· Новые сообщения · Ленточный вариант форума · Поиск · RSS · Подписки ·




Страница 2 из 5«12345»
Модератор форума: MurkyMargosha 
Форум » КНИЖНЫЙ КЛУБ » Книги целиком » "Магия огня" Хлоя Нейл (Темная элита 1)
"Магия огня" Хлоя Нейл
MurkyMargoshaДата: Пятница, 19.07.2013, 16:38 | Сообщение # 1
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
Магия огня



Новая Девушка.
Новая Школа.
Старое Зло.
Родители Лили отправили ее в модную закрытую Чикагскую школу для супер-богатых. В этом внушающем ужас университетском городке происходят странные вещи. И если бы не Скаут – ее вечно исчезающая куда-то по ночам соседка по комнате, Лили давно бы сошла с ума.
В тот день, когда Лили увидела Скаут убегающей от настоящих монстров, она узнала, что девушка входит в отколовшуюся группу подростков-мятежников.
Они защищают Чикаго от демонов, вампиров и тех, кто использует темную магию. Но, к сожалению, у Лили нет собственных способностей, чтобы помочь им. По крайней мере, тех, о которых ей что-то известно…


Все обсуждения и отзывы в этой теме



 
MurkyMargoshaДата: Пятница, 19.07.2013, 16:57 | Сообщение # 11
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
"Что за вражда?” - спросила я Скаут, накалывая кусок клейкой пиццы на вилку.
Скаут, кинув неприязненный взгляд на столик «красоток», пожала плечами: "Мы с Вероникой здесь с двенадцати лет. Пришли в одно время. Но она, я не знаю, как сказать, перешла на сторону? Она решила стать королевой новоиспеченных звезд, ей нужны были враги”.
"Очень зрело”, - сказала я.
"Это уже въелось в кожу”, - сказала Скаут, - "Обычно, она остается на своей стороне столовой, а я на своей”.
"Пока она не в твоей свите, развлекается с Эми”, - указала я.
"Это так”.
"А почему это место?” - спросила я ее, - "Почему твои родители поместили тебя сюда?”
"Я из Чикаго”, - сказала она, - "по роду и племени. Мои родители – дети трастового фонда — мой прадедушка изобрел карусель для электрической цепи, а мои дедушка и бабушка получили деньги, когда он умер. Благодаря одному расточительному поколению моим родителям пришлось оставить приятный образ жизни”.
"И они выбрали школу-интернат?” - удивилась я вслух.
Она остановилась, уставившись в пространство, и начала мять кусочек хлеба в руках. "Дело не в том, что они не любят меня. Я просто думаю, что они не вполне уверены, что им со мной делать. Они выросли в закрытых школах, к тому же, когда мои бабушка и дедушка получили свои деньги, у них появилось несколько действительно богатых друзей. Они думали, что закрытая школа, это лучшее из того, что можно дать своим детям, так что они послали туда моих родителей, а мои родители послали меня. Во всяком случае, они осуществили свои планы — Монте-Карло в это время года, Палм Бич в то, и так далее, и так далее. Закрытая школа дала им возможность путешествовать, выполнять свои социальные обязанности, соответствовать своему статусу”.
Я не могла представить жизнь настолько отдельную от своей семьи, по крайней мере, до учебы.
"Это... тяжело?” - спросила я.
В ответ Скаут моргнула: "Я очень долго была сама по себе. Так что сейчас это уже не тяжело, понимаешь?”
Я не понимала, но кивнула в знак поддержки.
"Я имею в виду, что до Св. Софии была частная начальная школа, и нянечка, с которой я разговаривала чаще, чем с собственными родителями. Я была ребенком-ключем к их трастовому фонду, я так понимаю. Ты и твои родители близки?”
Я кивнула, и мне пришлось побороть неожиданно нахлынувшую волну слез, и внезапно возникшее чувство одиночества. Брошенности. У меня заболели глаза, от чувства, что плотина вот-вот сломается, и хлынут слезы.
"Да”, - сказала я, сдерживая соленые капли.
"Прости”, - сказала Скаут. Ее голос был тихим, мягким, наполненным состраданием.
Я пожала плечами: "Я узнала, что они уезжают незадолго до этого. В какие-то из тех дней все было нормально, но в некоторые, я чувствовала, что разрываюсь на кусочки”, - я поежилась, - "Скорее всего, мне не нужно было злиться по этому поводу. В смысле, они же уехали в Германию не для того, что бы избавиться от меня, но это все равно не дает мне покоя. Меня не оставляет чувство, что они меня оставили здесь”.
"Ну, хорошо”, - сказала Скаут, поднимая стакан с водой, - "Я думаю, что ты должна поблагодарить своего ангела-хранителя, что нашла меня, потому что я не дам тебе пропасть. Меня тяжело сбить с намеченного пути, Паркер”.
Я заставила себя выдавить кривую улыбку и подняла стакан.
"За дружбу!” - сказала я, и мы чокнулись.
Когда ужин закончился, мы вернулись в наши комнаты, чтобы умыться, поменять книги в сумке и запастись едой, прежде чем приступить к учебе. Я также сняла колготки и сменила мои невероятно красивые, но очень неудобные ботинки на пару более удобных шлепок. Мой мобильный телефон завибрировал как раз, когда я одевала второй изумрудно-зеленый шлепок. Я вытащила его из сумки, посмотрела на номер и улыбнулась.
"Что готовиться в Германии?” - спросила я, когда открыла телефон и прижала его к уху.
"В данный момент ничего”, - ответил мой отец, его голос со скрипом раздавался в моей трубке, преодолевая четыре тысячи миль, - "У нас сейчас достаточно поздно. Как школа?”
"Обычная школа”, - ответила я, ощущая тяжесть в груди от звука голоса отца. Я села на кровать и закинула ногу на ногу, - "Оказывается, высшие школы во всех городах одинаковые”.
"А школьная форма?” - спросил он.
Я улыбнулась: "Ну да, форма разная. Как прошел ваш первый день творческого отпуска, или как там это называется?”
"Довольно скучно. У нас с твоей мамой сегодня были встречи с людьми, которые финансируют нашу работу. Много базовых правил, исследовательских протоколов и прочих вещей”.
Я слышала скуку в его голосе. Мой отец не один из канцелярских крыс и не любит все планировать. Он мыслил масштабно, был философом и учителем. А вот моя мама отвечала за организацию. Скорее всего, она делала заметки на встречах.
"Я уверена, что все не так плохо, пап. Скорее всего, они хотят убедиться, что не потратят газалионы исследовательских денег на каких-то сумасшедших американцев”.
"Что?” - спросил он, - "Мы же не сумасшедшие”, - определенные акценты в его голосе, скорее всего, были призваны напомнить какую-то давно умершую знаменитость. Мой папа представлял себя каким-то комиком.
Он был фантазером.
"Конечно, папа”.
В дверь постучали. Я посмотрела, как заходит Скаут.
"Слушай, мне надо бежать в учебный зал. Скажи маме, что я передаю привет и желаю удачи в вашей, ну типа, исследовательской работе”.
"Спокойной ночи, Лилс. Заботься о себе”.
"Хорошо, пап. Люблю тебя”.
"Я тоже тебя люблю”.
Я закрыла телефон и положила его обратно в сумку. Скаут вопрошающе подняла бровь.
"Мои родители живы, здоровы в Германии”, - сказала я ей.
"Я рада это слышать. Давай пойдем творить добро ради нашего будущего и работать над домашним заданием”.
Предложение, на самом деле, не было очень-то вдохновляющим, но других вариантов не было. Посещение учебного зала – обязательное мероприятие.
Учебный зал располагался в Грин Холле, большой комнате со столами, в которой я впервые поняла, что такое шотландская армия. Сегодня здесь был аншлаг, около двух сотен девочек в шотландках защитной расцветки набились в зал, рассчитанный примерно на пятьдесят человек. Мы пробрались сквозь толпу к свободному пространству возле главного входа, откуда нам будет очень удобно наблюдать, как приходят эти бравые «молодчики» Св. Софии в юбках. Но и они тоже могли наблюдать за нами, и они осмотрели нас с ног до головы, стук задников моих шлепок по известковому полу обратил внимание всех присутствующих на нас.
Особенно пристально на нас посмотрели две строгие женщины в черных туфлях на толстой подошве и очках в роговой оправе. Их квадратные фигуры, затянутые в черные блузки и свитера, часто можно было увидеть, когда они патрулировали периметр жилых комнат с планшетами в руках.
"Кто они?” - прошептала я, и мы сели друг напротив друга.
Скаут, опустив взгляд, вытащила ноутбук и книги из сумки: "Драконихи. Они отвечают за включение-выключение света, присматривают за нами, пока мы занимаемся, и, в целом, следят, чтоб не происходило ничего веселого или интересного”.
"Звучит устрашающе”, - сказала я, порывисто открывая мою новую книгу, - "Обожаю, когда меня ненавидят”.
"Я так и думала”, - сказала Скаут, не поднимая взгляд, проводя ручкой вдоль экрана ноутбука, - "Очень похоже на тебя”.
Одна из снующих по залу драконих подошла к нашему столу, взглянув из-под очков, она приподняла одну бровь.
"Извините”, - но она что-то накарябала в своем планшете, прежде чем отойти.
Скаут усмехнулась: "Паркер, черт побери, прекрати раздражать всю школу”.
Я показала ей язык и приступила к домашней работе.
Мы проработали около часа, когда Скаут растянулась на стуле, положив подбородок на руки: "Мне скучно”.
Страница книги по истории Европы начала расплываться, я потерла глаза: "Мне показать тебе фокус?”
"А ты можешь?”
"Ну, пока нет. Но здесь повсюду книги”, - я обвела взглядом комнату, - "Наверняка, где-то здесь есть руководство для юных трюкачей”.
Девушка, сидевшая рядом со мной за столом, прокашлялась, ее взгляд не отрывался от книги, которую она читала: "Серьезно, дамы, попробуйте поработать. Играйте в девочек Гиллмор где-нибудь в другом месте”.
Девушка была красивой, как супер-модель. Супер-модель из Франции, я бы сказала. Длинные темные волосы, большие глаза, широкий рот, и выражение ее лица было под стать супер-модели. Одна идеальная бровь поднялась, выражая раздражение, плескавшееся в карих глазах.
"Коллетт, Коллетт”, - сказала Скаут, указывая своим карандашом сначала на девушку, потом на меня, - "Не будь букой. А то наша новая подруга Паркер, вот она, решит, что ты одна из этой звездной компашки”.
Коллетт фыркнула, а потом кинула взгляд в мою сторону: "Как и Грин. Я так понимаю, что ты Паркер?”
"Вроде да, была, когда последний раз проверяла”, - согласилась я.
"Тогда не вынуждай меня довериться тебе больше, чем ты того заслуживаешь, Паркер. Некоторые из нас относятся к учебе довольно серьезно. Если я не стану студентом, произносящим прощальную речь, я, скорее всего, не поступлю в Ель, и сейчас я собираюсь сделать анализ основных пропорций. Так что идите играться в умных, где-нибудь в другом месте, ок?” - сказала она, мотнув головой, и вернулась к чтению.
"Она действительно умная”, - сказала Скаут сконфужено, - "К сожалению, это сильно сказывается на ее поведении”.
Коллетт порывисто перевернула страницу книги: "Эй, я еще здесь”.
"Девчонки Гилмор”, - передразнила ее Скаут и саркастично фыркнула. Очевидно, закончив с учебой, она осмотрелась вокруг, а затем вытащила из сумки комикс. Убедившись, что горизонт чист, она засунула комикс в книгу по тригонометрии.
Я посмотрела на нее, приподняв бровь, а она со счастливым видом пожала плечами и вернулась к изучению тригонометрии, изредка скрытно перелистывая одну-две страницы комикса.
"Чудачка”, - пробормотала я с доброй улыбкой.
Пробыв два обязательных часа в учебном зале, конечно, мы не особо учились, но нужное время тут отсидели, мы вернулись обратно в наши комнаты, что бы с пользой провести последние свободные часы перед закатом в мой первый день среди девочек Св. Софии. Членов «звездной братии» в номерах не было, и дверь в комнату Лесли была закрыта, но под ней виднелась полоска света. Я подтолкнула Скаут локтем к дверям ее комнаты. Она, немного сдвинувшись от толчка, толкнула меня в ответ.
"Виолончелистка ушла”, - кивнула она, указывая на угол общей комнаты, в котором не было инструмента.
Музыка внезапно эхом разлилась по комнате, низкие переливы нот концерта виолончели Баха звучали из комнаты Лесли. Она прекрасно играла, мягко водя смычком по струнам. Скаут и я стояли тихо, зачарованно, смотря на дверь комнаты перед нами.
Через несколько минут музыка стихла, сменившись какой-то возней. Дверь неожиданно открылась. На пороге появилась блондинка. Она была одета просто в облегающую футболку, хлопковую юбку «трапецию» и туфли Mary Jane. Ее светлые волосы были забраны в короткий хвост, а на лоб бахромой падала челка.
"Привет, Лесли”, - сказала Скаут, указывая большим пальцем на меня, - "Это Лили. Она новенькая”.
Лесли посмотрела на меня большими голубыми глазами и моргнула.
"Привет”, - сказала она, затем, развернувшись на каблуке одной туфли, зашла обратно в комнату и закрыла за собой дверь.
"В этом вся Лесли”, - сказала Скаут, открывая дверь в свою собственную комнату и включая свет в спальне.
Я вошла за ней, закрывая за собой дверь.
"Лесли не очень-то разговорчивая”.
Скаут кивнула и села на кровать, скрестив ноги.
"Для Барнаби она была еще довольно разговорчива. Она всегда была тихой. Она что-то вроде ученого? Злой гений с виолончелью”.
"У меня мурашки по коже”, - согласилась я, - "Эта музыка, действительно, западает в душу”.
Скаут опять кивнула, она только потянулась за подушкой, чтобы положить ее на колени, когда зазвонил телефон. Схватив телефон с его места на полке, она ответила.
"Когда?” - спросила Скаут после минутного молчания, отворачиваясь от меня, с прижатым к уху телефоном. Видимо, она была не сильно довольна ответом, она чертыхнулась, потом вымученно вздохнула: "Мы должны были догадаться, что они что-то планируют, когда увидели ее”.
Я предположила, что «она» - это блондинка, которую мы видели во время ленча.
Далее последовала тишина, Скаут слушала ответ. В комнате было так тихо, что я слышала голос звонящего, но не могла разобрать слов. Голос был низким, так что звонивший наверняка был парнем. Может быть Майкл Гарсия?
"Ок”, - сказала она, - "Буду”. Она со щелчком закрыла телефон и немного постояла, прежде чем оглянуться на меня.
"Пора бежать?”
Скаут кивнул. И в этот раз ее взгляд был замкнутым. Но больше меня взволновало то, что это выглядело как испуг.
Мое сердце сжалось от сочувствия: "Тебя подстраховать? Или помочь замести следы?”
Скаут улыбнулась, сверкнув глазами.
"На самом деле, было бы не плохо. Но общество по улучшению жизни еще не готово к тебе, Паркер.”
Она схватила куртку, сумку с черепом и скрещенными костями, и мы обе вышли из ее комнаты. Скаут пошла на тайную встречу. А я точно не знала, куда собираюсь пойти.
"Не жди”, - сказала она, подмигивая, потом открыла дверь и вышла в коридор.
И не надейся, подумала я, принимая решение. В этот раз я не собиралась отпускать ее, не хотела терпеть ее бормотание извинений и секретные ночные путешествия, по крайней мере, не собиралась отпускать ее одну.
В этот раз я собираюсь последовать за ней.
Она уже закрыла за собой дверь. Приоткрыв ее, я посмотрела, как Скаут скользит по коридору.
"Пора поиграть в Ненси Дрю”, - прошептала я, потом тихо сняла шумные шлепки, взяла их в руки и пошла за ней.



 
MurkyMargoshaДата: Пятница, 19.07.2013, 16:59 | Сообщение # 12
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
Глава 5

Она скрылась за углом, в тот момент, когда я вышла из нашего номера.
В тишине пустого коридора ее шаги эхом отдавались от известкового пола и ярко освещенных стен.
Ускоряя шаг, Скаут направилась к лестнице. Я подождала до тех пор, пока не удостоверилась, что она меня не заметит, и, только когда она свернула на второй лестничный пролет, я последовала за ней. Спустившись на первый этаж, она пошла через Большой Зал, в котором даже после обязательных занятий засиживались некоторые особо целеустремленные ученицы. К сожалению, проход между столами был пуст и полностью просматривался: если Скаут обернется, вся моя слежка накроется.
Я сделала глубокий вдох и пошла.
Я уже преодолела без происшествий половину пути, как вдруг Скаут остановилась. Бросившись за ближайший стул, я нагнулась, притворяясь, будто поправляю шлепанцы. Когда она отвернулась и продолжила идти через зал, я выпрямилась и поспешила проскользнуть через двойные двери, пока они не закрылись за ней.
Проскочив их, я сразу же прижалась к стене коридора, который вел к куполообразному центру главного здания, и выглянула из-за угла. Скаут в спешке проходила через выложенный плиткой лабиринт. Я кусала губы, размышляя, что делать дальше. Эта часть игры в детектива оказалась сложнее: не так-то просто найти место для укрытия посреди огромной пустой комнаты.
Не найдя, где спрятаться, я решила дождаться ее снаружи. Я наблюдала, как она пересекает лабиринт и движется к противоположному коридору, наконец, она остановилась перед дверью. Скаут оглянулась, возможно, чтобы проверить, что она здесь одна (все мы иногда ошибаемся), сняла с шеи висящий на ленточке ключ и вставила его в замочную скважину.
Щелчок замка эхом раздался по комнате. Скаут вздрогнула от этого звука, но все же толкнула дверь, последний раз оглянулась и исчезла. Как только он ушла, я пустилась через лабиринт к противоположной стороне и прижалась ухом к закрывшейся за нею двери. Когда звук ее шагов стал удаляться, я повернула ручку и обнаружила, что дверь не заперта, и - сердце отбивало барабанную дробь в груди – приоткрыла ее.
За нею оказался еще один коридор.
Выдохнув, я двинулась вперед.
Коридор уже не так напрягал. Если честно, преследование оказалось довольно однообразным. Коридор. Комната. Коридор. Комната. Я напомнила себе свою главную цель - шпионить за девушкой, которая приняла меня, как свою лучшую подругу.
Да уж, звучит не очень благородно.
С точки зрения нравственности все очень сомнительно, но мне все равно нужно это сделать. Я вошла внутрь и закрыла за собой дверь. Саму Скаут видно не было, но я заметила тень, мелькнувшую за углом. Я последовала за ней по коридору. Там оказалась еще одна лестница, судя по всему, ведущая в подвал, хотя она мало чем отличалась от лестницы на первом этаже: та же известка, то же яркое освещение от железных светильников. Отличался только потолок. Вместо сводов и купола первого этажа, здесь потолок был более низкий и плоский, покрытый узорчатой штукатуркой. Слишком хорошая отделка для подвала.
Лестница вела в следующий зал. Я последовала на звук шагов но, пройдя пару метров, услышала другой звук - лязг металла. Я застыла на месте, проглотив, подкативший к горлу комок страха. Я хотела позвать ее по имени, закричать, но не смогла издать ни звука. Через силу я сделала еще один шаг вперед, как вдруг снова раздался душераздирающий скрежет железа, от которого у меня сердце в пятки ушло.
«Эх, провались оно все», - подумала я, делая глубокий вдох.
«Скаут?» - позвала я, - «Ты в порядке?»
Не получив ответа, я свернула за угол. Проход упирался в железную дверь. Скаут нигде не было видно.
«Странно», - пробормотала я. Осмотревшись и не найдя ничего, что могло бы помочь, я подошла к двери, чтобы получше рассмотреть ее.
Дверь была огромной. Не меньше трех метров высотой, с арочным проемом, латунными заклепками и креплениями. В середине было большое колесо, а под колесом гигантский засов из прочной стали. Засов был отодвинут. Вот отчего был скрежет, который я слышала. Не уверена, что хочу знать, отчего охраняет Св. Софию эта дверь, но за ней была Скаут. Может мы еще мало знакомы, и я не в курсе всех перемещений ее организации по благоустройству города, но похоже у них были неприятности. Единственное, что оставалось делать - помочь моей новой соседке.
Не пошлет же она меня после этого.
«Вперед, Сагамор!» - прошептала я, берясь за колесо. Я надавила на него, но дверь не поддавалась. Я повернула колесо один раз по часовой стрелке, потом против часовой, но все безрезультатно.
Нахмурившись, я оглядела дверь снизу доверху, в поисках другого способа - замочной скважины или кодового замка или еще чего-нибудь, что открыло бы дверь и впустило меня внутрь. Но ничего не было.
Накрылась моя спасательная операция.
Я обдумывала варианты дальнейших действий.
Во-первых, я могу вернуться наверх, забраться в кровать и забыть о том, что моя новая лучшая подруга где-то за гигантской запертой дверью в старинном монастыре в центре Чикаго.
Во-вторых, я могу дождаться ее и предложить свою помощь. Я закусила губу, и взглянула на проход, из которого пришла, и который вел к безопасности. Но я сейчас здесь, а она там, и только Богу известно, что там стряслось.
Я села на пол, обхватила колени и приготовилась ждать.
Не знаю, когда я заснула, но меня разбудил звук шагов за дверью. Я вскочила с места. В руках только шлепанцы, которые я сняла заранее, они же мое единственное оружие. Я стояла перед дверью вооруженная только зеленой резиной, и что-то подсказывало мне, что за дверью незнакомец, а не Скаут.
Мое сердце бешено колотилось в груди, пальцы сжимали резиновую подошву шлепанцев. Вдруг колесо начало вращаться, спицы со скрипом повернулись по часовой стрелке, кто-то пытался проникнуть в подвал монастыря. Спустя несколько безумно долгих секунд, дверь начала открываться. Стофунтовая железная махина надвигалась на меня.
«Не подходите!» - закричала я, - «Я вооружена!»
С другой стороны двери отозвался голос Скаут.
«Убери оружие, отойди с дороги».
Было бы глупо не повиноваться, я ведь блефовала. Я отступила в сторону и вскоре, когда щель достаточно расширилась, чтобы протиснуться, оттуда, тяжело дыша, выбралась Скаут.
Она выругалась, и надавила руками на дверь.
«Я собираюсь прибить тебя за то, что ты следила за мной, а пока помоги закрыть эту штуку».
Голова шла кругом от предположений, что же осталось за дверью. Я подступила к двери, и мы вдвоем, упершись руками, принялись ее толкать. Дверь была жутко тяжелой и большой, удивительно, как Скаут удалось открыть ее в одиночку.
Когда дверь захлопнулась, Скаут повернула колесо и задвинула железный засов на место. Мы обе отскочили назад, когда с другой стороны раздался удар, от которого дверь затряслась на гигантских латунных петлях.
Я уставилась на дверь широко раскрытыми глазами.
«Что это было?»
«Мусор», - сказала Скаут, поглядывая на запертую дверь, в надежде что, то, что гналось за ней, не разнесет ее.
Когда в проходе воцарилась тишина, Скаут повернулась и посмотрела на меня. Ее светлое каре растрепалось, жакет сполз с одного плеча, а выражение лица было разгневанным.
«Какого лешего ты здесь делаешь?» - она убрала с лица волосы и натянула обратно сползший жакет.
«Тренировки?» - парировала я.
Скаут уперлась руками по бокам, очевидно, засомневавшись.
«Я боялась, что у тебя неприятности».
«Ты слишком любопытная», - возразила она, - «Я же просила довериться мне и не думать об этом».
«Не думать о твоих тайных связях - это одно. А не думать о твоей безопасности - это совсем другое дело», - я мотнула головой в сторону двери, - «Называй это охраной окружающей среды, если хочешь, но более вероятно, что ты во что-то влипла. И я не собираюсь стоять в стороне и наблюдать за твоими неприятностями».
«Ты мне не мать».
«Нет, но я твоя новая подруга навеки».
Выражение ее лица смягчилось.
«Мне не надо подробностей», - сказала я, - «но я бы хотела знать, что за жуть за этой дверью».
В подтверждение моих слов снова раздался оглушительный удар и дверь содрогнулась.
«Тебе не достать нас!» - закричала Скаут, - «Уползай в свою нору!»
Она схватила меня за руку и потащила в холл, подальше от зловещей двери: «Пошли».
Я притормозила, надевая шлепанцы, когда она отпустила мою руку. Она спешила в холл, и мне пришлось бежать вприпрыжку, чтобы не отставать.
«Это маньяк с топором?»
«Да», - сухо ответила она, - «Маньяк с топором».
Остальную часть пути все было тихо. Мы больше не разговаривали. И в главном корпусе и в Большом Зале было уже темно и безлюдно. Лунный свет, отливавший голубым и красным, светил сквозь витражные стекла окон, освещая наш путь.
Пока мы шли по коридорам, Скаут ни разу не оглянулась посмотреть, не выбита ли дверь подвала и не крадется ли за нами та жуть попятам. Я же постоянно украдкой бросала взгляд через плечо, боясь посмотреть, и еще больше боясь увидеть, что кто-то тайком пробирается за нами. То, что в коридорах все было тихо и мирно, не унимало моего воображения, которое создавало фигуры из теней под партами Большого зала, когда мы проходили мимо.
Что же таится за дверью? Я поняла, что не могу больше удерживаться от расспросов. «Может там злобный наркоторговец?» - спросила я ее, - «Или сбежавший из больницы псих? Или взбесившийся робот?»
«Не удивлюсь, если нас захватят робот», - сказала Скаут сухим тоном.
«Зомби-людоед?»
«Зомби-это миф».
«Ну, так и скажи», - пробормотала я, - «Просто ответь: Ты в сговоре с теми парнями из Монтклер?»
«Что значит «в сговоре»?»
«Скаут».
«Я же сказала - это были тренировки. Я хорошо поработала. Размялась», - она изобразила, будто поднимает гантели.
Когда мы подошли к двери жилого корпуса, я остановила ее. Скаут это не обрадовало.
«За тобою гнались», - начала я, - «И кто-то ломился в дверь».
«Радуйся, что мы успели ее закрыть».
«Скаут. Серьезно. Что происходит?» - не унималась я.
«Знаешь, Лили. Многое творится в этой школе. И если все кажется нормальным, это еще не значит, что так оно и есть. Многие вещи не такие, какими кажутся».
Нынешнее положение вещей вряд ли кажется нормальным: поздние исчезновения, случайные встречи с парнями. И все это только за первые 24 часа в Чикаго.
«Что ты имеешь в виду «не такие, какими кажутся»?»
Скаут приподняла бровь: «Ты, кажется, говорила, что у тебя есть оружие? И что это? Шлепанцы?»
Я приподняла ногу, и покачала легким изумрудно-зеленым шлепанцем.
«Я любого преследователя ими так могу по голове огреть. На месте недоброжелателя я бы дважды подумала, прежде чем вломится в Св. Софию».
«Я уверена, что это их точно остановит», - она подняла руки, сдаваясь, - «Ладно. Скажем так, я состою в клубе для одаренных детей. Типа того».
«Клуб одаренных детей. Чем одаренных?» - на ум приходят только одаренные бурной фантазией.
«Одаренные в широком смысле?»
Но наступило молчание, я зря ждала, что она конкретизирует свой ответ.
«Это все, что ты собираешься рассказать?»
«Это все что я могу рассказать», - ответила Скаут, - «я и так сказала слишком много. Я хотела бы поведать тебе больше, но, не могу, правда. Не потому, что не доверяю. Просто есть вещи, которые мне нельзя делать».
«Тебе нельзя рассказать мне, или кому-либо еще, кто с такой силой и шумом ломился в эту злополучную железную дверь в подвале? И ты добровольно туда спускаешься?»
Она просто кивнула: «По большей части - да».
Я вздохнула, покачивая головой.
«Ты сумасшедшая. И все здесь сумасшедшее».
«В Св. Софии много всего такого».
«Не только ночные вылазки и маньяки за огромной подземной дверью?»
«О, это еще цветочки, Лил», - Скаут, повернувшись, продолжила путь домой.
Когда мы добрались до наших комнат, она подошла к своей двери и обернулась.
«Во что бы ты ни вляпалась...», - сказала я, - «Я не боюсь», - вот тут я приврала, скрестив пальцы, - «И если я тебе понадоблюсь, я рядом».
Думаю, она устала, но в ее глазах появился счастливый блеск.
«Ты крутая, Паркер!»
Я усмехнулась: «Я знаю. Это одно из моих сильных качеств».



 
MurkyMargoshaДата: Пятница, 19.07.2013, 17:00 | Сообщение # 13
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
Глава 6

Как бы то ни было, но в Св. Софии были «запоминающиеся моменты», хотя в течение следующих нескольких дней они никак не проявлялись. Я все еще не совсем понимала, чем же занимается Скаут по ночам, но я не заметила у нее странных синяков, порезов или сломанных костей. С тех пор как она перестала прихрамывать, я держала язык за зубами о ее исчезновениях и вообще о том, что произошло в коридорах под школой.
С другой стороны, темные круги у нее под глазами указывали на то, что она пропадает где-то по ночам, ЧТО-ТО все еще происходит, невзирая на обыденную жизнь в школе. Я не докучала ей, взвесив результат своего любопытства (нулевой, так как Скаут упрямая) и возможные последствия (потерю нашей зарождавшейся дружбы). Мы только начинали узнавать друг друга получше, и мне бы не хотелось, чтобы между нами возникло напряжение… даже, если между нами все еще стоял ее секрет.
Однако я знала, что у меня есть одна способность, которую я могу использовать в таинственной игре Скаут Грин - я терпеливая, я дождусь ее. Я могла с уверенностью сказать, что Скаут не сможет долго сдерживаться и вскоре проболтается.
Несмотря на тайны, все остальное шло своим чередом. И, по крайней мере, я узнала, какой порядок вещей считается стандартом Св. Софии. А здесь это означало учиться, учиться и учиться как можно больше. Мне удалось втиснуть во все это занудство немного веселья со Скаут, проверку ее тайника с журналами комиксов, прогулки во время обеденного перерыва, и несколько торопливых разговоров с родителями (в Германии у них, кажется, все в порядке). Но на первом месте тут была все-таки учеба... По крайней мере, так было до моего первого четверга в Св. Софии.
Я была на истории Европы, когда это случилось. Без стука, в середине занятия, отворилась дверь. Вошла Мэри-Кэтрин, ее длинная тонкая коса лежала на плече, серый шерстяной шарф с фетровыми узелками обернут вокруг шеи. Она вручила записку Петерсу, нашему сердитому учителю истории. Он одарил ее недовольным взглядом, по его мнению, судьба крестьян Европы была самой важной вещью, но все же записку взял и, пробежав ее глазами, вернул Мэри-Кэтрин.
«Лили Паркер», - позвал он.
Я выпрямилась. Петерс попытался изогнуть одну бровь, но вышло не очень, скорее это походило на легкое косоглазие.
«Вас ожидают в кабинете директора».
Я нахмурилась, но поразмыслив, схватила в одну руку все свои принадлежности со стола, а в другую ремешок сумки и встала. Мэри-Кэтрин стояла, скрестив руки на груди и закатив глаза, ожидая меня.
«Милая обувь», - сказала она, когда за нами закрылась дверь класса, и мы пошли по коридору. Она шла впереди, держа записку двумя пальцами.
Я оглядела мой сегодняшний наряд: глухо застегнутая рубашка, толстовка с логотипом Св. Софии, темно-синие колготки и желтые лакированные ботинки из прошитой кожи, сумка через плечо. Ботинки, пожалуй, слишком яркие и мало с чем сочетаются, но они винтажные и от очень крутого дизайнера. Я не уверена, был ли в ее словах сарказм. Этот дизайнер действительно знаменит, поэтому допускаю, что она сказала это искренне.
«Спасибо, они винтажные», - ответила я. К сожалению, владелец благотворительного магазина в центре Сагомора тоже знал их ценность. За эту покупку мне пришлось выложить свои сбережения за три месяца.
«Я знаю», - сказала она, - « Это Пуччини».
Тон ее был снисходительным, будто я была недостаточно сообразительна, чтобы понять, что это Пучинни, когда покупала их. Карманные деньги за три месяца были красноречивее всяких слов.

Кроме этого комплимента, Мэри-Кэтрин больше ничего не произнесла, пока мы шли по Большому Залу, пересекли лабиринт и повернули в административное крыло. Мы шли тем же путем, что и несколько дней назад, когда я встретила в дверях Фолли…. обратного пути нет.
Когда мы добрались до кабинета, М.К., взявшись за дверную ручку, повернулась ко мне лицом.
«Тебе понадобится пропуск, чтобы вернуться на урок», - отрезала она, открывая дверь и, как только я вошла, закрыла ее у меня за спиной. Дружелюбная девочка.
Кабинет Фолли выглядел также как и несколько дней назад, но ее на этот раз не оказалось в комнате. На ее массивном дубовом столе не было никаких принадлежностей - ни подставки для ручек, ни цветов, ни лампы - только ярко-синяя папка, лежавшая точно посередине, ее края были параллельно краю стола, будто их специально выравнивали.
Подойдя ближе, я наклонилась, придерживая свою сумку рукой, чтобы получше рассмотреть папку. На ее ярлычке было написано аккуратными буквами ЛИЛИ ПАРКЕР.
В совершенно пустой комнате лежала папка с моим именем. Она практически напрашивалась, чтобы ее открыли.
Я оглянулась. Убедившись, что одна, я протянула руку к папке, но тут же ее отдернула, потому что с досадой услышала скрип.
Выпрямившись, я увидела, как одна из книжных полок кабинета начала поворачиваться. Фолли, высокая и элегантная, с идеальной прической, в темно-синем превосходно скроенном костюме, вышла из открывшегося проема и задвинула полку обратно на место.
«Могу я спросить, что за потайной дверью?»
«Спросить вы можете», - сказала она, подходя к столу, - «но это не значит, что я стану отвечать вам, мисс Паркер». Фолли изящно опустилась на стул. Мельком взглянув на папку, она окинула меня оценивающим взглядом. Бровь ее изогнулась.
Я ответила ей, как я надеюсь, мягкой невинной улыбкой. Мне так хотелось просмотреть папку, но у меня совсем не было времени что-либо сделать.
Отчасти удовлетворившись, она отвела взгляд, одним пальцем открывая папку. «Садитесь», - сказала она, не поднимая глаз.
Я упала на стул перед ее столом и сложила все мои книги и сумку на колени.
«Вы здесь уже три дня», - сказала Фолли. Сцепив пальцы, она положила руки на стол.
«Я хотела бы осведомиться, как вы освоились?»
«Спасибо, хорошо».
«Ммм… А как ваши отношения с одноклассницами? Вы уже влились в коллектив
Св. Софии? Как вам в номере мисс Грин?»
Интересно, с чего это «в номере мисс Грин», будто Эмми и Лэсли там комнаты не
принадлежат. Похоже, этот ответ тоже останется без ответа.
«Да. Мы со Скаут хорошо поладили».
«А с мисс Черри и мисс Барнаби?»
«Тоже», - сказала я, полагая, что неопределенный ответ избавит меня от дальнейших расспросов о надоедливой компании и их отношении к новичкам.
Фолли кивнула.
«Я одобряю то, что вы расширяете круг вашего общения. Заводите как можно больше знакомств и связей. Хорошо это или нет, но ваш успех определяется не только знаниями, но и теми людьми, которых вы знаете».
«Согласна», - послушно ответила я.
«Как ваши занятия? Уже есть успехи?»
Прошло всего четыре дня моего обучения в Св. Софии, о каких успехах может идти речь? Я решила придерживаться моего плана и давать неопределенные ответы, прикидываясь недалеким подростком.
«Все хорошо».
Она сделала заинтересованный вид, но глаза снова опустила на папку.
«Ваше расписание занятий уже определено, поэтому у вас есть возможность подобрать себе дополнительные занятия. Если вы интересуетесь живописью, можете посещать нашу студию искусств», - захлопнув папку, Фолли положила на нее скрещенные руки, будто запечатывая секрет внутри, - «Лили, я хотела бы поговорить с тобой откровенно».
Я приподняла брови, в ожидании продолжения.
«Учитывая причину твоего приезда сюда и твое предыдущее пребывание в общеобразовательной школе, я не была полностью уверена, что в Св. Софии тебе будет... комфортно».
Мои брови от удивления поползли вверх.
«Комфортно», - повторила я таким сухим и невыразительным тоном, на какой только была способна.
«Да», - повторила Фолли, - «Комфортно. Ты прибыла сюда не по своей воле, а по желанию твоих родителей, не смотря на то, что у тебя нет знакомых в Чикаго. Могу представить, как тяжело тебе приходится в разлуке с родителями. Но я знакома с Марком и Сьюзен и верю, что их исследования необходимы».
Я была поражена: «Вы знакомы с моими родителями?»
На мгновение на ее лице появилось замешательство, которое тут же сменилось ее обычным высокомерным и доброжелательным выражением.
«Тебе не сказали, что мы знакомы?»
Я смогла только кивнуть. Все что мне говорили родители о Св. Софии, что это превосходная школа с сильной системой обучения и прочее и прочее. А о том факте, что они знакомы с Фолли никогда. Похоже, забыли об этом упомянуть.
«Признаюсь, я удивлена», - сказала Фолли.
Думаю, нас таких двое.
«Св. София без сомнения прекрасное учебное заведение. Но ты так далеко от дома и родных, от Сагамора. Я полагала, если честно, что твои родители основывали свой выбор на наших отношениях».
Она не просто знакома с моими родителями, их связывают какие-то отношения.
«Откуда вы знаете моих родителей?»
«Хорошо...», - протянула она свой односложный ответ, поглаживая пальцами края папки. На нее это было не похоже - слишком уклончиво. Казалось, она тянет время. После затянувшегося молчания она взглянула на меня.
«У нас профессиональные отношения», - наконец, сказала она, - «Схожий научный интерес».
Я нахмурилась.
«Научный интерес? По философии?»
«По философии», - уверенно подтвердила она.
Я кивнула, хотя что-то в ее тоне заставило мой желудок сжаться.
«Философия», - сказала я снова, как будто от повторения ответ станет убедительнее, - «Вы уверены, что знаете моих родителей?»
«Да, я хорошо с ними знакома, мисс Паркер. Мы своего рода коллеги».
Осторожность в ее тоне подсказывала, что она увиливает от ответа, определенно, она что-то недоговаривает.
Я принялась рассматривать свои ботинки. Мне требовалось время, чтобы осознать тот факт, что Фолли знает моих родителей, и что они знают ее и, возможно, это и послужило причиной их решения отправить меня сюда.
«Мои родители преподаватели», - начала я, - «Они оба профессора. Преподают философию в колледже Гарнет. Это в Сагаморе».
Фолли нахмурилась.
«И они никогда не упоминали о своих работах по генетике?»
«Работы по генетике?», - переспросила я с очевидным замешательством в голосе.
«Их лабораторные работы по изучению генетики. По изучению долголетия».
Мне надоел этот разговор и ложь этой женщины. И хуже всего было выслушивать о том, что я, может быть, не знаю многих вещей о моих близких. Вещей, о которых они мне не рассказывали?
Я поднялась, собирая книги и вешая сумку на плечо.
«Мне нужно вернуться в класс».
Фолли приподняла бровь, но позволила мне подняться и направиться к двери.
«Мисс Паркер», - окликнула она, доставая из ящика маленькую стопку бумаг, нацарапала что-то на верхней странице и оторвала.
«Вам понадобится пропуск, чтобы вернуться к занятиям», - сказала она, протягивая мне лист.
Кивнув, я вернулась назад и взяла у нее пропуск. Я не смотрела на нее, пока снова не подошла к двери с запиской в руках.
«Я знаю моих родителей», - сказала я, преимущественно обращаясь к себе, - «Я их знаю».
Несмотря на все свои сомнения, я решила, что последнее слово останется за мной.
Я не помню, как я шла обратно сквозь каменные коридоры, через Большой Зал и переход в учебный корпус. Все эти строения я видела как в тумане, мои мысли были заняты встречей с Фолли и вопросами, которые она подняла.
Может она что-то перепутала? Прочитала чье-то досье вместо моего? А может совет попечителей приукрасил мое личное дело, чтобы принять меня в Св. Софию?
Или мои родители мне лгали. Возможно ли, что они скрывали от меня настоящую природу своей деятельности? И если так, то зачем это скрывать? Зачем говорить дочери, что преподаешь философию, если ведешь исследования в совершенно другой области?
Что сказала Фолли? Что-то о наследственности? Но там нет ничего общего с философией. Эта естествознание, анатомия, лабораторные работы.
Я была с родителями в Гарнете, гуляла по коридорам отделения философии и религии, общалась с их коллегами. Я рисовала, сидя на полу в кабинете моей мамы, когда моя няня заболела, играла в прятки в коридорах по вечерам, когда мои родители работали допоздна.
Конечно, был только один легкий способ разрешить эту загадку. Когда я вышла из административного крыла, я прошла в уединенный уголок главного корпуса, он представлял собой каменный полукруг с маленькой лавочкой посередине. Там я достала из кармана телефон. В Германии было уже поздно, но эта проблема требовала срочного решения.
«Как исследования?», - набрала я в сообщении и отправила. Ответ пришел через секунду.
«Здесь крутой архив!», - написал папа. Не успела я прочитать, как следующее сообщение высветилось на экране, оно было от мамы: «1я стр в нем журн по фил».
На чудаковатом профессорском сленге моих родителей, это означало, что они заняли первую полосу (большой успех) в каком-то новом немецком журнале по философии.
Также это означало, что выйдет журнал, в котором будут имена моих родителей, как и в других журналах, которые я столько раз видела у нас дома. Такое не подделаешь.
Фолли ошиблась.
«Вот так тебе», - пробормотала я со злобной ухмылкой и проверила время на телефоне. До конца истории Европы оставалось пять минут. Не думаю, что Петерса так уж волнует, приду ли я на последние пять минут занятия, поэтому я прошла мимо учебного корпуса в помещение со шкафчиками, чтобы поменять учебники.
В дверь шкафчика был воткнут аккуратно сложенный квадратный лист бумаги. Положив книги на пол, я вытащила и развернула записку. Там было написано вычурным почерком.
«Я видела тебя и Скаут, и не только я. Будь внимательнее».
Ком страха подступил к горлу, я прислонилась спиной к шкафчику, пытаясь унять сердцебиение. Кто-то видел меня и Скаут, возможно, кто-то последовал за нами от библиотеки через главный корпус к двери, за которой дремлют монстры.
Прозвенел звонок, сообщая об окончании урока.
Я смяла записку в руках.
Одно потрясение за другим!



 
MurkyMargoshaДата: Пятница, 19.07.2013, 17:03 | Сообщение # 14
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
Глава 7

У нас было свободное время перед ужином, и я ждала, когда после занятий вернется Скаут, чтобы рассказать ей о записке.
Мы отправились в мою комнату, чтобы не сталкиваться со звездной компашкой, которая уже расположилась в общей гостиной. Тот факт, что они решили зависнуть в нашем номере, озадачил меня, учитывая их враждебность по отношению к Скаут. Но, как она и говорила, они склонны к драмам. Полагаю, они просто искали повод.
Когда дверь моей комнаты закрылась, я достала из кармана толстовки записку и передала ее Скаут. Она побледнела.
«Откуда это у тебя?»
«Она была в моём шкафчике. Я нашла ее, когда пришла из кабинета Фолли. Это, кстати, отдельная история».
Скаут, опустившись на пол, легла на живот, скрестив ноги в воздухе. А я уселась по-турецки на кровать и рассказала ей о том, что было в кабинете Фолли, а также о том, что Фолли сказала о моих родителях. Даже учитывая упоминание о генетике, Скаут была удивлена, что Фолли вообще мною заинтересовалась. Всем известно, что ее не интересуют студенты, ее больше волнует успеваемость, например, рейтинг в Лиге Плюща или баллы на вступительных экзаменах в университет. Отдельные студенты для Фолли существуют лишь как часть чего-то большего, и намного более важного, а именно как составляющие статистики.
«Может, ей жаль меня?» - предположила я, - «Мои родители оставили меня ради поездки в Европу».
Признаю, прозвучало это довольно жалко, но Скаут этим не проймешь.
«Не вариант», - сказала она, - «Это же школа-пансион. Здесь все вдали от семьи. Итак, что же она сказала? Что твои родители ведут исследования по генетике?»
Я кивнула.
«Да, именно так она и сказала. Но мои родители изучают философию. Точнее они ведут исследования. Они пишут статьи, поэтому и путешествуют. Но это не генетика, и даже не биология. Их стихия – Хайдеггер* , экзистенциализм** и прочее».
«Мм...», - нахмурившись, Скаут подперла рукой щеку, - «Действительно странно. А ты в их кабинете была, видела их материалы? Может они немного упростили свою работу, чтобы тебе было легче понять».
Я покачала головой.
«Я была там, и я видела их дипломы. Видела их книги. Я смотрела их сертификаты». Скаут поджала губы и свела брови, выглядя сосредоточенной.
«Это и в правду очень странно. Хотя, с другой стороны Фолли могла и обознаться. Не трудно представить, что она перепутала родителей одной студентки с родителями другой».
«Я так сначала и подумала», - сказала я, - «но она казалась такой уверенной».
«Хм...», - Скаут перевернулась на спину, закинув руки за голову, - «Вместо размышлений над тайными занятиями твоих родителей, может, лучше решим, что мы будем делать с запиской?»
«Что ты имеешь в виду под словом «мы»? Записка это твое дело, а не мое. Должно быть, кто-то видел тебя».
«Но она же была в твоём шкафчике, Паркер. Возможно, они, видели, как ты за мной следила. Наверное, слышали, как ты топаешь, как слон в своих тапках».
«Во-первых, я сняла тапки, чтобы не шуметь. А во-вторых, я не топаю!» - я кинула в нее подушкой для большей убедительности, - «Я стройная и грациозная, как эльф».
«Но это не значит, что ты не можешь топать».
«Не в моих правилах бить девочек, но...»
Скаут загнулась от смеха: «Хотелось бы на это посмотреть. Давай рискни».
Сердито посмотрев на меня, она указала на колечко в носу.
«Ты хоть представляешь, как больно было сделать эту штуку? Сколько мне пришлось вытерпеть, чтобы достичь этого образа?»
«И это "образ"?»
«Я – воплощение высокой моды!»
«Ага, журнал Vogue завтра назовет тебя трендом осени».
Скаут покатывалась со смеху.
«О чем кто-то мне только что говорил? Девочек не бьешь? Что ж, я тоже».
«Как знаешь», - ответила я, - «Вернемся к записке».
«Правильно, записка», - сказала Скаут, задумчиво покачивая ногой, - «Хорошо, топаешь ты или нет, но нас видели. Это могла быть одна из наших милейших соседок, а может кто-то еще из Св. Софии. Путь к подвалу не такой уж незаметный. Необходимо пройти через Большой Зал, чтобы попасть в главный корпус. Но в этом нет ничего необычного - в том, чтобы ходить в главный корпус, я имею в виду. Девочки иногда учатся в капелле, а по средам там идет богослужение», - приподнявшись, она посмотрела на меня, - «А ты не заметила чтобы, кого-нибудь обратил на нас внимание?»
Я покачала головой. «Я думала, что попалась, когда ты остановилась в Большом Зале. Я на секунду присела за стол, но сразу после тебя ушла оттуда».
«Хм... Ты уверена, что больше никому не говорила?» - спросила Скаут.
«Не говорила ли я, что шляюсь среди ночи по св. Софии и шпионю за своей соседкой, чтобы выяснить, куда она убегает тайком? Нет, я никому не говорила, такое я бы запомнила».
Скаут усмехнулась.
«Только представь, что может случиться, если нас обнаружил кто-нибудь из...», - она мотнула головой в сторону двери, - «... из сама-знаешь-какой шайки. Они тогда точно свихнутся».
«По-моему, я уже свихнулась».
«Конечно, кому еще придет в голову обороняться тапками?»
«Хочешь повстречаться в темной аллее со мной и моими тапками?»
«Зависит от того, как долго ты не спала. Под утро ты становишься троллем».
Мы со Скаут залились смехом, который прервал неожиданный стук в дверь. Мы переглянулись. Поднявшись, я подошла к двери, и, щелкнув замком, открыла.
На пороге стояла Лесли, на этот раз она была в форме - в клетчатой юбке, хлопчатобумажной рубашке и в галстуке. Взгляд ее больших голубых глаз скользнул по мне.
«Я бы хотела войти».
«Хорошо», - ответила я, отступив, чтобы пропустить ее, и закрыла дверь.
«Привет, Барнаби», - сказала Скаут, поднимаясь с пола, - «Что недовольная такая?»
«Эти девчонки так раздражают. Я уже даже свои мысли не слышу».
Как по команде из гостиной донесся громкий смех. Мы одновременно закатили глаза.
«Что привело тебя к нам?»
«Мне надо быть общительной. Ну, знаете, больше разговаривать с людьми».
Все еще стоя у двери, она смотрела на нас в ожидании. Примерно на минуту в комнате повисло молчание.
«Ладно», - наконец, сказала Скаут, - «Хорошее начало, заходи. Как ты провела лето?»
Барнаби пожала плечами, затем, скрестив ноги, опустилась на пол.
«Ездила в лагерь виолончелистов».
Мы со Скаут обменялись взглядами, по которым можно было прочесть, как это скучно. И все же Скаут спросила: «Ну, как было в музыкальном лагере?»
«Не так захватывающе, как вы думаете».
«Ааа», - протянула Скаут, - «Облом».
Оторвав от пола взгляд своих больших глаз, Лесли посмотрела на Скаут, а потом на меня.
«Прошлый год тоже был скучным. Я хочу, чтобы этот стал более интересным. Вы мне кажетесь интересными…»
Скаут, радостно улыбнувшись, хитро подмигнула: «Я знала, что ты мне нравишься, Барнаби».
«…особенно, когда вы исчезаете по ночам», - продолжила Лесли.
Выражение лица Скаут изменилось. Она порывисто села, скрестив ноги перед собой.
«Что значит, исчезаем по ночам?»
«Ты знаешь», - Лесли указала на Скаут, - «Когда ты ходила в подвал», - она посмотрела на меня, - «А ты за ней следила».
«Ааа...», - Скаут принялась поправлять юбку, стараясь изобразить безразличие, - «Значит, это ты оставила записку Лили? Предупреждение?»
«В шкафчике? Да, я».
Снова переглянувшись, мы посмотрели на Лесли.
«И зачем ты это сделала?»
Лесли переводила взгляд с меня на Скаут...
«Потому что я хочу с вами».
«С нами?»
Лесли кивнула.
«Я тоже хочу участвовать. Что бы вы ни делали, я хочу с вами. Я хочу помочь. У меня есть способности».
«Я не признаю, что мы что-то делаем», - осторожно начала Скаут, – «но если бы мы и делали что-нибудь, разве ты знаешь что это?»
«Нет»
«Тогда почему ты думаешь, что у тебя есть способности, которые помогут нам?» - спросила Скаут.
Лесли усмехнулась, выглядя при этом немного зловеще.
«Хорошо. Вы заметили, что я следила за вами? Вы знали, что я там была?»
«Нет», - с одобрением во взгляде ответила Скаут за нас обеих, - «Мы не знали».
«А у нее хорошие доказательства ее способностей», сказала она, обращаясь ко мне.
«Да», - согласилась я, - «Но, зачем тогда надо было оставлять анонимную записку? Почему бы просто не поговорить с нами? Тем более, мы живем вместе».
Лесли безразлично пожала плечами.
«Как я уже говорила, жизнь слишком скучна... Захотелось добавить немного остроты».
«Добавить остроты?» - повторила Скаут сухим тоном, - «Ну что ж, мы можем тебе с этим помочь. Мы будем держать тебя в курсе».



 
MurkyMargoshaДата: Пятница, 19.07.2013, 17:03 | Сообщение # 15
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
«Замечательно!» - сказала Лесли, на этом разговор и закончился.
Скаут, конечно, не поведала Лесли, насколько интересной она была, ну а мне нечего было от себя добавить. Я вряд ли была кем-то большим, чем просто забавная соседка. Скорее меня можно назвать слишком любопытной соседкой.
Я испытала облегчение, от того, что мы разрешили загадку с запиской. Я была спокойна во время обеда, и во время занятий, спокойна пока мы со Скаут сидели в общей гостиной, в которой, на наше счастье, не было надоедливой звездной компашки. Но у меня из головы не шли слова Фолли. Да, я видела статьи, кабинеты, коллег, но ведь все это могло быть вымышленным. Люди придумывают себе тщательно разработанное прикрытие и похлеще университетской карьеры. Могли ли мои родители выдумать какую-нибудь замысловатую историю о своей работе, чтобы их настоящая жизнь оставалась в тени. Если это так, то стоит с сомнения относиться ко всему, что они говорят. Отправляясь в Св. Софию, я думала, что расстаюсь с самыми дорогими мне людьми, с людьми, которые были честны со мной даже, если не всегда все получалось. Но теперь я задумалась. Оглядываясь на свою жизнь, я гадала, что будет, если все, что я знала о маме с папой, все чему я верила, окажется ложью.
Или Фолли все-таки не права. Возможно, она спутала мою семью с другой. Паркер не редкая фамилия. А может, она знала моих родителей еще до моего рождения, и тогда у них могли быть другие интересы.
Но главный вопрос был не в родителях. А во мне. Почему вопросы Фолли так сильно меня беспокоят? Пугают меня? И почему меня так волнует то, что она сказала. Слова Фолли задели за живое, но почему? Были ли у меня собственные сомнения?
Я стала перебирать в памяти все подробности моей поездки в колледж, разговоры с родителями, разговор с Фолли, пытаясь припомнить все детали.
Я не пришла ни к какому заключению, но от этих мыслей понемногу успокоилась. Скаут расположилась на полу в гостиной с плеером и журналом Vogue. А я лежала на диване, закинув руки за голову, и смотрела в потолок.
Завибрировал телефон, и Скаут, потянувшись, схватила его, а потом начала что-то бормотать о тренировках.
«Я понимаю», - сказала я, отмахиваясь от ее извинений, - «Делай то, что считаешь нужным».
Без объяснений она собрала свои вещи, или что там у нее было в сумке с пиратским флагом, и ушла. Я решила остаться, поскольку больше не собиралась заниматься шпионажем. Вернувшись в свою комнату, я достала альбом для набросков и пару карандашей. Я не бралась за рисование с тех пор как приехала в Чикаго. Пришло время взяться за работу, к тому же скоро начнутся занятия в студии.
Впрочем, на занятиях все будет иначе. Обычно я пишу то, что мне подсказывает воображение, и мне это нравится, даже если мои работы и не впечатлили Фолли. Никаких чаш с фруктами или корзин с цветами. Никаких портретов людей в старомодных костюмах. Загадка Скаут Грин подсказала мне тему для рисунка. Карандаш запорхал по шероховатой бумаге, я набросала великана, которого представила за дверью.
Входная дверь так неожиданно открылась, что я чуть не проткнула бумагу карандашом. Звездная компашка ввалилась в комнату с веселым щебетанием. Чтобы не усложнять жизнь себе и Скаут, я закрыла альбом и сунула его под подушку.
Вероника шла за Эмми, а позади них виднелась Мэри Кэтрин с белой глянцевой коробкой из-под обуви в руках.
«Ой», - вырвалось у Мэри Кэтрин, ее озорное выражение сменилась недовольством, когда она заметила меня в дверях моей спальни, - «Что ты здесь делаешь?»
Эмми закатила глаза: «Она же здесь живет».
«Ну да», - сказала Вероника с коварной улыбкой, устраиваясь на пороге, - «М. К. сказала, что ты сегодня встречалась с Фолли».
М. К. оказывается болтушка.
«Ага», - ответила я.
Вероника скрестила руки на груди, а Мэри Кэтрин и Эмми встали позади, как королевский эскорт.
«Вообще-то Фолли никогда не беседует со студентами».
«Уверена?»
«Еще как уверена!» - сказала Вероника, - «Поэтому нам интересно, почему ты была приглашена в святая святых?»
«Удалось узнать что-нибудь интересное?» - хихикая, спросила Мэри Кэтрин.
Я чуть было не рассказала им о том, что этот пятиминутный разговор с Фолли поставил под сомнение мой почти шестнадцатилетний личный опыт и заставил задуматься о родителях, семье, и всей моей жизни в целом. Но я сдержалась. Не очень хотелось делиться с этой троицей своими страхами. Они используют мою слабость в своих целях.
Я удивилась, что Мэри Кэтрин попросту не подслушала под дверью Фолли. У нее была возможность это сделать.
«Ничего особенного», - наконец, ответила я, - «Фолли просто осведомилась все ли в порядке. Я ведь новенькая», - добавила я, - «Она хотела узнать, хорошо ли я устроилась».
На лице М. К. появилось разочарование, а губы сложились в недовольную гримасу.
«А... Понятно…»
Ее надежды на драму не оправдались. Опустив руки, она направилась в комнату Эмми. Эмми пошла следом, а Вероника задержалась.
«Ты идешь или как? Мы не собираемся ждать тебя целый день», - сказала она.
Я не сразу сообразила, что она обращается ко мне.
«Я иду?»
Она закатила глаза и повернулась на каблуках.
«Пойдем», - сказала она и поманила меня кивком головы. Удивленно моргнув, я спрыгнула с кровати и последовала за ней. Подойдя к двери в комнату Эмми, она остановилась на мгновенье, очевидно приглашая меня войти.
Понятия не имею, зачем она позвала меня, просто стало любопытно, что же будет дальше. Такую возможность нельзя было упустить.
«Иду», - я присоединилась к Веронике. На пороге она снова кивнула головой в сторону комнаты, и я отважилась войти. В глаза бросилось буйство розовых оттенков.
Комната выглядела как после взрыва на заводе по производству Барби. Розовым было все: стены, ковер, покрывала, подушки. От ярких оттенков зарябило в глазах.
Все в этой комнате было отборным: плоский телевизор, ноутбук новейшей модели, причудливая стереосистема с плеером Ipod, добротное пуховое одеяло. Конечно, все это было расцветки «вырви глаз», но качество я оценила.
«Милая комната», - не совсем честно призналась я, когда Вероника закрыла за мною дверь. Мэри Кэтрин уже устроилась на кровати Эми, усевшись нога на ногу, с глянцевой обувной коробкой на коленях. Эмми сидела на прозрачном пластиковом стуле рядом со столом из такого же пластика.
«Зачем она здесь?» - спросила Мэри Кэтрин.
«Хотим посмотреть, насколько она крутая».
Судя по тому, как Мэри Кэтрин поглаживала коробку, я предположила, что моя экскурсия в розовое королевство и проверка на крутость связаны с тем, что в этой коробке … или с моей реакцией на это.
«Откуда нам знать, что она не стукачка?» - возразила Мэри Кэтрин.
«Да ладно тебе, М.К, Лили ведь из Нью-Йорка, она разбирается, что к чему».
Вообще-то я из Сагамора, а не из Нью-Йорка, но я была так озадачена, что не стала ее поправлять. Загадка этого неожиданного приглашения разрешится, когда Мэри Кэтрин откроет крышку коробки. Слишком много загадок для одного дня. Когда же они прекратятся?
«Ну, типа разбираюсь», - слабым голосом откликнулась я.
«Ты готова?» - спросила Вероника, а пальцы Мэри Кэтрин потянулись к крышке коробки.
«Готова», - ответила я.
Я уже и не знала, чего ожидать после таких приготовлений. Там субстанция, изменяющая сознание? Бриллианты или краденая электроника? Оружейный плутоний? Если бы они были мальчиками, то там могла бы быть пиротехника или журналы с обнаженными девицами.
Окруженная девочками, Мэри Кэтрин откинула крышку. Там было полно сладостей, диетической газировки, последний выпуск Cosmopoliten, энергетические напитки и ароматизированные сигареты. Это было больше похоже на содержимое сумочки топ-модели.
«Ну как?» - поинтересовалась М.К. – «Довольно мило, правда?»
Я открыла, было, рот, и снова закрыла. Они хранили там выпуск Cosmo, как будто это контрабанда, хотя в Америке его можно приобрести в любом магазине и газетном ларьке. Я до сих пор чувствовала себя на вражеской территории, но сейчас не время атаковать.
«Эээ… Чего у вас только нет…»
Вероника достала пачку сладких сигарет, и вытащила оттуда карамельную палочку.
«У нас есть друзья, которые нам все это приносят», - сказала она, откусывая кончик конфеты.
«И родители Мэри Кэтрин нам поставки делают», - добавила Эмми, с неодобрением в голосе.
Мэри Кэтрин закатила глаза: «Нам необходимо это», - сказала она, - «В Св. Софии все такое здоровое, органическое, обогащенное витаминами. Слабостям, типа этих, здесь не место. Если Фолли обнаружит это, нам здорово влетит», - она окинула меня оценивающим взглядом, - «Ты же можешь держать рот на замке?»
Глянув на пакетик с лакричными конфетами, которые были моей слабостью, я кивнула.
«Без проблем».
Мэри Кэтрин фыркнула, проследив за моим взглядом, взяла пакетик с конфетами и кинула его мне. Я поскорее открыла его, даже не задаваясь вопросом, почему она делится со мной сладостями, и принялась жевать головку крохотной мармеладной собачки.
Вероника посмотрела на своих подружек, ее взгляд скользнул в мою сторону, в глазах промелькнуло что-то похожее на договоренность.
«Знаешь, Паркер, мы не храним здесь все припасы Мэри Кэтрин, на случай, если Фолли нагрянет в комнаты с проверкой. Остальное спрятано в тайнике. Мы зовем его сундуком с сокровищами. Мы собирались пополнить наши запасы».
Вероника посмотрела на меня, похоже она что-то обдумывала.
«Ты можешь пойти с нами, если хочешь. Мы возьмем тебя в долю».
Было бы глупо ни в чем их не заподозрить. Клад, в который с таким увлечением играли эти стильные городские девчонки, не был таким уж захватывающим. А самое главное, они были непривычно милыми. Я гадала, может они пытаются предпринять странную попытку подружиться, хотя, похоже, в их тайном умысле было что-то более коварное.
Но не только у них были секретные планы. Фолли выбила почву у меня из-под ног. Теперь у меня появился шанс взять контроль в свои руки. Начать действовать.
«А где конкретно у вас тайник?»
Я посмотрела на Эми, надеясь на честный ответ.
«Внизу, в подвале», - сказала она.
«Решено», - подумала я. Прогулка в подвал приблизит меня к разгадке, чем там занимается Скаут, и чему-то еще, что происходит в школе для девочек Св. Софии.
Я кивнула.
«Я с вами. Вперед на поиски сокровищ!»



 
MurkyMargoshaДата: Пятница, 19.07.2013, 17:04 | Сообщение # 16
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
Глава 8

Мы вооружились розовыми фонариками, припрятанными в нижнем ящике стола Эмми. Также я заметила там розовый набор инструментов, розовую аптечку и розовые батарейки. Эмми, очевидно, основательно подготовилась.
Я довольно скептически отнеслась к их предприятию, предполагая, что звездная компания до добра меня не доведет, «сокровища» могли обернуться неприятностями с упоминанием моего имени. Я не исключала вероятность того, что мне придется сегодня побегать и была рада, что на мне ботинки, а не в шлепанцы, полагая что, ими и ударить можно посильнее, если до этого дойдет.
Скаут еще не вернулась, когда мы покинула наши комнаты: трое «звезд» и одна любопытствующая, во главе с Вероникой. Часы показывали около 10 вечера, в коридорах было пусто и тихо. Мы следовали по тому же маршруту, по которому два дня назад я шла за Скаут - вниз по лестнице на первый этаж, затем назад по главному коридору к Большому Залу и в главный корпус. Но вместо того, чтобы остановиться у двери, как Скаут, мы прошли левее по административному коридору, в котором я была сегодня днем с Мэри Кэтрин.
Мы еще не включали фонарики, поэтому я сомневалась, стоило ли их вообще брать. Но когда внезапно по холлу начали эхом раздаваться шаги, я обрадовалась, что мы их не включили. Вероника вытянула руку вперед, и мы остановились позади. Обернувшись с взволнованным видом, она подала знак рукой, чтобы мы отодвинулись. Мы отошли на цыпочках на пару шагов назад и столпились в одной из полукруглых ниш коридора. Я закусила губу, стараясь не дышать, сердце бешено колотилось, и я думала, что его стук эхом раздается по всему коридору.
Казалось, что прошел целый час, пока звук шагов, наконец, не стал затихать, возможно, это «горгона», надзирательница с блокнотом, удалялась в другом направлении.
Вероника выглянула из укрытия, вытянув одну руку назад, будто удерживая нас, пока она разведывает обстановку.
«Все тихо», - наконец, прошептала она, и мы двинулись дальше. Вероника шла впереди, следом Мэри Кэтрин, Эмми и я. Не удержавшись, я оглянулась, но сзади было пусто, только пятна лунного света мерцали на известковом полу.
Мы шли дальше по административному коридору, но, не дойдя до кабинета Фолли, свернули в проход, который оканчивался лестницей. Воздух становился прохладнее, по мере того как мы спускались в подвал, сложно было отделаться от ощущения, что нас там ожидает что-то малоприятное. Возможно, мы приближались к той гадости, что гналась за Скаут. Трудно было представить, чтобы кто-то из звездной компашки догадывался, что скрывается в коридорах под их причудливой школой. Если бы они знали, то, конечно, издевались бы над Скаут из-за этого. Это вполне в их духе.
«Почти пришли», - прошептала Вероника, когда мы добрались до конца лестницы. Мы вошли в очередной коридор. Я слышала, что в некоторых зданиях бывают секретные проходы под землей, интересно, зачем монахиням понадобилось строить подземный лабиринт в женском монастыре, задача не из легких, если учитывать, что в те времена не было ни подъемных кранов, ни другой специальной техники.
«Мы на месте», - наконец, сказала Вероника, останавливаясь у простой деревянной двери. На ней, также и как на двери кабинета Фолли, золотыми заглавными буквами было написано «Смотритель».
Я удивленно подняла брови.
«Мы собираемся в каморку сторожа?»
Не ответив, Мэри Кэтрин и Вероника повернули латунную ручку, и дверь со скрипом открылась.
«Взгляни», - сказала Вероника, с улыбкой придерживая открытую дверь.
Я вошла, и у меня челюсть отвисла от увиденного.
Комната, отделанная известняком, была почти пуста, там находилась только одна вещь – маленький Чикаго, модель города в уменьшенном масштабе. От полуметрового небоскреба Сирс-Тауэр с двумя поблескивающими антеннами (его даже я узнала), до реки Мичиган и колеса обозрения на пирсе Военно-Морского Флота. Все миниатюрное, очень детально выполненное. Такое мог создать только тот, кто любит Чикаго и хорошо его знает.
«Кто это сделал?»
«Без понятия», - ответила Вероника, - «Это было здесь еще до того, как мы нашли это место. Правда, мило?»
«Очень», - пробормотала я, обходя комнату по периметру, чтобы получше рассмотреть городок.
Модель практически утратила краски - здания и ландшафт, все из тонкого картона, были разных оттенков серого, кроме нескольких символов, отмечающих некоторые части города. Темно-синий символ состоял из четырех соединенных кругов и походил на сильноизогнутый знак «плюс». Зеленый круг обрамлял заглавную букву «Y».
Думаю, эти символы указывали на расположение в городе чего-то, что различалось на два типа. Я дошла до озера Мичиган - пустого пространства на полу, и заглянула между зданиями, высматривая школу Св. Софии. Найдя небоскреб Ист-Эри, я заметила, что поблизости было два символа: четыре круга возле Мичиган Авеню и, что более интересно, обведенное «Y» в паре кварталов от Св. Софии.
«Что означают эти символы?» - спросила я.
Не дождавшись ответа, я оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как закрылась дверь, и щелкнул дверной замок. Обогнув пирс Военно-морского флота, я бросилась к двери и обеими руками дернула за ручку.
Безуспешно.
Я трясла ее, пытаясь повернуть, снова дергала.
Все безрезультатно, изнутри дверь не отпиралась. Там была только латунная замочная скважина.
«Эй», - закричала я, стуча кулаком в дверь, - «Вероника, Эмми, Мэри Кэтрин? Вы меня здесь забыли!»
У меня еще оставалась надежда, что они случайно заперли меня в школьном подвале, может они забыли, что отправились в подземелье вчетвером и только трое возвращаются.
Но, конечно, это была не случайность. Единственным ответом мне было хихиканье, которое эхом отдавалось по коридорам.
«Это не серьезно!» - крикнула я, и выругалась, проклиная собственную глупость.
Конечно же, здесь не было никаких сладостей, спрятанных сигарет и энергетических напитков. Хотя сокровище все-таки было, звездная тусовка хоть в чем-то не обманула, в потайной комнате была затейливая масштабная модель города. Но они, похоже, упустили эту деталь, заинтересованные лишь в том, как использовать комнату только для того, чтобы разыграть меня, как дурочку.
Я пнула дверь, но ничего кроме вибрирующей боли в ноге не добилась. Оказывается, мои любимые ботинки защищают от ударов не лучше шлепанцев. Опершись одной рукой на дверь, я потерла ушибленную ногу, браня себя за то, что вообще с ними связалась.
Одно дело – ночные прогулки по школе, я уже так делала. Но быть запертой в кабинете смотрителя в покинутом всеми подвале частной школы - это неприятность покруче. И все из-за моей тяги к расследованиям.
Когда пульсирующая боль в ноге, наконец, стихла, я встала. Как бы то ни было, застряв здесь, я, вероятно, приблизилась к тому, кто притаился за железной дверью. Пришло время действовать.
Взяв в одну руку розовый фонарик, и уперев вторую в бок, я осмотрелась. К несчастью, выход отсюда предусмотрен не был. Дверь заперта снаружи, а ключа у меня нет.
«Надо подумать...», - пробормотала я, кладя свой фонарик на пол. Здание старое, а у меня есть отмычка. Я сняла через голову свой ключ на ленточке.
«Попробуем». Скрестив пальцы на удачу, я вставила ключ в замок.
Бороздки не совпали.
Снова выругавшись, я вытащила ключ и повесила его обратно на шею. Мой взгляд упал на фонарик, может попробовать разбить им замок, но неизвестно, сколько я еще тут пробуду. Пожертвовать фонариком - не лучшая идея.
Отойдя, я осмотрела дверь. Она была такой же, как и все двери в главном здании, старинная тонкая деревянная панель, подвешенная к косяку на двух латунных петлях. Штыри в петлях был достаточно большими, если выбить их и снять дверь с петель, может мне удалось бы протиснуться в образовавшуюся щель. Но мне совсем не хотелось быть снова вызванной в кабинет Фолли, на этот раз за порчу школьного имущества.
Можно не сомневаться, что звездная компашка доложит ей, кто повинен в этом. Полагаю, этот случай навсегда запечалится в моем личном деле.
Оставив все попытки взять дверь штурмом, я оглянулась на остальную часть комнаты в поисках выхода. Может тут есть потайная дверь? Есть же в кабинете Фолли одна, не удивлюсь, если и в тайной подвальной комнате обнаружится секретный выход. Я обошла помещение вдоль стен, прощупывая известковую черепицу, в надежде найти какой-нибудь спусковой механизм.
Я уже дважды обошла все вокруг.
Но ничего не нашла.
Я уже собиралась было сдаться, как мне пришла в голову мысль. Модель, очевидно, требовала большого мастерства, много работы над всеми крошечными зданиями и всей архитектурой. Значит, кто-то провел здесь много времени, множество часов.
Но если дверь запирается снаружи, не мог же архитектор сидеть тут часами, самозабвенно работая над своим проектом. Ему ведь понадобился бы другой выход? Определенно он или она имели свой собственный проход. Должно быть, я его не заметила.
Я была в дальнем углу комнаты, когда увидела сверкание, отблеск в восточной части города. Я потянулась туда, блеск исходил от двух антенн Сирс-Тауэра.
Я подошла поближе. Антенны были металлическими, и это была единственная металлическая деталь в крошечном городке. Все остальное было выполнено из серого картона.
«Интересно...», - пробормотала я, опускаясь на колени на один из притоков реки Чикаго. Я осторожно протянула руку к антенне и очень аккуратно подергала шпиль.
Он не двигался.



 
MurkyMargoshaДата: Пятница, 19.07.2013, 17:05 | Сообщение # 17
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
«Давай же...», - сказала я, принимаясь за другой шпиль. Ухватившись за кончик, я, понемногу расшатывая антенну, почувствовала, что она скользит в картоне. Еще одно усилие, затем еще, я старалась не повредить крышу здания.
Наконец она выскользнула. Я поднесла ее к свету.
Это был ключ!
«Вот это да!» - воскликнула я, вставая с озера. Возможно, еще рано было радоваться - я же не знала, подойдет ли ключ к замку. Но для запертого здесь архитектора это была победа, для меня тоже. И, что немаловажно, это было поражением звездной тусовки.
Я прошлась, вдоль реки, дошла до озера и повернула к двери. Вставила ключ в замок и повернула.
Замок с щелчком открылся.
Неловко признаться, но я даже затанцевала от радости.
Подумав о том, что этот ключ может пригодиться кому-нибудь, кого также запрут здесь, я вернула его на место в Сирс-Тауэр. Посмотрев на город, я взяла на заметку, что надо рассказать об этой модели Скаут, вдруг она о ней еще не знает. Хотя я подозреваю, символы на зданиях как-то связаны с тем, чем она занимается, и с тем «мусором», с каким борются она и ее друзья.
Кстати о битвах, самое время продумать следующий шаг.
Вариант первый: вернуться в наш номер и посмотреть на лица Вероники и прочих. Они, наверное, сейчас злорадствуют, что заперли меня здесь, а я торжествую, что выбралась. Не думаю, что выберу этот вариант в такую волнительную ночь четверга.
Вариант второй немного более рискованный. Я присоединилась к звездной компании, в надежде, узнать что-нибудь интересное. И в этом я преуспела.
Сейчас, когда они вернулись в свое розовое королевство, у меня появился шанс на собственное расследование. Вот уже второй раз за ночь я склоняюсь к опасным действиям. Раз уж мне удалось выбраться из закрытой комнаты, значит удача на моей стороне.
Я в последний раз взглянула на город и прикрыла за собой дверь.
«Спокойной ночи, Чикаго», - прошептала я.
Не удивительно, что коридор был пуст. Пока я выбиралась из помещения смотрителя, звездная компания уже скрылась. Сейчас они где-нибудь празднуют свою победу. Они многого не знают.
Коридор разделялся надвое: одна часть вела к лестнице на первый этаж, а вторая, наверное, уходила глубже в подвал. Я уже приняла решение снова прикинуться детективом, поэтому выбрала путь, по которому еще не ходила.
Двигаясь медленно, я прислонилась плечом к стене, стараясь быть как можно незаметнее. Проход упирался в Т-образный коридор. Я направилась туда. Эта часть подвала была хорошо освещена, и я не включала фонарик, но сжимала его с такой силой, что скоро взмокли ладони. Я все еще находилась в подвале, значит то, что Скаут заперла за железной дверью, было поблизости. А это означало, что надо быть начеку.
Я дошла до конца коридора без происшествий и остановилась у развилки. Проходы вправо и влево были пусты, и я понятия не имела, где нахожусь относительного остального здания. И что еще хуже оба прохода были длинными и темными. Здесь не было ни основного освещения, ни канделябров на стенах - только темнота.
Сложный выбор. У меня даже монетки с собой нет, чтобы подбросить или магического шара* . Поэтому я выбрала другой не менее солидный способ для принятия важного решения.
Только я начала детскую считалку «Аты-баты, шли солдаты...», как земля подо мной задрожала. Меня швырнуло в проход, пришлось опереться о стену, чтобы устоять на ногах, пока пол подо мною вибрировал.
Но все закончилось также внезапно, как и началось. Все еще опираясь ладонями об известковые кирпичи, с колотящимся в груди сердцем, я посмотрела на потолок, ожидая крики, топот и прочие признаки последствия «Землетрясения, Которое Поглотило Чикаго».
Но все было тихо.
Слева раздались шаги, поспешно приближающиеся ко мне с другого конца коридора. Я попыталась сглотнуть подступивший ком в горле.
Включив фонарик, я направила его в темноту. Слабого луча света не хватало, чтобы разогнать мрак, я даже прищурилась, чтобы получше присмотреться.
И тогда я увидела их - Скаут и Джейсона позади нее, оба в школьной форме. Они мчались так, будто от этого зависела их жизнь. Я направила луч фонарика в пол, чтобы не ослепить их, гадая, что же могло приключиться.
«Скаут?» - позвала я, но от страха сдавило горло, я попробовала снова, на этот раз вышло лучше.
«Скаут!»
Они все еще были далеко, коридор оказался глубоким. Они бежали со спринтерской скоростью, а позади был кто-то еще.
После того как я помогала Скаут от чего-то сбежать, меня уже не удивило, что за ними гонятся. Но я и не знала, чего ожидать.
Когда они приблизились, я разглядела за ними блондинку, которую мы видели в саду с колоннами в понедельник, девушку в капюшоне, которая наблюдала за нами. Она неслась во весь опор за Скаут и Джейсоном. Но даже при бешеном беге выражение ее лица было отсутствующим, только странный блеск в глазах выдавал признаки жизни. Ее длинные волнистые волосы развивались на бегу, а руки тянулись к ним.
Вдруг она отвела руку назад, а затем резко вытолкнула ее вперед, будто, что-то бросила в нас. Воздух и земля содрогнулись, как в прошлый раз, но встряска была сильнее, меня сшибло с ног. Я приземлилась на колени и на руки.
Когда я снова подняла глаза, Скаут и Джейсон уже оказались в метре от меня. Значит, блондинка тоже была на подходе. Я заметила выражение ужаса на лице Скаут. «Вставай, Лили», - закричала она, - «Беги!»
Я выругалась так, что даже сапожник бы покраснел, и вскочила, как было велено, не обращая внимания на ушибленные колени. Все трое, мы понеслись вниз по проходу, в поисках безопасного укрытия.
Мы бежали по одному коридору, затем по следующему, удаляясь от того пути, которым я пришла со звездной тусовкой - возможно, это к лучшему, в той части не было огромной железной двери, чтобы скрыться от них.
И чтобы скрыться от нее...
Не знаю, какие фокусы выделывала эта блондинка, но она сделала это снова, земля задрожала под ногами. Не представляю, как она это делает - заставляет ходить ходуном пол и не только пол, но и стены - но это у нее мастерски получается. Мы все пошатнулись, Скаут удержалась за стену, чтобы не упасть, Джейсон поймал ее за локоть. Я уцепилась за известняк, почти налетев на камни лицом. Она снова сшибла меня с ног. Я приземлилась на руки, ладони горели от удара об пол.
Скаут и Джейсон удержались на ногах и уже успели отбежать на пару метров вперед, прежде чем заметили мое отсутствие.
«Лили!» - крикнула Скаут, но я уже смотрела на блондинку. Повелительница землетрясений стояла надо мной. Я задумалась, если я уже на полу, что еще она может мне сделать?
А вот парень, который появился из-за ее спины, мог мне навредить. Он был старше ее, студент, может быть. Черные кудрявые волосы, широкие плечи и голубые глаза, от взгляда которых бросало в дрожь. В них читался голод. И этот голод был направлен на меня.
Я сглотнула, страх и паника сковали меня, но я пыталась заставить мозг работать, пыталась подняться на ноги, но попытки были неуклюжими, тело не подчинялось.
Выйдя из-за блондинки, парень пробормотал что-то, и, как и она, взмахнул рукой в мою сторону.
Давление воздуха в помещении изменилось, что-то метнулось в мою сторону. И это что-то он создал движением руки. Это было похоже на линзу из зеленого дыма, но это был не настоящий дым. Это был даже не предмет. Было больше похоже на то, что весь воздух исказился.
Я была все еще на полу, с того момента, как я упала, прошла секунда или две, но от паники время замедлилось. Широко раскрыв глаза, я уставилась на то, что двигалось ко мне. Ни жизнь в Сагаморе, ни неделя в Чикаго, ничто меня не подготовило меня к такому, чем бы оно ни было. И это нечто почти касалось меня.
Говорят, в некоторые мгновения вся жизнь проносится перед глазами. Это был как раз тот случай. У меня была всего секунда, этого не достаточно, чтобы увернуться, поэтому я только развернулась спиной. Искаженный воздух врезался в меня с силой несущегося поезда, из меня дух вышибло. Все тело изогнулось, эта сила, будто огнем, пронзила позвоночник, торс, конечности.
«Лили!» - пронзительно закричала Скаут.
Пол снова содрогнулся подо мной, я услышала грохот, рев, похожий на рычание разъяренного животного. Послышались удары и звуки борьбы, я не могла пошевелиться, все тело сковала боль, в конечностях чувствовался жар. Перед глазами плясали цветные круги, мир (а точнее часть пола, которую я могла видеть из своего положения) был окутан зеленой дымкой.
Должно быть, я отключилась, потому что, когда я снова приподняла веки, я была в воздухе, в чьих-то сильных руках. Я посмотрела вверх и увидела яркие глаза, цвета весеннего неба в прериях, взгляд их был устремлен на меня.
«Джейсон?» - спросила я, мой голос звучал глухо и отдаленно.
«Держись, Лили. Мы вытащим тебя отсюда».
Мир потемнел.



 
MurkyMargoshaДата: Понедельник, 17.03.2014, 14:44 | Сообщение # 18
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
ГЛАВА 9

Я открыла глаза и тут же зажмурилась от ослепительного солнечного света, льющегося из окна во всю стену слева от меня и отражавшегося от белых стен комнаты, в которой я находилась. Посмотрев вниз, я обнаружила, что лежу на высокой кровати, мои ноги укрыты белой простынею и тонким одеялом, а сама я укутана в больничный халат.
«Ты очнулась!»
Я подняла глаза, на пластиковом стуле возле кровати сидела Скаут с толстой книгой в кожаном переплете. Она была в школьной форме, но поверх рубашки был накинут кардиган.
«Где я?» - спросила я, заслоняя глаза рукой.
«В клинике на Ла-Салль Стрит», - ответила она, - «В нескольких кварталах от школы. Ты спишь уже 12 часов. Врач ушла пару минут назад. Она сказала, что сотрясения нет, тебя принесли сюда, когда ты отключилась».
Я кивнула в сторону окна: «Ты можешь что-нибудь сделать со светом?»
«Конечно», - отложив книгу, она встала и подошла к окну. Пришлось повозиться со шнуром, пока жалюзи не закрылись, и в комнате стало темнее. Закончив, она повернулась и, скрестив на груди руки, посмотрела на меня.
«Как ты себя чувствуешь?»
Я бегло оценила свое состояние. Ничего не сломано, но убийственно болит голова, и все тело ломит, будто я пару раз хорошо приложилась об пол.
«Слабость, в основном. Голова болит и спина».
Скаут кивнула: «Тебе здорово досталось!» - она подошла к кровати и присела на край, - «Мне жаль, что я впутала тебя в это, но, прежде всего, скажи как ты, собственно, оказалась в подвале?»
В ее тоне читался другой вопрос: «Ты опять следила за мной?»
«Звездные подружки пошли вниз и позвали меня с собой».
Скаут побледнела.
«Звездная компашка? Они были в подвале?»
Я кивнула: «Они скормили мне историю о тайнике с контрабандными припасами, но это оказался просто розыгрыш. Они заперли меня в комнате с макетом».
«В комнате с макетом?»
Я изобразила руками квадрат.
«Потайная комната смотрителя, в которой находится превосходный макет города. Я думаю, ты знаешь, о чем я».
«А...ты об этом».
«Да. Слушай, я была терпелива и не спрашивала о полуночных исчезновениях и прочих тайнах подвала, но…», - я обвела взглядом больничную палату, - «но, полагаю, пришло время мне рассказать».
После минутного размышления она кивнула.
«Ты права. Тебя ударило заклинанием огня».
Пару секунд я просто смотрела на нее. Мне потребовалось время, чтобы осознать, что она, действительно, дала мне прямой ответ, хотя я и не поняла, что она имела в виду.
«Что, прости?»
«Магия огня. Название, насколько я знаю, пошло из средневековья. Собственно, мы считаем, что так оно и есть. В действительности, это вопрос магической археологии, и нам не обязательно в это вдаваться. Магия огня», - повторила она, - «Это то, что ударило тебя. Та штука похожая на зеленую контактную линзу. Это было заклинание, которое послал Себастьян Борн. Миловидное воплощение зла».
Я уставилась на нее.
«Магия огня?»
«Понадобится время, чтобы все объяснить».
Я указала на монитор позади меня и на капельницу, стоящую рядом с кроватью. «Думаю, в моем расписании теперь свободного времени предостаточно».
Скаут поникла, ее обычный сарказм сменился более печальным и испуганным выражением. В глазах была тревога.
«Прости, Лил. Я так испугалась, я думала, что потеряю тебя».
Я кивнула, но все еще не была готова простить ее.
«Я в порядке», - сказала я, хотя сама не была в этом уверена.
Скаут опустила голову и, сморгнув слезы, указала на прикроватный столик.
«Твои родители звонили. Интересно, это Фолли сообщила им, что ты здесь? Я сказала, что с тобой все нормально, просто ты упала с лестницы. Я не знаю, что еще можно было сказать».
«Я тоже», - пробормотала я, беря телефон с тумбочки. Они оставили мне голосовое сообщение, которое я прослушаю после, и пару СМС. Я открыла телефон и набрала мамин номер. Она тотчас ответила сквозь треск и шум связи.
«Лили? Лили?» - говорила она громче, чем обычно. В голосе слышался страх. Тревога.
«Привет, мама! Я в порядке. Просто захотелось позвонить».
«Слава Богу!» - сказала она с облегчением, - «Марк, она в порядке!» - голос смягчился, когда она обратилась к отцу, который наверняка был рядом, - «У нее все хорошо. Лили, что случилось? Мы так переживали! Марселин позвонила и сказала, что ты упала».
Я открыла было рот, но совсем забыла, что хотела сказать, до того я удивилась, что моя мама зовет Фолли просто по имени. Поэтому я спросила первое, что пришло в голову. «Вы знаете Фолли? То есть, я хотела сказать, миссис Фолли?»
Возникла странная пауза, в трубке послышался треск. Я плотнее прижала телефон к уху.
«Мам, ты пропадаешь. Ты меня слышишь?»
«Извини, мы в дороге. Да, мы знаем Марселин.... треск ... ты в порядке?»
«Все хорошо», - повторила я снова, - «Я проснулась и чувствую себя хорошо. Я просто поскользнулась. Почему вы раньше не позвонили?»
На этот раз я расслышала только «путешествуем» и «отель», потом связь оборвалась. Пару секунд я смотрела на телефон, не решаясь его закрыть.
«Я только что соврала родителям», - резко сказала я, возвращая телефон на тумбочку. В голосе звучало раздражение, но, учитывая обстоятельства, думаю, мне это простительно.
Скаут хотела что-то возразить, но не успела она и слова сказать, как в дверь постучали. Она встретилась со мной взглядом и пожала плечами.
«Входите», - сказала я.
Дверь приоткрылась, и из-за нее показался Джейсон.
«Надо же», - промурлыкала Скаут, лукаво мне подмигивая. Я послала ей испепеляющий взгляд, в то время как Джейсон полностью открыл дверь и вошел. Сегодня на нем не было формы Академии Монклер, он был в обычных джинсах и темно-синей кофте на молнии. Знаю, время было не подходящее, чтобы думать об этом, но темно-синий удивительно шел к его глазам. На плече у него висел рюкзак, а в руке была тонкая ваза с одним единственным цветком - пионом, кажется. Но цветок и рюкзак были не единственным сопровождением Джейсона. Когда вслед за ним появился Майкл, я также хитро подмигнула Скаут, как и она мне. По ее щекам разлился румянец.
«Просто хотели проведать тебя», - сказал Джейсон, закрывая за Майклом дверь. Он поставил свой рюкзак на второй пластиковый стул и с улыбкой протянул руку, - «И принесли тебе цветок».
«Спасибо», - сказала я, смущенно поправляя волосы. Сомневаюсь, что можно хорошо выглядеть, провалявшись двенадцать часов в бессознательном состоянии. Скаут взяла у него вазу и поставила ее на тумбочку рядом с белыми тюльпанами.
Я указала на букет.
«А это от кого?»
Скаут, казалось, только что заметила тюльпаны.
«Посмотрим...», - она вытащила карточку, и, нахмурившись, посмотрела на меня. «Здесь написано «От совета попечителей»
«Наводит на размышления», - проворчала я, должно быть Фолли позвонила им.
«Гарсия не хотел сегодня учиться», - сказал Джейсон, - «и мы решили прогулять».
Скаут, приподняв бровь, посмотрела на Майкла: «А в остальное время Гарсия хочет учиться?»
«И такое бывает, Грин», - сказал он и направился к кровати. Подойдя, он взял меня за руку и пожал ее.
«Как ты себя чувствуешь?»
«Будто меня катком переехали».
«Понимаем», - отозвался Джейсон из-за спины Майкла.
«Скаут начала мне рассказывать о том, что происходит под землей Чикаго».
Джейсон и Майкл посмотрели на Скаут. Думаю, ее признание вызвало у них смешанные чувства.
«Теперь, когда все в сборе», - продолжила я, укладывая руки на коленях, - «Вы можете сами выбрать того, кто желает все мне объяснить. Голубоглазый или кареглазый?» - я перевела взгляд на Скаут, - «Или зачинщица?»
«Вовсе я не зачинщица», - сказала Скаут, - «Позволь напомнить, это за мной гнались, я никого не преследовала».
«Зачинщица», - повторил Майкл с усмешкой, - «Мне это нравится»
Скаут показала ему язык, а он ей подмигнул. Она снова вспыхнула румянцем. Я еле сдержала улыбку.
«Ты права. Тебя втянули в конфликт, и ты имеешь право получить ответы. Что ты хочешь знать?»
«Скаут уже рассказала, что меня ударили магией огня», - сказала я, - «остальное я додумала сама. Вы трое в сговоре, бродите под монастырем и сражаетесь с плохими типами, которые устраивают землетрясения и швыряются огнем».
Молчание.
«Вполне не плохо», - наконец, сказала Скаут.
Майкл подмигнул мне: «Ну как тебе землетрясения и метание огня?»
Хмуро посмотрев на тонкую больничную простынь, я принялась обрывать катышки с ткани. Думаю, сейчас самое время задуматься, во что же меня втянули или, может быть правильнее будет сказать, зашвырнули.
«Я не уверена», - начала я после минутного молчания, - «Я думаю, я не в том положении, чтобы сомневаться в реальности происходящего. Я испытала на себе и землетрясение и огонь. Это больно», - призналась я. От воспоминания об опаляющем жаре меня передернуло, я повела плечами, чтобы расслабится.
«Но я жива», - сказала я, посмотрев на них, - «И пока я не могу принять это как данность. Кроме того, я еще не успела все хорошенько обдумать. Определиться, есть ли во всем этом смысл».
Я посмотрела на Скаут. Она сидела поникшая, закусив губу. На лице написан страх и возможно, сожаление. Наверное, чувствуешь беспомощность, понимая, что тот, кого ты впустил в свою жизнь, может из нее исчезнуть, оставив тебя одного.
«Это имеет смысл», - тихо сказала она. Высказывание было утверждением, но в ее тоне звучал вопрос: «Что теперь будет с нами и нашей дружбой?»
Мы посмотрели друг на друга, и в это мгновение что-то перевернулось во мне - я поняла, что мне дана возможность обрести что-то вроде новой семьи, возможность доверять кому-то, рискнуть. Мои родители за четыре тысячи миль отсюда, зато у меня появилась новая лучшая подруга. И это дорогого стоит. Это то, за что надо держаться.
«Хорошо, тогда…», - начала я, пристально взглянув на Скаут, - «Думаю, лучше вам все мне рассказать».
Потребовалось всего мгновение, чтобы она осознала, что я согласна участвовать во всем, чем бы они ни занимались. Когда Скаут поняла это, лицо ее просияло.



 
MurkyMargoshaДата: Понедельник, 17.03.2014, 14:45 | Сообщение # 19
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
Прежде, чем мы совсем расслабимся, Джейсон вступил в разговор.
«Перед тем, как ты расскажешь ей больше того, что она уже знает, подумай о том, что ты делаешь», - начал он, - «Она была под землей совсем недолго. Значит, есть вероятность, что они ее не узнают. Мы снова можем заняться своими делами, и им не обязательно знать о ее существовании».
Он скрестил руки и нахмурился.
«Но если ты просветишь ее, она станет участницей конфликта. Частью сообщества. Ты привлечешь к ней внимание, они отметят ее как сторонника анклава . Она станет мишенью. Если ты ей расскажешь, она будет в деле. Как бы то ни было, она будет замешана в этом».
Его «как бы то ни было» прозвучало как «пока смерть не разлучит нас», но меня это мало волновало.
«Смотрите», - спокойно сказала Скаут, переводя взгляд на меня, - «Она на больничной койке, вся утыкана трубками», - она метнула на Джейсона нетерпеливый взгляд, - «Она уже замешана в этом».
Приняв решение, Скаут вскочила с кровати. Она прошлась по кругу, Майкл и Джейсон посторонились, чтоб пропустить ее. Они обменялись взглядами, ожидая, когда она начнет.
«Единороги», - вдруг сказала она.
Повисла пауза.
«Единороги», - снова повторила Скаут.
Я только моргала в недоумении.
«Я без понятия, о чем ты».
«Ага», - сказала она, подняв палец, - «Не ожидали, что я с этого начну. Ну, серьезно, единороги. Представь средневековую Европу. Там есть лошади, крупнорогатый скот и прочие вьючные животные. Времена темные, грязные, кругом нищета».
Джейсон наклонился к Майклу: «К чему она клонит?»
«Без понятия», - ответил Майкл, - «Я эту речь впервые слышу».
«Умолкни, Гарсия. Итак, грязь, темнота, крестьяне - печальное зрелище. И вот однажды девица гуляет в поле или еще где-нибудь, она ожидает увидеть там лошадь. Но вместо этого, встречает единорога. С рогом, белоснежной гривой, в волшебном сиянии». Скаут сделала паузу и в ожидании посмотрела на меня.
«Прости, Скаут, но если это была метафора, я не уловила суть».
«Солидарен», - добавил Майкл.
Скаут немного наклонилась, продолжая, голос ее стал тише и торжественнее.
«Только подумай. Что если, в поле была не просто обычная лошадь. Что если там, действительно, был единорог».
«А...», - откликнулся Джейсон, - «Понятно».
«Ага», - подтвердил Майкл.
«В мире есть люди», - сказала Скаут, - «которые похожи на единорога в поле. Уникальные. Редкие», - она остановилась и взглянула на меня с торжественным видом, - «И они одарены. Магией».
После предисловия о единорогах, мне следовало догадаться к чему все идет. Пока, получив эту маленькую подсказку, я только удивленно уставилась на Скаут. «Магия», - наконец, повторила я.
«Магические силы всех форм и масштабов», - сказала она, - «Вижу, ты сомневаешься, но ты сама была свидетелем и испытала все на себе», - она кивнула на капельницу, - «Ты на собственном опыте убедилась в существовании магии».
Я нахмурилась.
«Хорошо, землетрясение и огонь - это не что иное, как магия».
Джейсон подался немного вперед.
«Тебе нужно время чтобы свыкнуться с этой мыслью», - сказал он, - «Тебе еще многое предстоит узнать. Это было только вступление».
Он улыбнулся мягкой улыбкой, от которой сердце затрепетало, не смотря на обстоятельства.
«С таким очарованием, ты, должно быть, пользуешься успехом у девушек, Шеферд», - сухо заметила Скаут. Я еле сдержала улыбку, пока она на меня смотрела. Она одарила меня таким взглядом, каким учителя смотрят на провинившихся учеников.
«Пожалуйста, продолжай», - подбодрила я ее.
«Ладно», - продолжила она и подняла руки для большей выразительности, - «Очень маленький процент населения обладает магическими способностями».
«Какими именно способностями? Землетрясения, сжатие воздуха и что-то в этом роде?»
«О, это только малая часть. Существуют разные степени могущества, различные виды навыков. Власть над стихиями, такими как огонь, вода и ветер. Заклинания и чары».
Частицы головоломки начали собираться.
«Это про тебя!» - воскликнула я, припомнив книги в комнате Скаут. Кулинарные книги. Книги с заклинаниями.
«Ты можешь создавать заклинания?»
«В каком-то роде, да», - сказала она также обыденно, как если бы я спросила ее о серьге в носу, - «Меня называют заклинателем».
Я выжидающе посмотрела на Джейсона и Майкла, они только тряхнули головами. «Это только вводный инструктаж. О нас расскажем позже», - Майкл перевел взгляд на Скаут, - «Продолжай».
«Магическая сила обычно появляется в период полового созревания. При наступлении переходного возраста».
«Растет грудь и землетрясения?» - спросила я, - «Хороши перемены».
«Серьезно», - Скаут кивнула в знак согласия, - «Это довольно странно. Однажды утром ты просыпаешься - и вдруг у тебя уже второй размер груди и мистический дар управлять предметами или ты плетешь чары и воюешь со Жнецами за власть над Чикаго. Сериал «Сплетница» по сравнению с этим отдыхает».
Я задумалась, пытаясь представить, на что похожа такая жизнь. Нет, не о том, как ходить со вторым размером груди, хотя это было бы хорошим дополнением. Я глянула на свою грудную клетку. Да уж, не плохое дополнение, однако…
«Ты еще с нами?»
Я подняла глаза, в лицо бросилась краска. Я смущенно улыбнулась.
«Я тоже об этом подумала», - сказала Скаут, подмигнув мне.
«Пока вы совсем не перешли на девичьи темы», - вмешался Джейсон, - «Лучше скажи ей о подвохе».
«О подвохе?» - переспросила я.
«Вот всегда так...», - сухо заметила Скаут, - «Положение вещей таково, что магия не постоянна. Она не может длиться вечно, по крайней мере, даром. Пока мы молоды - подростки, или лет до двадцати пяти - магия делает нас сильнее. Она действует в согласии с нашим телом, разумом, душой. Пока мы молоды, это как особое чувство, которое помогает нам по-новому узнавать мир, управлять им. Мы получаем доступ к тому, что человечество забыло, испугавшись пробных попыток в чародействе. Страх заставляет многих забыть о своем даре».
«А когда вы становитесь старше?»
«Сила обретает свою цену», - сказал Джейсон, - «И как нам кажется, цену неприемлемую».
«Слишком высокую», - добавил Майкл.
Я удивленно посмотрела на них.
«Цену? Такую как разум? Она сводит с ума или типа того?»
«И такое бывает», - ответила Скаут, - «Она разрушает тело и душу изнутри».
Я удивленно приподняла бровь.
«Ты хочешь сказать, она разрушает тело и может убить?»
Она кивнула: «Чем старше ты становишься, тем сильнее магия требует подпитки от тебя. Она поглощает тебя, трансформирует. Магические способности действуют, как паразит. Чтобы остаться в живых, приходится постоянно утолять жажду этой силы, подпитывать ее».
«Чем?» - мой голос был спокойным, поэтому Скаут ответила также спокойно.
«Энергией других. Те, кто поддерживает свою силу, должны научиться питаться сущностью других - как вампиры, только высасывающие душу. Мы зовем их Жнецами».
«Пожинающими жизни», - подумала я вслух.
«Несущими смерть», - подтвердила она, - «Если жить надоело, зови этих типов».
«Ты сказала, они забирают энергию у других», - повторила я, - «Что это значит?»
Джейсон сделал шаг вперед: «Ты встречала людей, из которых будто выкачали энергию, подавленных и вялых. Например, как ученики, которые постоянно спят на занятиях?»
«Я же подросток. Это обычное дело», - уныло заметила я.
«Да, это минусы переходного возраста», - согласилась Скаут, - «Но гормоны не единственная причина. Жнецы выбирают в жертвы людей, у которых проблемы с уверенностью в себе, не находящих свое место в обществе. И медленно, так чтобы не привлекать внимания, они поглощают их энергию. Можно назвать это аурой, душой или волей к жизни. Эта та искра, которая делает нас теми, кто мы есть, которая отличает нас от ходячих роботов».
«Те ребята с огнем и землетрясением, которые преследовали вас, то есть нас, под монастырем. Это были Жнецы?»
Скаут кивнула.
«Официальное знакомство запоздало, но представляю тебе Алекс и Себастьяна. Она - старшеклассница средней школы. Он - второкурсник Северо-Западного университета. Вообще-то сейчас у них нет необходимости собирать энергию, они молоды. Но они помогают находить жертвы для старших. Это путь Жнецов. Делай все, чтобы удержать магию, невзирая на то, что это может кому-то навредить, или даже убить».
«Значит, эти Жнецы высасывают у людей душу, чтобы не стать ходячими мертвецами. А как же остальные из вас?» - я посмотрела на каждого по очереди, - «Я полагаю, вы не собираетесь в будущем вытягивать души?»
Прежде чем они смогли ответить, раздался стук в дверь. Не дожидаясь ответа, вошла медсестра в белом халате с подносом в руках.
«Добрый день!» - сказала она, - «Как вы себя чувствуете?»
Согнав Скаут с кровати, она поставила поднос, на котором стояли пластиковый стаканчик с водой, небольшой пластиковый кувшин и упаковка шоколадного пудинга.
«Что ж, посмотрим», - она подошла к кровати и измерила мой пульс. Затем взяла конец трубки от аппарата, присоединенного к стене, и протянула его мне.
«Покажите язык», - она положила мне под язык холодную пластиковую палочку и стала смотреть данные на мониторе, - «Разве вы не должны быть сейчас в школе?» - спросила она, не поднимая глаз.
«У нас есть разрешение», - сказала Скаут.
«Ммм…», - протянула она. Когда аппарат запищал, она вытащила и отложила термометр, затем отошла к спинке кровати и нацарапала что-то на моей истории болезни. Покончив с этим, она посмотрела на меня.
«Время посещений заканчивается через час».
«Конечно», - откликнулась я.
Бросив последний предупредительный взгляд на Скаут, Джейсона и Майкла, она снова исчезла за дверью.
Неожиданно обнаружив, что проголодалась, я поставила поднос на край кровати. «Передай мне, пожалуйста, пудинг и можешь продолжать рассказ», - обратилась я к Скаут. Она оторвала фольгированную крышку и протянула мне стаканчик пудинга и ложку, слизывая с фольги остатки шоколадного пудинга. Я с жадностью принялась есть.
«Никакого поглощения душ», - продолжил Майкл, - «С нашей точки зрения, магия не стоит того, чтобы подпитываться за счет других. Мы не желаем платить такую цену и забирать жизни. Мы можем поэтично рассуждать, как прекрасно быть Посвященным».
Я проглотила огромную ложку пудинга - магия способствует хорошему аппетиту - и удивленно посмотрела на него.
«Посвященные?»
«Те из нас, кто владеет магией, но предпочитает от нее отказаться. Вот к кому мы себя относим. Наша философия состоит в том, что когда нам исполнится двадцать пять, мы вернем нашу магическую силу обратно во вселенную. Мы прекратим ею пользоваться. Мы дадим клятву».
«Это равноценный обмен», - добавила Скаут, с легкой улыбкой, - «Нет больше магической силы, зато не нарушается баланс во вселенной».
«И нет больше Посвященных», - сказал Джейсон очень тихо, и как мне показалось, немного печально, словно, если бы его отказ от магии не состоялся, переживать бы он не стал.
«Хорошо», - сказала я, - «Подведем итог: дети с магическими способностями бродят по Чикаго. Некоторые из них добровольно отрекаются от магии, когда она становится хищнической - и это вы».
Скаут согласно кивнула.
«А некоторые не желают бросать магию, и в будущем их ожидает поглощение душ».
«Правильный вывод», - согласился Майкл.
«Но тогда объясните, зачем вы, ребята, бродите под монастырем и бросаетесь огненными заклятьями друг в друга?»
Скаут взглянула на Майкла, который кивнул ей, будто давая разрешение.
«Мы нашли список», - сказала она, - «Что-то вроде списка претендентов. Детей, которых отобрали Жнецы. Детей, которых они, в прямом смысле, собираются сделать своим энергетическим обедом».
Я понимающе кивнула.
«Я придумала заклинание защиты, это наполовину чары, наполовину проклятье, чтобы помешать Жнецам сосредоточиться на своих жертвах».
«Как же это сделать?»
«Ты когда-нибудь пробовала рассмотреть далекую звезду?» - спросила Скаут, - «Чем пристальнее всматриваешься, тем более размытой она становится».
«Это Скаут и пытается проделать», - сказал Майкл, скрестив руки, движением головы указывая на Скаут, - «Сделать цели невидимыми для Жнецов. Она занимается школьниками, которые живут в округе Мичигана и ходят в старшую школу в районе Саут-Луп. Они еще не были этим сильно обеспокоены».
«И поэтому они вас преследуют?» - спросила я, переводя взгляд на Скаут.
«Как можно догадаться, мы не особо популярны. Благодаря нашей идее бросить наши способности, мы не принадлежим большинству».



 
MurkyMargoshaДата: Понедельник, 17.03.2014, 14:46 | Сообщение # 20
Вампирёнок
Группа: Администратор
Сообщений: 498
Награды: 21
Репутация: 155
Статус: Offline
«Одаренные, как правило, гордятся своей магией», - сказал Джейсон, - «И большинство из них не собирается от нее отказываться».
«Этот факт причисляет нас к меньшинству», - сказал Майкл, - «Это своего рода бунт».
«Отступники магии?»
«Типа того», - сказала Скаут с печальной улыбкой, - «Жнецы выявляют жертв - тех, кто станет хорошей психологической закуской - и детей, которые сами начинают проявлять свой магический дар. Разведчики», - добавила Скаут, опережая мой вопрос, - «Их дар - это способность находить магию. Определять ее».
«Обнаружив однажды ребенка», - сказал Майкл, - «Жнецы окружают его, как львы свою добычу. Они беседуют с этим ребенком, а иногда и с его родителями, о его даре, выявляют, на что он способен. И учат тому, что не следует стесняться дара, что он стоит отнятых душ».
«Жнецы пытаются приучить детей к мысли, что добровольный отказ от магии - это преступление», - сказал Джейсон, - «Что питаться энергией других - это как естественный отбор, сильные поглощают слабых. Мы с этим не согласны. Мы стараемся создать защитное заклинание для жертв. Пытаемся сотрудничать с одаренными, заставить их задуматься о последствиях магии».
«Хорошо это или плохо», - добавила Скаут.
«Значит, вы отбиваете у них тех, кого они уже обработали», - заключила я.
«Ты уловила суть», - сказала Скаут, - «Мы стараемся убедить детей, наделенных силой, что отказ от магии наиболее гуманный метод. Из-за поглощения душ».
Я слегка улыбнулась.
«Правильно».
«Поэтому, они недолюбливают нас, а мы, в свою очередь, не в восторге от Жнецов», - добавила она, - «Нам не нужны настоящие Жнецы. И нам точно не нужно, чтобы они тут плодились».
«Серьезно», - пробормотал Джейсон, - «В Чикаго и без того достаточно начинающих фанатов».
Майкл закашлялся, но сквозь кашель я расслышала слово «На севере».
Я вопросительно взглянула на Скаут.
«На севере?»
«Там обитают новички», - сказала она, - «Это их территория»
«Понятно. И что вы делаете с этой пропагандой. С приспешниками Жнецов, я имею в виду».
«Мы хорошие ребята», - сказал Майкл, - «Они задиристые хулиганы, и мы для них помеха. Мы усложняем их задачу - вербовать, промывать мозги, убеждать детей держаться за свою магию и жить как зомби, питаясь другими».
«Мы сталкиваемся с жуткими предрассудками», - сказала Скаут с усмешкой, - «Сейчас у нас немало жертв под защитой и мы подружились со многими одаренными, которые еще не перешли на темную сторону».
«Не удивительно, что за вами охотятся», - заметила я, бросив выразительный взгляд на Скаут.
«Это правда», - согласилась она, - «Жнецы назойливы, как мухи. Мы прикладываем немало усилий, чтобы остаться в живых».
Я скрестила ноги под тонким одеялом.
«Может вам не следует пускать их в Св. Софию?»
«Мы и не пускаем. Подземные туннели соединяют половину зданий в районе Чикаго-Луп. Добро пожаловать в подземные туннели Чикаго!»
«Сколько их всего здесь?» - спросила я.
«Около двухсот», - ответила Скаут, - «Звучит впечатляюще, но Чикаго третий по величине город Америки. Двести на почти три миллиона - это не так много. Мы не входим в их число, поэтому двести - это только по нашим скромным предположениям».
«А вас?»
«В этом месяце мы наладили отношения почти с двадцатью семью Посвященными в Чикаго», - сказал Майкл, - «Включая студентов младших и старших курсов Чикагского Университета. Для Посвященных студентов это - их последний шанс поиграть в магов и волшебников, пока не пришло время вернуться к обычной жизни. Мы собираемся в анклавы по городу. Это что-то вроде штаб-квартир».
Еще одна часть головоломки встала на место.
«Вот что значат символы на макете города!» - Мой голос от волнения стал громче, - «Буква «Y» в кружке и комбинация кругов, наподобие креста. Это обозначения местоположения анклавов?»
«Эти круги называются «четырехлистники», - сказал Майкл, - «А «Y» обозначает анклавы или места, где Жнецы планируют найти себе последователей. В Чикаго шесть анклавов. Св. София это Анклав номер три».
«Или А3, как называют его эти идиоты», - добавила Скаут, с усмешкой указывая на парней.
Джейсон настороженно посмотрел на меня.
«Ты сказала, что была в комнате с макетом?» - он перевел свой взгляд на Скаут, и на этот раз в нем был упрек, - «Ты пустила ее в комнату с моделью?»
«Я ее не впускала», - защищалась Скаут, - «Меня вообще там не было. Эту комнату обнаружили одноклассницы, они привели ее туда и заперли».
Джейсон упер руки в бок. Он явно не был обрадован.
«Посторонние знают об этой комнате?»
«Я же говорила, что ее обнаружат», - сказала Скаут, - «Не все туннели блокированы. Я говорила, что это когда-нибудь произойдет».
«Давайте не сейчас», - вмешался Майкл, - «Мы можем обсудить это в другой раз». Кажется, стало немного напряженно.
«Почему все-таки туннели?» - поинтересовалась я, - «Если Жнецы вытягивают души людей и не хотят, чтобы вы им мешали, почему бы им не вломиться через парадную дверь Св. Софии и не захватить школу?»
«Может мы и отступники», - сказал Джейсон, - «но у нас со Жнецами есть кое-что общее - мы не хотим себя обнаружить. Мы не хотим устраивать хаос, Жнецы могут красть души и здесь, не привлекая внимания общественности».
«Пожалуй, людям бы это не понравилось», - сказала я.
«Точно», - согласилась Скаут, - «Жнецы не хотят, чтобы их упекли в сумасшедший дом, или в лабораторию для опытов. Поэтому мы держим нашу борьбу подальше от посторонних глаз. Мы держимся под землей. Обычно мы без проблем с этим справляемся, но в последнее время они стали более агрессивны... Агрессивнее, чем обычно», - пробормотала она.
Я вспомнила, что Скаут говорила о своем долгом и изнурительном лете. Страшно представить, что могут устроить подростки наделенные магией.
«Они активизировались в последнее время», - сказал Джейсон, - «Мы считаем, что они к чему-то готовятся».
В комнате наступило молчание, трое из нас, возможно, задумались, к чему же готовятся Жнецы. Они посмотрели на меня в ожидании, надеясь на какую-нибудь реакцию - слезы, недоверие или энтузиазм. Но у меня еще оставались вопросы.
«А вы ждете этого?» - спросила я.
«Чего именно?» - Скаут склонила голову на бок.
«Отказа от магии», - я вытянула ноги и зарылась поглубже под одеяло - здесь так же холодно, как в Св. Софии, - «Я имею в виду, в этом есть свои плюсы и минусы, не так ли? Сейчас вы наделены силой. До того как вы повзрослеете, вы привыкаете к магии, но вам придется все бросить. Это вас не тревожит?»
Они переглянулись.
«Так оно и есть», - спокойно сказала Скаут, - «Сейчас магия является частью нас, но она не всегда будет с нами».
«Но и не будет полуночных встреч с несносными Жнецами и с Посвященными из Универа, счастливыми обладателями магии».
Скаут удивленно приподняла бровь при этой мини-тираде Джейсона.
«Я знаю. Не сейчас», - сказал Джейсон.
Я решила, что не все так гладко в Третьем Анклаве.
«Итак, тот парень послал в меня проклятье. Ты сказала, его зовут Себастьян. Он Жнец?»
Скаут кивнула.
«Он самый».
«Он что-то сказал, перед тем как сразил меня. Что именно?»
«Ad meliora», - ответил Майкл, - «Это по латыни. Означает «все к лучшему».
Мои брови вопросительно поползли вверх.
«Я полагаю, это их девиз?»
«Да, ты права», - сказала Скаут, - «Они думают, что мир станет лучше, если они сохранят свою магию. Они считают себя элитой, и все остальные у них в долгу. Выживают сильнейшие».
«Скорее выживают глупейшие», - проворчал Джейсон. Он посмотрел на часы, а потом на Майкла, - «Нам пора идти», - сказал он, взглянув на меня, - «Извини, что оставляем тебя. У нас еще дела в академии после обеда».
«Нет проблем. Спасибо, что зашли. И спасибо за цветок».
Он засунул руки в карманы и улыбнулся мне.
«Нет проблем, Паркер. Рад, что ты вернулась к жизни».
Я улыбалась ему в ответ, пока Скаут не прочистила горло, чтобы привлечь мое внимание.
«Я тоже пойду», - сказала она, снимая со спинки стула объемный пуховик. Скаут натянула его и застегнула на кнопки. Белый пуховик доходил ей до колен, поэтому казалось, что кроме него на ней только колготки и ботинки Доктор Мартинз на толстой подошве, с ремешком вокруг щиколотки.
«Ты похожа на снеговика».
Скаут закатила глаза: «Сегодня на улице прохладно. Не всех ждет теплое и уютное жилище».
Я свернулась калачиком в постели, надеясь, сохранить как можно больше тепла, и мечтая скорее добраться до содержимого шкафчика в моей комнате.
«Поправляйся», - сказал Майкл, постучав костяшками пальцев по спинке кровати. Полагаю, это был более брутальный эквивалент объятий. И все равно я была тронута.
Я ему улыбнулась.
«Думаю, мы скоро увидимся».
«И надеюсь, при более удачных обстоятельствах», - он покосился на Скаут, - «Грин».
Она закатила глаза.
«Гарсия».
Когда Скаут снова повернулась ко мне, она улыбалась.
«Я позвоню тебе завтра».
Я кивнула.
Все трое собрали свои вещи, я сжала кулаки, от нетерпения задать последний вопрос. Вообще-то, я боялась его задавать. У меня взмокли ладони, но я пересилила себя.
«Джейсон»
Все трое обернулись.
Джейсон удивленно приподнял брови.
«Да?»
«Можно тебя на секунду?»
«Да, конечно», - он поправил рюкзак на плече и переглянулся со Скаут и Майклом. Скаут сделала удивленные глаза, но Гарсия подтолкнул ее к выходу.
Когда дверь за ними закрылась, Джейсон обратился ко мне.
«Все в порядке?»
«О, да», - я сосредоточенно изучала одеяло, пока не решилась посмотреть в его кристально-голубые глаза.
«Знаешь, я просто хотела сказать спасибо. За то, что вытащил меня из подвала. Если бы не
ты и Скаут…»
«Ты бы, во-первых, не получила этот удар», - закончил он.
Я начала было говорить, но замолчала, так как с этим не поспоришь.
«Я рад, что ты в порядке», - мягко сказал он, - «Не знаю, важно ли это, но я всегда рад помочь, Лили».
Мне понравилось, как он произнес мое имя, будто это не набор букв, а слово с большим значением.
Лили.
«Я хотел сказать, что меня не радует, что ты влипла в это - особенно не имея магической защиты», - он склонил голову набок, - «Хотя я слышал что-то о шлепанцах».
«Скаут разочаровалась в моих оборонительных действиях?»
Он скрестил руки на груди.
«Впечатляющая оборона. Я имею в виду, для того кто считает кусок резины своим
техническим преимуществом…»
«Ладно, Шеферд. Ты высказал свои соображения».
«Я?» - спросил он с полуулыбкой.
Оказывается, полуулыбка Джейсона еще более убийственна, чем полная улыбка с ямочками на щеках. Полуулыбка получалась более ленивой и почти до смешного прекрасной.
«Ты меня убедил», - наконец, сказала я.
Какое-то время мы молча смотрели друг на друга, пока он не кивнул в сторону двери.
«Я, наверное, присоединюсь к Скаут и Майклу?»
Он задал вопрос так, будто не хотел уходить, но боялся мне надоесть. Сердце бешено забилось в груди.
«Вообще-то, я хотела еще кое-что спросить».
Он вопросительно посмотрел на меня.
«Когда мы были в подвале. Когда меня ударило. Мне кажется, я слышала рычание, похожее на звериное».
Глаза его расширились, губы приоткрылись от удивления. Он не ожидал, что я заговорю об этом, но у меня из головы не шел тот звук.
Джейсон не отвечал, мне пришлось быть настойчивее. Я знаю, что Скаут не могла так рычать, она призналась, что она заклинатель. Думаю, девочка с землетрясениями и парень с магией огня тоже исключаются. Джейсон единственный, кто остается.
«Тот звук. Это был ты?» - продолжила я допрос.
Он посмотрел на меня, в его голубых глазах сквозил холод, как от осколков ледяного сапфира.
«Скаут дала лишь краткое описание Посвященных», - наконец, сказал он, - «Она сказала, что все мы наделены магией, каждый из нас обладает своим собственным даром. Но этот краткий ответ не совсем точен», - он сделал паузу, облизнув губы, - «Я не похож на других».
Мое сердце учащенно забилось, не удивлюсь, если и он это заметил. Я набралась смелости и спросила.
«Насколько не похож?»
Когда Джейсон снова взглянул на меня, цвет его глаз стал зеленым, а потом серебристо-желтым, как светящиеся глаза у кошки. В выражении лица появилось что-то волчье.
«Достаточно», - ответил он, и клянусь, голос его стал более низким и глубоким, - «Достаточно отличаюсь».
Он направился к двери.
Мое сердце не унималось, пока за ним не закрылась дверь.



 
Форум » КНИЖНЫЙ КЛУБ » Книги целиком » "Магия огня" Хлоя Нейл (Темная элита 1)
Страница 2 из 5«12345»
Поиск:

Добавить свой баннер

Copyright chicagoland-vam.ucoz.ru © 2010 - 2014

Сайт посвящен творчеству Хлои Нейл.
Сайт является некоммерческим проектом. При использовании материалов сайта гиперссылка на сайт обязательна

Рейтинг@Mail.ru