя я могла жить без фанфиков.
Но, подумала я с ухмылкой, несмотря на то, что могла отдать ему победу, я стопроцентно собираюсь заставить его побороться за нее.
И он над этим работал. Я поднажала, увеличивая темп, мои ноги так усиленно и быстро работали, что пальцы почти онемели. Я слышала звук его шагов позади себя, его интенсивное и тяжелое дыхание, запах парфюма доносился от его разгоряченного и подвижного тела.
Я ждала до тех пор, пока нас не стали разделять полтора метра... затем замедлилась. Этого было достаточно.
Этан прорвался через роскошную голубую ленточку на финише, я отставала от него на несколько шагов. Толпа взорвалась, ликуя, как если бы «Кабс[4]» выиграли кубок.
С вздымающейся грудью Этан оглянулся на меня, выгнув бровь, от его ухмылки приподнялся один уголок рта. Его тело поблескивало от пота, на это стоило посмотреть.
— Думаю, я выиграл, — сказал он, чуть ли не сияя, когда направился ко мне, безумные женщины выкрикивали его имя. Они могли кричать — и предлагать родить ему детей и отдать свое нижнее белье — но он продолжал идти ко мне. По большому счету, я выиграла.
Он прижался поцелуем к моему лбу.
— Молодец, Страж. Это была хорошая битва.
— Я приложила все усилия, — ответила я, надеясь, что мое смирение казалось искренним. Поскольку внутри я упивалась тем фактом, что, пожалуй, могла бы сделать его. И это было пределом всех мечтаний.
— И теперь мне придется есть фантастическую французскую еду, название которой не могу выговорить.
— Это не так уж и плохо, — сказал он. — Я посоветуюсь с Марго.
Марго была шеф-поваром Дома.
— Никаких улиток, — проговорила я. — Или чего-нибудь с более, чем четырьмя ногами. И ничего, что похоже на пауков.
— Твой список такой же странный, как и твой вкус, — произнес он, — но я уверен, что она придумает что-нибудь интересное.
— Поздравляю! — сказал судья забега, энергично пожимая нам руки перед тем, как вручить медали. Серебряные медали были в форме Дома Кадогана, подвешенные на широкие темно-синие ленты. Я опустила голову, пока он вешал медаль мне на шею, а затем смотрела, как он то же самое делает с Этаном.
— Изумительное шоу, — произнес он, но выглядел огорченным. — Вампиры ведут записи? Я бы составил официальные таблицы, если бы знал — это было настолько быстро.
— Не беспокойтесь, — сказал Этан, глядя на доску, на которой значилось наше финишное время. — Мы были быстрыми. Но есть и более быстрые вампиры.
— Ну, в любом случае, чертовски впечатляет. — Он с энтузиазмом пожал Этану руку. — Если вы захотите потренироваться или организовать еще забег, я был бы рад работать с вами.
— Я это ценю, — ответил Этан, и судья исчез, чтобы встретить других, пересекших финишную черту.
Именно тогда я почувствовала это: сигнальное покалывание металла — пистолета — движущегося около нас.


Примечания:
[1] - Тео́рия за́говора (от англ. conspiracy theory, также известная как конспирология) — совокупность гипотез, представляющая некоторую последовательность общественно-значимых событий, определенные исторические явления, или ход истории в целом как результат заговора со стороны некоторой группы людей, управляющих этим процессом из корысти, амбиций или иных личных, групповых, клановых и др. интересов.
[2] - Курица в соусе Бретон (фр.)
[3] - Говядина по-бургундски (фр.)
[4] - Чикаго Кабз (англ. Chicago Cubs) — профессиональный бейсбольный клуб, выступающий в Центральном дивизионе Национальной лиги Главной лиге бейсбола. Команда была основана в 1870 году. Клуб базируется в городе Чикаго, Иллинойс.



 
ТриадочкаДата: Среда, 01.07.2015, 16:30 | Сообщение # 3
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline

Глава 2
ПРОТИВОСТОЯНИЕ


У меня подскочил адреналин, и время, казалось, замедлилось, став напоминать тягучий сироп — каждое движение подчеркнуто, каждый запах сильнее, каждый звук громче. Я оглядела толпу в поисках вспышки металла, намека на опасность. В поисках чего-то, что объяснило бы лютый холод, который сейчас прокладывал свой путь вверх по моему позвоночнику.
«Этан», — мысленно предупредила я, вставая перед ним. Я почувствовала, как его магия возросла, когда он превратился из спортсмена в Мастера вампира и оглядел площадь. Я также почувствовала всплеск раздражения от этого. Он был альфой ровно настолько, чтобы напрягаться от того, что я заслонила его.
«Угроза?» — спросил он.
«Я не уверена».
Я почувствовала, как Люк и Линдси двигались позади нас. Оружие, каким бы оно ни было, продолжало перемещаться, пробираясь сквозь толпу, словно змея, и вызывая мурашки на моих руках.
— Мерит? — спросил Люк.
Сцена была совершенно безобидной, за исключением похоти, что наполняла воздух. На мгновение я подумала, что мне показалось, что я просто неправильно истолковала волнение в пользу чего-то более зловещего.
Но ощущения гудели резче и громче, словно порванная струна на гитаре, посылая тревожные вибрации через мою грудь. Периферийным зрением я засекла движение, быстрое и злонамеренное, и когда оглянулась, поймала взгляд, направленный в сторону Этана.
— Оружие, — сказала я Люку, указывая в сторону толпы, где таилась магия. — Отведи его в твою машину.
С ними он будет в безопасности, сказала я себе. Таков был план, который мы выработали. Но план — это одно, а реальная жизнь — нечто другое. Страх и предчувствие смешались с адреналином, который подскочил при мысли о возможном сражении, и оставалось мало сомнений, когда мои глаза посеребрились в знак проявления вампирских эмоций.
Люк взял Этана за руку, начал тянуть его прочь... и именно тогда звук выстрела прорезал воздух.
— Идите! — крикнула я, оттолкнув Люка и Этана назад и пригнувшись, когда темная и блестящая машина с мощным движком завизжала шинами сквозь темноту, заполняя воздух запахом резины. Машина заскочила на бордюр и, не долго думая, двинулась в сторону арки, которая отмечала финишную линию.
Выстрелы производились из машины — второй, затем третий. Люди закричали и бросились в укрытие; Люк и Линдси вели Этана к внедорожнику Линдси.
Я встала прямо между ними и автомобилем. Если водитель целился в Этана, то сначала ему придется пройти через меня. В прямом и переносном смысле.
Я позволила выступить своим клыкам, выпрямила колени, чтобы они не дрожали, и уставилась на машину со всей беспощадностью, какую смогла собрать. Но это вовсе не значило, что я не боялась — я смотрела прямо на огромное количество лошадиной мощи и водителя с определенными намерениями. Но страх, как я уже давно выучила, не был оправданием.
Точно так же, как и мое существование не служило оправданием водителю, чтобы остановить машину. Он мчался вперед, и я заставила себя остаться там, где стояла, несмотря на то, что мое сердце бешено колотилось, несмотря на то, что я представила себе удар и ждала соприкосновения.
Но будь я проклята, если он пройдет через меня.
Он был так близко, что я видела белки его глаз — а потом вывернул руль в сторону, пробуксовав машиной до полной остановки, посылая гравий в воздух и волны магии в мою сторону.
Борт машины остановился в нескольких сантиметрах от меня, сдувая челку с моего лба и позволяя мне увидеть водителя через открытое окно. Глаза, эспаньолку, татуировку.
Это был тот мужчина, который наблюдал за мной в толпе, тот, который, как мы с Линдси думали, был фанатом. Но его интерес, видимо, не был связан со мной.
— Если бы он знал, что для него хорошо, — сказал мужчина, его голос был глубоким и насыщенным, — оставался бы в Чикаго, подальше от Лондона.
Я ожидала язвительности по поводу нахождения вампиров в Чикаго, по поводу нашей наглости относительно проведения мероприятия на общественной улице, а не противоположной угрозы. Поскольку ГС находился в Лондоне, угроза была очевидной. Источник же нет.
— Кто ты такой? И почему тебя волнует то, чем он занимается?
— Я посланник, и ему следует прислушаться к предупреждению. Если он не отступит, то пожалеет об этом.
Он поднял пистолет, направив ствол на меня, словно подчеркивая угрозу. Точно так же, как его пристальный взгляд, рука его была предельно тверда. Мы пристально смотрели друг на друга мгновение, которое растянулось и удлинилось, как вытянутая ириска.
В этот затянувшийся момент, этот медленный промежуток, я увидела, что его палец двинулся, и почувствовала внезапное тепло, воздух сотрясся от запуска патрона. Я крутанулась, припадая к земле, волосы обвились вокруг меня, кончики пальцев коснулись холодного, мокрого асфальта.
Пуля просвистела над моим плечом, выше и левее. Он бы промахнулся, даже если бы я стояла.
Твердая рука, непоколебимый взгляд, умение парковать такую машину в мгновение ока, и он промахнулся?
Я повернула голову, чтобы снова посмотреть на него.
— Бах, — произнес он одними губами, в уголках его рта поблескивали клыки.
С пронзительным визгом резины по асфальту, он тронулся и снова выехал на дорогу.
Темноту взорвали сирены, когда полицейские патрульные пронеслись мимо за машиной. И вот так началась погоня.

***

Колдунья и ее свита вампиров — которая включала в себя Джонаха и бегунов из Дома Кадогана — бросились ко мне.
— Боже, Мерит! — Мэллори положила руки мне на плечи, сжала и осмотрела меня. — Ты в порядке?
— Все хорошо, — заверила я ее, кивнув Джонаху, хотя мои руки и колени тряслись от накопившихся адреналина и страха. Но я заставила себя держаться на ногах. — Я в порядке. Что насчет Этана? Где Этан?
— С ним все в порядке, — ответил Броуди. — Они едут обратно в Дом. Люк поехал дальней дорогой. Не хотел застрять на автостраде.
Где они были бы легкой добычей. Хороший план.
— А Малик? — спросила я.
— В Доме, и с ним тоже все в порядке. С ним Келли и Джульетта — и они не выпускают его из виду. — Они были двумя оставшимися охранниками Кадогана, хорошими и опытными. — Келли сказала, что там ничего необычного не происходило. Может, это кто-то так рисуется?
Я издала уклончивый звук. Это был не рисующийся вампир; это был вампир, пытающийся очень специфически донести свою точку зрения.
— Посмотрим, — произнесла я.
Кристина, грациозная и симпатичная вампирша, вышла вперед. На ней был спортивный костюм в ярких оттенках фиолетового, а ее черные волосы были собраны в идеальный конский хвостик. Ее макияж тоже был идеальным, несмотря на пятикилометровый пробег; она выглядела так, словно только что сошла с рекламы «Витабайта[5]» или новой линии витамино-содержащих напитков «Крови для Вас».
— Что мы должны делать? — спросила она меня.
Я огляделась. Некоторые из человеческих зрителей получили ранения в хаосе, и Катчер с Джеффом помогали ЧДП успокоить и стабилизировать их в ожидании санитаров. А поскольку Люк с Этаном уехали, я предположила, что это сделало меня ответственной за вампиров Кадогана.
Я показала в сторону человеческой толпы.
— Мэллори, Броуди, почему бы вам не помочь Катчеру и Джеффу с людьми?
Мэллори кивнула, сжала мою руку и побежала легкой рысью. Броуди последовал за ней.
Я оглянулась на остальных вампиров Кадогана. Они не были ни охранниками, ни штатными сотрудниками, а гражданскими лицами Дома. Им нужно было добраться до безопасного места.
— Теперь, — сказала я, — пока мы выясняем, что происходит, возвращайтесь в Дом. Это лучший вариант, пока Этан не распорядился по-другому.
По крайней мере, я надеялась, что это был наилучший вариант. Но они согласились без возражений, кивнув и сняв стартовые номера, направились к своим машинам или надземке.
После этого мы с Джонахом остались наедине.
— Мерит, что это была за хрень?
— Все дело в ГС, — ответила я, посмотрев в его обеспокоенные голубые глаза. — Водитель сказал, что Этан должен остаться в Чикаго, подальше от Лондона.
— Боже, — произнес Джонах, широко раскрыв глаза. — Ты узнала водителя?
— Он был в толпе — я видела его перед забегом. Вампир, без выраженного акцента, по-видимому кто-то, кто не хочет, чтобы Этан бросал Дариусу вызов. Но он сказал, что просто посланник.
— Потому что он работает на Дариуса?
— Может быть. Или на кого-то, кто имеет личную заинтересованность в руководстве ГС — и считает, что Этан не подходит для этого. — Я просканировала свой мысленный список остальных одиннадцати Мастеров Домов; водитель не соответствовал ни одному из них. Но у него была одна отличительная черта.
— У водителя была татуировка в форме полумесяца у левого глаза. Это тебе о чем-нибудь говорит? Может, это символизирует что-нибудь вампирическое?
— А есть такое слово как «вампирическое»?
Я только посмотрела на него.
— Прости, — произнес он, засовывая руки в карманы. — Ты не единственная, кто использует сарказм, чтобы справиться с ситуацией. Неудачная тенденция.
— Моя тенденция совсем не неудачная. И я приму это как «нет».
Джонах кивнул.
— Такое клеймо мне не знакомо. На Западном побережье есть несколько подгрупп Бродяг, которые используют татуировки, чтобы отметить на себе отсутствие членства.
— Иронично.
— Очень. Но они единственные, о ком я знаю. Как бы то ни было, я могу проверить архивы КГ. С этого можно начать.
— У КГ есть архивы?
Он закатил глаза.
— По сравнению с другими напарниками, ты не очень впечатляешь.
— Спасибо, дорогой. Я тебя тоже ценю. — Но этот комментарий попал в точку. У большинства в КГ были очень близкие партнерские отношения — физически и эмоционально. Я не могла предложить такого рода отношения Джонаху, но мне не везло на критические моменты. Казалось, что я постоянно разбираюсь с какой-нибудь вампирской драмой или еще что.
— Не принимай близко к сердцу, — сказал он, игриво похлопав меня по плечу, в его миндалевидных голубых глазах сияла усмешка. — Когда ты присоединилась к нам, мы знали, что ты будешь немного другим стражем.
Я моргнула.
— Я серьезно хочу обсудить это во всех подробностях, но, пожалуй, в более подходящее время.
— Тебе следует съездить на маяк, — сказал Джонах. — Прошло довольно много времени.
Я не могла с этим поспорить. У КГ была штаб-квартира на маяке, который располагался в гавани Озера Мичиган. За те несколько месяцев, что пробыла членом КГ, я была там только один раз.
— Даю слово. Хотя прямо сейчас может быть довольно трудно куда-то уехать, учитывая все обстоятельства.
Зазвонил телефон Джонаха. Он вытащил его и проверил экран.
— Это Скотт. Мне нужно возвращаться в Дом. Я напишу тебе завтра.
Я кивнула и смотрела, как он уходит.
— Они упустили водителя.
Я обернулась и увидела, как Катчер движется ко мне от группы зевак. Я не упустила жесткости в его голосе.
— Ты что, шутишь?
— К сожалению, нет. Он бросил машину, и ЧДП потеряли его где-то в Маленькой Италии[6]. Они опрашивают соседей. Возможно, им повезет.
— Возможно, — согласилась я, но сама так не думала. Он был вампиром, и, вероятнее всего, сильнее и быстрее полицейских.
— Криминалисты уже в пути, — сказал он. — Они проверят машину, соберут гильзы и поищут отпечатки пальцев. Может, они смогут привязать оружие к другому преступлению, дать нам идентификационный номер.
Я кивнула.
— Может быть. Водитель был вампиром. Он был здесь из-за Этана. Он передал предупреждение, — проговорила я и сообщила все, что сказал водитель.
Катчер с беспокойством нахмурил лоб.
— Этан в безопасности?
— Был, когда я в последний раз что-то слышала, — ответила я, но вытащила свой телефон, чтобы проверить новости и обнаружила сообщение: ОРЕЛ ПРИЗЕМЛИЛСЯ.
— Он дома, — подтвердила я, груз напряженности на моих плечах ослаб совсем чуть-чуть.
— Ну, это хоть что-то. Хорошо хоть, что он убрался отсюда прежде, чем увидел как ты играешь в «кто первый свернет» с несколькими тысячами тонн стали американского производства.
Я поморщилась. Я не была уверена, что Этан пропустил мою стойку против мчащейся на меня машины, но зато была вполне уверена, что узнаю об этом, как только зайду в Дом. Он будет в бешенстве, если видел это.
С другой стороны...
— Когда твое тело — это твое единственное оружие, ты его используешь.
Катчер улыбнулся, и в его глазах был крошечный проблеск гордости. Он был моим тренером перед Этаном, первым человеком, который учил меня стоять, падать и блефовать.
— С этим не поспоришь. Ты молодец.
— Я старалась. Но я бы предпочла остановить его здесь, чем знать, что он все еще где-то там, кем бы он ни был, ждет, как бы учинить неприятности.
— Ты знаешь, как все это происходит, Мерит. Он, скорее всего, снова доставит неприятности, и ты получишь свой шанс с ним разобраться.
Это было именно то, чего я боялась.

***

Катчер, Джефф и я оставались до тех пор, пока вампиры не вернулись в свои Дома, а о раненных людях — их было шестеро — не позаботились. А потом мы ответили на вопросы ЧДП. Детективы, которые опрашивали нас, были вежливыми, но осмотрительными; они знали моего дедушку, уважали его и его долгую службу в ЧДП, но были не в восторге от сверхъестественного насилия, развязавшегося на их улицах.
Не то, чтобы я могла винить их в этом. Меня отпустили, и я села в свою машину и поехала Домой.
Все три этажа Дома Кадогана были из белого камня, а также офисы в подвале и тренинг-залы. Он располагался посреди пышной растительности района Гайд-Парк города Чикаго, и отделка была столь же роскошной, как и вампиры, что жили там. Нежные цвета, изысканные ткани, превосходная древесина.
Я припарковалась в подвале — подарок, который я получила за управление серебряной конфетки-машины — затем направилась наверх в кабинет Этана. Он уже ждал меня с Люком и Маликом, три старших сотрудника Дома. На Люке и Этане все еще была спортивная форма и медали за забег. Малик, высокий, с бледно-зелеными глазами, которые выделялись на фоне темной кожи и коротко остриженных волос, был единственным, одетым в форму Дома Кадогана: облегающий черный костюм, рубашку, застегнутую на все пуговицы, без галстука.
Люк с Маликом сидели в зоне отдыха кабинета. Скрестив руки, Этан был в центре комнаты, меряя ее шагами. Его взгляд обратился ко мне, тело напряглось, когда он осматривал меня, проверяя на наличие травм. Он шумно выдохнул, когда понял, что я была цела, но это не остановило властного приподнятия брови или всплеска магии, которая наполнила комнату.
Я догадалась, что он видел мое противостояние.
— Я в порядке, — заверила я его, зайдя в офис и закрыв дверь. — Он уехал, ЧДП сели ему на хвост. Бросил машину и ускользнул.
Он подошел ко мне, сжал руками мои плечи. Я видела борьбу в его глазах — страх, борющийся с яростью, гордость с беспокойством.
«Я в порядке», — мысленно заверила я его. — «Я беспокоилась о тебе».
«Господи, Мерит». — Он переместил руки мне на затылок, прижав наши тела друг к другу, прикоснулся губами к моему лбу. — «Мы обсудим это во всех деталях, когда у нас не будет аудитории».
После этого мне оставалось только с нетерпением ждать.
Он снова поцеловал меня и отпустил. Когда я поняла, что мое внезапное головокружение не было просто результатом адреналина и магии, то подошла к бару, встроенному в длинную стену книжных полок, и взяла бутылку «Крови для Вас». Я ее заслужила.
Я открыла крышку и за несколько секунд выпила кровь. Только когда закончила, я поняла, что у крови было странное, сосновое послевкусие.
Я взглянула на бутылку, мои брови приподнялись, когда я увидела, что только что высосала бутылку крови «Кантина Лайм[7]». Кто придумывает эти вкусы? Уж точно не вампир с хорошим вкусом.
Я выкинула бутылку в мусорную корзину и оглянулась на группу, которая смотрела на меня с ожиданием.
— Насыщенная ночь, Страж? — спросил Люк с улыбкой.
— Долгая ночь, — согласилась я и села на один из свободных стульев. Я взглянула на Этана, который все еще поглядывал на меня с опаской. — Шесть человек получили ранения, половина из них, когда люди бросились в рассыпную, чтобы избежать выстрелов. Большинство травм были легкими. И, как оказалось, водитель был вампиром с сообщением для тебя.
Глаза Этана расширились, и он подошел поближе.
— Да ну?
— Ты должен остаться в Чикаго. Отказаться от плана относительно Лондона. В противном случае, ты пожалеешь об этом.
В глазах Этана снова вспыхнула ярость. Он не оценил сообщение или его доставку.
— Кто-то не хочет, чтобы ты бросал вызов Дариусу, — сказал Малик.
— Этот список, несомненно, длинный и выдающийся, — произнес Этан, но его голос был напряженным.
— Сам Дариус? — спросил Малик, и Этан отрицательно покачал головой.
— У Дариуса много качеств, но трусость не одна из них. А только трус мог напасть на безоружных гражданских, чтобы добраться до меня.
— Если честно, — произнесла я, — думаю, он пытался добраться до тебя.
Взгляд Этана был ласковым. Он не был доволен напоминанием — или тем фактом, что я была той, кто встал между ними.
— Вероятно, ты права, — сказал он. — Часть это стратегии или нет, но телефонного звонка было бы достаточно.
— Есть какие-нибудь идеи о первоисточнике? — спросил Малик, наклонившись вперед, положив руки на колени и переплетя их.
Этан издал неопределенный звук.
— За рамками длинного и выдающегося списка? Нет. — Он поглядел на меня. — Никакого упоминания о конкретике? О том, кто отправил послание?
— Ничего. Может, кто-то из Чикаго, который, учитывая, что у него были люди на месте, знал о забеге?
Этан нахмурился.
— Скотта это не волнует. Морган мог, но это не его стиль.
Морган Грир был новым Мастером Дома Наварры. Скотт Грей был Мастером Дома Грей и боссом Джонаха.
— Я склонен согласиться, — сказал Люк, затем поглядел на меня. — Водитель выглядел знакомо?
— Нет. Он не Мастер, или кто-то, кого я узнала бы. — Я дала им основные физические описания, и он оказался им тоже не знаком. — У него была татуировка — маленький полумесяц около глаза. Это наводит на какую-нибудь мысль?
Этан и Малик покачали головами и посмотрели на Люка.
— Нет, но мы можем поискать. Может, это что-то означает. Групповой символ, быть может.
— Сделайте это, — сказал Этан. — И проверьте записи. Посмотрите, была ли машина — или водитель — возле Дома.
Люк кивнул, и наступило тягостное молчание.
— Ты хочешь ответить на угрозу?
Невысказанный вопрос было достаточно легко уловить: Ты уверен, что хочешь довести это до конца? Оставаться на этом пути, который явно таит в себе опасность?
— Никакого ответа, — сказал Этан. — Мы, как говорится, не ведем переговоров с террористами.
Люк встал, на его лице читалась покорность, и запустил руки в свои вьющиеся волосы. Он поддерживал кандидатуру своего Мастера, но переживал, что его коллега, его друг подвергал себя опасности, чтобы возглавить организацию, которую никто не уважал. Но это, предположила я, было частью причины, почему Этан делал это: превратить ее в достойную организацию.
— Тебе понадобится охрана, когда ты покинешь Дом.
Этан даже не повернулся.
— Нет. — Его тон не допускал никаких возражений. — Мы знали, что существует возможность того, что кто-то сделает попытку.
— А сейчас они ее сделали, — сказал Люк. — Поэтому мы поднимаемся на более высокий уровень.
— Это не первая и не последняя угроза в мою сторону.
— Нет, — проговорил Люк, — но большинство тех угроз не включали в себя стрельбу в общественных местах и эту дурацкую игру под названием «кто свернет первым» с нашим Стражем.
В комнате усилилась магия, колкая от гнева. Этан повернулся, его глаза были холодными как изумрудный лед. Он становился вспыльчивым, когда имел дело со страхами, которыми не мог управлять, с которыми не мог справиться силой, интеллектом или политической смекалкой.
— Ты думаешь, что я не озабочен ее благополучием?
Люк устремил свой пристальный взгляд на Этана.
— Я знаю, что ты озабочен ее благополучием. И надеюсь, что она может постоять за себя в силу вышеупомянутого проявления опасной отваги. Мы не были уверены, решится ли ГС на что-нибудь. Похоже, они решились. Мы должны быть более осторожными. Ты должен быть более осторожным.
— Я все еще в комнате, — указала я. — Давайте не будем обсуждать меня в третьем лице. — Но они были слишком поглощены своим собственным противостоянием, чтобы заметить.
— Мерит, как правило, со мной, когда я покидаю Дом, — произнес Этан.
— А обычно тебе не на что и жаловаться, — голос Люка, по большей части полный юмора, был напряженным из-за беспокойства.
— Я Мастер этого Дома.
— Я не думаю, что кто-то забыл о вашем положении, Сеньор.
— Эй, — произнесла я, вставая между ними, вытянув руки на тот случай, если кто-нибудь из них попытается выкинуть что-нибудь глупое. — У нас хватает врагов за пределами Дома. Да, эта ситуация отстой. Но давайте не будем делать ее еще хуже благодаря внутренним разборкам.
— Да, — сказал Этан. — Давайте не будем.
Люк зашагал к двери.
— Я собираюсь принять душ.
— Так и сделай, — произнес Этан, давай разрешение, но Люк уже был в коридоре.
— Он чувствует себя виноватым, — произнес Малик.
— Это идиотизм.
Малик приподнял брови.
— Возможно. Но его обязанность оберегать твою жизнь. А ты не особо способствуешь этому.
Этан просто посмотрел на него.
Малик одарил меня многозначительным взглядом, который я оценила больше, чем должны была.
— Поговори с ним, — сказал он, затем последовал за Люком и закрыл за собой дверь.
Я оглянулась на Этана, ожидая, что он будет глазами метать кинжалы в дверь, которую Малик закрыл с удивительной силой и раздражением.
Его глаза были пылающими осколками изумруда... но направлены они были на меня.
— Что я то сделала?
Он одарил меня острым взглядом, подошел к бару и налил янтарную жидкость из хрустального графина в короткий стакан. Он потягивал его молча, его глаза все еще были приклеены к моим, и по-прежнему свирепые.
Не часто Этану требовалось время, чтобы успокоиться. Тот факт, что он нуждался в нем сейчас, почти заставил меня сесть. Он любил меня, в этом я не сомневалась. Но никому не нравилось сталкиваться с разозленным вампиром.
И когда он заговорил, его слова были холодными и краткими.
— Ты встала передо мной. Поправочка: Ты встала перед гоночной машиной.
Я задумалась, подбирая свой ответ с осторожностью.
— Это моя работа — защищать этот Дом, даже если это подразумевает поставить себя между тобой и опасностью. Я же Страж.
— Мне хорошо известна, Мерит, твоя должность в этом Доме. Я не позволю тебе принимать удары, предназначенные мне.
— Ты принял удар, который предназначался мне, — напомнила я, и я убивалась несколько месяцев, когда он погиб. — Я не собираюсь стоять в стороне и позволять кому-то стрелять в тебя.
Он гортанно выругался, как я предположила по-шведски.
— Если ты собираешься ругаться на меня, делай это, пожалуйста, на английском. Я бы хотела понимать оскорбления, чтобы имела возможность сформулировать подходяще содержательный ответ.
Он посмотрел на меня, выгнув бровь, но уголок его рта дернулся. Это было хорошо, что он оценил сарказм, поскольку обычно именно он был моей первой реакцией.
— Я Мастер этого Дома, — сказал Этан. — Моя работа — защищать моих вампиров.
— Со всем уважением, Этан, прекрати напоминать нам о своих обязанностях. Мы знаем, что ты Мастер. Мы в этом не сомневаемся. Мы делаем именно то, что, как предполагается, должны — защищаем тебя.
— Ты мой мир, — произнес он, опустив стакан. — Я должен тебя защищать.
— И я бы сказала то же самое о тебе.
Его глаза снова стали страстными, и он уставился на меня с другого конца комнаты, магия источалась от него горячими волнами.
— Ты прекратишь быть такой чертовски упрямой?
Я не сводила с него глаз, выравнивая тон.
— Нет. А ты?
— Я хочу, чтобы ты была в безопасности.
— И я хочу, чтобы ты был в безопасности. Я и пыталась обезопасить тебя, — напомнила я. — И до сих пор никакой благодарности за это.
Этан пробежался рукой по волосам и прошел в другой конец комнаты, где уставился в гигантское панорамное окно с напряженными плечами. Перед рассветом автоматические ставни опустятся, оставляя кабинет в благоприятной для вампиров темноте. Но сейчас оно открывало ему вид на территорию Дома.
Он стоял молча до того момента, пока не оглянулся на меня.
— Я боюсь, что тебе причинят боль. Боюсь, что ты станешь мишенью.
— Зачем бы им нацеливаться на меня?
— Потому что я люблю тебя. Потому что любовь, для некоторых, это слабость. Точка давления. Потому что я отдал бы все ради тебя, в том числе ГС. И потому что я также не собираюсь сдаваться.
Я подошла к нему, не раздумывая, шагнула в объятия, которые он предложил.
— Я люблю тебя, — сказал он, обернув руки вокруг меня.
— Я тоже тебя люблю. Но любовь или нет, а моя работа заключается в том, чтобы защищать тебя.
— Тогда, пожалуй, мне следует перевести тебя в библиотеку.
Я засмеялась.
— Салливан, мы пересекли этот мост давным-давно. Ты создал меня — обучил меня — и нет пути назад.
Он хмыкнул.
— Все еще жду «спасибо», — нахально сказала я, так как мы сломали лед.
Он улыбнулся, провел большим пальцем по моей щеке.
— Ты знала, что твои глаза темнеют, когда ты серьезна? От облачного неба до глубокого, темного океана. — Его взгляд стал отсутствующим, пока он разглядывал их, его зеленые глаза впивались в мои серо-голубые. — В них так много всего. Преданность. Благородство. Любовь.
Он был довольно опытным, чтобы приукрасить достоинства, но глубина эмоций в его глазах сказала мне, что он был искренен. Моя кровь начала гудеть от страсти в его глазах, от мягкого поцелуя, который он запечатлел на моих губах.
— Это сойдет за «спасибо», — тихо сказала я, укрощая свои гормоны.
— О, Страж. — Он снова обнял меня, окутав комфортом и своим парфюмом, затем положил свою голову поверх моей. — Что же мне с тобой делать?
— Для начала — душ.
— Я не это имел в виду.
Я немного отстранилась, показывая ему свое самое сладострастное выражение лица.
— О, — произнесла я. — Но я думаю, что ты именно это имел в виду.


Примечания:
[5] - Vitabite — диетический шоколад с низким содержанием белка.
[6] - Маленькая Италия — квартал в г. Чикаго, где проживают итальянские эмигранты.
[7] - Lime (англ.) — лайм или липа. Думаю тут имеется в виду вкус липы.



 
ТриадочкаДата: Суббота, 01.08.2015, 23:36 | Сообщение # 4
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline

Глава 3
ПОВСЕДНЕВНАЯ МАГИЯ


Мы делили апартаменты Мастера на третьем этаже Дома. Гостиную, спальню, ванную и гигантскую гардеробную, которая была настолько большой, что могла считаться за комнату. Все это походило на долговременное курортное пристанище: красивое, роскошное, с легким ароматом парфюма и оранжерейных цветов.
Я зашла в ванную и, не теряя времени, сняла свою одежду и бросила ее на пол, оставшись обнаженной, за исключением кулона Кадогана на моей шее.
Ванная комната была громадной, обложенная кафелем и с гигантской ванной. Но здесь был и душ, который я и хотела принять, с большим количеством пара и воды. Я включила смеситель, подождала, пока вода нагрелась, и шагнула внутрь.
Ощущения были восхитительными. Каждая мышца расслабилась, мурашки от удовольствия выступили на моей коже. А когда Этан зашел за мной, обнаженный, высокий и впечатлюще возбужденный, все только обострилось.
Но это не остановило моей шутливости.
— О, Франсуа, — произнесла я с придыханием. — Вам придется поторопиться. Мой парень скоро вернется.
Этан хмыкнул и обернул свои руки вокруг меня, плотно прижавшись к моему телу.
— Мое желание не терпит отлагательств, — сказал он с французским акцентом, который был на удивление правдоподобным. — Оно не будет ждать, и черт с вашим парнем.
Я повернулась к нему лицом, обняла за шею и нежно зажала его нижнюю губу между зубами.
— Тогда, Франсуа, давайте приступим.

***

Завернувшись в толстый, белый халат, я вышла из ванной двадцать минут спустя определенно более расслабленной, чем когда вошла.
Но я остановилась в дверях, понюхав воздух.
— Что-то не так? — спросил Этан, вставая за мной и понизив голос. Я почувствовала усиление его магии, пока он ждал моего ответа.
— Едва ли. — Я последовала за своим обонянием в гостиную и обнаружила на приставном столике поднос, на котором были тарелки с серебряными колпаками, бутылки с «Кровью для Вас», чаши с фруктами и шоколад в золотой обертке. Я подняла один из колпаков и увидела свернутые тортильи[8] с ароматной, пряной свининой.
Внезапно почувствовав голод, я оглянулась на Этана, который наблюдал за мной с изумлением.
— Ты заказал ужин.
— Я ожидал, что ты будешь голодна, — ответил он. — Поэтому попросил Марго приготовить это.
— Почему все всегда думают, что я голодная?
— Потому что ты всегда голодная.
— Ну, я все-таки пробежала пять километров сегодня.
— Это едва ли значительная нагрузка для вампира.
— Это достаточная нагрузка. — Я взяла тарелку, бутылку и столовое серебро и понесла их в гостиную, где уселась и начала свою трапезу.
Тортилья была изысканной; свинина, как и ожидалось, была восхитительной. Марго была потрясающим поваром.
Но потом моя улыбка увяла, и щеки окрасило унижение.
— Марго принесла это в то время, когда мы занимались сексом.
Этан ухмыльнулся.
— Видимо да.
Я закрыла глаза. Я не была эксгибиционисткой[9] и не желала, чтобы другие Послушники слышали что-либо из моих интимных моментов с Этаном.
— Страж, вампиры этого Дома не наивны. Я сильно подозреваю, что они знают о том, что происходит за этими дверями.
Поскольку мы сотрясли фундамент Дома сексом и магией, это, несомненно, было правдой.
— Все равно, — произнесла я, но сумела урвать очередной кусочек ужина, мой аппетит не был обременен смущением.
Этан сел рядом со мной, с тарелкой и бутылкой в руке, затем щелкнул что-то под кофейным столиком. С низким гулом, часть стола поднялась, чтобы подстроиться под тарелку, которую он держал в руке. Он поставил ее, а затем расправил салфетку у себя на коленях.
Я смотрела в изумлении.
— Как давно он так может?
— С самого начала его существования.
Я бросила на него холодный взгляд, который он проигнорировал, но нажал на что-то с моей стороны кофейного столика. Как по волшебству, столик с моей стороны тоже поднялся.
— Магия, — произнесла я, чрезмерно счастливая, что вычурный предмет европейской мебели превратился в столик-поднос.
— Я мужчина многих талантов.
Я улыбнулась, опуская свою тарелку на поднявшуюся поверхность.
— И очевидно некоторые из них не требуют наготы.
— Ха-ха.
Между нами воцарилась умиротворенная тишина, и мы молча ели несколько минут. Но все же осколки напряжения витали в воздухе.
— Ты должен поговорить с Люком, — сказала я.
— Он станет угрюмым.
Я улыбнулась, нанизывая на вилку ананас.
— Он уже угрюмый. Будет только хуже, если ты будешь относиться к нему так, будто он не может справиться с этим. Он капитан твоей охраны, в конце концов. Просто спустись и поговори с ним.
Он поднял глаза, невидяще смотря на комнату, и вздохнул.
Я наколола виноград, протягивая ему.
— Фруктов?
— Отчего-то мне неловко.
Я укусила виноградину.
— Как бы то ни было, — произнес он. — Пожалуй, нам следует сменить тему.
— Хорошо, — сказала я. — Что нового в Мастердоме?
— Мастердоме?
— Ну знаешь, — ответила я, жестикулируя вилкой, — во всем этом.
Он слегка улыбнулся.
— Что ж, наш портфель[10] неэффективен. Я предпочитаю больший доход, нежели мы получаем прямо сейчас. Но я могу немного перевести активы, исправить это.
— Дом будет благодарен.
— Не портфель Дома, — сказал он. — Наш.
Я застыла.
Этан усмехнулся.
— От моего внимания не ускользнуло, Страж, что тебя передергивает каждый раз, когда я упоминаю наше будущее.
— Меня не передергивает. Разве что в тех случаях, когда ты притворно делаешь предложение. — У него была склонность опускаться на колено — и поправлять подол или помогать мне обуться. — Никто не находит это забавным.
— Я нахожу это невероятно забавным. Ты ведь понимаешь, не так ли, что это предложение не всегда будет поддельным?
Я посмотрела на него и безошибочно увидела искренность в его глазах. Мы были Мастером и Стражем около года, но мы были парой всего несколько месяцев. Но это, казалось, было неважно для Этана; он был совершенно уверен во мне, даже после такого недолгого времени.
Этан потягивал свою «Кровь для вас». 
— Я люблю тебя, Мерит. Ты мое будущее, и я намерен убедится, что ты — и весь остальной мир — знают об этом, когда придет время. Почему это так сильно удивляет тебя?
Я пыталась изо всех сил облечь свои эмоции в слова.
— Это не удивляет меня. Это не сомнения. Это просто... все просто развивается так быстро. Четыре сотни лет свиданий и ты так быстро решился насчет меня. — И это даже не затрагивая того факта, что нам был напророчен ребенок, первый ребенок-вампир в истории.
Что-то в глазах Этана померкло, изменяясь. Не надолго — всего на долю секунды. Из-за того, что я упомянула его прошлое? Я знала, что в нем были женщины, как и он знал, что я ходила на свидания. Давным-давно я столкнулась с одной из них, его бывшей Спутницей, занимавшей официальную должность в этом Доме... должность, которую он предложил мне.
Как будто унесенная ветром, тень исчезла, а его глаза вновь горели зеленым.
— Я решился, поскольку мы подходим, — сказал он, взяв мою руку и сжимая ее. — Ты делаешь меня лучше, и мне нравится думать, что я делаю то же с тобой.
Я подумала о неловком человеке, затем вампире, которым была, и том немного менее неловком вампире, которым становилась.
— Это просто... ты был очень неожиданным.
— Это потому, что ты исследовала только одну часть себя, Страж. Я просто дал тебе шанс раскрыться. Быть тем человеком, которым ты всегда должна была стать.
Слезы навернулись на мои глаза и я стерла их костяшками.
— Черт побери, Этан. Откуда ты берешь фразы подобные этой?
— У меня есть записная книжка. Я намерен сделать тебя своей, Страж. Не просто на одну ночь, на завтра или на десятилетие. Навечно. И я надену мое кольцо тебе на палец. Я объявлю всему миру, что ты моя. Я предлагаю тебе привыкнуть к этой мысли.
С дрожью волнения, которая пронеслась по моему сердцу, я решила, что нашла способ адаптироваться.

***

Мы только покончили с едой, когда начал звонить мой телефон. Я вытащила его, увидев имя дедушки на экране.
— Вы спокойно добрались до дома, — произнес он с облегчением.
— Да. Есть какие-нибудь новости о нападении?
— Пока нет. Они обыскали машину, отправили все, что нашли в лабораторию, но пока у нас нет результатов. Хотя я не поэтому звоню. Я боюсь, что вновь должен нарушить твои планы на ночь. Нам может понадобится твоя помощь.
— С чем?
— Произошло убийство.
Мое сердце чуть не сбилось, как будто неуверенное остановиться или начать яростно биться. Я приложила ладонь к груди.
— Убийство?
Взгляд Этана метнулся ко мне.
Мой дедушка прочистил горло.
— Жертва — сын Артура.
Я закрыла глаза. Детектив Артур Джейкобс был членом ЧДП — хорошим другом моего дедушки и нашим союзником. Я никому бы не желала смерти и определенно не потери ребенка.
— Мне жаль, — произнесла я. — Очень жаль.
— Он не здесь... слишком близкое дело, конечно же. Он с семьей. Но очевидно, что это важно для него, а значит это становится важным и для меня. И вот почему я звоню тебе. Причина в его смерти. Я здесь с Катчером и Джеффом, но мы будем благодарны за твое мнение — и Этана, если он свободен.
На этот раз мой желудок оборвался. Последнее, что нам было нужно это еще один вампир, обвиненный в убийстве. Это стало бы быстрым концом нашему временному перемирию. 
— Ты думаешь, что здесь вовлечен вампир?
— Мы не уверены. Жертва была найдена у Четвертой Пресвитерианской церкви, — ответил мой дедушка. — На Мичиган-Авеню. Он во дворе.
Эта церковь — и двор — были прекрасными. Это было освежающее пятно зелени среди суеты Мичиган-Авеню. Я не была уверена, было ли это лучше или хуже для жертвы умереть в таком красивом месте.
— Выглядит так, будто кто-то пытается связать вампиров с этим. Это одна из причин, почему мне бы хотелось услышать ваши мнения.
— Мы сделаем все, что в наших силах. И приедем как только сможем.
Я попрощалась, отключилась и встретилась со взглядом Этана. Выражение его лица было озадаченным; он знал, что-то было не так, и уже перешел в режим Мастера.
— Что произошло?
— Сын детектива Джейкобса был убит, — ответила я и увидела, как он сочувственно вздрогнул. — Они нашли его тело у церкви на Мичиган-Авеню, и мой дедушка хотел бы, чтобы мы проконсультировали их.
Сочувствие сменилось озабоченностью — вероятно опасением, что вампиры были вовлечены в такое гнусное преступление.
— Вампиры как-то связаны с этим?
— Он не уверен; вот почему мы нужны ему там. Я не хочу, чтобы ты шел, — сказала я. — Не после того, что случилось ранее.
— Я не могу — не стану — оставаться похороненным в этом Доме. И я не позволю тебе идти в одиночку.
Я могла бы поспорить с ним, но он настаивал, что пойдет для моей защиты и для своей тоже.
— Я знаю, — ответила я. — Я собираюсь отправить сообщение Джонаху и попросить его встретиться с нами там. — Когда глаза Этана вспыхнули, я бросила на него предупреждающий взгляд. — Я не могу помогать с убийством и обеспечивать твою безопасность. Джонах может. Одним мечом больше. Одной парой глаз больше.
Я видела борьбу в глазах Этана, битву между гордостью и логикой. Но он наконец-то смягчился.
— Свяжись с ним, — сказал он, возвращая стол на место и поднимаясь на ноги. — Я скажу Люку и Малику.
— Ты должен извиниться, пока будешь там. Ты был брюзгой, когда на тебя напали.
— Не испытывай свою удачу, Страж, — ответил он, пока я воровала кубик ананаса с его тарелки. Ведь я жила в зоне повышенной опасности.

***

Я написала Джонаху, заручилась его поддержкой встретиться с нами в церкви, а затем направилась в гардеробную одеваться. Я вообще-то предпочитала кожаные штаны и куртку, когда сталкивалась с потенциальным бедствием, но ансамбль казался слишком кричащим в данных обстоятельствах. Я выбрала свой собственный наряд, черный костюм Кадогана и черную майку. Я дополнила наряд черными сапогами на каблуках, решив оставить волосы распущенными. Хвостик казался слишком веселым.
Я закончила одеваться раньше Этана. Пока он надевал запонки и часы, я проверила свою гордость и радость, мою древнюю катану.
Она находилась в красных лакированных ножнах, лежащих горизонтально на стойке, которую Этан установил над консолью в гостиной. Его собственная катана лежала под ней, тоже в глянцевых ножнах.
Я осторожно сняла свой меч с этой стойки, обнажив ее с тонким свистом. Сталь, закаленная моей собственной кровью и тщательно вычищенная, заблестела в свете, который мягко потек вниз, как вода. Убедившись, что она готова, я развернула ее концом к ножнам и вернула на место.
— Ты думаешь, они нам понадобятся?
Я повернулась, обнаружив Этана позади себя в хорошо сидящем костюме, руки в карманах, волосы зачесаны назад. Он выглядел скорее как руководитель крупной промышленной фирмы — возможно и незаконной — нежели как Мастер-вампир. Глава или нет, он мог позаботится о себе.
— Надеюсь, нет, — ответила я. — Но береженого Бог бережет.
И говоря о безопасности, Манипенни, мой серебряный двухместный Мерседес, был прекрасным, но она была также слишком узнаваема и предсказуема. Манипенни была Мерседесом-родстером 300SL 1957 года, но по скорости соответствовала прототипу «Формулы 1». Она была бомбой. Определенно прекрасна и определенно моя.
Линдси, с другой стороны, водила внедорожник. Он был огромным, черным и вездесущим в Чикаго. Жители Среднего Запада предпочитали тяжелые машины в условиях коварной зимы.
Что ж, большинство жителей Среднего Запада. Этан водил Феррари. Конечно же.
— Я готова, если ты готов, — сказала я ему. — Хотя мне бы хотелось заглянуть в оперотдел. Нужно сделать запрос.

***

Хотя большая часть Дома Кадогана была построена, чтобы производить впечатление, оперотдел был построен для работы. Он находился в подвале Дома, рядом с хорошо укомплектованным тренажерным залом и арсеналом оружия.
Оперотдел был почти штаб-квартирой охранников Кадогана, и именно поэтому Люк сидел за центральным столом для переговоров, поедая картофельные чипсы из открытой упаковки, лежащей рядом с ним, смотря на гигантский экран на противоположной стене.
Он поднял глаза, когда мы вошли, бросив на Этана пустой взгляд, прежде чем вновь повернуться к экрану.
— Сеньор, — съязвил он.
Губы Этана скривились, но он сумел сдержать ответ. Тем не менее, горячий всплеск магии, что заполнил комнату, дал четко понять, что он чувствует.
— Лукас, — произнес он, и Линдси повернулась, чтобы посмотреть, съежившись за одним из компьютеров, выстроившихся в линию в комнате.
— Есть успехи с видео Мустанга? — спросила я.
— Мы не нашли никаких кадров его самого до сих пор. Никакой крошечной зацепки в сети о том, что могла бы значить вампирская татуировка-полумесяц. — Его взгляд привлек мой меч за поясом, и он посмотрел на меня. — Собралась куда-то?
— Произошло убийство в центре — сын детектива Джейкобса. Мой дедушка просит нас о консультации.
Выражение лица Люка изменилось.
— Это жестоко. Он хороший мужчина. Всегда был добр к нам. Я предполагаю, что он человек, так почему мы?
— Мы не уверены. Только то, что смерть как-то связана с вампирами. Учитывая, что Джейкобс сделал для нас, я спорить не стала.
Люк посмотрел на Этана.
— Ты идешь с ней?
— Да, — ответил Этан, его тон бросал вызов. — Я определенно не отпущу ее одну.
— Я и не думал, что ты отпустишь ее одну, — ответил Люк, ощетинившись в ответ на выпад.
— Джонах тоже идет, — сказала я. — Он предоставит нам еще одну пару глаз, еще один меч на случай, если все пойдет не так. Чего я не ожидаю, учитывая тот факт, что мы навещаем место преступления, вокруг которого будут служащие в форме ЧДП и детективы.
Люк хмыкнул, и я приняла это за согласие. Посоветовавшись с Люком о наших следующих шагах, мы были технически готовы уходить, но я не могла покинуть Дом, пока эти двое дулись друг на друга.
Я подошла к двери в оперотдел, жестом указывая на коридор.
— Люк, Этан, могу я поговорить с вами минуту? Возможно в тренировочном зале?
Они оба посмотрели с подозрением, но я проигнорировала вопросы в их глазах и хранила выражением своего лица нейтральным. Этан двинулся первым, а когда Люк увидел, что он уступил первым, сбросил свои ноги со стола и поднялся.
Я стояла в дверях, пока не убедилась, что они оба вышли, затем прошла мимо них в тренировочный зал, указывая вовнутрь.
— Внутрь. Вы оба.
Они бросили на меня одинаково сомнительные взгляды.
— Ты отдаешь нам приказы? — спросил Этан.
Я вернула им надменное выражение, которое только смогла, что было отчасти выражением Этана Салливана (моего Мастера) и Джошуа Мерита (моего отца).
— Да, — подтвердила я. — Это была драматичная ночь и мы собираемся отправится в еще более паршивую ситуацию. У нас нет времени на ваши психи. — Они оба открыли рты, чтобы запротестовать, но я подняла руку, останавливая их.
— Вы коллеги и друзья, и оба чувствуете себя дерьмово от того, что что-то ужасное произошло сегодня ночью, что поставило под вопрос ваш контроль, ваши способности занимать определенные должности и защищать тех, кого любите.
Я смотрела на них с минуту, ожидая, когда они станут спорить. К моему большому удивлению, оба они крепко сжали свои рты. Я жестом указала им на тренировочный зал. 
— Выговоритесь, выбейте это друг из друга, делайте что понадобится. Просто разберитесь и давайте двигаться дальше. У вас пять минут.
Я ждала, пока они войдут внутрь, ворча все время, и закрыла дверь за ними.
Я обнаружила Линдси в дверях оперотдела, со скрещенными руками и улыбкой.
— Проблемы мальчишек?
— А когда у них нет проблем? Пока они там разбираются, мне нужна услуга.
— Что угодно.
— Мне нужно одолжить твою машину.

***

Когда они появились три минуты спустя, ключи Линдси были в моей руке. Ее темный внедорожник был значительно менее заметным, нежели Манипенни, что, как я надеялась, сделает нашу поездку безопасней.
Несмотря на мой отличный план, Люк и Этан бросали злобные взгляды.
— Люблю вас, ребята! — произнесла я болезненно сладко. — Вы со всем разобрались?
— Мы решили, что ты самая большая заноза в нашей заднице, — произнес Люк.
— О, хорошо! — Я посмотрела на Этана. — Теперь, если вы закончили ссориться и дуться, можем мы уже вернуться к работе?
Этан посмотрел на Люка, разделив с ним многострадальный взгляд. Что было хорошо для меня, лишь бы они не бросали смертельные взгляды друг на друга. Мир снаружи дверей Дома Кадогана итак пребывал в хаосе; нам не нужно этого внутри.
— Не выключайте телефоны и оставайтесь начеку, — произнес Люк. — И передавайте Джонаху наш привет.
— Лукас, — вежливо произнес Этан, — поцелуй меня в зад.
И мы вернулись к тому, с чего начали.

***

Мы поехали на внедорожнике Линдси на север к Мичиган-Авеню — Чикагской Великолепной миле[11]. Парковка, как обычно, была смехотворно ограничена, но мы нашли место в нескольких кварталах к западу от Мичиган-Авеню и направились обратно к церкви.
Я не была деревенской мышкой и обычно наслаждалась энергией улиц Чикаго. Но на этот раз мои ощущения были в состоянии повышенной готовности: каждая тень удостаивалась второго взгляда, каждый прохожий сомневающегося взгляда. Этан был под моей защитой, и я не собиралась терять его в свою смену.
Джонах стоял на углу Мичиган и Чеснат, его каштановые волосы раздувал легкий бриз. С его высоким, стройным телосложением и точеными чертами, он был красив как кинозвезда. Учитывая его отличный характер и чувство юмора, он не должен был быть один. К сожалению, ему не особо везло в области свиданий.
— Мерит, Этан, — произнес он, кивнув.
— Джонах, — поприветствовал Этан. Его тон был безошибочно вежливым, но он все еще не был на сто процентов уверен в привлекательном капитане охраны — особенно с тех пор, как мы с Джонахом стали партнерами в КГ и были связаны таким образом, которым Этан и я не были. А Этан был настолько альфой, что считал эти связи чересчур связывающими.
— Ты уже что-нибудь видел? — спросила я.
— Еще нет. Я ждал тебя, так как ты позвала меня. Слишком много вампиров могут испортить вечеринку. — Он указал на церковь, которая была окружена служебным транспортом и машинами скорой помощи. — Тут много копов. Я думаю, что шанс на повторение драмы «Рывка Кадогана» является небольшим. Вы приехали на Манипенни?
— На внедорожнике Линдси, — ответила я.
— Хорошо. Это уменьшает шанс того, что он последовал за вами сюда — вероятнее всего, он следит за вами.
— До сих пор нет никаких доказательств этого, — сказала я, пока мы вместе шли до Мичиган. — Но мы все еще ищем.
— Кажется, вы ожидаете второго раунда.
— Ожидаем, — согласился Этан. — Мы к этому готовы.
Я надеялась, что он был прав, но не скидывала со счетов риск. Цена была слишком велика.
Четвертая Пресвитерианская церковь располагалась между магазинами и небоскребами в оживленном туристическом районе Чикаго. Здесь находились храм и обособленные приходские дома, а площадь между ними занимал внутренний двор, отделенный от Мичиган-Авеню арочным, крытым проходом.
Сегодня этот двор был перекрыт желтой полицейской лентой, что было прямым показателем того, что произошло что-то ужасное. Вдоль ленты собрались зеваки, вытянув телефоны, чтобы сфотографировать место происшествия.
Мой дедушка двинулся к нам в коричневых ботинках на толстой подошве и клетчатой рубашке, заправленной в коричневые брюки. На его голове осталось не много волос, а лицо было довольно измученным. Я до нелепости любила его.
В настоящий момент он ходил с тростью, его тело все еще заживало после злополучной стычки с человеком, который ранее занимал его должность. Но двигался он быстро и, хотя выражение его лица было мрачным, предложил мне объятия.
Я попыталась исхитриться между проявлением любви моему дедушке (нежным объятием) и обезопасиванием его (нежным объятием, которое бы не переломало ему ребра, которые только что зажили). Он не крякнул от боли, поэтому я посчитала это победой. От него пахло ментолосодержащей мазью, которую он использовал для воспаленных мышц, запах, который я навсегда связала с ночевками на выходных в доме моих дедушки и бабушки.
— Мне жаль, что потревожил вас снова, после пережитого вечера, — сказал он, выпуская меня и протягивая Этану руку. — Этан.
— Чак, — поздоровался Этан. — Не нужно никаких извинений. — Он кивком указал на трость. — Похоже, вы идете на поправку.
— Не настолько быстро, как раньше, — ответил он, — но чувствую себя уже лучше, конечно.
— Ты помнишь Джонаха, дедушка. Капитана охраны Дома Грей.
— Конечно, — ответил мой дедушка и они пожали руки. — Рад видеть тебя снова.
Я взглянула на его лицо и заметила линии печали вокруг его глаз. Теперь он был Омбудсменом вместо детектива по расследованию убийств, но невозможно было не узнать копа в его глазах.
— Мы так сожалеем об утрате детектива Джейкобса, — сказала я. — Ты хорошо знал его сына?
— Не очень, — признался дедушка. — Бретту было двадцать пять лет, уже самостоятельный, но я встречал его раз или два у Артура дома за ужином. Хороший парень, судя по всему. Нет оснований полагать, что он сделал что-то, что превратило бы его в чью-то цель.
— Надо полагать, похороны состоятся только после вскрытия?
— Полагаю, что так. Может пройти несколько дней, прежде чем они будут готовы отдать его тело. Он взял небольшой перерыв на это время, чтобы побыть с семьей.
— Пожалуйста, передайте наши соболезнования, — сказал Этан.
— Передам, — ответил мой дедушка. — Давайте сделаем свое дело для Бретта и все осмотрим.


Примечания:
[8] - Торти́лья (торти́йя) (исп. tortilla — «маленькая лепёшка», уменьш. от torta; на языке науатль — tlaxcalli) — тонкая лепёшка из кукурузной или пшеничной муки, употребляемая в пищу главным образом в Мексике, странах Центральной Америки и США. В Мексике тортильи являются одним из национальных блюд.
[9] - Эксгибиционизм (лат. exhibeo — выставлять, показывать) — форма отклоняющегося сексуального поведения, когда сексуальное удовлетворение достигается путём демонстрации половых органов незнакомым лицам, обычно противоположного пола, а также в публичных местах. Как правило, эксгибиционист не рассчитывает на продолжение контакта или завязывание отношений. Демонстрация половых органов нередко сопровождается половым возбуждением и мастурбацией.
[10] - Портфель — набор займов или инвестиций.
[11] - Великолепная миля (Magnificent Mile) - одна из самых знаменитых торговых улиц в мире, расположенная на участке Мичиган Авеню (Michigan Avenue) к северу от реки Чикаго (Chicago River). На Великолепной миле находятся множество магазинов, торговых центров, ресторанов, отелей и достопримечательностей Чикаго. Улицу окружают огромные небоскребы и примечательные здания.



 
ТриадочкаДата: Суббота, 15.08.2015, 15:54 | Сообщение # 5
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Глава 4
РЕКВИЕМ


Мы прошли под лентой и двинулись через проход во внутренний двор, просторный, покрытый травой прямоугольник, окруженный постройками и изгородью. В центре располагался фонтан. Территория изобиловала копами и следователями — но того, кто недавно целился мне пистолем в лицо видно не было. Криминалисты осматривали газон, подсвечивая фонариками землю.
Между фонтаном и одним из зданий было высокое, квадратное ограждение из желтого пластика. Немного уединения для Бретта, предположила я. Внутри располагалось временное освещение, над пластиком, который сухо потрескивал на ветру, виднелись лампочки. Запах крови — и очень, очень сильный — заполнил воздух.
«Держишься?» — спросил Этан.
Вампиров от природы привлекал запах крови, но не было ничего привлекательного в этом запахе, смешанном с безошибочным привкусом смерти.
«Да», — уверила я. И понадеялась удержать свой ужин на месте.
Мы прошли за моим дедушкой к ограждению. Он остановился на расстоянии в несколько метров, сделав знак брюнетке в классическом черном костюме. Она была довольно симпатичной, с острыми чертами лица и пухлыми губами, ее волосы ниспадали на плечи. Лет тридцать, как я предположила, с жестким взглядом, безошибочно принадлежащем копу.
— Детектив Бернадетта Стоу, — представил мой дедушка. — Этан Салливан, Мерит, Джонах.
Она кивнула, подняв вверх руки в перчатках.
— Я бы пожала вам руки, но уже подготовилась. Вы наши эксперты по вампирам?
— Лучше не найти, — ответил мой дедушка. Я не была в этом уверена, но у нас, несомненно, был практический опыт.
Мы дошли до ограждения и Стоу отодвинула его в сторону, позволяя нам войти. Я зашла последней, в последний раз оглядев двор, чтобы убедиться, что не узнала водителя среди мужчин и женщин, которые глазели на место преступления.
Катчер уже стоял внутри пластика, глядя вниз на Бретта Джейкобса, который лежал на свежей весенней траве. Он кивнул нам и отошел в сторону, чтобы позволить нам подойти.
Волосы Бретта были короткими и темными, а глаза были темно-карими и устремлены вверх, пустые. На нем были джинсы и темно-синяя футболка, но ноги были босыми, а на тыльной стороне руки была синяя метка, маленький, ровный крест. Под ним его темная кожа приобрела серый оттенок: бледность смерти.
Его тело было расположено так, словно он был распят: с раскинутыми руками, ладони плашмя на траве, ноги прямые. Его точное расположение было странным, но они не из-за этого позвали нас.
Темное кровавое пятно расползлось по его футболке и окрасило землю под ним. Две слегка изогнутые и сверкающие катаны были воткнуты в его живот, словно кошмарные шампуры, пересекая друг друга под его грудной клеткой в форме «X».
Вот почему они позвали нас. Потому что это были катаны, а мы были вампирами, единственными сверхъестественными, которые использовали их.
Я видела смерть и раньше, но от ее вида желудку не становилось хоть чуточку лучше. Я отвела взгляд и на мгновение закрыла глаза, пока мир не перестал вращаться.
— Бретту было двадцать пять, — тихо сказала Стоу. — Три года назад окончил Колумбийский Колледж, имеет степень бакалавра в области музыки. Играет на скрипке в струнном квартете, который выступает на свадьбах и мероприятиях, а также работает в ресторане в Лупе. Снимает квартиру вместе с другом в Ригливилле. Девушки нет. Приводов нет. Судя по всему, жил приличной жизнью.
— Такого наказания не заслуживает тот, кто жил приличной жизнью, — сказал мой дедушка.
— Нет, — тихо произнесла Стоу. — Не заслуживает. И я очень сожалею об этом. И мне жаль Артура.
— Когда он умер? — тихо спросила я.
Стоу сверилась с утонченными серебряными часами.
— Мы все еще ждем судмедэксперта, но по нашей предварительной оценке — около четырех часов назад. Его нашел смотритель.
— Свидетели? — спросил Этан.
— Никого, кто бы сознался, — ответила она. — Фонтан ограждает тело от прохода и улицы, и вам придется пройти сюда, чтобы увидеть что-то. Не многие туристы делают это по ночам в начале марта.
Этан перевел взгляд на Стоу.
— Вы попросили нас придти сюда из-за мечей.
Она кивнула.
— Вампиры используют мечи, сражаются ими. Хорошо знакомый детектив Джейкобс работал с вами ранее.
— Мы не считаем, что вы принимали в этом участие, — сказал мой дедушка, выступив вперед и привлекая ледяной взгляд Этана к себе. — Но у нас не так много чего, с чем можно работать.
Так как магической специализацией Катчера было оружие, он, должно быть, был озадачен.
Этан посмотрел на него.
— Твое мнение?
Катчер присел, жестом указал на мечи.
— Это копии. Хорошие копии, но все же копии. Дуга клинка выглядит правильной. Цуба[12] круглая, с гравировкой. Кожаный шнур оплетает рукоять. Все это правильно... но сталь не та.
Я наклонила голову, чтобы взглянуть на нее, обратила внимание на то, как блестит металл.
— Она не складчатая, — сказала я, и Катчер кивнул, явно довольный.
Катчер посмотрел на Стоу и моего дедушку.
— Вампиры сражаются при помощи традиционных катан — высокоуглеродистого стального оружия, обычно из тамахаганэ[13], стали, которая неоднократно наслаивается. Фальцовка создает узор на стали, который выглядит как волокно дерева. Это не углеродистая сталь. — Он указал на клинок и клеймо, отпечатанное на металле.
— Похоже на «440»[14], — сказала Стоу.
Катчер наклонил голову.
— Это класс нержавеющей стали — которую они могли использовать для копий.
Джонах кивнул.
— Для среднесортной копии, к тому же. — Он вытащил фонарик из кармана и направил его на цубу. В крохотном местечке между защитой и лезвием были мизерные мазки прозрачного вещества.
— Вероятно, силикон, — сказал Джонах. — Не конкретно корявая работа, но и не действенный метод крепления. Такую вампир использовать не будет.
— Черт, — тихо произнесла Стоу, присев рядом с Джонахом, стараясь не прикасаться к крови и не тревожить тело. — Хороший глазомер.
— Вот почему мы их позвали, — сказал Чак с одобрительным кивком. Даже Этан выглядел впечатленным.
Стоу посмотрела на Джонаха, затем на Катчера.
— Вы думаете, что вампиры не стали бы использовать копии?
— Нет, — ответил Катчер без колебаний.
— В случае, если вы не в курсе, — сказала я, — вампиры привередливые.
Стоу взглянула обратно на Бретта Джейкобса.
— Безусловно, существует вероятность того, что их использовал какой-то вампир, у которого не было подлинной катаны и он прихватил копию.
— Не все вампиры сражаются, — сказал Этан. — Те, кто сражается — и кто сознательно принимает решение использовать катаны вместо пистолетов, ножей, электрошокеров или любого другого вида оружия, которое легче спрятать, пронести и использовать — используют подлинные катаны. Это наш путь.
— Вот здесь то я и застрял, — произнес Катчер. — Использование этого оружия приводит к вампирам. Это намекает на то, что преступление совершил вампир. Но любой, кто хоть что-нибудь знает о вампирах, в курсе, что вампир не будет использовать копию вроде этой.
— Чак? — спросила Стоу, моментально вырастая в моих глазах от того, что обратилась к моему дедушке за его соображениями, его мнением.
— Я склонен согласиться. Ты не можешь исключить возможность того, что преступником был вампир. Но вампиры, которые по природе своей привередливые — без обид...
— Все в порядке, — вставили трое из нас.
— ... вряд ли сделают что-то подобное. Если бы они хотели, чтобы мир узнал о том, что они убили человека и сына копа, используя свое предпочтительное оружие, они бы сделали это по полной, как говорят дети.
— Не знаю, говорят ли так дети, — быстро сказала Стоу, — но я ценю вашу откровенность. Вампиры или нет, кто-то должен был купить эти копии. Что насчет этого?
— В наши дни в Интернете можно купить практически все, — ответил Джонах, все еще наклонившись, пока поближе осматривал мечи. — Но даже если конструкция не идеальная, они все же довольно прочные. Видите узор здесь на цубах? — спросил он, указывая.
Стоу наклонилась.
— Похоже на рыбу у пруда, с какими-то символами. Они очень четкие для чего-то настолько маленького.
— Так и есть, — согласился Джонах, указывая мизинцем. — Там даже есть какая-то цветная эмалировка. Узоры на цубах индивидуальны для изготовителя. Я не знаком с мастером или с этим узором, в частности, но именно так мы установим его или ее. Если я смогу сфотографировать узор, это, вероятно, поможет.
Стоу посмотрела на Чака, который кивнул.
— Они не пойдут дальше того, что им требуется, — заверил он ее.
— Тогда вперед, — сказала Стоу, поднимаясь на ноги, пока Джонах доставал свой телефон и делал снимки. Она сняла перчатки со своих аккуратно наманикюренных пальцев и свернула их в шарик, затем обошла тело Бретта, осматривая его, глаза прошлись от одной части тела к другой, затем проследили дугу лезвия катаны.
— А что насчет размещения мечей? — спросила она, не поднимая глаза к нам. — Их расположение в теле, тот факт, что они пересекаются, образуя «X»?
— Я не узнаю этого из канона владения холодным оружием, — произнес Катчер, глядя на Этана и Джонаха.
— Использование двух катан является высоким уровнем мастерства для вампиров, — сказал Этан. — Такое чаще встречается среди стражей, тех, кто имеет боевой опыт, чем среди среднестатистических Послушников. Но то, как скрещены мечи, их расположение в груди... — Он поднялся и сделал шаг назад, наклонив голову, пока осматривал место преступления. — Мне это не знакомо. Джонах?
Джонах отрицательно покачал головой.
— Не знакомо, поскольку такого не существует. Не у вампиров, во всяком случае. Нет никакого конкретного ритуала или каты[15], связанных с погружением двух катан в грудь, не говоря уже об оставлении двух катан в теле. Мечник или мечница, кто-то, кто обучен с его или ее катаной, не оставил бы одну, а тем более две из них, и просто ушел. Это было бы то же самое, что оставить друга в бою.
— Еще один факт, который выступает против вампира в качестве преступника, — сказал мой дедушка.
— Могло ли такое... — Стоу указала рукой на выступающие рукояти — ... быть сделано в бою? Какой-нибудь неожиданный случай? Завершающий удар?
Джонах подошел поближе.
— Могло, — ответил Джонах. — Но, скорее всего, не в этом случае.
Я поймала заинтересованность в выражении ее лица.
— Почему нет?
— Каждый тип клинкового оружия имеет свое предназначение. Рапира[16] для прощупывания — для прямых ударов. Палаши[17], крупное древнее оружие, были для разрубания. Катаны, как правило, служили для разрезания. Но на теле не видно никаких следов порезов. Или чего-либо еще.
Я постепенно подошла поближе.
— Он прав. На теле Бретта нет никаких порезов. Никаких синяков. Если бы это был честный бой, то на нем бы остались царапины. Были бы другие телесные повреждения, кроме очевидного. Но я вообще ничего не вижу. Выглядит так, будто преступник просто подошел и воткнул их.
— Вампиру, безусловно, хватило бы сил сделать это, — сказал Джонах. — Но почему кто-то был настолько зол, чтобы сначала не сделать несколько выпадов? И почему Бретт не сопротивлялся?
Прежде чем Стоу смогла ответить на следующий вопрос, вмешался новый голос.
— Вокруг моего тела много народа.
Мы оглянулись. Мужчина зашел за пластиковое ограждение и встал позади нас в черном комбинезоне с надписью «КОРОНЕР», сделанную белыми печатными буквами. Его волосы были короткими и темными, глаза слегка косили, его тело было плотным, но с ярко выраженной мускулатурой. Он нес черную пластиковую сумку, вероятно, полевой комплект, в правой руке.
— Грант Лин, — представила Стоу. — Он из офиса судебно-медицинской экспертизы. И сегодня он опоздал.
— Я тоже рад вас видеть, детектив. К сожалению, мистер Джейкобс не первый джентельмен среди моего списка сегодня. — Он поглядел на тело, затем на нас. — Друзья безвременно ушедшего?
— Консультанты по оружию, — ответила Стоу.
— Никогда не думал, что застану день, когда вампиры будут консультировать ЧДП.
— Это потому, что бессмертие оставит тебя без работы, Грант. Мы пригласили наших экспертов, поскольку нашли их. Не будем тебе мешать. Нам бы хотелось узнать время и причину смерти, как только ты это выяснишь.
Лин хмыкнул и направился к телу, когда мы отошли. Он осмотрел раны и с помощью ассистента аккуратно повернул тело Бретта, осматривая землю под ним.
— Объем кровопотери указывает на то, что повреждения были нанесены при жизни, — сказал Лин. — Такая кровопотеря могла стать причиной, но тело расскажет нам больше.
— Нам бы хотелось узнать ваши выводы как можно скорее, — произнес мой дедушка.
— Джейкобс хороший человек, — проговорил Лин. — Вы их получите.
— Он очень хорош в своем деле, — тихо сказала Стоу, когда мы прошли за ней из-за ограждения во внутренний двор. — Бывает засранцем, но свое дело знает. — Она взглянула на меня. — Ты говорила, что, по твоему мнению, это не было похоже на драку.
Я кивнула.
— Но я сомневаюсь, что Бретт просто позволил использовать себя в качестве заявления — или просто позволил преступнику воткнуть в себя мечи. Кто будет просто стоять и ничего не делать, позволяя такому произойти?
— Может, он не просто так стоял здесь, — сказал Этан, уперев руки в бедра. — Он мог находиться под воздействием наркотиков, в состоянии алкогольного опьянения. Околдованным, хотя это кажется маловероятным.
— Почему? — спросила Стоу.
— Потому что здесь нет никакой магии, — ответил Катчер. — Магия оставила бы след.
Ее глаза постепенно расширились. Она, должно быть, не часто сталкивалась со сверхъестественными.
— Который вы могли бы почувствовать?
Все мы согласно кивнули.
— Выходит, нет никакой магии и нет никаких признаков драки, — проговорила Стоу, нахмурив брови, пока рассматривала место преступления. — Никаких признаков того, что Бретту были нанесены какие-либо раны, кроме очевидного ранения. Но это ранение колоссальное. И не один меч, а два. И его не просто оставили умирать, а выставили напоказ посреди церковного двора.
— Это послание, — сказал Джонах, убирая телефон.
— Тогда кто же получатель? — спросил мой дедушка.
— Вампиры — очевидная цель, — ответила я. — Мы сверхъестественные, которые используют катаны.
— Этого мы и опасались, — сказал мой дедушка, его густые брови сошлись, когда он посмотрел на меня.
— Итак, преступник пытается отправить нам послание или же пытается свалить на нас вину? — поинтересовалась я.
— Трудно сказать без большей информации, — ответил Этан.
— Мы обработаем данные судебной экспертизы, обойдем местных жителей, поговорим с его друзьями, — сказала Стоу. — Но если вы сможете получить какую-нибудь дополнительную информацию о происхождении мечей, мы были бы признательны.
Джонах взглянул на часы.
— У нас не так много времени до восхода солнца, но мы проверим наши контакты и свяжемся с вами завтра.
— Спасибо, — произнесла Стоу. — Мы сообщим вам, если получим какую-нибудь дополнительную информацию, которая сможет помочь.
Когда один из судмедэкспертов подошел к ней, чтобы обсудить дело, мой дедушка махнул рукой в сторону небольшой автостоянки на другой стороне двора.
— Давайте не будем им мешать.
— А где сегодня Джефф? — спросила я.
— Собственно, он ждет, чтобы показать вам его новый офис.
Мы прошли через двор. Этан и Катчер шли позади меня, а Джонах держался поближе к Этану, направив пристальный взгляд на двор и любые потенциальные угрозы, которые могли возникнуть.
С краю парковки стоял сверкающий белый фургон, на боку которого было написано «ОМБУДСМЕН» черными печатными буквами. Джефф как раз вылезал из него. Завидев нас, он натянул безрадостную улыбку — обстоятельства было не совсем радостными — и помахал.
— Привет, Мерит, — поздоровался он. Мы обменялись объятиями, и затем он с мужским ворчанием и кивком головы поприветствовал остальных парней, как это обычно делают парни.
— Паршивая ночь, — сказал Джефф, положив руки на бедра. Он обновил свой гардероб, сменив свою обычную рубашку на пуговицах на свитер с вышитым на груди словом «ОМБУДСМЕН».
— Наипаршивейшая. Ты знал Бретта?
— Не совсем. Похоже, хороший парень, супертихий. Я слышал, что он играл на средней скрипке. Имел степень в этой области.
— То же сказала и Стоу. Ужасный способ потерять ребенка.
— Я не уверен, что есть какой-нибудь не-ужасный способ, — вставил Этан.
— Справедливое замечание, — сказал Джефф, затем постучал костяшками пальцев по боку фургона. — И вот к чему я пришел. — Мы последовали за ним к задней части фургона, где двойные двери были уже открыты. — Входите в мое логово.
Это и было логово — и мечта компьютерного гения. Стены фургона были оснащены встроенными компьютерами, мониторами и оборудованием, которое я не могла опознать, но которое, как я не сомневалась, стоило кучу денег.
Тот факт, что они получили служебный фургон — и что он был заполнен любимыми разновидностями игрушек Джеффа — был очень хорошим знаком. Мэр Чикаго, Диана Ковальчук, уволила моего дедушку и наняла маниакального экс-военного типа на его место. Нам удалось убрать чокнутую замену и, добавив немного шантажа, вернуть моего дедушку на должность.
Я думаю, она совершила выгодную сделку, когда увидела такую возможность.
Джефф протянул руку, помогая мне забраться в машину. Я села на табуретку и взглянула на экраны, которые в настоящее время показывали аэроснимки церкви и прилегающих улиц.
— Это впечатляет, — сказала я, поворачиваясь на табуретке, чтобы поглядеть обратно на Джеффа.
Катчер, Этан, Джонах и мой дедушка собрались у дверей и заглянули внутрь. Мой дедушка кивнул, подперев рукой дверную раму.
— Тут мы сможем сделать гораздо больше. Быстродействие. Локальное исследование. И чертовски больше доверия со служебным транспортным средством.
— Вы можете выполнять тут всю свою работу? — спросила я.
— Практически, — ответил Катчер. — Определенно все, что может потребоваться на передвижной базе.
Этан взглянул на моего дедушку.
— А постоянный офис?
— Мэр любезно выделила офисные помещения в муниципальном сервисном центре на южной стороне. Мы переезжаем на следующей неделе.
— Успешный шантаж — лучший шантаж, — пробормотал Джонах.
— Без шуток, — сказала я, затем посмотрела на своего дедушку. — Это здорово. Я знаю, ты будешь рад постоянному месту. — Прежде чем его уволили, мой дедушка арендовал небольшой офис на южной стороне. После увольнения команда работала в подвале моего дедушки. А потом МакКетрик, замена моего дедушки, закидал его зажигательными бомбами.
Это действительно был тяжелый год для команды Омбудсмена.
— Было бы неплохо пустить корни, — согласился он.
— А как дома дела? — Пока мой дедушка поправлялся, он жил с моими родителями. Они были чуть ли не его противоположностями: богатые, старомодные и очень, очень пафосные.
— Твой отец — сама любезность, — ответил он с улыбкой, которая выглядела немного натянутой.
Я вернула понимающую улыбку.
— Ты очень добр. Я уверена, что он сводит тебя с ума.
— Сама любезность, — повторил он. — Он нанял физиотерапевта, медсестру и диетолога для наблюдения за моим выздоровлением.
— Припрятал свой «Орео»[18]?
— Он закончился.
— Мы пополним твои запасы, — заверила я его. — Как папа?
— Весь в работе. У него новый проект — небоскреб в Стритвилле. Называется «Тауэрлайн». Он очень сосредоточен на его осуществлении.
Специализацией Джошуа Мерита была недвижимость — и не просто дома в пригороде. Весь пригород. Небоскребы. Многоквартирные дома вдоль озера. Если он был большим, броским и дорогостоящим — и упоминался в архитектурных турах по рекам и озерам — он, скорее всего, приложил к нему руку (или деньги).
— Надеюсь, у него все выгорит. Я уже очень давно не видела Шарлотту и Роберта. — Они были моими старшими братом и сестрой, с которыми я не виделась с тех пор, как привела домой Этана для знакомства с ними. Мы были не особо близки, но я знала, что мне повезло с семьей.
— Или малыша Роберта, — сказал мой дедушка. — Честно говоря, ты бы выдержала встречу со всей семьей. — Не часто он подталкивал к тому, что было связано с семьей — ему хорошо были известны наши долгосрочные разногласия — так что я знала, что он имел в виду на этот раз. И поскольку он был прав, я поддалась ему.
— Я выдержу, — согласилась я. — Нам нужно запланировать ужин.
— Мы могли бы пригласить их Домой, — сказал Этан, но бросил взгляд на восточное небо. Розовые лучики рассвета начинали виднеться над горизонтом, что было нам сигналом к уходу.
— Мы можем обсудить это позже, — произнес мой дедушка, предлагая мне руку, чтобы помочь выбраться из фургона. Я приняла ее, спрыгнула вниз и поправила подол своей куртки.
— У меня есть некоторые идеи относительно мечей, — сказал Джонах с проблеском веселья в глазах. Он определенно что-то задумал. — Я свяжусь с Мерит после заката, мы все проверим и сообщим о результатах.
Этану удалось не напрячься и не обматерить Джонаха за то, что тот планирует мое расписание на вечер, но я почувствовала легкое прикосновение раздраженной магии на своей коже. Оно имело всю тонкость стихийного нашествия ос. При условии, что у ос таковое имеется.
— Спасибо, — проговорил мой дедушка. — Мы здесь еще немного покопаемся, посмотрим, что сможем найти. Будем надеяться, мы продвинемся вперед и обеспечим хоть какой-то справедливостью Артура и его семью.
Справедливость — это хорошо. Но я знала, что ее будет недостаточно.

***

Джонах проводил нас обратно к внедорожнику, мало ли что, и мы внимательно осмотрели туристов и переулки на наличие возможных угроз в сторону Этана. Когда мы добрались до внедорожника Линдси, я разблокировала машину и открыла дверь со стороны водителя.
— Я позвоню завтра, — сказал Джонах. — Не забудь о нашей встрече[19].
Он помахал Этану, затем смешался с пешеходами и направился дальше по улице, привлекая заинтересованные взгляды мужчин и женщин, мимо которых он проходил.
Я взглянула обратно на Этана и обнаружила, что его пристальный взгляд прикован ко мне, выражение лица унылое, а глаза потемнели от укола ревности. Сказать, что этот укол хоть немного меня не потряс, было бы неправдой, но так как я жила с Этаном, в моих же интересах было не позволять ему накручивать себя всю дорогу до Дома Кадогана.
— Деловая встреча, — напомнила я ему. — Встреча по расследованию. Ты единственный вампир, который присутствует в моих мыслях.
— О, я знаю, — ответил он, открывая дверь. — Если бы я хоть на мгновение подумал, что он делает серьезный шаг, я бы избил его до потери сознания.
Я не думала, что он шутил.
Этан был наполовину внутри машины, когда замер и выбрался наружу, выдергивая что-то из-под дворников.
В его руке был листок белой бумаги, немного больше визитной карточки. Он был довольно тонким, чтобы увидеть, на одной стороне было что-то напечатано — слова, от которых его глаза мгновенно расширились — прежде чем он засунул его себе в карман.
— Что это?
— Ничего, Мерит. — Он забрался внутрь и закрыл автомобильную дверь. — Давай вернемся домой до восхода солнца.
— Это от водителя?
— Это пустяки, Мерит.
— Этан..., — начала я, но он покачал головой.
— Это просто... флаер[20]. Из ресторана дальше по улице. — Он посмотрел на меня, слегка улыбнулся и заблокировал дверь. — Поехали уже, Страж.
Он лгал. В этом не было сомнений. Он что-то увидел на той бумажке и солгал мне об этом.
Это напугало меня больше, независимо от того, что там было написано. Но рассвет приближался. Поиск укрытия от восходящего солнца имел первостепенное значение, поэтому я выехала на дорогу и повезла нас обоих домой.

***
По дороге Домой он вел столь же непринужденный разговор, что и всегда. К тому времени, как мы подъехали к Дому, я была почти убеждена.
Почти.
Мы предоставили отчет Люку, кратко рассказали ему об убийстве, мечах и имеющихся уликах.
Люк подтвердил, что они больше не видели водителя, а охрана готовилась передать безопасность Дома человеческому патрулю на воротах.
У нас была полоса невезения относительно штата охраны, который сторожил ворота, необходимость на время светового дня, когда мы находились в бессознательном состоянии. В прошлом мы нанимали наемников фейри, сильных сверхъестественных существ со значительными боевыми навыками, но они предали нас из-за древнего артефакта, который, как они были уверены, мы украли. (Мы этого не делали.) Тогда мы наняли людей, но двое из них были убиты во время несения службы Гарольдом Мармонтом, бывшим членом ГС, который в последствии тоже был убит. (За это были ответственны мы.) Мы продолжали работать с людьми, но обратились к нештатным военным, у которых, как мы надеялись, была большая вероятность выживания.
Неудачная ирония заключалась в том, что монстры, которых они охраняли, были наименьшей из их забот.
Предоставив свой отчет, мы поднялись по лестнице в наши апартаменты на третьем этаже. Освещение уже было приглушенным, и на заднем плане играла классическая музыка. А поскольку Марго была самой крутой чувихой в мире, там стоял поднос с закусками и водой. Обслуживание номеров было одной из лучших привилегий отношений с Мастером.
Другой был сам Мастер, который стоял в другом конце комнаты, уперев одну руку в бедро и просматривая кипу бумаг, пока снимал запонки и клал их на комод.
Я наблюдала за ним в поисках намека на беспокойство или обман, в поисках правды о том, что он увидел на том маленьком клочке бумаги.
Видимо, почувствовав мой пристальный взгляд, он посмотрел на меня.
— Страж?
Я понятия не имела, что ответить, но мы прошли многие испытания вместе, и это было не время скрывать свой страх.
— Бумажка, которую ты нашел — это был не флаер из ресторана.
Этан ничего не ответил. Он закончил со своими запонками и начал расстегивать рубашку, обнажая плоский, мускулистый живот.
— Что бы ты хотела, чтобы я сказал?
— Конечно, я бы хотела, чтобы ты сказал мне правду. Что было в записке? Это было сообщение от водителя? Очередная угроза?
Он наблюдал за мной, его глаза были холоднее, чем те, которые я видела в течении очень долгого времени.
— Ты не доверяешь мне, Страж?
У меня было такое чувство, что мы вели два разных разговора.
— Я хочу знать, охотиться ли кто-нибудь там за тобой.
— Это что-то, с чем мне нужно разобраться.
— Это не ответ.
— Это тот ответ, который я готов дать прямо сейчас. — Черты его лица превратились в маску надменности Мастера вампира, которая сводила меня с ума. Он посмотрел на меня пылающими зелеными глазами. — Ты думаешь, я не способен решить свои собственные проблемы? Я управлял этим Домом еще до того, как ты стала Стражем, и могу управлять им сейчас.
Он не был зол на меня. Но в верном стиле Салливана, он выводил меня из себя, потому что был зол на что-то еще, а я была здесь.
Это только раздражало меня еще больше. Я была здесь, потому что заботилась о нем. Потому что волновалась за него. Мой собственный гнев быстро возрос.
— Я в этом не сомневаюсь, или в том, что ты будешь отталкивать меня, потому что злишься или боишься. Но это так не работает. Так не работаем мы с тобой, и так не работает Дом.
Выражение его лица превратилось в каменное.
— Так это будет работать.
Я сделала шаг вперед.
— Этан, ты в опасности. И если это угроза, я должна знать об этом. Это не то, что можно пропустить мимо глаз.
— Нет, это что-то, что я отчетливо вижу, и что-то, с чем я разберусь самостоятельно.
Он развернулся и пошел в гардероб, откуда я услышала шуршание ткани.
Мои веки внезапно отяжелели, как и из-за восхода солнца, так и потому, что этот разговор был утомительным.
Я зашла в гардероб, игнорируя Этана, сбросила сапоги и сняла куртку. Я оставила остальную одежду в куче на полу, натянула майку и шорты и направилась обратно к кровати. Этан вошел и сел на краешек, одетый в медальон Кадогана и изумрудные шелковые пижамные штаны, с телефоном в руке.
Я постояла там немного, ожидая, пока он не положит телефон и снова не посмотрит на меня.
— Иди сюда, Страж, — сонно произнес он, и я встала между его бедер, запустив свои пальцы в его золотистые волосы. Этан обнял меня и положил голову мне на грудь.
— Никаких разговоров, — сказал он. — На сегодня с нас хватит разговоров.
На окна опустились автоматические ставни с механическим гудением. Я повалилась на кровать рядом с Этаном, и он выключил лампу, оставив нас в темноте.


Примечания:
[12] - Цуба — деталь япон. меча, украшенная инкрустацией, гравировкой, рельефами и прорезными узорами.
[13] - Тамахаганэ (яп. «алмазная сталь») — японская сталь, известная с древности, представляет собой слитки губчатого железа. Является основной сталью для изготовления клинков мечей, катан и ножей. Большинство кузнецов-оружейников в современной Японии использует этот традиционный тип стали.
[14] - Нержавеющая сталь – класс 440.
[15] - Ка́та — формализованная последовательность движений, связанных принципами ведения поединка с воображаемым противником или группой противников. По сути, является квинтэссенцией техники конкретного стиля боевых искусств.
[16] - Рапи́ра (нем. Rapier, от фр. rapière, изначально исп. espadas roperas — буквально, «меч для одежды» (то есть не для доспеха)) — преимущественно колющее клинковое оружие, разновидность шпаги, в изначальном значении длинная «гражданская» шпага, в отличие от «боевой» шпаги слишком лёгкая для нанесения рубящего удара, тем не менее в классическом (не спортивном) варианте имеющая лезвия.
[17] - Пала́ш (от тур. pala — «меч», «кинжал») — рубяще-колющее клинковое холодное оружие с широким к концу, прямым и длинным — до 100 см — клинком, который может иметь двустороннюю (ранние образцы), чаще всего — одностороннюю или полуторную заточку, со сложным эфесом.
[18] - O'reo — печенье, состоящее из двух шоколадных дисков и сладкой кремовой начинки между ними.
[19] - Date — англ. встреча или свидание.
[20] - Флаер (от англ. fly — летать; flyer, flier — рекламный листок) — небольшая рекламная листовка, как правило, дающая право на скидку.



 
ТриадочкаДата: Воскресенье, 23.08.2015, 15:57 | Сообщение # 6
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Глава 5
НОЧЛЕГ И ЗАВТРАК


Я проснулась в одиночестве, половина кровати Этана была уже холодной.
Это не обязательно было проблемой. Хотя теоретически вампиры просыпались, когда садилось солнце, в действительности были некоторые различия. Этан всегда просыпался раньше меня, так что для него не было ничем необычным начать работать, прежде чем я очнусь ото сна.
До сих пор. Я чувствовала, что что-то было между нами, и не надеялась вытянуть это из него.
Может, как и Этан, я могла бы избегать это некоторое время.
Я взяла телефон с тумбочки и напечатала сообщение Джонаху:
ПРОСНУЛАСЬ. ГОТОВ ПРИСТУПИТЬ К РАССЛЕДОВАНИЮ?
Пока ждала ответа, я просмотрела ежедневные новости, расписание, оповещения и другую информацию, которую Люк предоставляет охранникам каждый вечер. «Беспокоиться о ГС» не было в списке, но я готова была поставить неплохие деньги на возможность того, что это как-нибудь впишется в график.
Мой телефон запиликал, оповещая об ответе от Джонаха:
У МЕНЯ ЕСТЬ ОДИН ИСТОЧНИК НА ПРИМЕТЕ, НО ТАМ ПАРКОВКА ПОД СОМНЕНИЕМ. ЗАЕХАТЬ ЗА ТОБОЙ ЧЕРЕЗ ЧАС?
ДОГОВОРИЛИСЬ, — ответила я ему и выбралась из кровати, чтобы одеться.
Поскольку расследование будет вестись на улице, я отложила в сторону черный костюм Кадогана и надела джинсы, длинную, темную майку и свою кожаную куртку, чтобы защититься от весенней прохлады. Когда мои волосы были причесаны и блестели, медальон был на своем месте, а катана в руке, я направилась вниз, на первый этаж Дома.
Я остановилась на лестничном пролете первого этажа, закрыв глаза и ухватившись рукой за перила, наслаждаясь запахом свежеприготовленного бекона. Задняя часть первого этажа Дома была занята столовой в школьном стиле, в которой подавалось больше выращенной в тени и естественных условиях органической фигни, чем любимых полуфабрикатов, которыми я обычно предпочитала питаться. К счастью, Марго все же редко пропускала бекон. Если это было из-за того, что мы друзья, меня это устраивало.
Мой желудок заурчал от голода, неуменьшенного маленькой ниточкой беспокойства, переплетающей мои мысли. Была по крайней мере одна угроза в сторону Этана, и я подозревала, что записка была второй. Но он не вдавался в подробности, и я не была уверена, что он вообще расскажет кому-либо.
Но ни хрена подобного. Он должен был рассказать либо мне, либо Люку. Я могла смириться со вторым вариантом. Это причинило бы боль, но я смогла бы с этим жить.
О какой такой угрозе он не мог рассказать мне? Если она была связана со мной, он бы запер меня в апартаментах; этого было бы не избежать. Если она была в сторону Дома, он рассказал бы мне и Люку, скорее всего, на собрании.
Возможно, подумала я, пока шла в его кабинет, проблема была не в содержании угрозы, а в ее адресате. Кто-то, о ком он не хотел, чтобы я знала? Бывший враг? Я не сомневалась, что у Этана они были, но те, которых я знала, уже умерли, или он разобрался с ними. Селина Дезалньер, бывший Мастер Дома Наварры, умерла от моей руки. Он напрямую бросил вызов Дариусу. Обративший его вампир, которого я знала только как Бальтазара, был монстром, но он был мертв.
Я заглянула в открытую дверь и обнаружила, что кабинет пуст. Так как мой желудок заурчал настойчивее, я пошла в столовую в конце коридора. Она была обустроена в манере колледжской — фуршетная линия с едой с одной стороны, деревянные стулья и столы с другой. На задней стене располагались панорамные окна, которые выходили на сад Кадогана. Мир снаружи был темным, но ландшафтное освещение и факелы освещали весенний сад как фантастический курорт.
Я взяла поднос, подошла к линии и прихватила апельсиновый сок, кровь, яичницу с беконом и шоколадный круассан, столь же большой, что и софтбольный мяч[21]. Не то, чтобы у меня были какие-нибудь проблемы с этим.
Наполнив свой поднос, я оглядела столики в поисках дружеских лиц и увидела Линдси с Марго, сидящих вместе за столиком.
Линдси была одета в свой черный костюм Кадогана, ее светлые волосы были стянуты в высокий пучок. На Марго была поварская форма, ее гладкое темное каре было идеально подстрижено, челка доходила до середины лба, выделяя ее глаза. По всей очевидности, взяв перерыв от своих кулинарных обязанностей, она зачерпывала овсянку с фруктами из миленькой тарелки с цветочками.
Я подошла, еле сдерживаясь от попытки укусить круассан без помощи рук, но у меня все-таки была гордость.
— Добрый вечер, соня. — Линдси похлопала по сиденью стула рядом с собой. — Как прошло двойное свидание?
Я улыбнулась, выдвинула стул и села.
— Это было не свидание.
— Этан плюс Джонах равно свидание, — произнесла она.
— Этан плюс Джонах равно колкие комментарии. А в этом случае, убийство.
Марго нахмурилась.
— Ой. Это прискорбно. Кто-то, кого мы знаем?
— Сын детектива Джейкобса, к сожалению.
Марго приложила руку к груди.
— Ох, это ужасно. Джейкобс это тот, кто помогает нам, верно? Друг твоего дедушки?
Я кивнула.
— Мы с Джонахом планируем сегодня кое-что разузнать об орудии убийства. Надеюсь, мы сможем использовать это, чтобы найти какую-нибудь информацию об убийце.
— У тебя была насыщенная ночь, — сказала Марго. — Еле-еле избежала обстрела из машины, потом поехала прямо на место преступления.
Я съела кусочек яичницы.
— Жизнь Стража как правило не особо гламурная.
— Ты получила Этана Салливана от этой сделки, — сказала Марго, подмигнув. — Так что не жалуйся.
Мне удалось не ляпнуть о недостатках данного соглашения.
— Кстати, об обстреле, — произнесла Марго. — Это как-то связано с ГС, не так ли?
— Связано, — согласилась я, решив не вдаваться в подробности. Я не думала, что мы что-нибудь выиграем от перепугивания остальной части Дома подробностями угрозы.
— Этан бросает вызов существующему положению дел, — сказала Линдси. — Некоторых это не устраивает.
Марго кивнула.
— Вы ломитесь в открытую дверь[22]. Несмотря на питание кровью, вампиры далеко не самая авантюрная группа в кулинарном смысле.
— А это напомнило мне кое о чем — Этан придет к тебе по поводу пари, которое я проиграла.
Ее брови с весельем приподнялись.
— Я заинтригована.
— Охлади свой пыл. Речь шла о забеге. Мы спорили на еду, и он выиграл. Если он попросит тебя приготовить что-то вроде утиных пальчиков в желе, постарайся отбить ему всю охоту, ладно?
— Это нечто новенькое, — произнесла Марго. — Не думаю, что у уток есть пальцы, но я тебя поняла.
— Кстати, говоря о свежих идеях, которые, я готова поклясться, являются исключительной особенностью женщин этого Дома, ты хорошо все устроила, оставив вчера один на один Люка с Этаном. Люк чувствовал себя намного, намного лучше на закате. — Линдси лукаво улыбнулась над ободком своего стакана с соком.
Я откусила кусочек бекона и покачала головой.
— Мне не обязательно этого знать. И я готова поспорить, что Марго тоже.
— О, меня все устраивает, — сказала она, подбрасывая черничину. — Я была одинока довольно долго.
Линдси одарила Марго оценивающим взглядом.
— Знаешь, а Джонах тоже одинок.
Марго взмахнула ложкой.
— Я не жалуюсь; я устроила себе перерыв. Длительные отношения изменяются к худшему, — добавила она, взглянув на меня. — Я не хочу ни с кем встречаться, и вполне счастлива сама по себе.
— Топленое масло и фуа-гра не смогут всегда тебя осчастливливать, — сказала Линдси.
— Как бы не так. Парочку добротных лимонных пирогов время от времени, и у меня все просто замечательно. — Она поглядела на свои часы. — И, раз уж речь зашла об этом, мне пора готовить еду и кормить вампиров. — Марго поднялась и задвинула стул. — Дамы, увидимся позже.
— До скорого, аллигаторша, — произнесла Линдси.
— Дамы, — сказал Броуди, разворачивая стул и садясь на него верхом, его длинные ноги располагались по обе стороны от стула, голубые глаза блестели. — Как дела?
— Солнце светит в другой части мира, — произнесла Линдси. — Это все, что мне нужно знать. — Она одарила его плоским взглядом. — Разве ты не должен быть сейчас на дежурстве?
— Ну да. В смысле, через несколько минут. — Он простодушно улыбнулся. — Просто спустился, чтобы заморить червячка. Я сегодня умираю с голода.
Я практически увидела вспышку злости в глазах Линдси, и немного отодвинула свой стул, чтобы уйти с ее словесного пути.
— Просто, чтобы внести ясность, судьба этого Дома находиться в твоих руках, но ты решил, что вместо того, чтобы приступить к обязанностям по обеспечению безопасности на несколько минут пораньше, ты будешь ковбойствовать в столовой и «заморивать червячка»?
Щеки Броуди покраснели.
— Хм, так, я просто подумал...
— Ты подумал? — подтолкнула Линдси.
Он встал так быстро, что стул опрокинулся, падая на пол с таким грохотом, что остальные вампиры в помещении обернулись посмотреть.
— Прошу прощения, — сказал он, застенчиво помахав, когда поправлял стул. — Я просто возьму что-нибудь перекусить и пойду приниматься за работу. — Не дожидаясь ее одобрения, он поспешил к фуршетной линии, схватил две бутылки крови и выбежал из помещения.
Я оглянулась на нее и увидела, что ее глаза сузились, а губы сжаты.
— Ты наслаждалась этим чересчур сильно.
Она отрицательно покачала головой.
— Неа. Нет такого понятия.
— Это не военное училище. Ты не должна подвергать его дедовщине.
— Не должна, — произнесла Линдси, подмигнув. — Но если я не могу издеваться над новичками, ради чего вампиру жить?
Бекон казался очевидным и извечным ответом.

***

Мой час перед заездом Джонаха практически истек, так что я попыталась еще раз зайти к Этану, прежде чем покину Дом. Я осторожно постучала в дверь кабинета и, после немногословного ответа Этана «Войдите», открыла ее.
Этан с Маликом сидели в зоне отдыха по разные стороны журнального столика, между ними были раскинуты бумаги.
Этан поднял глаза и кивнул.
— Страж.
— Салливан. — Я подошла ближе и посмотрела на книгу бухгалтерского учета и знаки доллара. — Это выглядит печально числовым.
— Благосостояние Дома никогда не бывает печальным, — ответил Этан, и взгляд на пресное выражение лица Малика сказал мне, что он говаривал это регулярно.
— Угу. Как мы вчера и договаривались, Джонах написал. У него есть идея относительно поиска меча. Он заедет за мной через несколько минут.
— Думаю, я позволю тебе разобраться с данной задачей. Но я провожу тебя до двери.
— Будь осторожна, Мерит, — сказал Малик.
— Я постараюсь. Удачи с этими цифрами.
В ответ Малик подмигнул.
Коридор был оживленным, одетые в костюмы Кадогана Послушники торопились в столовую или к входной двери, чтобы приступить к работе, которая ждала их за пределами Дома. Они улыбались Этану и приветствовали его словом «Сеньор», когда проходили мимо, отмечаясь перед своим аналогично одетым Мастером.
Мы остановились в фойе, и я ждала, когда же Этан поцелует меня на прощание. Вместо этого он приступил к инструкциям.
— Выясните, есть ли у них какая-нибудь информация о Дариусе. Я все еще не думаю, что он послал того водителя, и если это так, то он не ответил на мой вызов. Возможно, они слышали больше, чем знаем мы — какой-нибудь план. Ответное действие. Когда нам ожидать сброшенной бомбы.
— А я то думала, что ты собираешься поцеловать меня на прощание. Могу я напомнить тебе, что ты был против моего членства в КГ?
— Я использую все средства в своем арсенале, — ответил он. — И КГ, как известно, является ценным источником информации. Береги себя, — сказал он, прижимаясь своими губами к моим. Поцелуй был горячим и настойчивым. Хотя он был кратким, к тому времени, как Этан отпустил меня, я думала, что мое тело может сгореть изнутри.
— Постараюсь, — ответила я, когда смогла сформулировать слова и похлопала по своей катане. — Я вооружена. И уверена, что Джонах тоже будет. Не покидай Дом без охраны.
— Не буду, — ответил он, но я не была уверена, что поверила ему. Этан Салливан будет делать все, что ему, черт возьми, вздумается, потому что он Мастер своего Дома и хочет быть Мастером всех их.
Но я знала это с самого начала и все равно подписалась на это.
Мы попрощались, и я вышла на улицу и сбежала вниз по парадной лестнице. Джонах сидел в машине перед воротами, где два человека, мужчина и женщина, стояли на страже.
Меня накрыл приступ сожаления и вины, когда я проходила мимо них, думая об Анджело и Луи, человеческих охранниках, которые погибли, чтобы защитить нас.
— Мэм, — произнесла женщина, вставая по стойке «смирно», когда я проходила мимо.
— Хорошей ночи, — сказала я им. — И безопасной.
— Это наша работа, — ответила она с непоколебимой уверенностью.
Я оценила энтузиазм и понадеялась, что удача их не покинет.

***

Джонах, который знал меня слишком хорошо, подготовил бутылку крови и шоколадный батончик, когда я залезла в седан.
— Я позавтракала. И даже если бы это было не так, меня не нужно подкармливать.
Он проверил зеркала и выехал на дорогу.
— Так как ты уже открыла шоколадку, я полагаю, что завтрака тебе мало.
Я подумывала предложить ему кусочек, но решила, что он этого не заслужил.
— Куда мы, собственно, едем?
— В место с изобилием оружия и людей, заинтересованных в нем. Мы используем цубы в качестве отпечатков пальцев и выследим, откуда эти пальцы прибыли.
— Это очень странная метафора.
— Я купил тебе шоколадку, а ты меня оскорбляешь. Ну, ты осталась в дураках. Она насыщена белком и витаминами.
— Зануда.
— Я твой напарник, а не твой парень.
Поскольку Этан обычно пытался накормить меня белком и овощами, а не полуфабрикатами, сладостями и разновидностями блюд из фритюра, я не думала, что разница так уж велика. Но Джонах накормил меня, поэтому я не стала спорить.
— Просто веди машину, — проворчала я.

***

Поездка заняла тридцать минут по непрерывным пробкам, и это мы только ко входу подъехали. Машины выстроились в линию на съезде, круге, который выводил к главному входу к Конвент-Холлу Чикаго.
Фиолетово-золотой баннер «СпрингКон» висел поперек дороги, а мужчины, женщины и дети в супергеройских футболках и костюмах направлялись к конвент-центру под горящими уличными фонарями.

— Ночь превью[23], — произнес Джонах, когда мы припарковали машину в нескольких кварталах. — Ты когда-нибудь была на большом коне[24]?
— Нет. Меня обманывали[25]. Но я не думаю, что ты это подразумевал.
Он цокнул языком.
— Тебе нужно придумать ответы получше, если хочешь пережить это событие.
Я начала отстегивать свою катану, но Джонах покачал головой. 
— Не нужно, — произнес он, поправляя ремни на собственном оружии. — Они посчитают это частью наших костюмов.
Я посмотрела на него.
— Каких еще костюмов?
Он понимающе улыбнулся.
— Это будет даже еще веселей, чем я думал.
Опоясанные и готовые, мы проскользнули в толпу орков, роботов, супергероев и эльфов, которые направлялись к передним дверям.
Я не думала, что мы так уж быстро продвинемся; очередь в конвент-центр занимала почти весь тротуар к парковочной зоне. Но когда мы достигли конца очереди, Джонах продолжил идти.
Волнение и возбуждение доносилось от очереди людей — иногда со случайными взрывами магии от различных сверхъестественных. Они приняли различные формы, размеры, цвета, виды. От анимированных кукол к волосатым криптомонстрам, в очереди были все.
Я последовала за Джонахом к кассам конвент-центра, направляясь к небольшому стенду со значком «VIP». Я расправила плечи, наслаждаясь зданием, и наклонилась к нему.
— Мы ВИПы?
— Еще нет. Друг должен мне услугу.
У друга были выпуклые трицепсы, блестящая лысина и темные бакенбарды в виде аккуратных молний. Его глаза были карими, и он носил футболку с изображением хорошо знакомого Халка.
— Джонах, — произнес он, полуподнимаясь со своего стула со сложным рука-к-запястью-к-бицепсу рукопожатием.
— Тайлер, — произнес Джонах. — Моя подруга, Мерит.
Я помахала.
— Хороший костюм, — заметил он, и когда я открыла рот, чтобы возразить, поймала предупреждающий взгляд Джонаха и снова закрыла.
— Спасибо, думаю.
— Тайлер художник комиксов, — сказал Джонах, пока Тайлер рылся в небольшой металлической коробке для наличных на столе его стенда.
Я ободряюще кивнула и улыбнулась, когда Тайлер вытащил две ламинированных карточки, прикрепленных к шнурку. 
— Ваши пропуска, мой друг.
— Благодарю, — ответил Джонах, беря один, вешая себе на шею, а второй протягивая мне. Он был ярко-желтого, режущего глаза оттенка с логотипом «СпрингКона» — цветы переплетали логотип опасных веществ.
— У тебя есть время на следующей неделе? — спросил Тайлер.
Когда слабый румянец появился на щеках Джонаха, мое любопытство возросло.
— Конечно, приятель. Свяжемся.
— Пять на пять[26], — сказал Тайлер, и повернулся к следующему человеку в очереди.
— Пять на пять? — спросила я вслух, когда надела свой пропуск и направилась к дверям, которые вели к конвент-центру.
— Это значит, что он понял. Военный термин.
Я добавила это к своему мысленному списку фраз, которые нужно использовать к Люку.
— И зачем ему нужно твое время?
Он переключился на плакат, который был картой этажа конвент-центра.
— Ох, я просто консультирую, — небрежно произнес он.
— Консультируешь? Художника по комиксам?
Он посмотрел на меня с истинным смущением на его лице, и понимание ударило по мне.
— Ты не консультируешь его, — сказала я со все увеличивающейся улыбкой. — Ты позируешь ему.
Джонах драматично закатил глаза.
— Он хочет, чтобы тело было правильным. Анатомия. Он перфекционист.
Вариантов как подразнить его было множество. Поистине множество. Но Джонах — высокий, великолепный с каштановыми волосами, напоминающий ирландского принца — выглядел совершенно подавленным. И кроме того, он делал одолжение другу.
— Хорошо, — сказала я с улыбкой. — Хорошо. У тебя хорошее телосложение для этого.
Он посмотрел на меня с очевидным подозрением, когда люди в футболках «СпрингКона» заполонили этаж. 
— Хорошо, — осторожно произнес он. — Это все, что ты хочешь сказать?
— Ты провел нас сюда, чтобы помочь моему дедушке. Я сделаю тебе поблажку.
На его лице было выражение невероятного облегчения, а затем он повел нас на конференц-этаж.
Да, я была влюблена и полностью преданна своему парню. Но я все же бросила быстрый взгляд на эту фигуру телохранителя/модели... и сделала себе пометку выяснить над какими комиксами работает Тайлер.


Примечания:
[21] - Софтбол (англ. softball) — спортивная командная игра с мячом, аналог бейсбола. Мяч для софтбола напоминает по размерам грейпфрут, он более мягкий, чем бейсбольный мяч, и имеет более низкую скорость в полёте.
[22] - Ломиться в открытую дверь — настойчиво утверждать, доказывать то, что всем непосредственно очевидно, против чего никто не спорит.
[23] - В переводе с английского preview — предварительный просмотр. Превью часто используются в галереях – фото, интернет-магазинах, компьютерных онлайн-играх, портфолио, когда на странице пользователь видит ряд небольших картинок, представляющих собой уменьшенное изображение или его часть и демонстрирующих работы, товары, скриншоты игрового или иного процесса.
[24] - Фестиваль для поклонников комиксов, фантасчических фильмов и сериалов, компьютерных игр и др.
[25] - Кон — имеется в виду обманывать, как глагол, созвучное кону, событию известному в мире комиксов.
[26] - Пять на пять — слышимость чистая и громкая (военный термин).



 
ТриадочкаДата: Воскресенье, 30.08.2015, 21:10 | Сообщение # 7
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Глава 6
СТРАЖ В КВАДРАТЕ


Очередь снаружи при своей разношерстности была ничем по сравнению с главным залом конференц-центра.
Художники, писатели, звезды научно-фантастических фильмов и телевизионных шоу сидели за десятками столов, выстроенных по рядам, а мужчины, женщины и дети передвигались по рядам с восхищенными выражениями лиц. Анимированные экраны, киноплакаты и вращающиеся вывески видеоигр достигали четырех-пяти метров в высоту. Фанаты слонялись туда-сюда из гигантских помещений, которые, казалось, были полностью сооружены из свернутых футболок, а вымышленные персонажи блуждали по узким проходам как монстры из видеоигр. Полуголые женщины и мужчины в набедренных повязках позировали фотографам. Музыка гремела со всех сторон, а фанаты болтали сквозь эту какофонию, взволнованно показывая свои сокровища по углам этажа. Плакаты. Сумки. Плюшевые игрушки.
Это была атака на все пять чувств, и, наверное, о существовании парочки из них я даже не знала.
Мы с Джонахом бродили по этажу, уворачиваясь от зомби, одетых в плащи супергероев, аниме принцесс и огромного количества Вуки[27].
— К такому тяжело привыкнуть, — сказала я, уворачиваясь от девочки в маленьком, розовеньком костюмчике Дарта Вейдера, которая бежала к своему отцу с картинкой с автографом в руке. Актеры из различных научно-фантастических шоу сидели за длинными столами позади нее, подписывая изображения и позируя для фотографий, прижимаясь щеками к фанатам, готовым выложить наличные.
— Я люблю кон, — ответил он сквозь шум. — Энергию. Любовь. Чудиков. Где еще можно увидеть так много людей, увлеченных таким количеством разных вещей в одном месте?
— Здесь, определенно, море энергии, — произнесла я, когда мы проходили мимо группы фанатов у стола «Искусства Вампиров». Я лишь едва взглянула на него, ожидая увидеть фотографии Баффи, репродукции Дракулы и Эдварда, плакаты с Селеной и Блэйдом в режиме боя.
Я не ожидала увидеть замотанную пластиком и выполненную акварелью репродукцию женщины с темными волосами, клыками и знакомыми голубыми глазами.
Я дернула Джонаха, чтобы тот остановился, затем потащила его к ней. Выпучив глаза, я подняла ее и уставилась на свое изображение.
Я узнала изображение — оно было создано по образцу фотографии, которая появилась в газете под заголовком «Мститель с конским хвостом». И это, судя по всему, было названием художественного изображения, написанным тонкими, размашистыми мазками в правой нижней части рисунка.
— Это отличная работа, — произнес Джонах.
— Архивная бумага[28], — сказал молодой парень, занимавший стол. Он еще не поднял глаза и деловито писал другую картину, на этот раз изображающую Линдси в солнцезащитных очках и обтягивающих джинсах. — Подходит для обрамления.
И судя по крошечной этикетке в нижнем углу, по очень доступной цене. За тридцать пять долларов вы могли взять домой своего собственного Стража.
Художник, чьи указательный и средний пальцы были измазаны краской, поднял глаза.
— Хороший костюм.
— Думаю, ты захочешь увидеть это.
Я слышала, что Джонах что-то говорил, но была так ошарашена и немного напугана — и, да, немного польщена — ассортиментом рисунков, что на самом деле ничего не слышала. Пока он не повторил мое имя, затем взял меня за плечи и развернул лицом к столу, полностью усеянному фотографиями и разными вещами с изображением «Самых Аппетитных Вампиров Чикаго».
Фотографии, картины, футболки, кружки, толстовки, одеяла и нижнее белье, все с изображением улыбающегося лица Этана Салливана.
— Боже милостивый, — произнесла я, уворачиваясь от пары чирлидеров зомби, чтобы пересечь оживленный проход к столу «Самых Аппетитных», уставившись вниз на ассортимент розовых, белых и светло-голубых трусиков, с переднего треугольника которых смотрели зеленые глаза Этана.
Я не могла поспорить с их оценкой Этана, он был чудесным образчиком вампира. Светловолосым генетическим даром. И я понимала женщин, которые подбадривали его на «Рывке Кадогана». Горячий бегущий парень? Несомненно, я приду ради этого. Я ведь действительно пришла. Я знала, что есть веб-сайты, посвященные Этану. Я могла, в момент приступа любопытства, посетить ЭтанСалливанМойМастер.нет и улыбнуться очевидному обожанию блоггеров.
Но нижнее белье? Нижнее белье!
— Довольно горячий, не так ли? — спросил клерк.
Я была сбита с толку. Конечно, он был горяч. Но он был моим горячим парнем.
— Да?
— Красавчик? Да он целиком и полностью en fuego[29]. Но я слышал, что он уже занят. Моя потеря, не так ли?
— Наверное, встречается с какой-то страшной вампиршей, — сказала одна из двух девушек, которые сжимали наборы ночных рубашек и трусиков «Мастер Моего Дома».
Казалось, весь этот эпизод был спланирован для того, чтобы проверить мое приличие под давлением.
— Вообще-то, он встречается со мной. — Слова вылетели прежде, чем я успела передумать.
Но они не смутили покупательницу. Она посмотрела на меня, склонив голову на бок.
— О, я поняла. Ты изображаешь его девушку — как там ее зовут? Меган?
— Мерит, — ответила девушка за столом. — И это довольно хороший костюм.
Я открыла рот, чтобы возразить, заявить, что я не изображала девушку Этана, я была девушкой Этана, и я удовлетворяла Этана. Но, к своей беде, Джонах одернул меня за руку. Я оглянулась на него, почувствовав, что мои глаза посеребрились от гнева, и увидела предупреждающее выражение на его лице.
— Расследование, — тихо произнес он. — Мы должны вести себя сдержанно.
Ох, я буду вести себя сдержанно, подумала я, на мгновение представляя себе избиение, которое могла устроить этим простым смертным. Я буду вести себя крайне сдержанно.
Но Джонах не это имел в виду, поэтому я сдержалась.
— Да, я в костюме Мерит, — сказала я с натянутой улыбкой и зашагала прочь.
— Ты знала, что у него есть фанаты, — сказал Джонах, когда догнал меня.
— Есть фанаты, а есть фанатики. Фанатики покупают нижнее белье с лицом моего парня на нем.
— Ты ужасно молода, чтобы быть ханжой.
— Я не ханжа. Я просто... это же нижнее белье. — Я взглянула на него. — Ты бы хотел, чтобы твое лицо красовалось на нижнем белье?
— Нет. Но с другой стороны, я не Мастер Дома, который встречается с одной из самых завидных незамужних женщин Чикаго, и постоянно мелькающий в новостях.
Выражение моего лица и тон были ироническими.
— Получается, он сам напросился?
— Я просто сказал. Он довольно известный, и, кажется, не возражает против этого. Но он, очевидно, положил глаз только на тебя, если это то, по поводу чего ты беспокоишься.
— Ни о чем я не беспокоюсь. Это просто... странно. Они его даже не знают.
— Они довольно скоро узнают его ближе.
— А теперь ты можешь остановиться.
— Не уверен, что могу, — ответил Джонах с нахальной ухмылкой. — Мне очень, очень весело. Я, наверное, никогда не смогу остановиться. Интересно, а они делают резиновые куклы Этана Салливана?
— Я не буду вести с тобой этот разговор. Но я собираюсь найти эти комиксы, для которых ты позировал, и выставлю их на стендах в фойе Дома Грей.
Он остановился около пластиковой Годзиллы четырех метров высотой с раскачивающимися, надувными руками.
— Я не буду упоминать твой «костюм», а ты не упоминаешь комиксы.
— Мы приступаем к делу и больше никогда снова не упоминаем об этом.
— Договорились, — ответил он, и, оба подавленные, мы осмотрели этаж, чтобы воспрянуть духом.
— Так с кем же мы сегодня встречаемся? — спросила я.
— Собственно, с ними, — ответил Джонах, кивая в сторону ближайших поставщиков оружия.
На закрученной деревянной табличке было написано «ФЭРМЕЙКЕРЫ» и был указан адрес в Шаумбурге. Мужчина и женщина работали за стендом. У мужчины, который сидел за столом, были короткие волосы и идеально подстриженная эспаньолка, и на нем была туника, коричневые брюки и мягкие коричневые ботинки. У женщины, которая стояла за его спиной, листая старомодный журнал учета, была копна волнистых пшеничных волос, которые доходили до середины спины, а одета она была в широкую юбку-клеш и льняную рубашку «крестьянку». У нее была полная грудь, и по ее центру располагался круглый кулон.
Пока мы шли к столу, мужчина двинулся к нам с широкой улыбкой.
— Добрый вечер. Чем я могу помочь вам в этот прекрасный весенний вечер? У нас большое разнообразие оружия, — сказал он, указывая на стену. Там были булавы, кинжалы, парочка копий катан и несколько двуручных мечей. Некоторые из них выглядели как хорошие копии; некоторые как поношенный антиквариат.
— На самом деле, — произнес Джонах, указывая на женщину позади него, — нам нужно поговорить с ней.
— Нэн, — позвал клерк, касаясь ее плеча, чтобы привлечь внимание.
Нэн повернулась к нам, ее круглое лицо засияло при виде моего напарника по КГ.
— Джонах! Какой приятный сюрприз. Я не видела тебя целую вечность.
— Много времени прошло, — согласился он, затем положил руку мне на спину. — Нэн, это Мерит, Страж Дома Кадоган.
— Namaste[30], — произнесла она, прижимая руки ладонями друг к другу и немного покланяясь.
— Привет. — Я слегка помахала.
— Нэн помогает с закупкой наших катан и практикой с оружием, — сказал Джонах. А поскольку он был капитаном охраны Грея, я готова была поспорить, что он был ответственным за приобретение и компоновку всего этого оружия.
— Приятно познакомиться, — сказала я.
Она посмотрела между нами.
— Вы хотите что-то купить? Сегодня у нас только копии, но, возможно, кое-что подойдет... — Она жестом указала на три катаны, которые висели за ее спиной, их лезвия сияли как хром.
— На самом деле, мы просто ищем информацию. Мы пытаемся идентифицировать мечи, которые недавно были использованы в преступлении.
Нэн приложила руку к груди, наклоняясь.
— Боже мой, ты здесь из-за убийства у той церкви? Мы видели это вчера по телевизору. Ужас какой-то. Я очень надеюсь, что вы выясните, кто это сделал.
— Как и мы, — сказал Джонах. Он вытащил телефон, показывая ей фотографии цуб. — Они хоть сколько-нибудь выглядят знакомо?
Нэн склонилась к телефону, затем под шумок поглядела вокруг и достала пару обалденных леопардовых очков для чтения на украшенной бисером цепочке, спрятанных под ее рубашкой. Она приспособила их и всмотрелась в телефон.
— Деликатная работа. Красивые картинки, и очень хорошо визуализированы. Подходящее трехмерное качество, хорошая детализация. Мы, как правило, держимся подальше от изображений рыб. Мы предпочитаем драконов и бамбук.
— Есть идеи, кто предпочитает рыб? — спросил Джонах.
— Вообще-то, да. — Она указала на дисплей телефона. — Цветная эмалировка своего рода уцененный товар — она называется перегородчатая эмаль. Завоевала популярность в Японии в семнадцатом столетии. Она встречается не очень часто, а если встречается, это, как правило, устаревшие образцы. Не так много мастеров делают ее в эти дни. У тебя есть фотографии ребра?
— Подожди-ка, — произнес Джонах, забирая телефон и перелистывая фотографии. — Я сделал одну — там была символика, и я подумал, что, возможно, это клеймо художника.
Он протянул телефон обратно, и она всмотрелась в него, наклонив голову на бок и наклонившись поближе.
— Ммм-хмм, — произнесла она. — Не клеймо художника как таковое, но похоже. И тебе очень, очень повезло.
— Да ну? — спросил Джонах.
Она протянула телефон, увеличивая фотографию на паре небольших, выступающих завитков на ребре цубы.
— Видишь это?
— Похоже на «М» и «М», — сказал он.
— Совершенно верно. Означает «Магический Магазин». Расположен прямо здесь, в Чикаго. Хипстеры, как по мне. — Судя по ее плоскому выражению и тону, она не была впечатлена «Магическим Магазином». — Они торгуют копиями, но только по индивидуальному заказу. Выбирайте свою длину лезвия, свое плетение, свой дизайн цубы. Они изготовляют цубы в небольшой мастерской в Киото, сбоку добавлены инициалы магазина.
— Они также проводят электрические цепи для кона, но их здесь нет. Совсем не потеря, на мой взгляд. Да, у них хороший товар. Несколько славных образцов. Но они дезорганизованы. Высокомерны. Требуют больших затрат. И, несмотря на все это, они уверены, что они лучшие поставщики на любом коне.
Она покачала головой, но улыбнулась.
— Разные коны, драма та же. Я, конечно, надеюсь, что магазин не принимал прямого участия. У нас хватает дурной славы благодаря гикам и ботаникам. Нам только убийства не хватает к этому уравнению.
— Да уж, — произнес Джонах, взяв у нее телефон и убирая его. — Как всегда, Нэн, ты неоценима.
Она покраснела и помахала рукой перед лицом, чтобы преуменьшить комплимент.
— Прекрати.
— Я позвоню тебе через недельку или две на счет тех боккенов[31], о которых мы говорили.
— Я буду готова, — заверила она его, разглаживая свою юбку. — Ох, вот еще кое-что. — Она протянула две ручки с изображением привлекательных девушек, держащих очень большие полуторные мечи.
— Небольшой сувенир, — сказала она, подмигнув. — Мы с нетерпением ждем, когда же сможем помочь вам с вашими будущими потребностями для ближнего боя.

***

Нацелившись на «Магический Магазин», мы повернулись к выходу и начали маневрировать сквозь толпу. Мы практически дошли до двери, когда я остановилась, ухмыльнувшись.
Казалось, это судьба, что последний стенд, который я увидела, был преклонением «Квесту Джейкоба», любимой ролевой игре Джеффа. Четырехметровые полки были заполнены зелеными футболками с логотипом «Квеста Джейкоба», изображениями персонажей в бою и цитатами, по моему предположению, из игры. Там были пластмассовые фигурки, плюшевые куклы, кепки и даже пакетики с «походной смесью»[32] от Джейкоба, идеальная штука для геймеров в процессе игры.
Я заметила кивающую головой фигурку Роланда, воина шатена, которым предпочитал играть Джефф. Я слегка дотронулась до головы, которая, как не удивительно, дико закачалась.
Я должна была забрать это с собой. Возможно, у Джеффа уже была такая; черт, да существовал большой шанс того, что у него было по одной на каждого персонажа из игры. Но так как его прошлый офис — подвал моего дедушки — сгорел, он, наверное, не будет так уж сильно против новенькой.
— Нажмите на кнопку.
Я обернулась и увидела позади себя фигуристую девушку с копной ярко-рыжих волос. Наряду с ее профессиональной квалификацией, на ней был соответствующий костюм: зеленые туника и колготки, мягкие коричневые кожаные сапоги.
— Хорошо, — произнесла я и нажала на квадратную кнопку квадратной пластиковой подставки куклы.
— Смело в бой! — заявил оцифрованный мужской голос. — И одержи над всеми победу.
— Боже мой, просто возьмите мои деньги, — сказала я, ухмыляясь, когда представила себе, насколько это понравится Джеффу, и пихнула ей в руку пачку денег из своего кармана.
— Я принесу упакованную, — сказала клерк, отходя назад к кассе.
— Вот так сюрприз. — Я повернулась и обнаружила ухмыляющегося мне Джонаха. — Ты вдруг стала геймершей?
Я ответила очередным нажатием на кнопку болванчика.
— Смело в бой! И одержи над всеми победу.
— Это вместо ответа на твой вопрос.
— Компьютерный фрик, — сказал он с усмешкой.
— Это для Джеффа. Я просто не могла пройти мимо.
Клерк вернулась с пластиковым пакетом и сдачей. Я засунула пакет под мышку, убирая сдачу в карман.
— Если ты готова, — произнес Джонах с полупоклоном, протягивая руку в сторону выхода.
С подобным-то предложением...
Мы дошли до двери и были уже готовы пройти через нее, когда чья-то рука схватила меня за плечо. Я молниеносно дотянулась до своей катаны, а затем посмотрела на перехватчика.
На ней были черные кожаные штаны и бордовая майка, которая демонстрировала глубокое декольте. Ее волосы были темными и прямыми, с челкой и завязаны в длинный хвост. Черты ее лица были чувственными: розовые щечки, дерзкий носик, пухлые губы. В ее руке была пластиковая катана.
— Боже милостивый, — пробормотала я, осматривая женщину, которая, очевидно, пыталась походить на меня.
— Неплохой костюм.
Я перевела свой взгляд обратно к ее лицу и заметила ее оценивающее выражение. Ее губы были поджаты, пока она осматривала меня.
— Что? — спросила я.
— Меч действительно впечатляет — ты купила его у Фэрмейкеров? — хотя я не покупаю понтовые штуки. Это не настоящая Мерит. Тебе следует выпускать своего внутреннего сексуального воина вампира. Вот так, — сказала она, затем положила руки на свои бедра, немного склоняясь на одну ногу, и чувственно улыбнулась.
— Что? — было всем, что я смогла сказать в ответ.
— Возможно, также следует немного выделить декольте.
— Декольте.
Она кивнула, подмигнув.
— Сексуальный воин вампир никогда не может показать слишком много декольте. — Она помахала мужчине, который жестом позвал ее в нескольких метрах от нас. — Удачи, — сказала она, прежде чем прогулочной походкой пойти к нему поздороваться.
Джонах присоединился ко мне, и мы молча наблюдали, как она остановилась, чтобы попозировать с парой подростков в белых футболках. Они сфотографировались, и она подписала их футболки и поцеловала своими накрашенными губами в щеки, тогда как они пялились на ее большую грудь.
— У тебя есть доппельгангер[33], — произнес он.
— У этой женщины оказались крепкие яйца, чтобы сказать мне, что я не похожа на Мерит.
— Я сомневаюсь, что у нее есть яйца, — сказал Джонах, его улыбка расширилась, когда он оценил ее завидные изгибы. — И я говорил тебе, что люди будут думать, что ты в костюме.
Я хмыкнула.
— Я не в костюме Мерит. Я и есть Мерит — настоящая Мерит. Я знаю, как я одеваюсь.
— Но прямо сейчас ты не Мерит. Не по-настоящему. Не решительный, надирающий задницы Страж Кадогана. Ты в режиме Дианы Принс.
— Кто такая Диана Принс?
— Чудо-Женщина[34], — ответил он с улыбкой. — Ты находишься в настрое расследования, и это видно по твоему лицу, языку твоего тела. Избавься от куртки, обнажи этот меч и награди ее таким же яростным выражением лица, которое сейчас являешь мне, и она полностью поймет, из чего ты сделана.
Я обдумала это.
— Она сказала, что у меня характер сексуального-воина-вампира.
— Поскольку мне нравится мое очень симпатичное личико таким, какое оно есть, я собираюсь закрыть эту тему.
— Мудрый выбор, — произнесла я, и мы оставили Мерит 2.0 позади и направились к эскалатору. — Знаешь ли, где-то здесь мог бы разгуливать доппельгангер Джонаха, — сказала я, когда он поравнялся со мной.
— Возможно. — Он нахально улыбнулся. — И он, несомненно, был бы сексуальным воином вампиром.
Я решила, что лучше это не комментировать.
— Думаю, мне нужно выпить, — сказала я вместо этого.

***

Десять минут спустя, я выпила самую маленькую бутылочку воды, какую когда-либо видела, и которую Джонах вытащил из своего бардачка. Два хороших глотка и я прикончила ее, но по крайней мере мы вернулись к его машине, где я уже стала похожа на Мерит.
Самая, что ни на есть Мерит, собственно говоря.
Пока он смотрел, как проехать к «Магическому Магазину», я связалась с Домом, узнала, что вся команда была в безопасности, а Этан расположился в своем кабинете, что меня устраивало. Немного перегруженный вампир был вампиром в безопасности, на мой взгляд.
Мы были в пути, когда зазвонил мой телефон. Это был Этан, и мое сердце запнулось от волнения. Я ответила немедленно.
— Ты в порядке?
— Я в порядке, — ответил он. — Но мне нужно, чтобы ты вернулась в Дом.
Я почувствовала, как взгляд Джонаха переместился на меня, вероятно из-за моей магии, которая выплеснулась в машину.
— Что случилось?
— Пока еще ничего, — ответил Этан. — Но я ожидаю, что ситуация может изменится. Дариус в Чикаго.

***

Джонах отвез меня обратно в Дом. В дополнение к медленно выводящему из себя дорожному движению Чикаго в стиле остановись-езжай, мы обсуждали возможности того, что же ждало нас в Доме — и я допрашивала Джонаха, как того потребовал Этан.
— Его возвращение в Чикаго, по-твоему, подразумевает, что он намерен бросить вызов Этану?
— Это было бы очевидной причиной, — ответила я. — Ты что-нибудь слышал о его намерениях? Какие-нибудь слухи об активности ГС касательно Дома?
— Ни слуха, — ответил Джонах. — И я надеюсь, что ты знаешь, я бы рассказал тебе.
Он был прав. Он рассказал бы мне — но это не значило, что он не убил бы меня по пути. Я схватилась за подлокотник, когда Джонах резко остановился, чтобы избежать столкновения с минивэном впереди нас. Таксист за нами яростно просигналил.
— Иногда, — произнес Джонах, смотря в зеркало заднего вида на таксиста, — мне хочется, чтобы по моей машине шла бегущая строка — как те, что прокручивают ведомости о фондовом рынке. Я бы сказал этому мудаку, что съем его на обед, если он не прекратит давить на клаксон. Придется начать принимать «Эль»[35].
— Согласно Канону, Дариус может вызвать Этана на поединок, — сказала я. — Или на битву умов.
— Неужели будут играть в барную викторину за трон?
— Мне так кажется, — ответила я, желая, чтобы все было проще. Я была не частым гостем в «Темпл Баре», официальном баре Дома Кадоган. Я бы скорее втиснулась в кабинку с Этаном, Дариусом и джином с тоником, нежели наблюдала, как они разбираются между собой при помощи оружия, где победитель получает все.
От одной только этой мысли мне стало плохо. Еще и эта записка, подумала я. Проклятая записка, о которой Этан не стал рассказывать мне.
Джонах припарковался перед Домом.
— Мне всегда нравилось, как выглядит Кадоган, — сказал он, смотря на здание. — Всегда думал, что у него хорошее строение.
— Так и есть. И хорошие вампиры. И надеюсь, они все будут живы и здоровы в конце этой ночи.
— Ты хочешь, чтобы я зашел?
Я оценила жест, но если Дариус и ГС направят свой гнев на Дом Кадогана, я не хочу, чтобы он задел Джонаха и его друзей.
— Лучше не надо, — ответила я, выбираясь из машины. — Но я буду держать тебя в курсе.
— Договорились, — произнес он. — Я позвоню твоему дедушке, расскажу ему о «Магическом Магазине». Чем больше я думаю об этом, тем больше подозреваю, что они захотят сами расследовать это. Ордера и легальность, и все такое.
— Хорошая мысль. И спасибо за это.
— Для этого напарники и есть. Береги себя, Мерит.
Я кивнула и закрыла дверь, а Джонах уехал в ночь.


Примечания:
[27] - Вуки (англ. Wookiee), в буквальном переводе — «народ деревьев», были расой волосатых двуногих гуманоидов, которые жили на планете Кашиик. Из фантастической саги «Звездные войны».
[28] - Архивная бумага — бумага, пропитанная щелочным раствором и не ветшающая со временем.
[29] - en fuego — огонь (исп.)
[30] - Намасте — индийское приветствие.
[31] - Боккен — деревянный макет катаны, используемый в различных японских боевых искусствах для тренировок.
[32] - «Походная смесь» — легкая закуска для походов, содержащая орехи, сухофрукты и др. ингредиенты, напр. арахис, кишмиш, M&M's и др.
[33] - Доппельгангер (нем. Doppelgänger) – это немецкое слово, в переводе означающее «двойник». Так обычно называют призрака или привидение, которое не отбрасывает тени и при этом кажется точной копией или двойником живого человека.
[34] - Чудо-Женщина (англ. Wonder Woman) — вымышленная супергероиня комиксов DC Comics. Чудо-Женщина — принцесса амазонок (основана на греческой мифологии), у себя на родине известна как Диана. Диана — опытная воительница, обладает сверхчеловеческой силой, скоростью, выносливостью, умеет общаться с животными, а также использует лассо Истины, с помощью которого может заставить говорить правду, и неразрушимые браслеты, которые служат в качестве защиты.
[35] - El(primo) — высококачественный наркотик.



 
ТриадочкаДата: Четверг, 10.09.2015, 22:23 | Сообщение # 8
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Глава 7
НОЧЬ ВСТРЕЧ!


Меня накрыл страх, словно зловещий шторм, я не тратила времени на любезности с охранниками, а пробежала через ворота в Дом, сразу в кабинет Этана.
Дверь была открыта. Люк, Малик и Этан находились в зоне отдыха, в воздухе между ними была напряженная магия. Этан снял галстук и пиджак, и первая пуговица на его рубашке была расстегнута. Его волосы были заправлены за уши, и лоб натянулся от беспокойства.
— Страж, — произнес Этан. — Входи и закрой дверь.
Бывали такие времена, как сейчас, которые заставляли вампиров выпивать, подумала я, что объясняло, почему у всех троих было по бокалу в руке.
— Виски? — спросил Люк, поднимая свой бокал. Виски плескался над кубиками льда и завитками лимонной цедры.
— Нет, спасибо, — ответила я, садясь рядом с Этаном на сделанный на заказ кожаный диван.
— Как прошла твоя поездка? — спросил он.
— Удачно. Мечи прибыли из места под названием «Магический Магазин». Джонах расскажет об этом моему дедушке.
Этан вскинул голову.
— Откуда вы знаете?
— По цубам. Цветная эмалировка, что является редкостью, и у них на ребрах отпечатано «ММ». Магазин метит их таким способом. — Я не стала заморачиваться с уходом от темы. — Почему Дариус едет в Чикаго?
— Мы не совсем уверены, — ответил Этан и приступил к своему изложению. — Виктор — Мастер Нью-Йоркского Дома Кэбот, одного из старейших в стране, который располагается в величественном здании в Верхнем Ист-Сайде.
— Дариус был в Нью-Йорке, но не известил Виктора. Он был на ужине, случайно посмотрел в окно и увидел Дариуса через дорогу.
— Ну, — произнес Малик, скрестив руки на груди. — Готов поспорить, что это не то, что Виктор видит каждую ночь.
— Именно так, — согласился Этан. — А они с Виктором друзья, я бы сказал, что делает это еще более любопытным. Виктор немного проследил за ним, инсценировал случайную встречу.
— Территория, которая уже, вероятно, хорошо изучена им, — сказал Люк, затем взглянул на меня. — Прошлое Виктора связано, скажем, с международным шпионажем.
Вампиры были разных профессий. Я кивнула и снова посмотрела на Этана.
— И что же Дариус сказал?
— Судя по всему, очень мало. Их общение было очень кратким, но Виктор сказал, что тот вел себя странно. Выглядел, как он сказал, оторопелым.
— Оторопелым? — переспросил Люк. — Что это значит?
Этан поднял руки.
— Я понятия не имею.
— С ним были другие члены ГС? — спросил Малик.
Помимо Дариуса, осталось пять членов ГС: Диркс, Даника, Эдмунд, Лакшми и Диего. Этан считал Лакшми и Диего союзниками. Эдмунд помог Гарольду Мормонту напасть на Дом, так что явно был врагом. Я не знала, были ли Даника с Дирксом по сути врагами, помимо того, что были членами ГС. Что было весьма вероятно.
— Виктор сказал, что нет, — Этан закинул ногу на ногу. — Также с ним не было и Чарли. — Чарли был дворецким Дариуса, и обычно сопровождал его в путешествиях. — Но с ним были «солдаты»[36]. Трое крепких мужчин.
Люк наклонился вперед, в его глазах был проблеск интереса.
— Из-за вызова? Или из-за ответа?
— Виктор не знает. Как бы то ни было, он не сказал Виктору.
— Если он здесь, чтобы сразиться с тобой, чтобы ответить на вызов, зачем ему было останавливаться в Нью-Йорке?
— А это, Страж, только часть вопроса. Дариус сказал Виктору только то, что у него дела в городе. Те же дела, согласно имеющимся данным, которые привели его в Чикаго.
— Когда он должен прибыть? — спросила я.
— Он уже здесь.
Я моргнула.
— Он здесь? И Виктор только сейчас тебе об этом сообщил?
— Как я уже сказал, они друзья. Не думаю, что он заведомо хотел посвящать в какие-то относящиеся к делу детали Дом Кадогана, самоявленному врагу Дариуса. Но он также знает, что мы добиваемся своих целей. Виктор использовал свои собственные каналы, чтобы провести расследование, какими бы они ни были, и не был удовлетворен тем, что нашел. Единственной конкретной информацией был его план посетить Чикаго, и узнал то он это только потому, что член персонала отеля подслушал «солдат», которые об этом упоминали.
— Шпионаж, — произнес Люк, указывая на меня я-же-тебе-говорил жестом.
— Выходит, Дариус находится в Нью-Йорке по неизвестным причинам, — подвела я итог. — Он не сообщил Виктору Кэботу, местному Мастеру и своему приятелю, что приезжает в город, немного сказал, когда Виктор встретил его на улице, вообще не упомянул о вызове, а затем примчался в Чикаго.
Этан кивнул.
— Об этом и речь.
— Совсем не удивительно, что Дариус не изложил всех подробностей того, как он намерен ответить на вызов Этана, — вставил Малик. — Болтун — находка для шпиона, и все такое. Но странно то, что он вообще не упоминал о вызове. У ГС период хаоса — у господства Дариуса период хаоса. Ему грозит переворот, даже в доме союзника. Можно подумать, он бы затронул вопрос о вызывающем желчь вызове, опираясь на плечо Виктора.
— Это странно, — согласился Этан.
Я выдохнула.
— Так что нам делать? Задраивать люки? Готовить Дом к бою?
Этан поднялся, прошагал к окну через всю комнату и пальцем отодвинул в сторону шелковую занавеску. Мне стало интересно, о чем он думал, когда смотрел на улицу, взвешивал ли он будущее, пока осматривал свои владения.
— Если я буду главой этой организации — а я стремлюсь стать главой этой организации — я не могу скрываться в тени, ожидая, пока другие сделают свои шаги. Мы выработаем стратегию, мы будем действовать, мы будем двигаться вперед.
— В каком смысле?
— В смысле, Страж, если Дариус не ответит на наш вызов, мы приведем наш вызов к нему.

***

Мы не знали на сколько Дариус задержится в городе, поэтому воспользовались шансом, забравшись во внедорожник Линдси и направились в центр города. Люк был за рулем, поскольку он решил, что является единственным, кто может «справиться» с машиной в случае «неотложных обстоятельств».
Это объясняло также летные очки, учитывая, что снаружи было совсем темно.
В действительности, думаю, Люк надеялся на автомобильную погоню, в которой он мог бы раскрутить и дрифтовать машиной, как будто бы был каскадером в боевике.
К счастью, для моих нервов и желудка, подобного не произошло.
Согласно Виктору, Дариус намеревался остановиться в «Портман Гранде», отеле на Мичиган-Авеню как раз напротив Миллениум-Парка, который практически был пропитан ароматом старых денег. Он был построен в золотой век Чикаго, время, когда магнаты, сколотившие свои деньги на скоте и стали, правили городом. Много мрамора, позолоты и темных тканей.
Мы дважды проехали вокруг квартала, пытаясь найти место для парковки, и повезло нам в третий раз, мы остановились перед китайским ресторанчиком, который пристроился между «Старбаксом» и ювелирным магазином.
— Я так полагаю, никаких мечей? — спросила я, размышляя о слишком претенциозном отеле и том факте, что мы будем выглядеть чрезвычайно подозрительно, если возьмем их. И также будем представлять собой непосредственную угрозу Дариусу.
— Никаких мечей, — согласился Люк, а затем открыл бардачок Линдси. Полдюжины зачехленных клинков находились внутри, мини-арсенал во внедорожнике. Вампиры, как правило, не беспокоятся о маленьких клинках, но сейчас были неотложные обстоятельства. Так как я не заметила всего этого прошлой ночью, он, должно быть, только-только поместил их туда.
— У тебя здесь достаточно кинжалов, милый? — спросила Линдси, просматривая стопку в поисках того экземпляра, который понравился бы ей.
— Береженого Бог бережет, — он потянулся и вытащил розовую камуфляжную кобуру. — Тебе нравится?
— Мне нет, — она похлопала по одному из черных сапогов выше колен, который надела поверх джинсов. — Не мой стиль, и я уже подготовилась.
Он кивнул, смотря на заднее сиденье на меня и Этана.
— У меня все есть, — сказала я. Этан дал мне гладкий кинжал, который был также как у Линдси, скрыт в моем сапоге.
Но Этан протянул руку.
— У тебя есть что-то менее розовое?
Люк вытащил кобуру, покрытую стразами.
— Я действительно чувствую, что ты нацелился не на ту целевую аудиторию, — произнес Этан с удивлением. — Или в тебе есть женская сторона, которую мы на самом деле не исследовали.
— Я предпочитаю, чтобы ты не исследовал мою женскую сторону, — произнес Люк, кладя отклоненные кинжалы обратно в бардачок и вытаскивая третий. Этот был более в стиле Кадогана; глянцевый, с изогнутой ручкой с выемками для пальцев, и глаким, двухсторонним лезвием, заточенным так, чтобы стать блестящим и смертельным оружием.
— Вот этот подойдет, — сказал Этан, он по достоинству оценил клинок. — И никакого показного блеска.
— Никакого на этом, — произнес Люк, снова закрывая бардачок. — Но у меня есть другие.
Мы выбрались из машины, проверили телефоны и оружие.
— Может, ты захочешь пойти с ним в следующий раз, когда он отправится за оружием, — прошептала я Линдси. — Как я поняла, Джонах пользуется услугами Фэрмейкеров.
— А они подходят под «Ножны Виктории»? — спросила Линдси, приподнимая носы сапог.
— Думаю, идеально.
— Ладно, детишки, — произнес Люк. — Мы готовы взяться за то, что будет исключительно информативной миссией, при которой мы заходим в отель и собираем информацию? Информативно.
— Подожди, — сказала Линдси. — Подожди. Ты говоришь, что мы не должны туда врываться, размахивая руками, и вопить о том, что мы пришли похитить Дариуса?
Дааа. Вампиры также используют сарказм, чтобы бороться с предоперационной нервозностью.
— Думаю, мы обыграем это более скрытно, — ответил Люк. — Это публичное место, а также фешенебельное. Дариус может и не любить людей, но он ненавидит плохую рекламу. Он не доставит неприятностей в отеле, поэтому и мы не собираемся их доставлять. Мы будем следить за Дариусом, инсценируем, что по случайному стечению обстоятельств находимся в том же отеле и ведем себя мило. Виктор думает, что его поведение какое-то странное. Мы разведуем эту теорию.
Линдси подняла руку.
— А разве это не должно быть гипотезой?
— Я дам тебе хрустальный ножик.
Видимо, угрозы было достаточно; она имитировала поджатие губ.

***

Люк разработал легенду, остальные инсценировали встречу с Дариусом: Мы были двумя парами, которые развлекались в городе, наслаждались ночным Чикаго, праздную приближающийся конец зимы.
Мы зашли в отель, обувь стучала по блестящему каменному полу. Гигантские вазы с цветами стояли у входа на мраморных и позолоченных столах, наполняя помещение ароматом лилий и гиацинтов. Мужчины и женщины в одежде безупречной кройки сидели в зоне отдыха вестибюля, либо выходили под джаз из бара в другом конце помещения.
— Вот это да, — произнес Люк.
— Есть какие-нибудь признаки его присутствия? — спросил Этан, поднося мою руку к своим губам.
— Я не вижу. — Там было несколько людей и возможно Речных нимф, но ни признака вампиров.
Люк указал рукой в сторону бара, его и Линдси руки были переплетены.
— Влюбленные парочки обнаруживают бар, выпивают и обследуют это чудное местечко на наличие мужчины, который, возможно хочет, а возможно и нет, прикончить нас.
— О, я подозреваю, что он хочет прикончить нас, — сказал Этан, когда мы прошли за Люком и Линдси. — Но он может не захотеть делать этого здесь.
Линдси заказала напитки: джин-тоник для нас, виски со льдом для Люка и Этана. И когда она вернулась с небольшой миской дымящегося эдомаме[37], посыпанного морской солью, я решила не жаловаться на то, что она догадалась, что я голодна.
Мы сели рядом с мужчинами и женщинами, которые выглядели так, словно провели день, спекулируя на финансовых рынках. С напитками и закусками, сказочным видом на «Портман» и его посетителей, мы ждали нашего бывшего короля.
На это ушло семнадцать минут.
Дариус вышел из первого лифта, высокий и худощавый, с узкой талией и широкими плечами. Издалека он выглядел совершенно нормально. Его голова была обрита, черты лица строгие, глаза ярко-голубые. Он был одет в рубашку на пуговицах, которая сочеталась с его глазами и была заправлена в тонкие черные брюки.
Два вампира шли след в след за ним, «солдаты», о которых упоминал Виктор.
Тот, что был слева от Дариуса, более крупный мужчина, был уродливым сукиным сыном. Пучеглазый, нос расплющенный от слишком большого количества ударов, тяжелый, квадратный подбородок. Такое лицо могла полюбить только мать, но было забавно иметь плохого парня, чья душа соответствовала его внешнему облику. В последнее время было слишком много волков в дизайнерской овечьей шкуре.
Несмотря на то, что главарь был ощутимо уродливым, его товарищ справа был на редкость обычным. Светлокожий, каштановые волосы, карие глаза. Среднего роста, среднего телосложения.
Но их статус в качестве охраны был очевиден — они осматривали помещение сощуренными глазами и с подозрительными выражениями лиц, и они вибрировали от изобилия оружия.
— Пушки, — произнесла я, потягивая свой напиток. — Несколько штук.
— Это типично для таких, как они, — сказал Люк, его взгляд был устремлен на Линдси, рука на ее плече, слегка потирая, словно они были двумя влюбленными в предвкушении страстной ночи. — Вероятно, наплечная кобура. И классическая засунут-сзади-за-пояс походка.
— Меня всегда заводит, когда у мужчины в штанах Магнум[38], — сказала она.
Я еле сдержала смешок, так что звук вышел как сдавленное фарканье.
Этан покачал головой.
— Вам двоим больше не разрешается находиться на операции вдвоем.
— Это едва ли операция, — сказала Линдси. — Это больше похоже на разведывательную вылазку.
Мы наблюдали, как Дариус уселся в низкое, квадратное кресло в зоне отдыха. Его охранники заняли позицию рядом с ним, каждый на расстоянии приблизительно в два метра.
— Полагаю, пора провести разведку, — сказал Этан, поднимая свой бокал. — Мерит, ты со мной. Лукас...
Люк кивнул, прежде чем Этан смог закончить указания.
— Мы будем здесь, на всякий случай. Сделай нам всем одолжение, Сеньор, и постарайся не умереть?
— Это вторая вещь в моем списке на данным момент, — проворчал Этан. Он одернул свой пиджак, черты его лица изменились с операционных на Мастера вампира. Надменность, высокомерие и полнейшая самоуверенность вернулись.
Он зашагал в сторону Дариуса, и я не отставала от него, (кхм) покорный Страж. «Солдаты» наблюдали, как мы приближаемся, их губы скривились от неприязни. Они позволили нам приблизиться на три метра, затем вышли вперед, вытянув руки, как полузащитники, готовые остановить наступление Этана.
Этан проигнорировал их, устремил свой пристальный взгляд на Дариуса, который, казалось, все еще не понял, что Этан Салливан, Мастер вампир, который бросил ему вызов за трон, стоял на расстоянии всего лишь в три метра.
Это было, мягко говоря, странно.
— Дариус, — позвал Этан. — Рад снова тебя видеть.
Дариус любезно посмотрел на него.
— Так ли это?
Этот мужчина выглядел в точности как Дариус, от ямки на подбородке до совершенной осанки. Но Дариус Вест, которого я знала, никогда бы не посмотрел любезно на врага.
Этан на мгновение опешил, но скрыл это.
— Это так, — ответил он, его тон был неизменно вежливым. — Мы старые друзья, которым не удается так уж часто пообщаться.
— Полагаю... ты прав. Где твоя компания? Твой Страж?
— Она здесь, — ответил Этан. Я вышла вперед, принимая руку, которую мне предложил Этан.
«Его глаза», — мысленно сказал Этан. — «Посмотри на его глаза».
Дариус был в тени высокого мужчины, но когда я продвинулась вперед, мужчина сместился, от чего лицо Дариуса осветил свет. Его радужки цвета электрик были сужены, затемнены широкими и чернильно-черными зрачками. Будь то от наркотиков или магии, что-то воздействовало на нашего бывшего короля. И очень сильно.
— Мерит, рад снова тебя видеть.
— Взаимно. — Ложь. Каковы бы ни были его проблемы с Этаном, этот человек был для него не опасен сейчас. Не в таком состоянии. Не с такими глазами, не с такими манерами.
Дариус кивнул, и на этом его интерес ко мне закончился. Его внимание перелетело куда-то в другое место.
— Прошу меня извинить, у меня есть одно незаконченное дело.
— Конечно, — ответил Этан. — Рад был тебя видеть.
Получив отставку, мы вернулись в бар.
— Он не в порядке, — пробормотала я, делая глоток джин-тоника, смакуя холодный, терпкий коктейль. Я нуждалась в нем, чтобы смыть эту странную встречу.
— Это точно, — сказал Этан, потирая лоб. — Я понятия не имел, что увижу сегодня вечером, но не думаю, что ожидал этого. Это не Дариус.
— Как так? — спросил Люк.
— Он едва ли заметил Этана, — сказала я. — И не в высокомерном, ты-ниже-меня стиле. А в я-в-настоящее-время-обдолбан-по-самую-тыкву стиле.
— Его глаза были расширены. Движения медленные и неуклюжие.
— Магия? — спросила Линдси.
— Не знаю, — ответил Этан.
— Если это гламур, — спросила я, — разве мы бы его не почувствовали?
— Это еще один вопрос, на который у меня нет ответа. — Осушив свою порцию виски, он повернулся к моему бокалу, сделал глоток и скривился.
— Это не твой напиток, — напомнила я ему, забирая его обратно.
— У Дариуса в компании прибавление, — сказал Люк, и мы вскользь оглянулись. Седовласый мужчина подошел к Дариусу, в его руке была большая кожаная папка, такие используют для перевозки документов. Они с Дариусом пожали друг другу руки, и «солдаты» сопроводили эту парочку обратно к лифтам.
— Полагаю, это и есть его дело, — произнесла Линдси.
— Мы можем проследить за ним, — сказал Люк, но Этан отрицательно покачал головой.
— Мне это не нравится, и я не хочу, чтобы мы ошивались здесь, без подготовки и запасного плана, дольше, чем необходимо.
Люк вытащил купюры из длинного, узкого бумажника и положил их на стол.
— Меня это устраивает. Давайте к чертовой матери возвращаться Домой.
Этан взглянул на меня.
«Мы должны знать, что было в той папке», — мысленно сказал он.
«Мне следует связаться с ранее обсуждаемым средством в твоем арсенале?» — спросила я.
Он кивнул, и я достала свой телефон, отправив нужное сообщение:
НУЖНЫ ТВОИ СПЕЦИАЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ. МОЖЕМ ВСТРЕТИТЬСЯ НА МАЯКЕ?

***

Маяк Чикагской гавани, высокий и белый, стоял на страже на краю волнореза, который обеспечивал гаванью суда на Озере Мичиган. Вы могли подобраться к подножию — если у вас имелась находчивость, чтобы пройти отрезок в полкилометра по утесу и насыпи, где маяк граничил с пирсом Военно-Морского Флота.
В прошлый раз, когда я попыталась это сделать, утес был скользким и обледеневшим. Сегодня же, когда мы с Джонахом стояли в темноте парковки и пристально смотрели вниз на него, он не был обледеневшим. Но он все еще был скользким и темным.
— Почему бы не покончить с этим, — произнесла я и ступила на первый валун.
Передвигаясь медленно, мы прыгали с камня на камень, останавливаясь после каждого небольшого движения вперед, чтобы восстановить баланс.
— Я удивлена, что сюда нет более быстрого пути, — сказала я, вытянув руки по сторонам, пока пыталась удержаться в вертикальном положении.
— Он есть. Мы могли бы взять лодку.
Я остановилась и уставилась на него.
— Можно на лодке?
— Конечно, можно на лодке.
— Тогда почему мы занимаемся этим?
Он улыбнулся мне в ответ.
— Ради проверки на прочность. — Джонах покачнулся, на мгновение потеряв равновесие. К счастью для него, он сделал шаг, нашел точку опоры и сумел не упасть в воду. Что было хорошо, потому что я не собиралась помогать ему.
— Ради проверки на прочность, — передразнила я его, но продолжала идти, пока мы не пересекли утес и не достигли бетонной платформы, которая удерживала маяк и два небольших здания, что находились по обе стороны от него.
Джонах ввел код на клавиатуре у двери, и мы вошли внутрь.
Маяк был построен в 1893 для Колумбийской мировой выставки, но с тех пор его перенесли и несколько раз реконструировали. Декора было не много и он не обновлялся, по крайней мере, с 1970-х. Но декор не был главным — окна на все триста шестьдесят градусов и вид на город и озеро.
— Вы все можете расслабиться, — сказал Джонах, поднимая руки к горстке вампиров, которые подняли глаза, когда мы вошли. — Я здесь. Вы в безопасности.
— Ты здесь... и полон дерьма, — произнес вампир за столом через комнату, чьи бакенбарды я сразу же узнала. Гораций, гвардеец КГ и ветеран Гражданской войны, он носил простую льняную рубашку и темные брюки. Он повернулся и его темные глаза расширились. — И ты привел гостью.
— А ты шутник, — ответил Джонах. — Мерит, ты помнишь Горация.
Я кивнула.
— Привет.
На лице Горация появилось подозрительное выражение, так как он видел меня здесь недостаточно часто, чтобы чувствовать себя комфортно. Недостаточно часто, чтобы проверить меня, во всяком случае.
— Мэтью здесь? — спросил Джонах.
— В подвале. — Он склонил голову. — Тебе нужна информация?
— Это твое выступление, — произнес Джонах, побуждая меня продолжить.
— Дело в Дариусе.
Гораций кивнул.
— Он в Чикаго. И вы встретились с ним сегодня.
— Дело в Дариусе. Он в Чикаго. И мы встречались с ним сегодня в «Портман Гранде». У него была охрана, и он встречался с человеком, который, очевидно, должен был позаботится о каких-то бумагах.
— Вы общались с ним? — спросил Гораций.
— Мы с Этаном. И он, похоже, совершенно не у дел. Вежливый, но едва ли коммуникабельный. Расширенные зрачки.
— Гламур? — уточнил Гораций.
Гламур был странным побочным эффектом магии, которую мы могли использовать. Мы не могли творить магию — не так как Мэллори или Катчер — но мы могли манипулировать магией, которая исходила от нас самих. Это была, возможно и не случайно, магия манипуляции. Способность подталкивать, тонко или не очень, людей делать то, чего мы хотим. У меня был своего рода иммунитет к этому, но я также не могла использовать эту магию.
— Была такая мысль. Но мы не почувтсвовали никакой магии. Ничего необычного, в любом случае. Виктор Кэбот сказал, что Дариус также вел себя странно, когда был в Нью-Йорке, хотя их встреча и была краткой. Дариус, очевидно, не упоминал ГС, вызов или что-то другое Виктору, пока находился там.
Гораций откинулся на спинку кресла, сцепив руки на груди и раскачиваясь. Кресло пискнуло под ним.
— Они с Виктором были близки.
— Это и я слышала, — ответила я с кивком. — Можно подумать, что он бы поговорил со своими союзниками, если бы собирался приехать в Чикаго и убрать с пути потенциального претендента на трон.
— Так ты считаешь, что он здесь не для того, чтобы бросить вызов Этану?
— Я понятия не имею, что он собирается делать. Вот именно в этом и проблема. Я встречалась ранее с Дариусом. Он действует сгоряча. Я бы ожидала, что мысль о вызове разозлит его, оскорбит. Он не станет играть по правилам с Этаном. У Дариуса много раздражающих качеств, но скромность не входит в их число.
— Мне не нравится ГС и при удачном стечении обстоятельств, — добавила я. — Но мне особенно не нравится, когда глава ГС ведет себя странно, а мой Дом — и мой Мастер — на линии его огня.
Гораций снова откинулся, кресло скрипнуло. 
— Знаешь, твои отношения с Этаном ставят тебя в неловкое положение среди Гвардии.
Я не отвела взгляда.
— Неловко станет, только если его выберут и он станет мудаком. Первое возможно. Второе — нет.
— Абсолютная власть развращает абсолютно.
— А Наполеон, возможно, вел бы себя лучше, если бы Жозефина была членом КГ.
Джонах улыбнулся мне.
— Ты все время держала это, готовая выпалить.
Я пожала плечами.
— Честно говоря, я бы задала тот же вопрос, если бы была вами. Но мой ответ правдив. Я была окружена деньгами и властью большую часть своей жизни. Но они не контролируют меня.
— Туше, — произнес Гораций.
Я кивнула, соглашаясь.
— Я не знаю, как долго Дариус пробудет здесь, или что он планирует делать. Но он на моей территории, и я буду признательна за любую информацию, которую вы сможете предоставить.
Гораций поднялся, кресло ритмично закачалось, а его писк разнеся по всей комнате.
— Тогда давайте выясним, — согласился он и жестом указал на металлическую спиральную лестницу, которая находилась в центре комнаты.
Лестница была узкой, едва достаточно широкой, чтобы вместить широкие плечи парней. Я знала, что она ведет наверх, но не замечала, что также спускается и вниз — по-видимому, под дно озера.
Мы спускались вниз несколько секунд и, как показалось, на несколько этажей, пока не оказались в комнате, что простиралась по крайней мере на длину футбольного поля. Этаж был гладким, стены были покрыты тем, что напоминало действительно огромную версию звукоизоляции. И где-то посередине комнаты был ряд черных блестящих шкафов. В комнате было холодно, и она гудела от энергии.
— Обалдеть, — пробормотала я, смотря на все это пространство.
— Добро пожаловать в зажигательный центр информации, — сказал Гораций.
— Зажигательный?
— Маяк, — произнес Джонах. — Это прозвище как раз в его стиле.
— Это... впечатляет, — заметила я, правда не была уверена, на что именно смотрела. — А на что, собственно, я смотрю?
— Два века информации, — ответил Гораций. — Переписка, правила ГС, разведка, финансы. Они хранятся на драйверах с двойной системой копирования.
— Это огромное количество данных.
— Да, — согласился Гораций. — И вот для этого у нас есть Мэтью.
Он указал на одинокий стол в комнате, длинный стеклянный стол, за которым был установлен единственный компьютерный терминал. Кресло было занято вампиром, который выглядел так, будто его превратили в двадцать лет. У него была золотисто-коричневая кожа, широкий рот и очки в толстой черной оправе. Он был одет в серое худи с зеленым логотипом «Квеста Джейкоба» спереди.
Боже милостивый, подумала я. У КГ есть свой Джефф.
— Мэтью Пост, это моя напарница, Мерит, — произнес Джонах. — Мэтью — бродяга, так что он сохранил как имя, так и фамилию, удачливый ублюдок.
— Привет, — сказал Мэтью, его пальцы летали над клавиатурой.
— Привет, — поздоровалась я. — Фанат «Квеста Джейкоба»?
— Смело в бой, — произнес Мэтью, смотря на экран.
Я улыбнулась. Мне это было знакомо.
— И победа любой ценой.
Он остановился, посмотрел на меня, оценивая, а затем кивнул.
— Круто.
И благодаря четырем простым словам, я прошла «Тест на соответствие требованиям» Мэтью Поста. Я посчитала это достижением.
— У нас скромный штат. Мэтью наш аналитик и компьютерный эксперт. Он отвечает на запрошенную информацию — как в твоем случае — и анализирует данные на аномалии, если они возникают. Мы в основном полагаемся на человеческий интеллект, — сказал Гораций. — Но Мэтью и центр информации имеют решающее значения для нашей работы. Мэтью, Дариус, очевидно, сейчас в Чикаго, после своей остановки в Нью-Йорке. Каков последний трафик данных по ГС?
Длинные пальцы Мэтью забегали над клавишами, как у пианиста, каждое движение плавное, танцующее и точное.
— Ничего необычного, — ответил он, просматривая данные, которые вывел на экран. — Правила и нормы выпущены. Счета оплачены. Десятина Домов собрана. Операции кажутся нормальными.
— Копни поглубже, — предложил Гораций.
— Запускаю проверку на аномалии, — произнес Мэтью. Все это было связано с делом, и близко никакой остроумной светской беседы, как с Джеффом. Айтишники все же бывают на всякий вкус.
— Эй, аномалии, — объявил Мэтью спустя мгновение.
Мы все подвинулись ближе.
— Что за аномалии? — спросил Гораций.
— Не на поверхности, — ответил Мэтью. — Трастовые счета в порядке. Любое отклонение — стандартное. И так же дела обстоят с операционными счетами.
Я решила, что сейчас было не время спрашивать об этичности нашего взлома банковских счетов ГС.
— Но? — подтолкнул Гораций.
— Операционные субсчета Американских Домов выделяются. У ГС есть счет в каждом городе для Домов. Часть десятины Домов идет на субсчета, а потом возвращается обратно к Домам на ремонт, специальные проекты. Но с некоторых сняли деньги.
Моя кровь начала быстрее бежать по венам. Это был точный удар. 
— Как много? И с каких?
— Бостон, Нью-Йорк... и Чикаго. В общем где-то шесть миллионов восемьсот тысяч.
— Дариус недавно побывал как минимум в двух из этих городов.
Джонах посмотрел на меня.
— Виктор говорил, где он был до того, как приехал в Нью-Йорк?
— Не говорил. Я не знаю, знает ли он. — Но я могла довольно легко выяснить это. Я вытащила свой телефон, продемонстрировав его Горацию и Мэтью. Искренность казалась лучшим вариантом, учитывая их сомнения на мой счет. — Я собираюсь связаться с Этаном. Есть возражения?
— Давай, — ответил Гораций, и я отправила короткое сообщение, продолжая держать телефон в руке и ожидая ответа Этана.
— Куда ушли деньги? — спросил Джонах, опираясь на стол рядом с Горацием.
Мэтью нажал несколько клавиш.
— Цюрих. Два швейцарских счета. Основная часть денег переведена на первый счет. Другой получил, — он остановился, поднимая глаза, — сорок тысяч долларов.
Джонах и Гораций обменялись взглядами.
— Десять баксов на то, что меньший счет и является нашей зацепкой.
Гораций остановился, кивнув.
— Принимается, — произнес он, и они ударили по рукам.
— Итак, подведем итог, — произнесла я, — мы считаем, что Дариус посещает города США, переводя деньги с местных счетов ГС и перенаправляя их на счета в швейцарском банке. — Я посмотрела на Джонаха, а затем на Горация. — Но с какой целью? Он что, собирается просто взять деньги и сбежать?
— А зачем еще тебе открывать счет в швейцарском банке? — спросил Гораций.
Хороший вопрос.
— И тем не менее... зачем это путешествие? Если он хотел сохранить втайне перевод денег, почему просто не перевести их?
— Потому что так нельзя, — ответил Джонах. — Есть строгие ограничения по снятию денег с субсчетов ГС, которые предназначены для защиты Домов.
Когда мы все посмотрели на него, он пожал плечами.
— Нам пришлось выучить эти правила, когда они разбомбили Дом. Мы получили деньги с субсчета Чикаго, чтобы въехать в новое здание и начать ремонт в старом.
— Так какие ограничения? — спросила я.
— Перевод может быть осуществлен на любую сумму денег, если они идут с субсчета Дому, поскольку они считают, что это их деньги. Но вы не можете перевести деньги никакому другому получателю в электронном виде; их могут выдать только чеком.
— Что значит, кто-то должен забрать этот чек, — произнесла я.
— Да. Счета достаточно большие, а Дариус достаточно богат, так что ему, вероятно, даже не пришлось идти в банк, чтобы сделать это.
Я подумала о мужчине с кожаной папкой.
— Итак, банкир приходил к нему, даже спустя несколько часов.
— Вот именно.
— И где остальное ГС? Почему никто другой не заметил этого?
— Потому что первичные счета выглядят в порядке, на поверхности, — указал Мэтью.
— Местные счета работают как счета депонирования — держат десятину Домов, пока периодически те не перемещаются на другие счета.
Джонах вновь поднялся.
— Дариус мог сказать им, что он едет сюда, чтобы подготовить ответ на вызов, — сказал он. — Он глава ГС. Он имеет право посещать города, где находятся его Дома.
Достаточно верно, но все же странно. И совершенно нехарактерно для него. С каких пор Дариусу, который практически был королем вампиров Северной Америки и Западной Европы, нужно красть финансы или заниматься чем-то таким? И если уж на то пошло, с каких пор он приезжает в Чикаго и ведет себя вежливо с Этаном?
Мой телефон завибрировал и я посмотрела на него.
— Бостон, — произнесла я. — Дариус был в Бостоне.
— Три города, три перевода, — сказал Мэтью.
— Швейцарские счета, — проговорила я. — Что ты можешь рассказать нам о них?
— Практически ничего, — ответил Мэтью. — Та немногая личная информация, которую банк требует от клиентов, затем шифрует даже выше наших возможностей — именно благодаря этому швейцарские счета так популярны.
Я кивнула. И я не сомневалась в способностях Мэтью или КГ, но я была членом семьи, у которой было много денег и много финансовых связей.
— Могу я получить номера счетов? И номера переводов?
Мэтью посмотрел на меня.
— У тебя есть друзья в Швейцарии?
— Не совсем. Но, может быть, у меня есть кое-кто, кто знает кое-кого в Швейцарии.
— Стоит попробовать, — заметил Гораций, кивая, пока я фотографировала номера, чтобы затем отправить их своему источнику.
— Спасибо.
Гораций скрестил руки, смотря на меня.
— Что Этан будет делать теперь?
— Когда я расскажу ему, что Дариус украл почти семь миллионов долларов у Домов? Как думаешь, что он сделает?
Гораций улыбнулся, но никакой радости в улыбке не было.
— Я полагаю, Этан Салливан сделает то, что Этан Салливан умеет делать лучше всего: Он объявит войну.
Я не могла решить, нахожу ли это лестным или же нет.


Примечания:
[36] - «Солдат»  — в сленге ОПГ — тот, кто занимается охраной, насильственными действиями.
[37] - Эдамаме — молодые бобы сои, так называемые бобы молочной спелости.
[38] - Марка оружия.



 
ТриадочкаДата: Понедельник, 14.09.2015, 17:16 | Сообщение # 9
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Глава 8
МУЖЧИНА НА СЕМЬ МИЛЛИОНОВ ДОЛЛАРОВ


— Почти семь миллионов долларов, — сказал Этан. Он сидел в конце стола переговоров в своем кабинете.
Хотя обычно мы разрабатывали план операций в удачно названном оперотделе, конкретно эта тема была настолько деликатной, что мы собрались в кабинете Этана и связались с Виктором Кэботом по телефону.
— Какие у вас мысли? — спросил Виктор.
— Как ты и отметил, мы сочли его поведение ненормальным. Я знаю Дариуса долгое время. Между нами не было никакой приязни, не то, чтобы сейчас ты этого не знал, когда он, кажется, полностью отделился.
— Он был потрясен нападением Майкла Донована, — сказал Люк. — Мы знали, что это тревожит его. Может, это вампирское посттравматическое стрессовое расстройство.
— Это могло сыграть свою роль, — ответил Виктор. — Но я не думаю, что этого достаточно.
— Ты сказал «оторопелый», — напомнил ему Этан. — О чем ты подумал?
— Под воздействием наркотиков? Околдован? Честно говоря, я не знаю. — Он вздохнул, это было слышно даже через трубку. — Кража предполагает мотив, если, конечно, кто-то направляет его действия. Разумеется, я боюсь того, что произойдет, когда вор закончит с Дариусом, либо потому, что его поймают, либо потому, что тот больше не будет в нем нуждаться.
— Если преступник украл миллионы долларов, он не захочет, чтобы кто-то узнал об этом, значит Дариус становится риском, — сказала я.
— Точно, — мрачно произнес Виктор. — Как вы узнали о переводах?
— У нашего Стража есть связи. Она хотела бы сохранить в тайне свой источник, но мы не сомневаемся в достоверности информации.
— Ни капельки? — спросил Виктор.
— Ничуть, — ответил Этан. — Это также объясняет, что мы видели в отеле: Дариуса навестил мужчина в костюме, у которого, по всей видимости, были бумаги.
— И мы не знаем, куда перевели деньги?
— Не знаем, — ответил Этан. — Только то, что они пошли на два швейцарских счета — основной счет и тот, что, по-видимому, меньший, вторичный счет.
Это напомнило мне, что я еще не выполнила свой сбор информации. Я взяла телефон, переслала фотографии счетов моему отцу и попросила любую информацию, которую он сможет достать о лицах, которые их открыли.
— А где остальные члены ГС, пока все это катится к черту? — спросил Малик. — Пока делаются эти переводы?
— Как я поняла, переводы сложно увидеть на поверхности, — сказала я. — Счетами Дома являются субсчета, так что пришлось бы копнуть поглубже, даже чтобы просто посмотреть.
— И они могут быть вовлечены в это, — сказал Люк. — Члены ГС наиболее осведомлены о счетах ГС. Если они думают, что Дариус находится под воздействием чего-то, они могли увидеть в этом лучшую возможность для финансовой выгоды.
Люк нахмурился.
— И никто из них не заметил, что Дариус пропал?
— Технически, он не пропал, — вставил Малик. — Он посещает города, в которых есть Дома ГС. И сейчас находится в Чикаго, где ему бросили вызов. Нет ничего необычно в том, что он так поступает.
Этан кивнул.
— Я подозреваю, что они именно так и думают. Они дали ему возможность действовать, как он считает уместным для ГС, особенно учитывая нынешнюю неразбериху.
— Ну и дела, — произнес Малик, потирая лоб.
— Возможно, я смогу помочь, — сказал Виктор. — У меня есть команда. Мужчины, которые заботятся об... особых проблемах, которые могут возникать время от времени. — Он прочистил горло. — В предвидении беды, на закате я послал их в Чикаго.
Этан приподнял брови с явным интересом.
— Правда?
— Тридцать шесть часов назад он был в Нью-Йорке. В конечном счете ты бы должен был действовать, я хотел помочь тебе действовать быстро. Я приношу свои извинения за то, что не посоветовался с тобой относительно их присутствия. Я надеялся, что их помощь не потребуется, что я волновался без причины. Но я рад, что устроил это.
— Я не говорю, что поддерживаю твой вызов или свержение моего короля. — Голос Виктора был осмотрительным, слова явно взвешенными. — Но это нельзя так оставлять. Дариус не может лишить нас средств ради своего личного пользования, если предположить, что именно это и происходит. И если эти действия не являются его собственными, это неправильно по отношению к нему, и я не могу этому способствовать.
Этан наклонился к телефону, будто обращался непосредственно к Виктору.
— Я не сомневаюсь в твоей лояльности к ГС или Дариусу, Виктор. Также я не чувствую необходимости сообщать кому-то о твоем участии, если ты этого не желаешь.
— Благодарю тебя, — произнес Виктор с явным облегчением. — Они наготове и рядом с Домом на тот случай, если понадобится их помощь. Я надеялся, что этого не потребуется, но раз уж на то пошло...
— Мы ценим их знание дела, — сказал Этан. — Полагаю, они поймут необходимость в скрытности? И в сохранении безопасности мирных жителей?
— Конечно, — ответил Виктор. — Но напоминание никогда не помешает, и я так и поступлю. Будь осторожен, Этан. Несмотря на твои проблемы с ГС и Дариусом, постарайся не сделать все хуже, чем уже есть.
— Дело больше не в вызове, Виктор. Дело в Дариусе. И насколько я могу судить, теперь это спасательная миссия.
— Мы должны рассказать другим членам ГС, — сказал Виктор. — Не буду конкретизировать кому — если ты считаешь, что у Дариуса есть конкретный союзник. Но разделение между американскими и европейскими Домами уже началось, и я не хочу усугублять ситуацию.
«Я могу это устроить», — мысленно сказала я Этану.
Джонах и Лакшми были в некотором роде друзьями; она запала на него, а его это не заинтересовало. Но они общались, и ранее она обратилась ко мне через эти взаимоотношения. Я могла также сделать и сейчас. Поэтому, пока Виктор, Этан и другие обсуждали планы, я достала телефон и отправила сообщение Лакшми:
ДАРИУС В ЧИКАГО. СНИМАЕТ ДЕНЬГИ СО СЧЕТОВ ДОМОВ, ВОЗМОЖНО В ОПАСНОСТИ. ОПЕРАЦИЯ НЕИЗБЕЖНА.
На ее ответ ушло несколько секунд:
У НЕГО НЕТ НИКАКИХ ПОРУЧЕНИЙ НА ПЕРЕВОДЫ. Я УЛАЖУ ВСЕ С ПОЕЗДКОЙ. ДЕЙСТВУЙТЕ С ОСТОРОЖНОСТЬЮ.
Для наших целей это было все равно, что разрешение. Я передала телефон Этану.
— Лакшми извещена, — сказал Этан, взглянув на экран и протягивая телефон обратно мне. — И, что более важно, она не возражает.
Малик, Линдси и Люк уставились на меня, на телефон, несомненно, пораженные, что у меня был такого рода контакт.
— Это придется сделать сейчас, — сказал Виктор.
Они попрощались, и Этан нажал кнопку на телефоне для завершения вызова. Затем он откинулся на спинку стула и пробежался пальцами по волосам.
— Похоже, мы скоро пойдем со штурмом на «Портман Гранд». Лукас, узнай какой у Дариуса номер, достань план. Достань план всего здания, если сможешь его найти. Я отправлюсь туда с Мерит, Линдси, Люком и командой Кэбота. Малик, ты останешься в Доме.
Малик кивнул.
— У тебя есть какое-нибудь беспокойство относительно людей Виктора? Что это часть какой-то большей шарады?
— Я бы не был Мастером, если бы у меня не было сомнений, — мрачно ответил Этан. — Но я верю слову Виктора. Он поддерживает ГС, но он прямолинейный. Если бы у него были проблемы со мной или с Домом, он бы сообщил о них.
Он посмотрел на меня.
— Ты могла бы позвонить своему дедушке. Учитывая, что мы будем в общественном здании и риск неприятностей, было бы неплохо предупредить его.
Я кивнула, достала свой телефон и перешла в зону отдыха, чтобы обеспечить немного уединения.
— Милая, — произнес он. — Я рад, что ты позвонила. У меня для вас есть новости.
— Правда?
— В деле Джейкобса прорыв. Джонах рассказал нам о «Магическом Магазине», и детектив Стоу туда заглянула. Они опознали цубы. Их приобрела сотрудница «Магического Магазина» по имени Митци Барроуз. Артур подтвердил, что они с Бреттом некоторое время встречались. Стоу пошла допросить ее, но ее дом был пуст. Было похоже, что кто-то уезжал второпях.
— Она сбежала.
— Именно так они и считают. Они опросили соседей, которые сказали, что слышали крики. Вероятно, ее разрыв с Джейкобсом был неприятным. ЧДП ищет ее.
— Кроме того, судмедэксперты нашли наркотики в организме Джейкобса. Довольно большую дозу «Рогипнола»[39]. Более чем достаточно, чтобы вырубить его.
— Это объясняет отсутствие ран, вызванных сопротивлением.
— Точно, — согласился мой дедушка. — Мы будем продолжать поиски и дадим вам знать, если найдем что-нибудь еще.
— Я ценю это. К сожалению, я позвонила по другому поводу. Дариус попал в беду, и мы должны организовать операцию. Мы будем в центре города в «Портман Гранд». Мы хотели, чтобы ты был в курсе на случай, если...
Мой дедушка вздохнул.
— Не думаю, что есть смысл просить вас дождаться поддержки ЧДП? Или спецназа?
— Думаю, нет. Это дело вампиров, и вампиры хотят разобраться с ним. И здесь может быть замешана магия; мы не знаем, как она может повлиять на людей. Мы сделаем все от нас зависящее, чтобы остаться незамеченными и обеспечить безопасность людей. Мы просто хотели, чтобы ты был в курсе.
— Я ценю это, — сказал он, затем сделал паузу. — Насколько опасным это может быть?
— У них есть «солдаты», — ответила я. — Но я догадываюсь, что, строго говоря, у нас будет передовая группа из Нью-Йоркского Дома. Этан ясно дал понять, что травм среди гражданских быть не должно.
— Хорошо, — произнес мой дедушка, бормоча, он так делал, когда что-то обдумывал и планировал.
— Я вышлю фургон, — сказал он. — Мы останемся в паре кварталов оттуда, но я хочу быть рядом, если что-то пойдет не так.
Меня затопило облегчение. Я не хотела, чтобы мой дедушка был посреди этой войны, но была рада знать, что он будет поблизости.
— Спасибо, дедушка. Мы будем держать вас в курсе.
— Обязательно, Мерит. И удачи вам.

***

Я написала Джонаху о нашем плане и известила группу о поддержке команды Омбудсмена. Полчаса спустя команда Виктора стояла в нашем фойе: трое мускулистых мужчин в черных термофутболках и военных брюках.
Один стоял впереди остальных, его кожа была очень загорелой, плечи широкими, талия узкой. Его нос выступал орлиным клином над темной, густой бородой. Двое других мужчин стояли рядом с ним с почти таким же колоритом. Я предположила, что они были братьями, и с учетом их физической формы, они определенно были похожи на бойцов спецназа.
— Этан Салливан, — представился он, двигаясь вперед с протянутой рукой.
— Райан, — произнес мужчина спереди. Он указал на свою команду. — Корд, Макс. Виктор сказал, что вы все обговорили. — В голосе Райана звучал слабый акцент, который я определила как техасский.
Этан кивнул, затем указал на нас.
— Малик, Второй. Линдси, охранник, и Мерит, Страж. Наш капитан, Люк, ищет план отеля.
— Отлично, — произнес Райан. — И очень приятно с вами познакомиться. Есть место, где мы сможем поговорить?
— В моем кабинете, — ответил Этан и повел нас туда. Туда принесли поднос с бутилированной водой и кровью, и теперь он стоял посреди стола для совещаний.
— Угощайтесь, — сказал Этан, указывая на него, — если вам нужно подкрепиться.
Люк вошел с бумагой в руке. Осознав, что команда была в сборе, он закрыл за собой дверь и развернул бумагу на столе.
Райан протянул руку и представил себя и свою команду.
Люк ответил тем же, затем посмотрел на Этана.
— Дариус в люксе на двадцать седьмом этаже. Это пентхаус.
— Как ты это узнал? — спросил Этан.
— Лифт, которым пользовался Дариус — он частный, поднимается только на один этаж.
— Частный лифт, — произнес Райан, поднимая глаза от плана. — Непросто, потому что имеет только один выход, но удобно для сокращения сопутствующего ущерба гражданским.
— Да, я также подумал. Нанесение ущерба гражданским не вариант. — Люк посмотрел на бумагу и указал на планировку первого этажа отеля. — Частный лифт первый среди ряда лифтов. — Он указал на дальний конец отеля, где были расположены погрузочная платформа и служебный вход. — Есть проход от черного входа — коридор персонала — который выходит на первом этаже сразу за частным лифтом.
— У лифта может быть охрана, — сказал Райан.
Люк кивнул.
— Ранее сегодня вечером не было никого, но это не значит, что «солдаты» не поумнели. — Он указал на вход для поставщиков. — Нам нужен человек, который будет следить за выходом, кто-то, чтобы справится с человеком у лифта и охранять его, пока мы не спустимся вниз, и команда, которая поднимется наверх.
— А когда мы доберемся? — спросил Этан, обходя, чтобы встать позади Люка и лучше видеть план этажа.
— Номер состоит из пяти комнат — гостиной с кухонной зоной, двух спален, двух ванных. Мы можем разделиться, проверить комнаты.
— В дополнение к охране Дариуса, — сказал Этан, — мы хотим просмотреть бумаги, которые могут быть в папке. Мы предполагаем, что они связаны с денежными переводами, но давайте убедимся, если сможем.
Райан кивнул.
— Мы проделаем это как можно быстрее, с минимальным побочным ущербом. Мы находим его, обезвреживаем и выводим. Насилие только в случае крайней необходимости. Дариус Вест все еще наш король.
— Это понятно, — произнес Этан. — Но ты слышал Виктора, и сегодня мы убедились, что он находится под влиянием кого-то или чего-то. Он может сегодня действовать не как твой король, а как твой враг.
— Да, — согласился Райан. — И это действительно выводит меня из себя. — Он посмотрел на каждого из нас. — Я понимаю, что вы учитываете и политику. Я предлагаю, чтобы мы вошли первыми, ваша команда за нами. Мой человек уберет охрану с лифта; ваши люди будут охранять путь эвакуации.
Этан посмотрел на Люка, который кивнул.
— Мы с Линдси позаботимся о выходе, будем охранять его. Вы с Мерит отправитесь в пентхаус; ты знаешь Дариуса лучше.
— Макс, за тобой лифт, — произнес Райан. — Мы с Кордом поднимемся с Мерит и Этаном. У нас есть оружие, если хотите воспользоваться им.
— У нас есть арсенал, — ответил Люк, — но мы люди катаны. Особенно в публичном месте, где пули могут быть не такими уж дружелюбными — канаты это наша зона комфорта.
Райан кивнул.
— Мы предпочитаем пистолеты, но осведомлены о рисках. Мы будем осторожны рядом с вашими людьми.
На том и порешили, наушники были надеты, а нервы накалились.

***

Корд, Райан и Макс определенно были мужчинами с опытом, смекалкой и техническими ноу-хау.
Они также были мужчинами, которые подъехали к Дому Кадогана в белом фургоне с надписью «Поставка продуктов Минелли» вдоль борта.
Люк посмотрел на это, положив руки на бедра.
— «Поставка продуктов Минелли»?
Корд открыл боковую дверь, откатив ее назад так, чтобы мы смогли забраться внутрь.
— Люди становятся менее подозрительны — они намного меньше ошиваются вокруг — если на фургоне есть надпись.
— Хороший план, — согласился Люк. — Думаю, еда успокаивает людей.
Линдси бросила на меня косой взгляд.
— Ни слова, — напомнила я, поднимая указательный палец и забираясь внутрь.

***

Поездка была тихой, напряженной. Нервная магия заполнила небольшое пространство, пока наша команда из семи человек готовилась освободить Мастера вампира — мастера всех нас — из его магического плена в пентхаусе отеля Чикаго.
Что могло пойти не так? Для начала, мы могли пострадать или погибнуть, мы могли ранить гражданских, мы могли разозлить ГС еще больше.
Я посмотрела на Этана. Одна рука лежала на груди; другая потирала переносицу, пока он смотрел в лобовое стекло. О чем он думал в такие моменты, как этот? О Дариусе? О вызове? О Доме и его вампирах? Все это, вероятно, подогревалось тайной, которую он хранил и адреналином, который, вероятно, начал растекаться с приближением операции.
Я продела свою руку сквозь его, склонив голову на его плечо. Мы еще не во всем разобрались, но прямо сейчас мы безусловно были союзниками.

***

Тридцать минут спустя, мы остановились в зоне для обслуживающего персонала позади «Портман Гранда». Было поздно — слишком поздно для вечеринок — но недостаточно рано для доставки еды на следующий день. Еще немного удачи для нас.
Команда Кэбота, Люк и Линдси выбрались из фургона.
— Минуту, — сказала я, положив руку на предплечье Этана, удерживая его внутри, пока фургон не опустел.
— Есть ли еще что-то, что мне нужно знать, прежде чем мы войдем туда?
Глаза Этана были безэмоциональными.
— О чем?
— О той записке.
На этот раз его глаза вспыхнули.
— Нет.
Я смотрела на него мгновение, взвешивая его честность. То, что он не предлагал мне большего — не объяснял большего — было для меня как удар ножом в живот, но я поверила, что это никак не относится к сегодняшнему.
— Хорошо, — сказала я. — Будь там осторожен. Не играй в героя.
Уголок его рта чуть-чуть приподнялся.
— Разве обычно подобную речь говорю тебе не я?
— Да. Но на этот раз моя очередь. — Я взяла его лицо в свои руки. Мы едва ли говорили сегодня, не было времени или, учитывая наши теперешние проблемы, желания. Но я хотела — нуждалась — в мгновении, чтобы взглянуть на него, увидеть его лицо.
— Ты принадлежишь мне так же, как принадлежишь и Дому. Что бы не стояло между нами прямо сейчас, я предпочитаю, чтобы ты был целым и невредимым.
Его взгляд смягчился, и он наклонился вперед, прижавшись своими губами к моим, предлагая медленный и затягивающий поцелуй.
— Давай оба будем осторожны. И давай уже выбираться из этой машины, поскольку люди уже начинают глазеть.
Я подняла глаза, увидев подсматривающего Люка, который, сузив глаза, заглядывал в тонированные стекла. Он постучал по стеклу.
— Выходите, Ромео и Джульетта.
— Давай выйдем, прежде чем он снова начнет цитировать «Крепкого орешка», — проговорил Этан.
Веский аргумент.
Я вышла на холодный воздух, опоясанная катаной, и поправила свой хвостик. Ребята из Дома Кэбот засовывали кинжалы в сапоги и надевали наплечные кобуры для пистолетов. Когда все были готовы и вооружены, мы собрались вместе.
— Мы входим, — произнес Райан, — и делаем вид, будто так и должно быть.
— Прикрытие? — спросил Корд.
Люк улыбнулся.
— Это я продумал. Он в номере пентхауса, так что персонал знает, кто он такой. Их проинформировали. — Он жестом указал на нашу одежду. — Мы вампиры, с мечами. Мы — часть его охраны. Если кто-то что-то спросит у вас — задавайте вопросы в ответ.
— Хорошо, — сказал Райан, и они с Люком обменялись мужскими кивками одобрения, уже как лучшие друзья.
— И теперь, когда нас почтили бромансом, — произнес Корд с широкой улыбкой, — давайте двигаться.
Мы выстроились в линию, двигаясь быстро и тихо к двери для поставщиков. Райан, Макс и Корд, затем я с Этаном, и Люк с Линдси.
Адреналин побежал по моим венам, и страх испарился. Сейчас мы были здесь. Пути назад нет, никто не побежит, испугавшись. Что более важно, ждать больше тоже не нужно, только двигаться вперед. Было так здорово двигаться, действовать, сконцентрироваться на задаче.
«Твой вампир показывается, Страж», — произнес Этан, с тем, что, как я посчитала, было благоговейным страхом в его голосе.
«Ожидание — самая сложная часть», — ответила я. Я, может быть, и не была замечательным бойцом, пока нет, но будь я проклята, если операция не лучше ожидания.
«Говоришь как солдат», — сказал он.
«После года тренировок, мне лучше и казаться таковым».
Замок на двери для поставщиков взломали; дверь открылась легко. Поднятый кулак заставил нас остановиться; Райан легко открыл дверь, заглянул внутрь, а затем показал, чтобы мы следовали за ним.
Мы проскользнули в коридор за ним, оставив Люка у выхода сторожить фургон, чтобы убедиться, что у нас будет путь для отхода, если дела пойдут плохо.
Коридор для служащих был не обременен декором или цветами: серые стены, серый пол. Легко убирать, но ничего, на что можно посмотреть. Коридор разветвлялся несколько раз то тут, то там, и мне хотелось, чтобы я захватила флажки — или хлебные крошки — чтобы отмечать наш путь.
Мы следовали за Райаном в молчании, остановившись, когда он поднял кулак. Он указал на дверь, к которой мы подошли, «ВЕСТИБЮЛЬ» было выведено заглавными печатными буквами на серой стали.
Райан указал на Линдси, затем на пол, давая ей знак, чтобы она оставалась здесь, защищала эту часть нашего пути отступления. Она кивнула, выражение ее лица и глаз было таким же стальным, как и у мужчины в форме, что вел нас. Линдси, возможно, и была прихотливой, но она была солдатом до мозга костей.
Я ждала, пока наши глаза встретятся, проговорив ей одними губами — «Удачи».
Она подмигнула в ответ.
Райан распахнул дверь, заглянул в вестибюль, а затем сделал нам знак указательным пальцем. Один охранник у лифта.
Он был проблемой Макса.
Пока Райан держал дверь, Макс проскользнул в коридор. Мое сердце застучало в ушах, громоподобно громко, пока мы стояли в тусклом коридоре, ожидая своего знака.
Раздался мягкий удар, тихая потасовка, и спина Макса вновь появилась в дверном проеме, он втащил мужчину от лифта в коридор. Его дыхание было тяжелым, но стабильным, а голова покачивалась на шее, когда Макс втащил его безсознательного в зону для обслуживающего персонала. Этан помог Максу связать его по рукам и ногам, затем они оттащили его в угол рядом с газо- и водопроводными трубами. Если наша удача не подведет нас, он останется здесь, выведенный из строя, пока мы не закончим.
А теперь, когда этот мужчина был обезврежен, пришел наш черед действовать.
Райан снова распахнул дверь, всего на несколько сантиметров шире, осматривая вестибюль, после того, как кто-то прошел мимо. А затем, так же быстро как молния, он подал знак, и мы двинулись. По одному, друг за другом, молча от двери в коридоре до лифтов. Райан вытащил черную карту из своего кармана, провел ею по панели доступа и двери частного лифта открылись.
Мы прошли за ним и Макс поднял палец вверх, наблюдая, как двери закрываются, прежде чем лифт стал поднимать нас вверх.
Поп-музыка весело играла в лифте, пока огни над дверью вспыхивали, обозначая номера этажей.
— Итак, «Кабс», — произнес Райан, рассеяно соскребая пятно со своего плеча. — Хорошая команда в этом году или...?
Этан нежно толкнул меня.
— М-м, да, сплоченная, — ответила я. — Сейчас у нас довольная хорошая линия обороны. Ты фанат «Янкиз»[40]?
— Вперед, «Янкиз», — ответил Райан.
— «Янкиз» рулят, — добавил Корд за ним, высоким голосом военного человека.
Я покачала головой.
— И это когда вы двое только начали мне нравится.
Этажи сменялись. Двадцать третий, двадцать четвертый, двадцать пятый...
— Приготовьтесь, — произнес Райан, и лифт прозвенел, двери открылись, демонстрируя нам вид на просторный холл с мраморным полом и стеной окон, которые выходили на озеро.
Мужчина в джинсах и спортивной куртке, еще один неизвестный охранник, вскочил со стула рядом с лифтом, поворачиваясь к нам лицом.
— Эй, Джек, ты помнишь о выпивке? Чертов минибар...
Он быстро остановился, понимая, что мы не другие охранники, которые очевидно спустились вниз за едой.
— Твою мать, — произнес он, неуклюже потянувшись во внутренний карман куртки за оружием, но Райан был готов — и Райан был быстрее. Он ударил мужчину по ногам, лишая равновесия, и обхватил за шею.
«Он действительно эффективен», — мысленно сказала я Этану, когда он связывал охранника номер два.
«И удивительно тихий», — ответил Этан. Я не была уверена, был ли это комплимент... или повод для беспокойства.
Когда с охранником разобрались, Райан посмотрел на нас, кивнув нам направо, где широкий коридор вел в гостиную. Спальни находились за ней, снова направо, ведь пентхаус протянулся кругом на половину верхнего этажа.
Мы выстроились в линию, как детишки в садике на перемене — Райан, Корд, Этан и я — и молча двинулись в гостиную.
Комната была темной, пустой. Свет из окружающих высоток устремлялся сквозь высокие окна от пола до потолка. Мраморные полы и теплые, серо-коричневые стены были холстом для разнообразных цветов, от темно-красного дивана до ярких ковров. Но ни единого признака жизни.
Без единого звука, кроме биения моего пульса — который все еще стучал у меня в ушах как океанские волны — мы двигались через большую комнату к коридору за ней. Точечные светильники освещали архитектурные детали и обеспечивали немного света в этом темном пространстве, которое разделялось на две спальни.
Райан и Корд скользнули в первую, а мы во вторую.
«Где, черт возьми, Дариус?» — спросила я у Этана.
«Вероятно, ушел. Он мог убежать или ему приказали».
Я не хотела думать о том, что он ушел, не когда мы были так близко к тому, чтобы решить все наши вопросы с Дариусом Вестом, так что я сделала то, что сделал бы хороший следователь. Я проверила мусорное ведро (пустое), ящики (пустые), шкаф (пустой) на любые признаки документов Дариуса, или любой другой намек на то, кто же манипулировал им. Этан проверил матрас и между полотенцами в ванной на любые признаки, затем вернулся в гостиную и проверил и ее тоже.
Скрип позади заставил меня обернуться, с катаной в руке и наготове.
Занавеска на левой стороне стены вздымалась, ее низ поднимался, как раскрученная юбка танцора, ветер раздувал ее.
Я выдохнула, поддразнивая себя из-за того, что сама же создаю монстров во тьме, а затем шагнула вперед.
Я отодвинула занавеску, за ней появилась открытая дверь. Холодный весенний ветер дул с террасы за ней.
«Здесь терраса», — сказала я Этану. — «Дверь открыта. Я выхожу наружу».
В планах Люка не было никакой террасы. Может быть, они добавили ее позже, задним числом, чтобы сделать невероятно огромный с мраморным полом пентхаус даже еще более желанным для людей, которые предпочитают пентхаусы с мраморным полом и террасами.
Сжав покрепче катану, я вышла наружу. Лунный свет отражался от окружающих высоток, бросая свет на каменный пол, гигантские урны, которые выстроились вдоль каменных перил... и одинокую, худую фигуру, которая стояла на другом конце балкона.
Я чувствовала, как Этан двигался позади меня, и подняла кулак, чтобы остановить его, указывая на высокого, худого вампира, который стоял в луче лунного света.
«Поздороваемся, Страж?»
Этан шагнул вперед, одна рука на рукоятке катаны, затем мимо меня и ближе к Дариусу.
Если он и знал, что мы здесь, то не подавал виду. Его руки лежали на толстом каменном парапете, установленном на каменных столбах.
— Дариус, — позвал Этан, тихо идя вперед.
Он посмотрел на Этана, глаза расширились от неожиданности.
— Этан. Так приятно вновь видеть тебя.
В его голосе не слышалось явной неправды, и не было очевидной двойственности. Дариус казался совершенно серьезным и действительно был счастлив снова видеть Этана. И именно эта часть была фальшивой. Но мы уже знали, что что-то было не так. Вопрос теперь заключался в том, как все исправить — и выделить другие вопросы.
— Мне тоже.
Я чувствовала, как команда тихо двигалась позади меня, создавая мягкую рябь магии, которая охватывала всех нас, пока они окружали нас.
— Возможно, мы должны войти внутрь? — вежливо спросил Этан.
Дариус нахмурился.
— Можем. Тут холодный ветер.
Это едва ли было его единственной проблемой.


Примечания:
[39] - Рогипнол — мощный транквилизатор, имеющий «парализующее» воздействие. Под его воздействием человек может стать настолько неспособным к действию, что полностью лишается каких-либо физических сил.
[40] - Нью-Йорк Янкиз (англ. New York Yankees) — профессиональный бейсбольный клуб, базирующийся в Бронксе, одном из пяти районов города Нью-Йорка. Команда выступает в Восточном дивизионе Американской лиги (АЛ) Главной лиги бейсбола (МЛБ).



 
ТриадочкаДата: Четверг, 24.09.2015, 18:08 | Сообщение # 10
Ловчий
Группа: Переводчик
Сообщений: 135
Награды: 1
Репутация: 100
Замечания: 0%
Статус: Offline
Глава 9
СТОЯЩИЙ


Дариус сел в кресло, ноги на полу, руки сложены на коленях. Его поза была такой же послушной, как и его поведение.
— Я не хочу забирать его отсюда, пока мы не будем уверены, что это безопасно, — сказал Райан. — Как по мне, так это похоже на магию, и нам следует быть осмотрительнее.
— Согласен, — произнес Этан. — Но нам следует поторопиться. Кто бы этого с ним ни сделал, он может вернуться.
— И мы до сих пор не встретили двух охранников, которых видели в вестибюле чуть раньше сегодня.
— Согласен, — сказал Райан, посмотрев на Этана и Корда. — Поскольку он все еще мой Сир, первый удар я приму на себя, если не возражаете.
Этан кивнул, а Райан сел на стул перед Дариусом.
— Сир. Я Райан из Нью-Йоркского Дома Кэбот, зарегистрированного под номером три.
Дариус кивнул.
— Райан.
— Не могли бы вы рассказать нам, как вы здесь оказались?
Дариус нахмурился.
— Здесь? Я приехал сюда из Лондона.
— Зачем?
— По делу, — ответил Дариус, кладя ногу на ногу и разглаживая ткань над коленом.
То, что Дариус был здесь из-за некоего «дела» становилось банальным припевом; то же самое он сказал Этану и Виктору.
— По какому делу? — спросил Райан.
— Операции, которые требуют моего внимания.
— Понятно, — произнес Райан. — И каков характер этих операций?
— Финансовый, — ответил Дариус. — На благо Совета и его Домов.
— Правда? — спросил Райан. — Ради новых проектов?
— На благо Домов, — снова сказал Дариус, повторяя фразу, словно он читал ее по сценарию. И если кто-то поработал над ним магически, принимая во внимание его мысли и эмоции, это может быть как раз правдой.
— Благодарю вас, Сир, — сказал Райан, поднимаясь. — Прошу прощения, я отойду на минутку?
Дариус одарил его королевским кивком, смахнул очередную пылинку со своего колена и сцепил свои длинные пальцы вместе.
Райан поднялся, указал на Корда, потом на Дариуса, поручая ему охранять короля. Затем он жестом указал остальным из нас на коридор между спальнями.
— Магия, — сказал Райан, когда мы все собрались.
Сейчас я не чувствовала никакого гламура вокруг нас, но это не значило, что его здесь не было. Он мог быть слабо выраженным, но все же коварным.
— Здесь нет никого, кроме нас, — сказал Этан.
— Да, — ответил Райан, — но других вариантов нет. Если здесь никого нет, значит они нашли способ насылась гламур из другого места.
— Как антенна? — спросила я. — Такое вообще возможно?
— Если учитывать ситуацию и обстоятельства, — ответил Этан. — Кажется ли что-нибудь невозможным в настоящий момент? — Он осмотрел пол, стены, потолок.
— Если предположить, что такое возможно, — сказала я, — почему он не действует на нас?
— Он мог быть направлен только на Дариуса.
— Итак, если он не действует на нас, и мы не можем его почувствовать, то как нам его найти?
— Это все еще магия, — ответил Райан. — Мы все можем чувствовать магию, поэтому так мы ее и поищем. — Райан взглянул на часы. — Если мы собираемся сделать это, мы должны сделать это быстро. Мы с Кордом возьмем спальни. Вы ищите здесь.
Мои чувства восприятия были острыми, иногда отвлекающе острыми. Обычно я держала ментальные барьеры поднятыми, чтобы могла действовать. Сбросив свои ментальные щиты, я закрыла глаза, выдохнула и представила, что мое восприятие мира было пузырем вокруг меня, и я была в его центре. Я перевела дыхание, а потом еще, и с каждым вдохом представляла, как пузырь расширяется, окружая все больше и больше комнат.
Запахи, звуки и вкусы наполняли мое сознание, пока я чувствовала себя подобно ребенку в буре ощущений.
Я прошла в дальний угол комнаты, к мини-кухне, и почувствовала малюсенький лучик магии. Он был мягким, магия плескалась светлыми и нежными волнами, чуть ли не успокаивающая на ощупь.
Я открыла глаза и уставилась на закрытую дверцу шкафа, которая, казалось, теперь, когда мои барьеры были опущены и я смотрела прямо на нее, слегка пульсирует от магии, словно у волокна древесины было сердцебиение, которое подавало импульсы.
Я протянула руку и распахнула дверцу шкафа.
Он был пятнадцать сантиметров в высоту, имел форму обелиска и выглядел как камень, матовых оттенков белого и слоновой кости, который, казалось, светился изнутри.
— Этан.
Он подошел ко мне и наморщил лоб, когда увидел это.
— Он пульсирует, — сказал он, и я почувствовала облегчение оттого, что не только я заметила это.
Он позвал Райана, и позади нас послышались быстрые шаги.
— Что вы нашли?
Этан отодвинулся в сторону, чтобы он смог взглянуть на него.
— Алебастр, как я думаю. Возможно, приемник или антенна, предназначенные для приема и усиления магии.
— В направлении Дариуса, — сказала я, и Этан кивнул.
Райан посмотрел на объект, затем на Этана.
— Вампир может наводить гламур. Но не объект.
Этан кивнул.
— Ему или ей был бы нужен колдун. Кто-то с мастерством, чтобы создать этот магический... полагаю, «прибор» — наиболее подходящее слово, учитывая обстоятельства.
— У нас есть друзья — колдуны, — сказала я. — Мы можем отнести это им, попросить взглянуть. Возможно, они смогут вычислить, кто это сделал. Переконструировать его.
— Нам следовало привести Катчера, — согласился Этан, и я сделала мысленную пометку передать ему эту ценную цитату. Это сделает его месяц.
— Сделайте это, — сказал Райан. — Но сейчас мы должны нейтрализовать его. Положите его на стол.
Этан потер друг о друга кончики пальцев, затем протянул руку и коснулся объекта. Он засветился от его прикосновения, свет засиял внутри камня.
— Он теплый, — проговорил он. — Очень, очень теплый. — Держа обелиск, словно актриса, которая несет статуэтку «Оскара»[41], он аккуратно опустил его на мраморную столешницу.
В то же время, Райан обыскивал ящики, пока не нашел упаковку пластиковых пакетов и банку с солью для «Маргариты»[42].
— Магическое аннулирование, — сказал Райан. С щелчком маленького ножа, который вынул из-за пояса, он снял пластиковую крышку с соли и опрокинул ее в мешок. Он держал пакет открытым, глядя на Этана. — Положи сюда.
Этан колебался, но подчинился, аккуратно поместив обелиск в ложе из соли. Оранжевые и голубые искры зажигались в тех местах, где алебастр соприкасался с солью. Через несколько секунд искры рассеялись, и скудное свечение алебастра исчезло. По комнате прошелся ветерок, а воздух, казалось, истончился, словно гламур обелиска уплотнил его, отяготил его.
— Черт, — пробормотала я. — Это сильная магия.
Райан аккуратно закрыл мешок, закатал вокруг него лишний пластик и засунул его в тонкий нейлоновый мешок, который вытащил из своего боевого пояса. Он убрал обернутый объект в один из застегивающихся карманов своих штанов.
Из другой комнаты раздался стон.
— Райан! — позвал Корд. — Он очнулся.
Мы бросились обратно. Дариус сидел прямо на своем стуле, костяшки пальцев побелели вокруг подлокотников, его глаза были открыты и моргали, и больше не были расширены.
Он посмотрел на нас, моргнул, выражение его лица было одновременно надменным и растерянным.
— Салливан? Что, черт возьми, происходит?
— Это будет довольно длинный и занимательный рассказ. — Этан подошел к нему и протянул руку, чтобы помочь ему подняться со стула. — Достаточно сказать, мы думаем, что ты был под гламуром или под чарами, чтобы снять деньги из казны ГС, и нам нужно было растормошить тебя и вывести отсюда.
Дариус мгновение смотрел на Этана, глазами ища правду.
— Ты говоришь правду.
— Полностью. И нам нужно выбираться отсюда. Сейчас.
— Больше никакого «Сир» от тебя, Салливан? — спросил Дариус, но позволил Этану поставить себя на ноги.
— Поскольку ГС признал нас врагами, тебе это не светит.
Именно в этот момент лифт прозвенел, сообщая о своем прибытии.
Звук шагов отразился эхом в мраморном коридоре за пределами номера.
— Прикрой его, — сказал Этан Корду, затем обнажил меч и потащил Дариуса, все еще нетвердо стоявшего на ногах, назад в угол.
Я бы предпочла, чтобы они поменялись местами, но я точно не могла окликнуть его посреди операции.
— Твою мать, — произнес Райан, положив руку на ухо. Его инстинкт говорил то же, что и мой — что кого-то на первом этаже вырубили; это был единственный способ, каким они могли добраться до лифта.
— Люк на связи.
— Линдси на связи.
Их ответы отозвались эхом в наших наушниках, но они были единственными. Макс не ответил.
— Черт подери, — проговорил Райан, акцент стал выразительнее от его ярости.
Мы обнажили наши мечи и встретились лицом к лицу с тремя мужчинами, которые шагнули в дверной проем. Двоих из мужчин мы видели ранее сегодня вечером — крупный мужчина и его друг поменьше. Третий был незнакомым. В общей сложности, было пять мужчин, задачей которых было скрывать Дариуса. У кого-то были связи... и много денег.
У крупного был длинный и невзрачный на вид кинжал, а невысокий держал небольшой пистолет, направленный на всех нас.
Я устала быть мишенью для пистолетов на этой неделе.
— Если вы ищете своего друга, — сказал крупный, его голос был скрипучим и грубым, — то он в лифте с очень сильной головной болью. Он нарушил границы, и, похоже, вы тоже.
— Это номер Дариуса, — ответил Райан, вытянув руки с зажатыми в них пистолетами. При том, что Корд с Этаном присматривали за Дариусом, я вышла вперед, присоединяясь к первой линии и смакуя горячий прилив адреналина, отчего мои глаза посеребрились. — Так что это вы вторгаетесь на чужую территорию. Кто вас нанял?
— Наш работодатель. И кстати говоря, вы ввязались в кое-что, что не является вашим делом. Я предлагаю вам забрать вашу подружку и свались отсюда.
— Не думаю, что есть хоть какой-то смысл в том, чтобы предложить вам больше денег и заставить вас уйти прямо сейчас?
Мужчина рассмеялся, звук был словно дождь по ржавому металлу.
— Вот это да. Мне это понравилось. Но каким бы бизнесменом я был, если бы променял одну сделку на другую? Не очень благонадежным, я бы сказал.
— Мне так кажется, что благонадежность не одно из твоих лучших качеств.
— Может и нет. Но у меня есть другие. — Клинок оказался в воздухе даже прежде, чем я успела заметить движение его руки. Райан увернулся, чтобы избежать удара, но блестящее лезвие кинжала задело его плечо, окрасив в красный полоску поперек его рукава.
Завязалась драка.
— Я возьму его, — сказала я Райану и дала ему возможность пойти на парня поменьше.
Я бросилась вперед и нанесла удар сбоку, но мужчина оказался более проворным, чем выглядел. Он отпрыгнул в сторону и сделал мне подножку, когда я двинулась вперед. Я это предвидела, перепрыгнула и приземлилась ближе к лифту.
— А ты маленькая милашка, — сказал он.
— Я не маленькая, — уверила я, описав полукруг мечом в надежде вывести его из равновесия, если уж не могла сбить его с ног. Он отшатнулся в сторону, едва не задев край консоли, отчего бы шлепнулся на свою задницу.
Но удача мне не улыбнулась.
Он вытащил еще один блестящий кинжал из-за пазухи своей куртки и перекинул его из руки в руку.
— Скажи-ка мне, почему девушка с твоей внешностью, твоей превосходной задницей, играется с мечом?
Он хотел выбесить меня, и это сработало. Мои глаза посеребрились, но я бывала в драках и прежде и была более осмотрительной, чтобы позволить этому гаду отвлечь себя.
Я проигнорировала хлопок пули позади себя, стон, который, как я думала, шел от Этана, и попыталась снизить панику и сосредоточиться.
Я опустила руку с мечом, положила другую руку себе на бедро и усмехнулась ему.
— Мне не нужно играть с мечом. Я знаю, как им пользоваться.
Его улыбка была похотливой, и направлена она была на мою грудь. Поэтому он не видел, как я подняла свою катану и начала ее вращать. Но он увидел, как лезвие поймало свет, блеснув один раз, затем второй, пока вращалось как полицейская дубинка. Его рука двинулась, кинжал полетел вперед, но я уже отошла.
Я вытянула катану за рукоять, повела ее вправо от него, затем направила на его тело. Лезвие задело его, оставив порез на груди. Он выругался, споткнулся и уперся в стену своими мощными руками.
Когда я закончила вращение, он взревел от ярости, повернулся со своим блестящим кинжалом, его другая рука была прижата к кровоточащей полоске на его груди. Он неуклюже сделал выпад, но сил у него все еще было достаточно. Я бросилась в сторону, чтобы увернуться от кинжала, но тот зацепился за нижний край моей куртки, прежде чем вонзиться в стену, прибив меня к ней, как научный образец.
Он потерял свое оружие, но у него все еще было два гигантских кулачища. Я резко дернулась, порвав кожу, но задержка отняла драгоценные секунды. Его кулак врезался в мой живот, посылая волну тошноты по моему желудку, как раз когда удар выбил воздух из моих легких.
Я коленями упала на каменный пол, тошнота могла сравниться только с яростью, которая захлестнула меня.
Я сделала несколько быстрых вдохов через стиснутые зубы, пытаясь не блевануть, заставила себя подняться на ноги и наградила его самым свирепым взглядом, каким только смогла.
— Ты. Ударил. Меня. — Каждое слово требовало усилий.
Он улыбнулся.
— И я сделаю это снова, сучка, если ты не отступишь.
Он ударил меня... и назвал меня сучкой.
Кровь загудела у меня в ушах, и все остальное поблекло — звуки его затрудненного дыхания, борьба в другой комнате. Мое зрение, казалось, затуманилось и сосредоточило фокус там, где он стоял передо мной, маниакально ухмыляясь и ощущая запах моей ярости в воздухе.
Я представила себя в роли меченосного дервиша[43] — я, должно быть, обзавелась творческой жилкой, пока сражалась в вызванном болью исступлении — подняла свой меч и погрузилась в бой.
Я двинулась на него, нанося удары справа налево, а он использовал кинжал, чтобы заблокировать их, затем повернул руку, используя импульс против меня, чтобы оттолкнуть. Но я не останавливалась. Я снова двинулась, нанося удар сверху слева. Он увернулся, затем своей правой ногой ударил меня в колено. От удара мое тело содрогнулось, боль распространялась, словно вспышки молний, но я осталась на ногах. Он был не единственным, кто мог драться грязно.
Я сделала ложный выпад влево, подтягивая колено, как будто он нанес серьезное повреждение. Его уродливая улыбка расцвела; он думал, что выиграл. Но я ударила вверх здоровой ногой, прямиком в промежность, и отправила его стонущего на пол на колени.
— Сучка, — снова пробормотал он, сплюнув, но он не был повержен, и он еще не закончил. Он подбросил свой кинжал и поймал его обратно, лезвие расположилось параллельно его предплечью, затем движением нанес удар, который просто задел край моего бедра, когда я отскочила назад, чтобы избежать его. Я ударилась о ту долбанную консоль, отправив на пол лампу с треском керамики и стекла.
Он снова поставил свою тушу на ноги, тяжело двигаясь вперед, в его глазах было убийство.
— Сучка, — произнес он в очередной раз, слово сгустилось у него во рту, будто это было заклинание, глаза блестели, будто бы произнесение этого слова давало ему власть.
Власть надо мной он не получит.
Он нанес удар слева, затем справа. Я отошла назад, увеличивая пространство между нами, его тело стояло между мной и остальной частью здания. Я натолкнулась на стенку лифта, сымитировала удивление и позволила своей катане лязгнуть по земле.
— Ты не уйдешь, — сказал он.
Он был прав. Не уйду.
Он взревел, сделал выпад, его тело приготовилось к лобовой атаке, он был так сосредоточен, что не увидел, как я подняла катану и выставила ее перед собой.
Но он уже начал движение, а кожа и плоть едва ли были препятствием для заточенной стали. Его пронзило, рукоятка катаны выступала чуть ниже его грудины.
Вытаращив глаза от шока, он посмотрел вниз, взялся за рукоятку, торчащую из его живота, а затем попятился назад, вытягивая рукоятку — теперь скользкую от крови — из моей хватки.
— Ты не играла, — пробормотал он перед тем, как его глаза потускнели. Он упал навзничь, ударяясь о пол с глухим стуком.
Я судорожно вздохнула, вытирая пот с глаз. Я убивала и прежде, и сделаю это снова. Но делать это легче не становилось, независимо от того, что эта смерть спасла жизни, включая мою собственную.
Грохот из гостиной вытянул меня из шока. Я двинулась вперед, вытаскивая свою катану, вытирая с нее запекшуюся кровь. Воину-вампиру требовалось много чего; кое-что было более будоражащим, чем другое.
— Этан? — крикнула я.
— Я в порядке.
Я про себя прочитала благодарственную молитву, затем огляделась и проверила остальных. Парень поменьше лежал на полу в фойе. Райан лежал на полу перед мини-кухней.
Я побежала вперед. Он лежал на спине, на его левой руке была ужасная рана, другая на левой ноге, и море крови. Ее запах привлек внимание моих вампирских чувств, но я проигнорировала этот всплеск заинтересованности и наклонилась вниз.
— Райан. — Я похлопала его по щекам. — Райан.
Его глаза распахнулись, сфокусировались.
— Я в порядке. — Но он вздрогнул от боли.
Этан подошел к нам, вытирая кровь со своего меча. На его правом бедре была кровь.
— Ты ранен? — спросила я.
— Немного задело.
Я кивнула.
— Райан ранен. Ты разобрался с парнем поменьше?
— И с его другом. Дариус у Корда. Ты разобралась с крупным парнем?
— Да. Он сказал кое-что нелицеприятное.
Этан поправил наушник.
— Лукас, мы здесь закончили, и тут грязно.
— Выход чист, фургон наготове. Команда по уборке в пути.
Я даже не подумала о команде по уборке, о необходимости наличия кого-то, кто бы позаботился о беспорядке, который мы устроили. Я была рада, что это сделал он.
— Хорошо, — сказал он и поглядел на Райана. — Давайте убираться отсюда ко всем чертям.
Я поднялась, чтобы взять одеяло со спинки ближайшего диванчика, приготовившись укрыть им тело Райана. Я не была уверена, могут ли вампиры впадать в шок, но не хотела это сейчас выяснять.
Я видела, как его глаза мгновенно расширились, как вспыхнули его радужки.
— Сзади, — выкрикнул Райан, и я повернула голову, чтобы посмотреть.
Низкий мужчина с окровавленными лицом и животом поднял руку... и его пистолет был направлен на Этана.
Вспышка света и дым вылетели из ствола.
Я не переставала думать или планировать или оценивать риск. Я двигалась.
Я сиганула перед Этаном, закрывая его тело своим, когда звук выстрела прорезал воздух. Была только боль, яркая и жгучая, пока я не упала на землю.
Мир закрутился... и все потемнело.


Примечания:
[41] - Премия Академии кинематографических искусств и наук (англ. Academy Awards, букв. Премия Академии, с 1940-х известная как «О́скар», англ. Oscar) — ежегодная кинопремия, традиционно вручающаяся в Лос-Анджелесе.
[42] - Маргарита — коктейль, содержащий текилу с добавлением сока лайма или лимона, цитрусового ликёра — трипл-сек, и льда. Все компоненты смешиваются в шейкере со льдом, после чего коктейль фильтруется от льда и подаётся в бокале «Маргарита», края которого украшены солью.
[43] - Дервиш — человек, обладающий неукротимой энергией.



 
Форум » КНИЖНЫЙ КЛУБ » Книги целиком » "Кровавые игры" Хлоя Нейл (Чикагские вампиры 10)
Страница 1 из 212»
Поиск:

Добавить свой баннер

Copyright chicagoland-vam.ucoz.ru © 2010 - 2014

Сайт посвящен творчеству Хлои Нейл.
Сайт является некоммерческим проектом. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт обязательна

Рейтинг@Mail.ru