# Правила Дома

Хлоя Нейл

В городе полном вампиров, беда никогда не спит. Мерит в возрасте 27 лет став вампиром, а затем и Стражем своего Дома, успела увидеть, как почти сгорел дотла Чикаго, как ушел и вернулся ее Мастер. Все началось с двоих… Двое бродяг исчезают без следа. Кто-то убивает вампиров Чикаго, и любой может стать следующим. Их Дом, Мастером которого веками был Этан Салливан в опасности, они должны спешить, чтобы остановить убийства. Но, как распутать паутину тайных союзов и древнего зла? Они понимают, что их врагом является кто-то знакомый, кто-то более мощный, чем они могли бы себе представить.

## Глава 1. БОКСЕРСКОЕ ВОССТАНИЕ

Середина декабря.


Чикаго, штат Иллинойс.


Это было похоже на сцену развода: имущество разделено на части, книги подписаны именами одного или другого владельца, и все эмоции исчерпаны.

Но в данном случае, не было никакого развода. Не из человеческого бытия, так или иначе. Это были книги о Декларации Независимости.

Это был бунт, и златовласый вампир рядом со мной был центром этого… Этан Салливан, неофициальный Мастер Чикагского Дома Кадоган, и мой бойфренд.

Это очень странно, называть его так.

Этан, выглядевший исключительно красивым в черных брюках, с заклепками внизу и черном галстуке, осмотрел тонкую книгу в кожаном переплете.

— Эта принадлежит ГС, — сказал он, взглянув на корешок. — "Превращение человека", — читал он.

— От противостояния пальцами до убывания клыков. Какое ужасное название, — сказала я.

— Это название звучит ужасно сейчас. — Слова Этана были с чувством юмора, но в его голосе юмора не было. Весь дом был нервным, здание искрилось от магической напряженности, пока мы ждали последний отсчет: оставалось семьдесят два часа до нашего официального раскола с Гринвичским Советом, Советом Европы, который правил американскими вампирскими Домами, и маятник качнулся над нашими головами как дамоклов меч. Члены ГС ехали в Чикаго с единственной целью формально изгнать Дом — разорвать отношения.

Наши приготовления шли в основном без осложнений. Мы упаковывали вещи ГС и готовили свои финансы, которые казалось, были в порядке. ГС был непривычно тихим, так как мы объявили о нашем намерении покинуть, общаясь с домом только о подробностях церемонии и своих поездках в Чикаго.

Этан считал, что молчание очень подозрительно. Он зашел так далеко, назначая "переходную команду" состоящую из вампиров и других сверхъестественных существ.

От острых взглядов его изумрудных глаз моя кровь мгновенно закипала, щеки краснели. Этан и я были официальной парой в течение всего лишь нескольких недель, и медовый месяц еще не закончился. Я, возможно, была ожесточенной с катаной, который вампиры, включая меня, носят для защиты, но мое сердце все еще трепетало, когда он смотрел на меня.

Но у нас было много книг, которые требовалось перебрать, поэтому я отстранилась и склонилась над старомодным, с латунными петлями сундуком на полу.

— Сперва работа, игра позже, — напомнила я.

— Я считаю, смешивание работы с удовольствием делает ее более интересной.

— Я нахожу, что лучше потратить свое свободное время на упаковку пыльных книг.

— Быть вампиром не всегда то, что ты хочешь, Страж. Хоть я и уступаю, я могу себе представить более приятный способ проведения нашего времени.

Страж — это мой титул, своего рода защитник дома.

Этан использовал его, когда был недоволен мной, или когда он пытался поставить точку.

— Тогда ты, вероятно, не должен был раздражаться на ГС за то, что они выгнали нас.

Он бросил на меня косой взгляд. — Они не выгнали нас.

— Я знаю. Мы проголосовали порвать с ними, прежде чем они могли порвать с нами.

На этот раз его косой взгляд сопровождался поднятой бровью, фирменное движение Этана.

Он носил это выражение, как и все остальное — очень хорошо. — Ты намеренно провоцируешь меня? — спросил он.

— Я? Это работает?

Он зарычал, но улыбался, когда это делал. Я повернулась к книгам.

— Мы не можем, просто случайно, взять половину книг и бросить их в багажник? Будто Дариус действительно знает разницу?

— Он может и нет, но я — да. И так быть с библиотекарем? — Он посмотрел на меня искоса. — Я удивляюсь, Страж. Обычно ты типа книголюб.

У меня была степень магистра, некоторые называли меня книжным червем, и я была горда этим.

Но его заявление точно не было одобрением.

Я сузила глаза. — Я не уверена, что ты имеешь в виду комплимент.

— Я тоже не уверен, — сказал он, подмигнув, и вручил мне еще одну книгу. — Но ты говоришь дело.

Когда я добавила книгу в сундук, Этан отступил на шаг и оглядел полки.

Я тоже искала что-то явно не к месту. Типа "Руководство по охлаждению отношений между Президиумом и американскими домами" и т. п.

Но прежде чем я нашла что-то хоть отдаленно соответствующее, Этан бочком встал рядом со мной, оперевшись рукой на полку.

— Часто сюда заглядываешь? — сказал он.

— Прости?

— Я вижу, что ты часто бываешь здесь, он указал на полки — Библиотека для одиноких. Ты часто студентом была здесь? — Он провел пальцем по моему горлу, вызывая гусиную кожу на руках.

Так как мой ум отключался, когда он делал такие вещи, он воспользовался моментом после этих слов, чтобы закрепить позицию.

Был ли он готов приступить к ролевым играм… в библиотеке?

— Этан Салливан — удивилась я. — У тебя есть библиотечные фантазии.

Он хитро улыбнулся. — У меня есть фантазии о студентке-аспирантке, ставшей вампиром.

Прежде чем я успела ответить, он обвил рукой мою талию и дернул мое тело к себе, как пират на обложке романа.

Я чуть не рассмеялась, пока я не встретила его взгляд. Его глаза тлели, темно-зеленый воевал с серебром.

Этан наклонился, его губы на моем ухе. — Ты не смеешься?

— Нет, — сказала я хрипло. — Я определенно не смеюсь.

— Гм, — раздался громкий голос в дверях.

Мы посмотрели. Люк, бывший капитан охранников Кадогана, теперь второй в Доме, стоял в дверях.

Как Страж дома, я была неофициальным членом охранников, что делало Люка моим бывшим боссом.

— Страж, — сказал он, — гости будут здесь через час, и мы почти закончили приготовления снаружи. Поскольку речь идет о твоей партии, возможно, ты захочешь присоединиться к нам в какой-то момент?

Он был прав, о партии, я была "лицом Дома по связям с общественностью", назначение Этана мне как наказание и стимул, чтобы узнать своих коллег-вампиров Кадогана.

Но он был не прав, я не избегала своей партии — обязанностей.

Я очистила свое бытие здесь с боссом, или по крайней мере с одним, в настоящее время в костюме. Я скользнула по Этану подозрительным взглядом, и продолжила наш личный разговор, активизируя телепатическую связь между нами. "Я думала, ты сказал, что Люку нужна моя помощь, чтобы это сделать?"

Он слегка пожал плечами. "Я думал, что мы закончим эту конкретную работу с большим количеством свободного времени."

Мы могли бы его иметь, если бы его заигрывания не замедляли нас. Но что сделано, то сделано. У меня была договоренность по работе, а у него были гости, чтобы их поприветствовать.

— Извини, Люк, — сказала я. — за непонимание с моей стороны. — Я позволила себе отвлечься, в конце концов. Я могла взять на себя ответственность.

Вдруг занервничав, я поправила подол кожаной куртки, одетой в паре с тонкими джинсами и легким струящимся топом, погода была не по сезону теплой за последние несколько недель. — Я искренне надеюсь, что это была хорошая идея.

Этан схватил свой пиджак от костюма с рабочего кресла, а я подошла к двери.

— Приглашен каждый бродячий вампир в Чикаго к нашему двору? — спросил Этан. — Тем не менее, что могло пойти не так?

Большинство вампиров страны жили в двенадцати домах, разбросанных от побережья до побережья: Наварра, Макдональд, Кэбот, Кадоган, Тейлор, Линкольн, Вашингтон, Грир, Ласситер, Грей, Мерфи, и Шеридан. Три из них-Наварра, Кадоган, и Грей были расположены в Чикаго.

Все двенадцать домов находились под руководством Гринвичского Совета, по крайней мере, до семидесяти двух часов, когда это число уменьшится до одиннадцати. Теперь, когда мы откололись, мы присоединялись к бездомным вампирам, которые не живут в домах.

Им удалось самостоятельно жить и объединяться в неофициальные племена. В любом случае, они не верили, что ГС имел право управлять ими.

Бродяги были, на их пути к колониям Американских вампиров. Довольно скоро мы станем бродягами, поэтому я устроила встречу, чтобы бродяги и вампиры Кадогана пообщались. Выбрав для этого обширную территорию вокруг Дома Кадогана.

Да, мы, наконец, смешаемся. Встреча даст возможность облегчить Кадогану переход.

Раздался писк репортера, но прежде чем до него добрался Люк, он скрылся за изгородью.

Он, несомненно, был найден нашими нанятыми охранниками, Чикагскими наемниками феями. Они терпеть не могли людей, и не любят репортеров, когда те пытаются пробить щит вокруг дома.

После этой маленькой драмы, я обратила внимание что приготовления к приему гостей идут полным ходом и почувствовала укол вины, что отвлеклась на Этана.

С другой стороны, мы через многое прошли как пара, и мы брали наши моменты вместе, когда находили их. Обычно выходить зимой в Чикаго наружу было пугающим предприятием, которое сделало газон сомнительным местом для встречи.

Но мы решили в полной мере воспользоваться необычно теплой погодой, а стоячие обогреватели справятся с любым остаточным холодом в воздухе.

Гигантские белые шары лениво покачивались в легком бризе, белый шатер предлагал столы и небольшой танцпол из паркета, верх купола был сделан из эластичной ткани и арочного металла, какой вы, возможно, видели в Beaux Arts в Париже. В Чикаго были сотни самостоятельных вампиров, и мы стремились произвести на них впечатление, по крайней мере нашим шиком и хорошим вкусом.

И, конечно, здесь была еда. Мы не смогли бы осуществить большую часть партии без нее, и конечно, было бы не честно пригласить к нам бродяг и не накормить их.

Вампиры конечно жаждут крови и нуждаются в ней, но это не уменьшало наше стремление к человеческой пище. Во всяком случае, наш быстрый метаболизм сделал голод сильнее.

Я планировала соответственно, заполнить наши столы жаренным мясом от самых популярных скотных дворов — свининой, говядиной.

Ее волосы снова были голубыми, как раньше, когда я знала ее…

… за исключением периода, когда ее звали, как "Злая Ведьма Запада". Мне показалось, что это хороший знак.

Она улыбнулась и откусила булочку. — Спасибо. Как всегда, и я потеряла четыре полотенца в процессе, но думаю, что все получилось.

— Определенно получилось. Это помогает тебе.

— Мне нужно получить еще кое-что из грузовика, — сказала она, указывая на переднюю часть дома.

— Я к грузовику, — сказала она, указывая, я кивнула и пошла рядом с ней. — Ты готова к этой шумной вечеринке? — Спросила она.

— Готова, как только возможно. Мы решили смешать две группы людей, которые в основном не имеют ничего общего друг с другом. Мы делаем математику.

— А это хорошо?

— Я ожидаю некоторую напряженность, — честно сказала я. Многие из бродяг нарочно избегали системы Домов, и теперь мы пригласили их сюда, чтобы пообщаться.

Мимо нас прошел официант с четырьмя алюминиевыми лотками, которые пахли жарким, и я не смогла не посмотреть, как и все это мясо исчезло из виду.

— Мне нужно будет найти его позже, — сказала я рассеянно.

— Как работа?

— Продвигается, — сказала она, указывая на белый грузовик, который был припаркован в воротах Кадогана.

— Но я обнаружила новую проблему.

— Что это? — спросила я, опасаясь новой магической наркомании или какого-нибудь полубога.

Ответ пришел быстро, и это был решительно не полубог.

— Мишка!

Мэллори нахмурилась, когда женщина с бочкообразной грудью и с обесцвеченными волосами вышла из грузовика и направился к нам. Она была оборотнем по имени Берна, и она готовила в баре оборотней так, что вы не могли отказаться. Это была худшая диета в мире.

— Мишка!

— Я иду! — закричала Мэллори и виновато улыбнулась. — Приятно было увидеть тебя, Мерит.

— Тебя тоже.

Она посмотрела на меня немного застенчиво.

— Эй, может, мы могли посидеть когда-нибудь? Если ты готова к этому?

Меня убивало, что я поколебалась, прежде чем ответить. Но мне все еще нужно время. — Хм, да. Хорошо. — кивнула я. — Позвони мне.

Она улыбнулась немного ярче, и побежала назад к грузовику организовывать еду по команде Берны.

Что бы не говорили о Мэллори, но девушка пыталась когтями проложить свой путь назад к жизни. Я должна была уважать это, и я искренне надеялась, что она сможет сделать это.

## Глава 2. ПА-ДЕ-ДЕ

А час спустя, во дворе было полно вампиров Бродяг и вампиров Кадогана. Они, казалось, сравнительно хорошо смешались, в этом и была вся суть смешения.

По поводу нарядов не было никаких особых указаний, поэтому одеты сегодня все были гораздо более эксцентрично, чем до посещения бродягами этого дома.

Некоторые оделись в черное милитари, которое мы видели раньше. Другие избежали военный стиль. Кто-то одел тяжелую байкерскую кожу и ярко окрашенные рубашки, кто-то классические гот-ансамбли и коктейльные платья.

Некоторые из них были исключены из Домов за оскорбление системы, а некоторые намеренно выбрали бродячую жизнь. Ни один из них не казался от этого хуже.

Этан работал с толпой, как искусный дипломат, переходя от одного скопления вампиров к другому, пожимая руки и внимательно слушая, что они говорили.

Люк шагал рядом со мной. — Не плохо для последней минуты партии.

— И это только в последнюю минуту партии, потому что мы сосредоточились на переходе, — указала я.

Этан появился с моей стороны и указал жестом через лужайку на широкоплечего мужчину, который болтал с Келли — капитаном охранников Кадогана, заменившая Люка после его повышения.

Я думаю, теперь она была со-капитаном, так как, по сути, Люк вновь занял эту должность. Серьезно, в нашей структуре руководства был беспорядок.

— Только что прибыл Ной, — сказал Этан.

— Скажем привет.

Я не видела Ноя с тех пор, как он предложил мне место в Красной Гвардии, тайной организации вампиров задачей которых было следить за Гринвичским Советом и Мастерами Домов, чтобы обеспечить справедливое обращение с вампирами.

Я приняла предложение Ноя, и Джонах, капитан охранников Дома Грей, был назначен моим партнером.

Этан не знал о КГ и Джонахе, или, что Ной был связан с этой организацией. Вид Ноя снова заставил мой живот сжаться от нервов. Я не была сильным игроком в покер, но я постаралась выглядеть беспечно.

Я последовала за Этаном по влажной траве к Ною. Он стоял в группе, одетых в черное вампиров, которые были похожи на тот тип бродяг, с каким я была знакома. Ной поднял глаза, когда мы приблизились, слегка кивая нам обоим.

— Этан, Мерит, — сказал Ной, потом посмотрел на свою команду. — Я найду вас позже, — сказал он им, и те исчезли в толпе.

— Все в порядке? — спросила я.

— Личные вопросы, — сказал он не вдаваясь в подробности, потом улыбнулся.

— Вы двое выглядите счастливыми и здоровыми. Я был рад услышать, что вы успешно справились с Мэллори и близнецом Тейта.

Сет Тейт, бывший мэр Чикаго, был также ангелом, магически связанный со своим демоническим братом-близнецом, Домиником.

Он убил Доминика и покинул Чикаго, чтобы искупить вину за преступления, что они совершили, разделяя психику. Мы не слышали о Сете с тех пор.

— Мы тоже рады, — сказал Этан, — хотя это было очень опасное дело.

— Ну, вы положили конец кризису, и это что-то да значит. — кивнул Ной. — Вчера вечером у нас была ежемесячная встреча городских бродяг. Ничего формального, ничего официального, просто шанс для нас, чтобы собраться всем вместе и пообщаться. Некоторые бродяги не заинтересованы в участии, некоторые заинтересованы. В среднем собирается от тридцати до сорока вампиров. Большинство из них являются постоянными клиентами, в том числе двое детей, по имени Оливер и Ева. Они пришли из Канзас-Сити, когда ГС закрепила местных бродяг к дому Мерфи. В доме им было не по себе, поэтому они переехали сюда. Но они не явились на встречу.

— Это так необычно? — спросил Этан.

— Достаточно необычно, — сказал Ной. — Я не могу вспомнить встречу, чтобы они пропустили, как приехали в Чикаго.

— Они сломали шаблон, — сказал Этан, и Ной кивнул.

— Точно. И поэтому несколько наших бродяг обеспокоены.

— Понятно, — сказал Этан.

— Я собираюсь быть честным с вами. Я не уверен, есть ли что-нибудь за этим. Оливер и Ева, как правило, тихие дети, и я не склонен был задавать много личных вопросов. Это не невозможно, но у них было дело, о котором они просто не хотели рассказывать нам. Вампиры из Канзас-Сити, как правило, защищены в этом роде.

— Если они не присутствовали на заседании, где их видели в последний раз? — спросил Этан.

Лицо Ноя потемнело. — В месте, куда мы все должны пойти рано или поздно.

Этот загадочный ответ выжал в моем воображении слезу. В какое место должны пойти вампиры? К ортодантисту клыков? В плазменный центр? К вампирскому модельеру?

— Центр вампирской регистрации? — догадался Этан.

Политиканы Чикаго решили в приступе этноцентризма, что принуждая вампиров регистрироваться в городе, они каким-то образом сделают Чикаго безопаснее.

Вывод, возможно, был правильным, но по неправильной причине. Регистрация испугала и возмутила вампиров, которые хотели избежать людских эмоций.

Было несколько регистрационных офисов в городе, их существование финансировалось со сборов зарегистрированных вампиров.

Ной кивнул. — Именно так. Два дня назад, Ева сфотографировала на свой телефон, себя и Оливера во время регистрации онлайн. Она послала фото нескольким своим друзьям, в том числе Розе. — Он указал на вампиршу рядом с ним.

— Учитывая то, что ты рассказывал нам о них до сих пор, и их причина переезда в Чикаго, я удивлен, что они решили зарегистрироваться, — сказал Этан

Ной кивнул. — Я тоже. Большинство из нас не зарегистрировано. Многие бродяги считают, что если регистрация вампиров является первым шагом, интернирование является вторым. Если они не присоединяются к Домам своего же вида, они, конечно же, не собираются втянуть себя в общество людей.

Я могла понять его заботы, даже если не могла уклониться от них. Мой отец был современным магнатом недвижимости, и моя фотография часто появлялась в газетах.

Я была слишком хорошо известна, чтобы избежать регистрации, даже если бы захотела, и именно поэтому моя ламинированная карточка регистрации уютно лежала в безопасности в моем бумажнике, невзирая на обиды.

— Если в последний раз их видели два дня назад, — сказал Этан, — то что заставило вас занервничать сегодня вечером?

— Чуть ранее, этим вечером Розе позвонили с телефона Оливера. Она не говорила с Оливером, и никто не говорил на другом конце. Но ей показалось, что она что-то слышала. Какой то мясистый звук?

Этан кивнул, затем снова уставился на Ноя. — Вы сообщили в полицию об исчезновении Оливера и Евы?

Ной покачал головой. — Нет, и не планирую. Мы не поклонники полицейского департамента города. Их история с вампирами оставляет желать лучшего.

Ной сцепил руки вместе, уперев локти в колени и наклонился вперед.

— Послушай, может быть, все не так, как кажется. Оливер и Ева уже оставляли сообщество вампиров раньше. Эта ситуация может оказаться такой же. И мы истерим, привлекая других. Все это… сложно для нас. Но это несколько необычно, поэтому мы думаем, что стоит проверить. Я приношу извинения; мы не планировали принести неприятности к вашим дверям сегодня вечером.

Этан покачал головой, отвергая беспокойство. — Ты смущен, но мы коллеги. Мы рады выслушать.

Немного красивого и тонкого политиканства здесь, подумала я. Ной кивнул.

— Рискуя показаться вам нелюбезным, может, вы можете помочь нам в некоторых вопросах? У вас есть определенные связи. Твой дед, например, — сказал он мне. — Чак Мерит хороший человек. Я был бы признателен за любую помощь, которую он может предложить.

Я кивнула в знак согласия. Мой дед, несомненно, был хорошим человеком. Один из лучших, на мой взгляд. Он был омбудсменом города по делам сверхъестественных, по крайней мере, пока мэр Ковальчук не упразднила его. Но мой дедушка не отказался от своей миссии, он открыл офис в своем собственном доме.

Оба замолчали на минуту. Этан, я подозревала, рассматривал все наши ресурсы, прежде чем взвалить на себя чужую проблему, особенно, когда не совсем ясно, а была ли проблема вообще.

— Я знаю, у тебя сейчас много своих проблем, — добавил Ной. — Но ты же дома, который слушает.

Этан посмотрел на меня. — Готова ли ты обсудить это со своим дедом? — спросил он молча. — Как отмечает Ной, у меня есть свои проблемы.

— Конечно, — сказала я. — И кроме того, если мы не поможем, то кто? От нового мэра помощи не дождешься, а другие Дома избегают политику любой ценой.

В глазах Этана вспыхнула гордость. Он был рад, что я не убегаю от проблемы, что я была готова решать ее лицом к лицу.

Я тоже была рада за него, что он не позволил сомнениям и политическим соображениям поколебать его курс.

Конечно, теперь, когда мы покинули ГС, эти соображения стали более гибкими.

— Мы в одной лодке, — сказал Этан. — Можем мы посмотреть фотографии Евы сделанные за пределами Центра регистрации?

— Я сделаю лучше, — сказал Ной. — Я провожу вас на место.

* * *

Этан рассказал Малику и Люку о наших планах. Роза вернулась в свою группу друзей-бродяг, а мы встретились в фойе Дома с Ноем.

Мы все были одеты строго в черное, и с нетерпением перемещались среди праздничных украшений Дома.

— Тебя подвезти? — Спросил Этан, но Ной покачал головой. — У меня есть, чем заняться, когда мы закончим. Я буду ждать вас там?

Этан кивнул; Ной уже дал нам адрес Центра регистрации, место в Маленькой Италии города Чикаго, рядом с Университетом штата Иллинойс. — Мы будем рядом с тобой.

Этан, будучи главным в Доме, имел желанное место парковки в подвале Дома. Ему не придется откапывать свою машину после Чикагской метели, попросите кого-нибудь место на улице, при подъезде к дому, и попытайтесь припарковаться между автомобилями и горами снега, которые образовали гигантский бордюр.

Мы спустились по главной лестнице в подвал, и он своим ключом открыл гараж. Я остановилась в дверях.

Место парковки Этана, где должен был стоять Астон Мартин, занимало блестящее двухдверное купе с темно-красной отделкой и ухмыляющейся решеткой. — Что это? — спросила я.

Этан отключил сигнал безопасности и пошел в сторону водителя.

— Это, Мерит, Бентли Континенталь ДжиТи.

— Он выглядит совершенно новым.

— Так и есть. — Я оглядела стоянку, его Астон Мартина не было видно нигде. — Что-то случилось с Астон Мартином?

— Нет, — сказал он, нахмурившись, открывая дверь. — Астон просто мне не подходит.

Этан потерял свой автомобиль, гладкий кабриолет Мерседес, в неудачном столкновении с близнецами Тейтами до их разделения. Тейт сбросил машину с дороги с нами внутри, и Мерседес не пережил падение.

Я хорошо понимала связь между автомобилем и водителем. Я все еще водила оранжевый Вольво, который был у меня в течение многих лет. Он был недорогой, но я его купила, и он доставлял меня туда, куда мне надо.

Тем не менее. У него был Астон Мартин. Новый Астон Мартин, доставленный ему очень приятным продавцом.

— При всем уважении, новый Астон Мартин — это не для тебя? Это машина Джеймса Бонда.

— Я не Джеймс Бонд, — сказал он хитро. — Мне очень нравился Мерседес. Он подходил мне идеально. Астон просто… этого не сделал.

— Таким образом, ты сторговался в плюсе? — спросила я, идя к машине и, открывая дверь. — Ты относишься к нашим отношениям также?

— Да, — сказал Этан серьезно. — И я провел четыре сотни лет ожидая встречи с тобой.

Этот комментарий был из тех, что держат меня прочно, даже когда Этан был невыносимым. Он бросал их в разговорах достаточно часто, чтобы заставлять мое сердце таять.

— Ладно, — сказала я, — давай посмотрим, на что оно способно.

## Глава 3. ОТЦЫ ОСНОВАТЕЛИ

Мы ехали в Маленькую Италию, которая была к юго-западу от центра Чикаго.

Справедливости ради скажу, Бентли работала как сон, что я предполагаю, оправдывало смысл тратить так много денег на автомобиль. Наряду с произведенным впечатлением на друзей и запугиванием своих врагов.

На улице, указанной Ноем было тихо, в будний день здесь раздаются звуки малого бизнеса — банков, портных, офисов риэлторов. Большинство зданий были автономные трех-четырех этажные, их окна со следами многообещающего будущего, квартир и апартаментов.

Когда мы приблизились к улице, Этан припарковал Бентли на парковке перед суши-баром, который сейчас пустовал.

По соседству была химчистка, а в соседнем здании — то, что являлось оскорблением нашего существования — офис регистрации вампиров. Сегодня был выходной, и здание было темным.

Но придет понедельник в сумерках, и за дверью выстроятся в линию вампиры, ожидая благословения и анонимности бюрократии города Чикаго.

Этан и я вышли из машины и привязали наши катаны. Чикагские полицейские, вероятно, потеряли бы покой, если бы знали, что мы несем десятки дюймов отточенной и закаленной стали, но я не позволю этому остановить меня.

Мы не знали, какие драмы ожидают нас, и я хотела быть готовой.

Я вздрогнула, когда хлопнули двери соседнего автомобиля. Ной припарковавшись на улице через несколько автомобилей сзади, направился к нам. — Ты в порядке? — Спросил Этан, оглядываясь на меня.

— Со мной все хорошо, — кивнула я. — Звук испугал меня.

Этан сжал мою руку поддерживая. — Значит Оливер и Ева приехала сюда, чтобы зарегистрироваться, — сказал он, оглядываясь. — Почему сюда в центр?

— Они жили неподалеку отсюда, — сказал Ной. — Так, вероятно, из-за близости.

— Страж? Что думаешь?

— Они, вероятно, были не одни, — предложила я. — Здесь были и другие вампиры, или сотрудники, работающие в Центре регистрации. Может быть швейцар их видел?

— Чем я могу вам помочь?

— Ной, — сказала я, протягивая руку, пока он не положил в мою ладонь телефон. Я проверила экран и увидела нежно улыбающиеся лица двух блондинов вампиров мужчину и женщину. Я повернула его в сторону швейцара.

— Наши друзья исчезли, и мы пытаемся их найти. Мы думаем, что они, возможно, были на той стороне улицы две ночи назад. Они не кажутся вам знакомыми?

Не утруждая себя посмотреть на экран, швейцар скрестил руки на груди и прищурился на меня.

— Даже не хотите взглянуть?

Он медленно моргнул.

— Может быть, это освежит вашу память, — сказал Этан, протягивая сложенные двадцать долларов между пальцами.

Швейцар взял их и сунул в карман пиджака, а затем снова скрестил руки. Я думаю, Джексон не был его любимым президентом

— Как насчет президента Гранта? — Спросил Этан, предлагая пятьдесят таким же образом.

Швейцар бросил подозрительный взгляд на него. — Я предпочитаю здравый совет Бенджамина Франклина с его непритязательным юмором. Но президент Грант своими качествами тоньше. — взял купюру и сунул ее в карман. — Что я могу сделать для вас сегодня вечером?

Я сдержала улыбку. — Эти двое, — напомнила я ему, помахивая телефоном. — Вы их видели?

На этот раз его взгляд скользнул на экран. — Я видел их, — сказал он, кивнув. — Они были в регистрационном офисе.

— Почему вы запомнили их? — спросила я.

— Они сделали ряд фотографий как идут в офис регистрации, вместо того, чтобы зарегистрироваться в городе. — Он пожал плечами. — Я не знаю. Я догадался, — отдавая телефон обратно. Я надеялась, что это правда.

По одному кризису за раз, напомнила я себе. К сожалению, в нашем мире редко бывало так.

* * *

Дом Кадогана имел три надземных этажа, все одинаково шикарные и полные дорогой мебели и пышной обстановки. Квартира, что мы с Этаном делили, имела свой отпечаток, была на третьем этаже.

Мы встретились с Маликом на лестнице по пути к кровати, и обменялись информацией о наших вечерах. Мы рассказали ему о нашем посещении аллеи, он сообщил о партии.

— Два больших пальца вверх за совместный ужин, — сказал он, — все казалось, были достаточно доброжелательны. Но ваше отсутствие было замечено. Настроение немного ухудшилось, когда ты ушел.

— Я боялся этого. — сказал Этан. — Две семьи устроили вечеринку, а главы семейств исчезают? Это не очень хорошо.

— Бродягам известно о возможном исчезновении Оливера и Евы. Некоторые беспокоятся за своих друзей и рады, что вы на борту. Другие обеспокоены, что бродяг втянут в политику Кадогана.

Этан поднял глаза к потолку, как бы исследуя помещение. — Мы занимаемся политикой, потому что нас вынуждают. Если бы вампиры просто действовали соответствующим образом, то в этом не было бы нужды. — Он взглянул на меня. — Мы должны иметь футболки с вышивкой.

— Если не очень броские, то я могу сделать это.

— Я уверен, что сможешь. В любом случае, Малик, спасибо за общение с ними.

— Конечно, Сеньор.

Этан поморщился на титул. — Пожалуйста, прекрати меня так называть. Ты до сих пор официально Мастер.

— О, я знаю, — сказал Малик. — Но так же, как и Мерит, я нахожу забавным раздражать тебя.

Когда Малик свернул за угол коридора, Этан повернулся и бросил на меня острый взгляд. Я пожала невинно плечами. — Я ничего не могу поделать с тем, что стала законодателем моды.

Этан хмыкнул, но взял меня за руку, и мы продолжили путь на третий этаж, прощаясь с вампирами в прихожей.

Люк возвращался в номер Линдси, который был через несколько дверей дальше от Этана.

Задумавшись, возможно разочаровавшись на мир, мои ноги уткнулись в край кровати. Потеряв равновесие, я зашаталась, но он удержал меня в вертикальном положении. — У меня есть преимущество.

— Я не сопротивляюсь.

— В таком случае, — сказал он, скользя руками за колени и бросая меня на кровать, — нет никаких причин, чтобы играть скромницу.

Этан накрыл мое тело своим. Мое сердцебиение ускорилось, как и пульс крови в венах. Это было, как если бы мое сердце знало его запах, его тело, его магию и ожидало его укуса.

Как будто наша вампирская природа связана на биологическом уровне отдельно от наших сердец и умов, как и наши хищные души нашли родственную душу.

Я откликнулась на поцелуй, в полной мере получая то, что он предлагал, что я пропустила и по настоящему оценила только когда он ушел, приняв кол в сердце.

Рассвет приближался, неся с собой туманное истощение, которое поражало всех вампиров. Мы сопротивлялись сну трением нашей кожи и ритмом наших тел, и когда солнце нарушило горизонт короной из оранжевых и золотых лучей, мы, обняв друг друга, спали вместе, пока солнце не упало снова.

## Глава 4. ЧАСЫ ПРИЕМА

Я проснулась в объятиях Этана, мое сознание пробудилось от жужжания втягивающихся автоматических жалюзей, которые закрывали окна. — Добрый вечер, — сказал он, целуя мои голые плечи.

Я хмыкнула и уткнулась лицом обратно в подушку. В комнате было прохладно, а я была связана с красивым и сильным человеком.

У меня не было никакого стимула, чтобы выбраться из кровати… за исключением моего священного долга перед Домом и моей дружбы с Ноем. Вампиры пропали без вести, и у меня была работа. Первый пункт в этом списке? Вызов Катчера для информации.

Без особого желания, я села и откинула свои волосы с лица, скрутив их свободно на затылке. Они не остались бы там долго, но по крайней мере я могла вылезти из кровати без ослепления себя этим гнездом.

Этан сел рядом со мной, прислонившись спиной к спинке кровати и сканируя свой телефон в поисках новостей и обновлений.

— Что-нибудь новое? — спросила я.

— Феи подтвердили Катчеру получение пакетов и уехали с ними. И еще новости от переходной команды, — сказал он.

— Я пригласил их в дом, ты знаешь. Я подумал, что их личное присутствие было бы выгодно. И, честно говоря, они предоставят нам немного изоляции от любых махинаций Дариуса.

Я кивнула. — Газеты сообщают, что люди хотели бы посетить нас, но никаких подробностей пока нет. Я не думаю, что организация поездок была завершена.

В "Дейли" были сообщения о событиях в Доме и хорошо подготовленных охранниках Кадогана.

Путешествия вампиров часто осложнялись ограничениями солнечного света.

— Кто получил официальное приглашение от переходной команды? — спросила я.

— Пейдж, которая проложила свой путь к сердцу библиотекаря.

— Как я и предсказывала. — В Доме Кадогана была великолепная библиотека с хорошо осведомленным и очень раздражительным библиотекарем.

Пейдж была рыжеволосой волшебницей, которая столкнулась на Среднем Западе с Мэллори, и провела некоторое время в Доме Кадогана после того, как Доминик Тейт сжег ее дом, чтобы наказать.

Недавно она нашла свое собственное место на третьем этаже в доме без лифта в Гайд-Парке, но она оставалась частым гостем Дома… и библиотекаря. Оба любители книг и знаний, они сделали быстрый скачок в любви.

— Угу, — уклончиво пробормотал Этан. — Они просматривают библиотеку, ища прецеденты относительно аннулирования полномочий.

— Прецеденты? — спросила я.

— Это не должно удивлять тебя, зная членов ГС — блюстителей правил. — Его голос был сухим, как тост. Факт был совершенно неудивительным — И есть много правил, — добавил он.

— Случаи не прохождения аттестации домами случались только дважды с тех пор, как ГС был официально учрежден. Проблема в том, что когда ГС распускает дома, он обычно не машет вежливо рукой на прощание, а идет на поводу своего бизнеса. Так они проверяют другие Дома чтобы определить, если ГС вытаскивал какую-либо ерунду, не попытаются ли те повторить их. Наш финансовый консультант и аудитор безопасности Майкл Донован также в команде. Мы просили его, проверить беспристрастным взглядом наши протоколы безопасности. Люк и я общались с ним последние пару недель, и казалось, естественным ввести его в Дом к финальной битве.

Люк не упоминал Майкла Донована при мне, что заставило меня задаться вопросом, был ли он раздражен, что Этан нанял аудитора присмотреть за тылами. Но Этан был боссом. Неофициальным, во всяком случае.

— Звучит как хороший план.

Но Этан стал внезапно и необычайно тихим. Я приподняла бровь. — Что?

— Лейси будет одним из посетителей. — Лейси Шеридан была Мастером.

— Почему? Потому что она смотрит на тебя, она зависит от тебя на каждом слове? И она сказала мне…

Он выглядел удивленным. — Что она сказала тебе?

— Может быть, она сказала мне не так много слов, но она имела свою точку зрения.

— Мерит, Лейси жила в Доме Шеридан в течение многих лет. Она единственный Мастер в городе с сотней вампиров. И я говорю это без какого-либо личного интереса — она очень привлекательная женщина. Уверяю тебя, если бы ей понадобился жених, она смогла бы его найти.

"Не тогда, когда она тянется к тебе", — молча думала я, но держала это при себе. Если он действительно был настолько наивен о ее чувствах, я подумала, что мне это на пользу. Ей будет гораздо труднее добиться его чувств, если у него не было романтических мыслей о ней.

— Тогда, хорошо.

Этан посмотрел на меня. Он смотрел на меня, проверяя мое настроение и не означает ли это "хорошо" — "хорошо" в мужском смысле, а в женском смысле "возможно все в порядке, но это зависит от того, что ты скажешь следующим".

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Я доверяю тебе. Я не уверена можно ли доверять ей, но я доверяю тебе. — Я положила руку на его. — И что более важно, я знаю, ты беспокоишься о Доме и о Дариусе с ГС. Делай то, что тебе нужно сделать. Я буду рядом.

Без предупреждения, он набросился и обернул меня своим телом, его тепло проникло до глубины души. Как вампир, я была холодной; Этан Салливан был безусловно лучшим одеялом, которое девушка могла попросить.

— Когда они прибывают? — пробормотала я.

— Еще несколько часов. — Он уставился на мою шею, притянув меня ближе. Это было предложение, как мы могли бы потратить эти часы.

К сожалению, это не было картой выпавшей мне сегодня вечером. — У нас есть работа, и мне нужно двигаться дальше. У нас пропавшие без вести вампиры и омбудсмен, который, наверное, уже оставил полдюжины сообщений на моем телефоне.

— Это должно заполнить наш график на всю ночь, — сказал он. По прежнему под ним, я потянулась и взяла свой сотовый телефон с тумбочки.

Ни звонков, ни сообщений, что было необычно, но возможно прошло всего несколько минут с начала сумерек. Возможно Катчер не видел смысла в отправке сообщений, если я не была в состоянии прочитать их в течение нескольких часов.

"Запрет на управление зомби". Я бы танцевала балет на протяжении многих лет, и могла бы на пальцах доказать это. Кроме того, к счастью, мой быстрый метаболизм вампира теперь означал, что я могла есть всю ночь без каких-либо негативных последствий.

Не то, чтобы у меня было время для такого рода действий. Не тогда, когда вампиры, возможно, были похищены и наш Дом стоял перед неопределенным будущим. И не тогда, когда Лейси Шеридан была на пути к нам. Да, я верила в меня и Этана, но я была еще девочкой. Последнее, что мне было нужно, чтобы она нашла мою руку глубоко в ведре с жареной курицей Финест Чиккен.

Несмотря на то, как вкусно это звучало, я сделала мысленную заметку накрыть праздничный стол Cluckin (сеть ресторанов быстрого питания). "После того, как мы найдем Оливера и Еву в целости и сохранности". Я очень надеялась, что мы сделаем это.

Когда я вышла в главный коридор с завтраком в руке, напряжение Дома было ощутимым. Мы были в сорока восьми часах от разрыва наших связей с ГС, и они бы уже приняли решение.

Гул нервной магии становился сильнее. Я чувствовала его в колючем воздухе, дымка ожидания текла через дом.

Вампиры Дома Кадоган могли доверять своим хозяевам — Этану и Малику, но они вступали на неизвестные политические территории.

Я держала бублик в зубах и вылавливала ключи от моего древнего Вольво из своего кармана. В отличие от прошлой ночи, эта была леденящей до костей морозной снаружи. От этого холода могли избавить только горячая ванна или ревущий огонь.

Сегодня газон был лишен грузовика с ароматной едой и веселья, но почти идентичные наемники феи все еще стояли на часах перед домом.

Когда я проходила через ворота, их выражения были типично стоическими, но оба они кивнули мне в знак приветствия. Это было последнее развитие отношения ко мне.

— Вы должны присоединиться к нам, — сказала я. — Трудно быть единственной целью ГС в этой игре в вышибалы.

— Вы не сможете оплатить, чтобы мы оказались в вашем положении.

— Мы управляем — сухо сказала я.

— Сейчас. Но вы должны знать, мы слышим вещи о ГС, которые не очень радужны.

— Такие как?

— Такие, как ГС хочет причинить вам столько неприятностей, сколько возможно.

Это откровение заставило мой живот перевернуться, даже если это было не совсем неожиданно.

У Этана и у других был многовековой опыт с ГС, и ранее он полагал, что они действовали в интересах домов.

Я была вампиром всего несколько месяцев, но я знала, что ГС работает только ради одной вещи, своего интереса. Мне казалось, сохранение власти в руках ГС было его приоритетом номер один.

— К сожалению, очевидно, что они будут здесь на день раньше.

Джонах присвистнул. — Это не перспективно.

— Я знаю.

— Я ненавижу это говорить, но Дом Кадогана ввинчивается…

— Тогда не говори. Было бы намного полезнее, если бы ты смог дать мне какие-либо подробности о том, что ты думаешь. Будут ли они тянуть, чтобы я смогла надлежащим образом подготовить свой дом.

— До сих пор ты действовала разумно и логично. Все что я знаю, контракт ГС с Домом Кадогана является ключевым фактором.

Я не была уверена, какой контракт он имел в виду, но я бы в этом разобралась. — Твоя информация поступает от других членов КГ?

— С нашей сети связи, — сказал он.

* * *

Дом моего деда был маленьким и причудливым, обшитый светлыми досками, металлическая наружная дверь, короткое бетонное крыльцо.

Когда я подъехала, горел свет и полдюжины автомобилей были припаркованы у дороги на улице. Большинство из них были крошечные Родстеры, что означало только одно.

Речные нимфы, догадалась я, Катчеру не удалось решить кризис обуви. Когда я подошла к входной двери, то услышала музыку и визгливые голоса. Не постучав, я вошла внутрь и не была сильно удивлена.

Входная дверь открылась прямо в гостиную моего деда, и она была полна людей, и среди них мой дед и полдюжины нимф в своих обычных, коротких, сильно декольтированных платьях.

Они опустились на колени полукругом вокруг того, что было похоже на новое телевидение, и визжали в то время как Джефф Кристофер стоял посередине с видео контролером игры в руках. Но даже не это было самым странным.

Джефф Кристофер, экстраординарный оборотень, был в костюме. Бледно-зеленая туника, поверх которой он накинул плащ зеленого цвета, отделанный коричневым, и высокие по колено кожаные сапоги.

Капюшон туники был поднят, примостившись на макушке Джеффа, но его до плеч каштановые волосы выбились по его краям.

Джефф был высоким и долговязым, и костюм подходил ему на удивление хорошо. За отсутствием лука и лошади, он, похоже, вышел из средневекового леса.

Глядя на экран, его костюм был составлен по образцу персонажа-гоблина в игре, которая в настоящее время была включена.

— Пожалуйста, входите, я могу взять ваши куртки, если хотите.

— Нет, мы в порядке, — сказал Ной, входя внутрь.

Мой дедушка мягко улыбнулся и махнул рукой в сторону дивана. — Присаживайтесь.

Ной кивнул, и трио бесшумно село на диван. — Познакомьтесь с Розой, — сказал Ной, когда они уселись. — А это Елена.

— Катчер и Джефф Кристофер, — сказала я, показывая на пару, которая стояла позади меня. — И мой дед Чак Мерит. Что случилось? — спросила я Ноя.

— Мы нашли их, — сказал Ной. У Розы вырвались рыдания, Ной вытащил сотовый телефон из кармана, нажал дважды на кнопку, и вручил его мне.

## Глава 5. ВАМПИРЫ, ПРЕРВАННЫЕ

Я приготовилась к худшему, и этой подготовки было едва ли достаточно. Фото не было зернистым, а цвета были яркими, но не было никаких сомнений в предмете.

Оливер и Ева были мертвы. Было несколько гарантированных способов убить вампира — осиновый кол, солнечный свет, общее расчленение, обезглавливание. Последние два варианта объясняли, почему вампиры носили мечи в бою. Наши клинки были уверены, оружие разило бессмертного врага.

Кто бы ни сделал это дело, с каким бы темным сердцем монстра, он выбрал обезглавливание.

Они лежали рядом на деревянном полу в луже крови, держась за руки. Их пальцы были переплетены в заключительном акте любви, отрицавшем смерть. Их руки были покрыты татуировками, которые, казалось, текли вместе, как если бы они были написаны с руки на руку одним и тем же художником.

У них обоих были светлые волосы, но они слиплись от крови. Их шеи были перерезаны полностью, головы от тел отделяли всего несколько сантиметров, издевательство над их бессмертием.

Они, возможно, выжили бы от других ран, которые убили бы большинство людей. Вампиры быстро исцеляются, и раны, возможно, в конечном итоге закрылись бы.

Но обезглавливание было, совершенно ясно, не совместимым с жизнью. Жестокий разрез. Там не было никаких других признаков травмы. Они казались спящими… кроме очевидного оскорбления.

Я видела смерть раньше, и я выбрала себе жизнь — всегда быть в пылу битвы, и всегда защищать кого-то или что-то, что я любила. Но это было совсем другое.

Если у Ноя не было информации об Оливере и Еве, то мы просто не понимали — это было хладнокровное и шокирующее по своей особой жестокости убийство.

Мой живот впал в кому. Моя кожа стала липкой и холодная струйка пота скользнула по моей спине. Голова закружилась и меня захлестнули внезапные воспоминания о перенесенной мною потере несколько месяцев назад. Да Этан был возвращен мне…

Дрожащими руками, я передала трубку моему деду, потом посмотрела на Ноя, Розу, и Елену.

— Мне так жаль, мы выясняли где они были и куда отправились. Не было видимых источников нигде.

Ной кивнул. — Мы не нарушители. Я не знаю, кто мог это сделать.

— Монстры. — сказал мой дед, передавая телефон Катчеру и Джеффу, глядя на Ноя, Розу, и Елену по очереди. — Я сожалею о вашей потере, а также я знаю, что это слабое утешение, но я извиняюсь за это.

Я задалась вопросом, сколько раз он говорил эти слова за свою карьеру в качестве полицейского.

— Вы сделали снимок? — спросил Катчер.

Ной снова кивнул. — Один наш друг является профессиональным фотографом. Он любит снимать упадок городов: руины зданий, граффити, коррозию металла и тому подобное. Есть старый склад недалеко от его студии. Он был построен в 1940 и он думал, что тот не долго простоит… Он хотел взглянуть, прежде чем склад разрушится или упадет, поэтому и пошел туда с коллегой. — Ной откашлялся, объяснение давалось все труднее. — Они обходили один из верхних этажей, и на них пахнуло кровью, но они не поняли откуда. Не было никаких видимых источников. Джеймс и вампир в конце концов нашли защелку. Была секретная комната, хранилище некоторого вида в задней части комнаты. Они открыли дверь… и обнаружили…

Роза рыдала. Мой дед предложил ей коробку салфеток, уютно расположенную среди трикотажа моей бабушки. Елена вытащила несколько, и передала их Розе, которая прижала их к лицу, но только заплакала еще сильнее.

— Мы только посмотрели, чтобы подтвердить, что это они, и приехали сюда. Я поручил другим получить их останки. В случае, если есть какие-либо доказательства, мы хотели бы знать.

Я посмотрела на своего деда, молча ища его совета. Убийства подпадают под сферу действия ДПЧ, но это было когда отношение города к вампирам было еще доброжелательным.

Мы были, в конце концов, животными, которым требуются лицензирование. — Я могу сделать короткий телефонный звонок в ДПЧ, — сказал мой дед.

— В то же время, — сказал он выразительно, — вы могли бы сами взглянуть на место происшествия для поиска любых других доказательств. — Он посмотрел на Ноя. — Если с вами все в порядке? — Ной кивнул.

— Мерит и я пойдем. — сказал Катчер.

Ной был крупным и хорошим мужчиной, но я поймала отблеск облегчение в его глазах. Он не хотел, возвращаться на место преступления, и я не винила его. — Да, — сказал он. — Это, наверное, лучше всего.

— Мне ненавистно спрашивать об этом, — сказал Катчер, — но есть ли шанс, что Джеймс или его друг в этом участвуют?

Ной покачал головой. — Не знаю, должны ли вы спрашивать или нет. Я думал об этом, и искренне верю, что он не имеет ничего общего с этим. Оливер и Ева были хорошими ребятами. То же самое относится к Джеймсу. Он предпочитает камеры оружию, работает добровольцем в реабилитационном центре для ребят с проблемами наркомании. В сервисе ориентированного типа.

Катчер кивнул. — Тогда мы начнем со здания. Джефф, пока нас не будет, проверь учет имущества, есть ли что интересное. Владелец, история, все, что может подсказать нам, почему здание было выбрано.

— Будет сделано, — сказал Джефф. Он встал и галантно махнул в сторону коридора.

— Если кто-то из вас хотел бы присоединиться ко мне в кабинете, можете это сделать. Вы могли бы поделится своим опытом.

Ной встал и последовал за Джеффом по коридору, оставив Елену и Розу на диване, свернувшимися вместе в их горе. Мой дед оглядел комнату.

— Почему бы мне не сварить кофе, или, возможно, чаю? — он мягко улыбнулся Розе и Елене. — Будет ли кто-нибудь из вас, молодые дамы это?

— Чай было бы здорово, — сказала Елена с благодарностью, и мой дед кивнул и исчез в кухне.

— Мы вернемся. — уверила я Елену. — Ной знает, как связаться с нами в случае необходимости.

— Найдите хоть что-нибудь, — сказала она, и я искренне надеялась, что так и будет.

* * *

Катчер вызвался ехать по адресу, что дал нам Ной, который находился в Маленькой Италии.

К сожалению, он помрачнел, поняв, что убийца совершил убийство недалеко от центра, где зарегистрировались Оливер и Ева.

По дороге, я воспользовалась моментом, чтобы узнать новости в доме. Я позвонила Этану, но не получив ответа, решила не оставлять мрачной голосовой почты. Это была новость, которую я бы доставила лично.

— Два мертвых вампира, — сказал Катчер, когда я сунула телефон обратно. — И, судя по всему, порядочные, невинные вампиры.

Два вампира, которые легли вместе, переплели руки и не проснулись снова. Я не была уверена, почему я продолжаю возвращаться к этой детали. Возможно, это был бывший аспирант во мне.

Я изучала средневековую литературу, и было что-то такое в их образе, которое напоминало Ромео и Джульетту. Было ли это целью убийцы? Не просто убить вампира или этих двух вампиров, а нарисовать образ сладкой, грустной и горькой смерти?

Было что-то ужасающе иностранное в этой идее. Я поняла бы убийство в пылу сражения. Я могла бы понять убийство ради мести или в гневе; мотивация была ясна. Но убийство ради остроты? Убийство, чтобы шокировать или оскорбить?

Это было нечто очень странное, и я не могла объять это своим умом. — Убийца создал сцену, — сказала я. — Расположив их именно так. Они не могли держаться за руки… когда с ними это случилось.

— И он знал, как убить вампира. Он знал, обезглавливание это сделает, или ему очень повезло с первой попытки. — Я кивнула.

— С осиновым колом было бы легче. Осина убивает быстро. Но если бы он сделал ставку на осину, кол — единственное, что осталось бы.

— С солнечным светом тоже было бы быстрее, — сказал Катчер. — Если бы он хотел, действительно, по-настоящему их убить. Существует множество способов скрыть все доказательства, и мы бы никогда их не нашли. Так вот первый вопрос — Что он пытается нам сказать?

И, во-вторых, почему именно эти вампиры в частности? Почему Оливер и Ева? Он хотел убить именно их?

Или он просто хотел убивать? — задалась вопросом я. Не самая утешительная мысль.

* * *

Дождь лил как из тумана, добавляя еще больше мрачности этому вечеру. Мы припарковали автомобиль на пустой улице и посмотрели на белый кирпичный склад с надписью WILKINS с боку, написанной синей краской. Окна в основном просели, и склад был огорожен рваными пластиковыми ограждениями, чтобы не пускать посетителей. К сожалению, состояние здания было похоже на другие соседние. Они были старые и ветхие, нуждались в серьезной покраске и реабилитации.

Катчер поднял воротник куртки и застегнул его от раздражающего дождя и холодного воздуха. — В бездну? — спросил он.

Я кивнула и приготовилась взять на себя инициативу, когда появилась фигура из темноты на другом конце блока. Я положила руку на рукоять своего меча.

— Мерит. — прошептал Катчер предупреждающе.

— Он вампир. — тихо сказала я, когда знакомая магия дошла до меня. — Но враждебности, я не чувствую.

Он был высок и угловато худой, с длинными руками и ногами, одетый в старомодный черный костюм с жилетом. Его темные волосы были короткими, составляя резкий контраст с пышными бакенбардами. Свет проезжающей машины отразился в его глазах, которые были полностью серебряными. Глаза вампиров посеребряются, когда они испытывают сильные эмоции. К сожалению, я не могла сказать, какие эмоции он испытывал, его магия, хотя и нервная, была нейтральной. Он так умел скрывать свои чувства, или это была только его биологическая реакция?

— Ты Мерит? — спросил он.

Я кивнула, удерживая руку на своем мече, предупреждение, что я готова к действию. Катчер посмотрел на него с опаской.

— Я Катчер, и вы ставите нас в невыгодное положение.

— Гораций Уильсон, — сказал вампир, протягивая руку. — Капрал, если предпочитаете звание, хотя Гораций тоже прекрасно подойдет.

— Вы служите? — спросил Катчер.

— Служил, — сказал он, подчеркнув, прошедшее время. — Одиннадцатый Волонтерский — Пехота. — Это делало его солдатом гражданской войны, и по крайней мере на полтора столетия старше.

— Мы сожалеем, о вашей потере, — сказал Катчер.

— Спасибо, хотя я не знал их лично. Я здесь, чтобы помочь. Бродяги служат в государственных корпусах чисто на общественных началах, но мы заботимся о вещах, которые должны быть сделаны. — Гораций оглядел окрестности, которые, казались тихими и спящими, но мы в конечном итоге не стремились привлечь к себе внимание. — Давайте войдем внутрь, — сказал он. — Мы позаботились о детях.

— Детях? — спросила я.

— Оливер и Ева. Они были относительно молоды. Дети для меня и моего круга. — Он отошел от нас к забору, который был помятым, затем поднял его, чтобы мы могли пролезть снизу. Оказавшись внутри барьера, мы последовали за Горацием к двойным входным дверям в здание. Он посмотрел на меня.

— Ты ребенок еще.

— Вампир с апреля — сказала я.

— Хороший переход?

— Были свои моменты, — сказала я.

Двери, тяжелые, промышленные висели на плохих петлях. Гораций толкнул их, открыл двумя руками, искры отлетели при трении стальной решетки о бетонную площадку ниже. Когда он сделал разрыв достаточно большим, чтобы протиснуться, то включил фонарик. Мы последовали за ним в здание и непосредственно на лестничную клетку, поднялись на третий этаж и вышли в гигантское пустое пространство, по-видимому туда, где когда-то хранились документы. Это, возможно, ранее был склад, но дни его хранения давно прошли. Ни мебели, ни полок, ни эксплуатационных лампочек. Граффити отмечены кирпичные стены, вода капала с потолка, собираясь в лужи на деревянном полу. Гораций светил фонариком через огромную комнату на другую сторону, где была дверь в секретную комнату, найденную Джеймсом, она была открыта.

— Вот и все, — сказал он, а затем предложил мне фонарик. — Я уже был там, и этого было много для меня… Я подожду.

Я кивнула Катчеру, идущему рядом со мной, круг света подпрыгивал перед нами, когда мы пересекали комнату, шаги отдавали эхом от изношенных деревянных полов.

Мы достигли секретной двери — опрятной плиты из искусственного кирпича, которая плотно прикрывала все прорези в стене. Если бы ни кровь, Джеймс никогда бы их не нашел.

Дверь поворачивалась в одной точке, где был сбалансирован ее вес. Кирпич справа от двери торчал немного дальше, чем другие. Это, как я предположила, был скрытый замок, который открыл дверь.

— Интересная штуковина, — сказал Катчер. — Для того, кто желает что-то скрыть, конечно. — Пахло кровью, пролитой в хранилище, и я была рада, что выпила кровь, прежде чем вышла из дома.

Интеллектуально я не интересовалась пролитой кровью двух убитых бродяг. Но мои низменные инстинкты хищника не очень заботились об этике, а происхождение крови не уменьшило его привлекательности. Я была вампиром, а кровь была кровью.

Мы вошли. Oливера и Еву, как обещали, унесли. Но доказательства их жестокого убийства остались. Их смерти были отмечены лужей темной крови на полу, еще влажной из-за влажности ночи.

Я закрыла глаза на мгновение, противясь инстинктивному влечению.

— Соберись, — прошептал Катчер, двигаясь впереди меня в сторону лужи.

— Соберусь. — заверила я его. Дождавшись, когда все встало под контроль, я снова открыла глаза. Луч света пересекал комнату туда и обратно в поисках улик. Комната была достаточно большой, вероятно, тридцать на тридцать квадратных футов.

Здесь не было ни окон, ни полок, ни товара со склада. Как и в остальной части пространства, стены были сделаны из кирпича.

Кроме размера, и потайной двери, не было ничего, что отличало ее от остальной части склада.

— Может быть, они использовали ее для безопасного хранения? — спросил Катчер.

— Может быть, — сказала я. — Клиенты платили немного больше, и их товар запирали в скрытой комнате.

— Если это место было построено в сороковые годы, — сказал Катчер, — это означает, что в военное время. Мы не далеко от Манхэттена. Возможно здесь хранилась научная информация, что могло бы объяснить меры безопасности.

Я кивнула, продолжая ходить взад и вперед, двигая фонариком, освещая по несколько сантиметров в каждой развертке, как в сцене из телешоу о преступности. И так же, как и в судебных телешоу, я замерла, когда что-то на полу зацепило мой взгляд.

— Катчер, — позвола я, замораживая луч на месте. Там, в пыли и грязи была небольшая щепка.

Теперь, когда я знала, что искать, я осмотрелась вокруг… и нашла еще несколько таких же. Две, потом десяток, потом сотню, разбросанных в треугольнике около десяти футов в поперечнике у его основания.

— Что ты нашла? — спросил Катчер.

Я взяла одну щепку, не больше зубочистки, но гораздо более острую и положила ее на свою ладонь. — Щепки деревянные. И бьюсь об заклад, они осиновые.

— Mаккeтрик? — спросил Катчер.

— Это может быть осколками одной из его осиновых пуль, — согласилась я неохотно. Mаккетрик изобрел пистолет, стреляющий пулями из осины, предназначенный для быстрого убийства вампиров, превращая их в пепел. Он пытался застрелить меня.

К счастью, пистолет дал обратку. Он пострадал в результате взрыва пистолета от металлической и деревянной шрапнели, и я не встречалась с ним лицом к лицу с тех пор. Я не думала, что мы тогда видели Маккетрика в последний раз, но я не была взволнована возможностью, что он снова встанет на нашем пути. К сожалению, эти улики указывали, что это так. Катчер опустился на землю и взял другую щепку.

— Оливер и Ева были обезглавлены. Если у него был пистолет, то почему он не использовал его, чтобы убить их? Он пытался напугать их сперва?

— Я не знаю. Может быть, это была его первая стадия атаки, его предупреждающее оружие. Может так он заполучил их в комнату. Если он сделал это… Пробормотала я, мой гнев нарастал от возможного участия Маккетрика, и что он лишил жизни двух невинных вампиров.

— Мы не знаем, Mаккетрик ли убил их, — сказал Катчер. — Может быть, он пользовался этим оружием, а потом кто-то другой закончил работу. Здесь нет прямых доказательств его участия.

Но у меня было предчувствие. — Это именно то, что сделал бы Маккетрик. Достал бы вампиров, пытающихся зарегистрироваться. Доказал бы, что мы остаемся проклятыми, даже если стараемся соблюдать человеческие правила.

— Ты совершенно права, — сказал Катчер. — Но этого не достаточно.

И я знала, что он был прав, но это не помогало мне почувствовать себя лучше.

* * *

Мы поблагодарили Горация за помощь и отправились обратно к дому моего деда. Ноя, Розы, и Елены не было. Они помогли Джеффу Кристоферу, как могли информацией. Джефф был за компьютером, когда мы вошли внутрь. Я принесла в жертву деревянную щепку. Он знал о любви Маккетрика к осине, и присвистнул увидев ее. — Это то, что я думаю?

— Это то, что мне нужно, чтобы найти убийцу. Можешь ли ты протестировать ее?

— Я за это. Катчер сел за стол и подняли ноги, а затем протер ладонями свое лицо. Так как его день начался с расследования несколько часов назад, он вероятно был исчерпан.

— Имущество? — спросил он. Было очевидно, что Катчер слишком устал, поэтому экономил глаголы.

— Как вы видели, — сказал Джефф, — здание бывшего склада. Но я не нашел хоть что-нибудь о том, кто на самом деле им владеет.

Я прислонилась к противоположному столу.

— Есть другие идеи?

— Не до возвращения в лабораторию — сказал Катчер. — Дай немного времени, и мы дадим тебе знать.

Я кивнула и встала. — В таком случае, я оставлю вас. Мне нужно сообщить новости Этану и Люку. Можете ли вы узнать об Оливере и Еве немного больше? Может быть, это не является случайной атакой. Может быть, они были где-то или сделали что-то, что разозлило кого-то и полностью объясняет это. — Я знала что это маловероятно, но мне нужно было знать, что существуют какие-то причины, какая-то логика тому, что я видела.

Джефф кивнул. — Поезжай аккуратно. И дай нам знать, если найдешь что-нибудь интересное.

Я надеялась найти хоть что-нибудь.

* * *

Я ехала обратно с приоткрытым окном автомобиля, нуждаясь в бодрящем холоде, чтобы очиститься от аромата крови и ветхости.

Припарковала машину и, забежав в Дом, направилась непосредственно в офис Этана. Дверь была открыта, а он стоял перед конференц-столом, просматривая документы, сложенные там.

Он поднял глаза, когда я вошла, линия беспокойства пролегла между глазами, когда он смотрел на меня. — Мерит?

Я вошла внутрь. — Оливер и Ева мертвы.

Он закрыл глаза на мгновение. — Как?

Я придвинулась к нему, чтобы говорить тихо. Не было никакой необходимости в пропаганде кровавых подробностей.

— Обезглавливание, — сказала я. — Они были на складе в Маленькой Италии, в секретном помещении, находящемся на одном из этажей хранилища. Их тела были обезглавлены, но не было никаких других заметных свидетельств кроме деревянных щепок. Многие из них, похожи на произведенные для пистолета Mаккетрика.

Глаза Этана опасно сузились. — Есть доказательства, что он участвует в этом?

— Только косвенные. На данный момент мы имеем деревянные щепки. Джефф и Катчер связались с детективом Джейкобсом; телефон и стекла найденые в переулке уже у него. К сожалению, это вся информация, которую мы получили. Записи имущества привели в тупик.

Он подошел ближе и положил руку на мою щеку. — А как ты?

— Взволнована, — призналась я. — Ной и другие очень скорбят, а у нас нет ничего, кроме потенциального результата в лаборатории. Хотя Джефф собирается взглянуть на историю Оливера и Евы, вдруг что-нибудь есть там.

Он провел большим пальцем по моему подбородку, и поцеловал мой лоб. — Это хорошая мысль, Страж.

— Что-то слышно от Дариуса? — спросила я.

— Нет, — сказал Этан. — Но я надеюсь, что услышу что-нибудь достаточно скоро. Дариус редко действует без подготовки.

— Пейдж выведала что-нибудь о том, что это может быть?

— Пока нет. Многие, прошедшие аттестацию не были предупредительны. Они живут в доме много лет, и спорят о возможном привлечении алхимии и методах наказания арендаторов, не совсем применимыми в современной эпохе.

— А. — Я вспомнила комментарий Джонаха о ключе в договоре бытия, и притворилась, как будто озарена яркой идеей. — Ты знаешь, если дело не в вампирах, а ты сказал, что мы соблюдали правила, может быть, есть что-то в правилах. Я предполагаю, что Дом заключил своего рода контракт с ГС о разделении инвестиционных фондов и прочее. Там что-нибудь есть о переходе?

Брови Этана поднялись в удивлении. — Это не плохая идея, Страж. Я предложу ее Пейдж.

Это не было позитивной тенденцией, но по крайней мере это было движением. Я ждала прогресса в любой день.

В дверь постучали. Темноволосый мужчина стоял в дверях. Его челюсть была квадратной, скулы острые. Лицо хоть и угловатое, но привлекательное, в основном из-за глаз. Они были большими, темными, цвета ореха, с ресницами, достаточно длинными, чтобы загибаться в уголках. На нем были черные брюки с белыми пуговицами. На правой руке он носил золотой перстень. Он был красив, но почти жестокой красотой. Он мог быть спартанцем в прошлой жизни.

— Я не помешал? — спросил он.

— Ты как раз вовремя, — сказал Этан, идя вперед с протянутой рукой. — Очень приятно видеть тебя.

Они пожали друг другу руки в локтях, один из тех мужских ритуалов, который предполагал, что они были с Этаном уже знакомы.

— Я тоже рад тебя видеть, Этан. — Незнакомец скользнул взглядом в мою сторону. — А это она, я полагаю?

Этан хитро улыбнулся и протянул ко мне руку. — Это она. Мерит, это Майкл Донован, наш аудитор безопасности.

— Мерит, — сказала я, протягивая руку. Пожатие Майкла было сильным, уверенным. Его магия была тонкой, проверяла меня и тестировала мои силы. Он не был первым вампиром попробовавшим такие вещи на мне. Этим была известна Селина, но так как Этан доверял ему, я спустила ему это с рук.

— Майкл Донован, — сказал он. — Ты стояла на страже?

— Всю ночь напролет. — Он улыбнулся, в одном углу рта появилась ямочка.

— Она умная, Этан.

— Да, я такая, — согласилась я, поглядывая на них обоих. — А как давно вы знаете друг друга?

— Мы встретились несколько лет назад, — сказал Этан. — Майкл был знаком с Селиной.

Я взглянула на него с опаской, и сдерживая свой норов, который обычно вспыхивал при ее упоминании. Бог знал, что я не поклонница Селины, но было много вампиров, в том числе членов ГС, которые думали иначе.

— О? — просто спросила я. — Ты был членом Дома Наварра?

— Я не был, — сказал Майкл, наклонившись ко мне. Его глаза мерцали. — Я не был поклонником г-жи Дезаланьер.

— Тогда ты находишься на стороне правды и справедливости, и я не буду держать зла на тебя.

Он протянул руку коллегиально. — Я думаю, что это вполне справедливо.

Мы пожали друг другу руки, и я обнаружила в себе новую симпатию к гуру безопасности Этана.

Послышался еще один стук в дверь. Офис Этана стал очевидно центром встреч.

В дверях стоял Малик. — Я. Извините, но я могу прервать вас на минутку? Наш банкир очень интересуется одним вопросом.

— Конечно. Простите. — Этан вежливо улыбнулся, затем последовал за Маликом и вышел из комнаты, оставив меня наедине с Майклом.

Не думая об их очевидной дружбе, мне стало любопытно, почему Этан почувствовал необходимость нанять эксперта безопасности, учитывая, что в Доме было полно охранников и наемников фей за его пределами.

— Что именно делают аудиторы безопасности? — спросила я.

Я не хотела, но слышала в своем голосе подозрение так же четко, как несомненно, мог его услышать и Майкл Донован.

Я обвиняла своего отца в создании управленческого свиста, я видела приходящих внешних "консультантов", их единственная ценность, насколько мне было известно, это проверка того, что говорил мой отец. Он высоко платил мужчинам, которые ничего не приносили к столу, за исключением готовности похвалить моего отца и покритиковать других, которые представляют угрозу для его карьеры.

— Мы не способствуем синергетической синергии, — сказал Майкл.

— Прости?

— Синергетическая синергия. Это одна из фиговых фраз бизнеса, которая сделала тебя уверенной, что я пришел, чтобы украсть деньги из вашего Дома.

Я почувствовала, как кровь прилила к щекам, и огорчилась, что он догадался.

Он скрестил руки на груди и слегка улыбнулся.

— Я высоко ценю твой очевидный скептицизм. Легко называть себя аудитором. Труднее обеспечить значимое обслуживание для наших клиентов.

— Короче говоря, моя работа заключается в том, чтобы сделать Дом после раскола сильнее, чем он был раньше. Среди прочего, я сделал кризисный обзор Дома, готовность его физической и технической безопасности. Я пытаюсь определить прорехи в доспехах Дома и как их заделать. По крайней мере в течение ограниченного времени, что я имел, после того, как Дом проголосовал за то, чтобы уйти.

— И вы нашли их все?

Он кивнул. — Не много. Люк знает, что он делает, но есть вещи, которые мы можем улучшить. Ваша информационная сеть протоколов, информационная безопасность не так сильны, как мне хотелось бы, и мы их обновим. План эвакуации вашего Дома является первоклассным, но я бы предпочел, чтобы ваши альтернативные варианты жилья были сильнее. — Он наклонился немного. — И, честно говоря, я не поклонник выбора внешних охранников Дома, но Этан не хочет слышать об этом.

— Феи могут быть непостоянными, — согласилась я. — На самом деле могут. Но в конечном счете, все это сводится к ГС. Я тоже не являюсь фанатом Дариуса, но вампир должен обладать стальными яйцами и мастерством, чтобы признать это.

— К сожалению, я согласен. — Члены ГС имели репутацию сильнейших из сильных, с физическими и психическими навыками, способностью к гламуру, которая давала им власть над другими вампирами. Именно поэтому они были выбраны, чтобы вести нас, хотя было очевидно, что сила еще не говорит о способности к руководству. Я не знаю тебя, — сказал Майкл. — но я пытаюсь ускорить возвращение Этана на пост Мастера Дома. Малик и я, мы оба верим, что это поможет укрепить позицию Дома. Этан не согласен.

Это была новая информация, но я, конечно, не возражала, чтобы Майкл поделился со мной. — Почему он не согласен?

— Я подозреваю, что он хочет, чтобы его реинвестирование было приятным событием. Праздником, а не предпринималось в страхе перед ГС.

Это имело некоторый смысл.

— У меня к тебе есть вопросы, — сказал Майкл. Его осанка изменилась, он скрестил руки и поднял подбородок, глаза сузились, глядя на меня скептически. Он был в безопасном режиме.

— Ты была аспирантом?

— Да была. В Чикагском университете. Английская литература.

— И в двадцать семь тебя превратили.

— Почти двадцать восемь лет.

— Ты участвовала в отборе класса? — спросил Майкл.

— Я была оценена в апреле, как Страж.

— Этан оценил, чтобы привлечь тебя?

— Прости? — Он интересовался о наших отношениях?

— В Дом, я имею в виду. Это не может быть совпадением, что ты дочь Джошуа Мерита. Я предполагаю, что это явилось причиной, почему Этан искал тебя? Не то, чтобы у тебя не было собственных достижений.

Мое начало, как вампира не было общедоступным фактом. Этан сделал меня вампиром, чтобы спасти мою жизнь после жестокого нападения. К сожалению, не было ничего необычного для кого-то обвиняющего меня в том, что я получила свой золотой билет на вампиризм и бессмертие с помощью моего отца.

— Этан не вербовал меня ради моего отца. Напротив, Этан отказался вообще это делать, хотя было бы неправильно сказать, что мой отец не принимал в этом участия.

Майкл смотрел на меня мгновение, выражение его лица было нейтральным.

— Очень хорошо, — сказал он наконец.

— Это что, тест? — поинтересовалась я. — Чтобы увидеть, как я отреагирую?

— В частности. И отчасти простое любопытство. Этан всегда стоит особняком. Чтобы услышать, что он выбрал кого-то, чтобы поделился о своей жизни, это было сюрпризом.

Этан вошел обратно в комнату.

— Все в порядке? — спросила я.

— Хорошо, — сказал Этан, он присмотрелся к нам и должно быть уловил намек на напряженность в воздухе. — Все в порядке здесь?

— Все здорово, — сказал Майкл. — Мы просто тестировали оборону друг друга.

Так и было, подумала я.

— Это в твоей натуре, — сказал Этан, затем положил руку мне на плечо. — У меня есть работа, Страж, если ты не против, отправляйся в офис ОПС и сообщи Люку новости о бродягах.

Я могу понять, когда меня отсылают. Я послала ему мягкий салют. — Конечно, Сеньор.

Этан закатил глаза.

— Мерит, — сказал Майкл. — У меня просьба встретиться с тобой. Я уверен, что мы будем видеться друг с другом.

Если бы он был здесь, чтобы направлять Дом Кадогана к завершающей стадии перехода, я немного сомневалась в этом.

— Я не знаю тебя, — сказал Майкл, — но я также попытаюсь разрешить эту историю с комфортом, и приехал из-за давней дружбы.

* * *

На пути к лестнице, я нашла сообщение от Мэллори на моем телефоне, спрашивающей, могу ли я захватить пиццу.

Я скучала по ней, по-настоящему. Линдси замечательная девушка, и я была рада, что в доме есть друзья, которые могут посочувствовать. Но у нас с Мэллори была история, и комфорт, который пришел от долгой дружбы.

Внезапно меня поразила тоска по моей прежней жизни, когда моим единственным беспокойством было, готова ли я к занятиям в университете на следующий день.

Я беспокоилась о сроках и главах диссертации, о сортировки бумаг, о том, что мой автомобиль переживет еще одну Чикагскую зиму, а новички выиграют еще один вымпел.

Этой ночью, я волновалась по поводу убийства, безопасности моего Дома, и сможет ли моя лучшая подруга удержать свои руки от черной магии.

Но те сверхъестественные неприятности вернули мне Этана. И с трепетом я осознала, что всегда буду помогать вампирам моего Дома. И сегодня вечером Дом был на первом месте.

Я написала Мэллори смс — Не могу приехать сегодня вечером, веду расследование.

— Конечно, — ответила она. Я положила телефон в карман. Когда-нибудь, надеюсь, мы с Мэллори сможем вернуться на правильный путь.

## Глава 6. ДАМЫ И ГОСПОДА, ИЗМЕНЕНИЯ!

Подвал Дома являлся штаб-квартирой охранников Кадогана, ОПС — местом, где мы разрабатывали стратегию и искали решения сверхъестественных проблем. Это был также центр безопасности дома, где охранники через телевизоры и компьютерные мониторы следили за Домом и его обитателями и любой деятельностью, которая может представлять угрозу.

Комната была оснащена компьютерами, большим конференц-столом и самыми современными технологиями. Справа по коридору здесь был также тренировочный зал и арсенальная комната, что давало нам доступ к практике и оружию, если в этом возникала необходимость. Я не была охранником, и я вообще играла одна, когда дела пошли плохо. А они шли плохо с определенной частотой в последнее время.

Было три ветерана охранников из сотрудников — Джульетта, Линдси и Келли, временно заменяющая Люка. Было также несколько охранников, которых нанял Люк для пополнения вакансий охранного корпуса.

Сегодня вечером, в кабинете OПС было тихо. Келли не было, вероятно на патрулировании, а Джульетта — гибкая и рыжеволосая сидела у мониторов, которые отображали Дом.

Линдси сидела за столом, держа перед собой таблетку, стакан йогурта и пластиковую ложку в руке. Люк сидел в конце стола, читал газету, лодыжки скрещены на столешнице. Это было, как будто, мы зашли в их уголок для завтрака.

— Мы должны придумать всем второе имя, — сказала я, садясь на противоположной стороне стола.

— Люк Сэй, наверное? — Люк даже не моргнул глазом, он просто перевернул страницу газеты. — Сообщи нам, что ты хочешь, Страж. У нас тоже есть имя для тебя.

Это встревожило. Не то, что бы был способ, избежать этого, но я не хотела, чтобы они обсуждали меня и мои отношения вокруг стола в кабинете ОПС.

— Нет, вы не можете.

— Да, мы можем. — Линдси шумно стучала ложкой об стенки чашки с йогуртом, чтобы собрать оставшиеся капли. — Ты — Метана.

— Я кто?

— Метана. Мерит и Этан. Метана.

— Никто не просит вас об этом. — Все вампиры в кабинете, откинулись назад, чтобы посмотреть на меня, с сардоническим выражением на лицах. Они кивнули одновременно, и я откинулась немного назад на своем стуле.

— Да, мы делаем это, — сказал Люк, выступая за всех. — Я имею в виду, мы стараемся не говорить о вас постоянно. У нас у всех есть более важные дела, чем препарировать ваши отношения.

Линдси подняла ложку. — Я этого не делаю.

— Ладно, у всех, кроме Линдси есть более важные дела, а я не собираюсь вмешиваться в личные дела. Во всяком случае, так как мы не сделали этого раньше, добрый вечер, Страж.

Я хмыкнула. — Добрый вечер. Аудитор безопасности здесь, беседует с Этаном. Он сказал, что ты уже разговаривал с ним?

— Мы говорили, — подтвердил Люк. — Честно говоря, я думаю, что его предложения являются ненужными. Не опасны, но слишком консервативны, для применения на практике, но если они заставят большого человека чувствовать себя лучше, так тому и быть.

— Я встретилась с ним сегодня вечером, — сказала Линдси, бросая стаканчик от йогурта и ложку в мусорную корзину через всю комнату. Ее бросок был совершенен, и выстрелил эхом в мусорном ведре. — Он горяч, — сказала она, вытирания руки. — Высокий, темный, и горячий.

— Я здесь, — сказал Люк. — Да, я как и ты признаю человека никак не связанного с тобой горячим, — проворчал Люк, — но давайте закончим с этим. Страж, что нового тебе известно?

— Не так много, — сказала я, и рассказала им об убийстве Оливера и Евы, горе бродяг, и о том, что мы нашли на складе.

Пока я говорила, Линдси встала и остановилась возле гигантской доски, на которой мы могли отслеживать наших клиентов, и стала заполнять ее известными нам фактами.

— Щепки дерева, если они осинвые, возвращают нас обратно к Маккетрику — пришла я к выводу.

Линдси замерла и посмотрела на Люка.

— Что? — Спросила я.

— У нас есть кое-что, что тебе нужно увидеть. — Постучав тихо по встроенному в столешницу экрану, он вызвал изображение на проекционный экран на стене рядом с нами. Найдя в интернете видео-выпуск новостей вышедший ранее днем.

На экране, Диана Ковальчук, мэр Чикаго, стояла на подиуме. Рядом с ней стоял Mаккетрик. Мы видели его в этой позиции прежде, подлизывающегося к Koвальчук и стоящий рядом вредоносный человек-страж.

Он был одет в свой обычный костюм, военной марки. Шрамы, которые он получил от встречи с осиновыми пулями из своего пистолета были неизбежны. Они покрывали его лицо, пересекались, покрывая кожу от шеи до линии роста волос. Один глаз был молочно-белым, другой глаз был чистым и бдительным, и невозможно было отрицать очевидной злобы в его взгляде.

Люк скорректировал изображение. — Позвольте прибавить звук.

Звук увеличился медленно, характеризуясь растущей зеленой полосой в нижней части экрана. У Ковальчук был очень приятный голос. Она была привлекательной и опрятной женщиной, но ее нацистская политика была отвратительна.

— Этот город был основан людьми, — сказала она. — Мы живем здесь, мы здесь работаем, мы платим налоги.

— Мы живем здесь, работаем здесь и платим налоги, — пробормотал Люк. — И мы жили здесь и работали, больше, чем она или любой другой человек живущий в городе.

— Чикаго заслуживает быть городом, свободным от сверхъестественной драмы, насилия, подстрекателей. Чикагцы не станут прятаться от своих проблем. — сказала она, ее акцент вдруг стал густым, как на Среднем Западе.

— Мы сталкиваемся с ними лицом к лицу. Когда-то, бывший мэр думал, что важно иметь офис, где «сверхъестественные», как они нам известны, могли делиться с городом своими проблемами. Он был назван офисом Омбудсмена, и я с гордостью говорю, что закрыла его. Мы не считали это нужным тогда, и нам не нужно это сейчас. Мы делаем то, что необходимо для города. Чикаго не требуется офис для людей со сверхъестественными проблемами.

— О, Боже, — сказала я, ожидая, что будет дальше.

— Вот почему сегодня я рада объявить о создании Управления для связи людей со сверхестественными. Я также рада сообщить, что попросила Джона Маккетрика возглавить этот офис и служить связью.

О, это было очень, очень плохо. Она наняла своего связного человека, чьей целью было избавить город от вампиров любыми доступными средствами. Она дала ему звание, должность, сотрудников, и общую легитимность. Что означает, что, если он был замешан в убийстве Оливера и Евы, то теперь стал политически неприкасаемым.

Мой дед потерял его.

— Не все сверхъестественные являются преступниками, и мы знаем это. Но этот человек носит на себе следы его взаимодействия с нежелательными элементами, и я верю, что он может многому научить нас о тех, с кем мы делим наш город.

Во мне вспыхнула неуемная ярость. Mаккетрик носил свои шрамы потому, что был убийцей с вендеттой против вампиров. Он нанес эти травмы себе сам — в буквальном смысле. Я была его предполагаемой жертвой.

Mаккетрик улыбнулся и заменил мэра города на подиуме.

— Город не тот, чем кажется. Мы живем в мире света и солнца. Но ночью выходят темные элементы. В настоящее время мы все еще управляем этим городом, но если мы не будем бдительными, если мы не станем выше и сильнее, мы станет меньшинством в нашем собственном городе.

Я уставилась на Mаккетрика, видимо нанятого мэром, чтобы изрыгать на сверхъестественных. К чему приведет эта общественная дискуссия?

— Эта администрация стремится пролить свет на Чикаго. Моя работа — защитить людей от сверхъестественных капризов и обеспечить этот город всем, чтобы он не стал второсортным городом, а был лучшим городом в мире.

Раздались вежливые аплодисменты, вероятно, пока Люк не выключил видео.

— Этот парень, — сказала Линдси, — он душка. Я ненавижу его. Сноски, он должен отсосать.

— Мы получили его, дорогая, — сказал Люк, беззлобно. — Хотя я не согласен с настроениями. И, люди, я не хочу говорить это Этану.

— Как будто ему нужно что-то еще, чтобы беспокоиться, — сказала я, мое сердце болело за него. — У него уже есть свои страхи. Мы будем надеяться, что Mаккетрик не убивал Оливера и Еву, ибо если это сделал он, мэр только что предоставила убийце кабинет.

Сделал или нет, до сих пор неизвестно, деревянные щепки нужно исследовать.

— Однажды я разговаривал с Этаном и другими капитанами охраны, — сказал Люк, потом выругался произнося проклятия.

— И что? Джон Маккетрик? Джон как и в "Рядовом американце"? Как она не заметила, что это не его настоящее имя? Очевидно же, что это подделка.

— Потому что она бездушная, — сказала я.

— Она должна была проверить этого парня, давая ему власть.

Мой телефон загудел — пришло сообщение, и я открыла его. Оно было от Джеффа. ДЕТЕКТИВ ДЖЕЙКОБС ГОВОРИТ — НЕТ ФОТОГРАФИЙ ИЛИ ДР. МАТЕРИАЛОВ НА ТЕЛЕФОНЕ ЕВЫ, НО ДРЕВЕСИНА — ОСИНА. Это была вся информация, в которой я нуждалась. Я встала и направилась к двери.

— И куда ты идешь? — спросил Люк.

Я взглянула на него с огнем в моих глазах. — Два вампира мертвы, и преступление имеет марку Маккетрика. Так как я теперь знаю, где найти г-на Маккетрика, независимо от его имени, я думаю, нам пора немного побеседовать.

* * *

Было уже поздно, почти полночь, и большинство офисов города были уже закрыты. Но Mаккетрик был назначен на службу со сверхъестественными, а так как большинство из них были ночными существами, я полагала, что шансы были в мою пользу, что он до сих пор был там.

Кроме того, я подозревала этого человека в убийстве, и не собиралась навещать его дома или на "объекте" где он работает. Администрация города, возможно, не большие поклонники вампиров, но посещение офиса казалось намного безопаснее, чем альтернатива.

Я нашла его номер в сети, выбрала тихое место на первом этаже и позвонила ему.

— Джон Mаккетрик.

— Это Мерит. Я слышала, ты получил повышение. — Возникла пауза, хотя я могла бы поклясться, что слышала ускоренное биение сердца.

— Так и есть, — сказал он наконец. — Чем могу быть полезен для тебя, Мерит?

— Я думаю, мы могли бы встретиться. Может быть, вы сделали бы мне экскурсию по вашему офису. — И, молча подумала я, объяснишь мне, почему решил убивать невинных вампиров?

Он заколебался на мгновение, возможно, вспоминал результат нашей последней встречи, когда он ушел со шрамами. Но, должно быть решил, что риск того стоил.

— Какая хорошая идея, — сказал он, и его тон говорил, что это так. Это было не совсем утешительно, но я не думаю, что он мог причинить мне боль в своем кабинете, не так скоро на своей работе. У него еще не было политического капитала, чтобы убивать вампира в Деловом центре. Или я так надеялась.

— Я могу быть там через полчаса, — сообщила я.

— Я дам службе безопасности знать, что ты в пути. И, Мерит? Я с нетерпением жду встречи с тобой.

Этот человек заставлял мою кожу сжиматься. И хотя я не думала, что он может убить вампира в своем кабинете, я написала Джонаху, чтобы сообщить ему, куда я направляюсь, а затем Джеффу.

Я остановилась на секунду, глядя на офис Этана. Люк знал, куда я пошла, так что я могла не рассказывать Этану о своем плане. Который был хорош. Я не думаю, что он одобрил бы ночную поездку для посещения нашего главного политического врага на его территории.

Это была одна из тех ситуаций, в которых было лучше продвинуться вперед и позднее просить прощения.

Иногда быть подчиненным означало управление вверх.

* * *

Я приехала в центр и нашла место для парковки на улице. Было темно и тихо, большинство бизнес-офисов микрорайона закрылись на ночь вероятно. Предвидя охранников с металлодетекторами, я оставила свой меч и кинжал в машине.

Подойдя к зданию, я подняла глаза и затопала ногами от нервной перегрузки. Дейли Центр был пугающе огромным зданием Федерального стиля. Колонны которые поднимались вверх по зданию, напоминали каменную корону.

— Часто сюда заглядываешь?

Мое сердце екнуло на мгновение в тишине, пока я не увидела рядом с собой человека, который сказал это. Это был Джефф, руки в карманах и довольно большая улыбка на лице.

— Что ты здесь делаешь?

Он пожал плечами. — Я решил, что тебе необходима поддержка.

Джефф был оборотнем и, несомненно, сильным, я видела его в бою, хотя я никогда не видела, в кого он изменяется. Не то, чтобы я надеялась увидеть это.

Мы шли вокруг здания по площади, рядом с ним, где огромная скульптура Пикассо смотрела в ночь. Сталь светилась ржавчиной из-за красного прожектора дугой в небе, как робот-насекомое. За ней стояли три огромных флагштока, с которых уже спустили холсты на ночь.

Когда мы шли через площадь, я вдруг почувствовала себя маленькой, один бессильный вампир в разгар человеческой империи, которая была не очень обеспокоена моим выживанием.

— Ты в порядке? — спросил Джефф.

Я кивнула. — Я в порядке. Просто нервничаю.

— Я могу пойти с тобой, если ты хочешь.

Я покачала головой. — Будет лучше, если ты останешься здесь. Я не хочу, чтобы он чувствовал себя загнанным в угол, и не хочу ставить тебя на своей линии огня. Я буду в порядке. Это просто ожидание. Я уверена, что моя сообразительность включится, как только я войду в офис.

Так было лучше, потому что Mаккетрику было что ответить.

Нервы были на пределе, когда мы вошли в мраморный вестибюль, прошли мимо постамента Ричарду Дейли и подошли к столу регистрации. Мужчина и женщина с опрятными прическами, в костюмах сотрудников безопасности посмотрели вверх.

— Я Мерит, — сказала я. — Я здесь, чтобы увидеть Джона Mаккетрика из управления по связям.

Им, возможно, сообщили мое имя по телефону, они, казалось, не удивились. Мужчина назвал номер этажа, а затем направил меня к металлоискателю, рентгеновскому аппарату — к арке безопасности. Хорошо, что я не принесла свое оружие. Джефф и я направились к ним, и он сжал мою руку.

— Ты сможешь сделать это.

Я кивнула. — Если я не вернусь через час, позвони кому-нибудь.

Он усмехнулся с удивительно дерзким выражением. — Мер, если ты не вернешься через полчаса, я приду к вам сам.

— У них есть оружие, — напомнила я ему, но он только улыбнулся.

— Я оборотень.

Мой запасной план был готов, я выдохнула и пошла.

* * *

Офис Mаккетрика был на четвертом этаже и находился между отделом сотрудников мэрии и залом суда. На двери в его офис висела табличка с его именем, написанным золотыми буквами. Я хотела выцарапать их, но сумела удержать себя. Я была рада, что мой вторичный страх уступает место гневу. Гнев было настолько легче переносить.

Внутри я нашла пустую стойку регистрации и открытую дверь. Подошла к двери и обнаружила Mаккетрика, стоящего перед окном и глядящего на темную площадь с кружкой в руке. Он посмотрел на меня и улыбнулся, шрамы на его лице казались еще более резкими, чем они были на телевидении. Его кожа выглядела неприятно жесткой в одном месте и толщиной с лист бумаги в другом. Не вызывало сомнений, что это причиняло ему боль.

— Мерит. Так мило с твоей стороны прийти и пожелать мне добра.

Я оглянулась медленно вокруг офиса.

— Так вот где мэр Koвальчук держит вас — в своем собственном небольшом офисе под маской законности.

— У меня есть добросовестность, — сказал он. — В отличие от некоторых.

— Я зарегистрированный в установленном порядке вампир, — заверила я его. — Я могу показать вам мою карточку, если вы мне не верите.

Улыбаясь, он подошел к столу и сел, явно наслаждаясь остроумным ответом. — Ты знаешь в чем твоя проблема, Мерит? Ты думаешь, что ты лучше, чем остальные из нас. Я знаю, что думают вампиры, что вы эволюционное развитие, генетическая мутация. Но то, что вы вампиры, не делает вас особенными. Это делает вас вредителями. — Он сложил руки на своем рабочем столе и наклонился вперед.

— И я здесь, чтобы защитить город от конкретных экземпляров паразитов.

— Ты новый брендовый расист.

— Я человек с персоналом, офисом, и привилегиями от мэра. Она верит мне, ты знаешь.

— Она верила Тейту также. И ты хорошо видел, что из этого получилось. Весь город видел его крылья летучей мыши.

Он покачал головой.

— И подумать только. Я думал, ты на самом деле пришла выказать мне некоторое уважение теперь, когда мои взгляды были проверены. Я не думаю, что глупость мэра приравнивается к проверке моих убеждений, но вряд ли это аргумент.

— Означает ли проверка твоих взглядов, что ты имеешь право убивать вампиров?

Mаккетрик выглядел удивленным. — Ты имеешь в виду наш маленький инцидент на Mидвее? — Он имел в виду последнюю нашу встречу, когда он направил на меня пистолет, заряженный осиной. — Это в прошлом, Мерит.

— Я имею в виду двух вампиров, которых ты убил. Добрые самаритяне, которые были убиты без всякой причины.

— Я не убивал никаких вампиров. — Он улыбнулся по-волчьи. — В последнее время, в любом случае.

Его тон был скучающим, и это вывело меня из себя. Мой гнев поднялся и расцвел, разогревая мою кровь мгновенно и посеребрив мои глаза.

Его глаза расширились от страха, которым я наслаждалась больше, чем должна была.

— Два вампира умерли, и для этого двойного убийства был использован пистолет с осиновыми пулями.

Он удивленно слушал обвинение, выражение его лица было либо очень хорошо поддельным, либо необъяснимо честным. Но как он мог быть удивлен?

— Это невозможно, — сказал он, взгляд снова стал отсутствующим. Он мог быть не в восторге от вампира в своем кабинете, но он был воином достаточно, чтобы держать себя под контролем.

— Я видела осколки дерева, и мы провели их испытания. Они были из осины.

Я наблюдал за ним мгновение, открывая свои чувства на его реакцию к моим обвинениям. Стоило мне прислушаться получше, как я смогла услышать стук его сердца и ритмичный быстрый пульс крови в венах. Оба казались не так встревожены. Он, возможно, не был совершенно спокойным, но он и не был испуганным хищником.

— Прощупываешь с помощью магии меня.

Я сомневалась, что он знал, была ли на самом деле магия, но теперь была моя очередь блефовать.

— Я не знаю, о чем ты говоришь.

— Как будто я могу доверять, тому, что ты говоришь. Посмотри на мое лицо, Мерит. Посмотри, что ты со мной сделала.

В его глазах был фанатизм, он сумел убедить себя, что я была причиной его травмы, хотя правдой была точная противоположность. Обвинять было легче, чем допустить решение, что он сделал это сам с собой.

— Твоя пушка взорвалась, — напомнила я. — Пушку ты решил использовать против меня, хотя у меня не было оружия.

— Ложь, — просто сказал он.

Это не приведет нас никуда, так что я вернулась к деталям.

— Скажи, почему ты выбрал Оливера и Еву. Они пытались зарегистрироваться, делали именно то, что город от них хотел. Почему ты убил их?

— Я не знаю, о чем ты говоришь. — Mаккетрик слегка улыбнулся. — Но несмотря на это, если ты хочешь в чем-то обвинить меня, ты должна сделать это официально.

— Mаккетрик, ты можешь сидеть и улыбаться на этом посту в костюме и делать вид, что вы с мэром лучшие друзья. Но ты убийца, и мы все это знаем.

Он снова улыбнулся, и на этот раз на лице было выражение из чистейшей злобы и ненависти, достаточной, чтобы это заставило меня нервничать.

— И вы должны помнить, кто здесь главный. — Он ткнул пальцем в грудь. — Я, а не вы или ваша группа языческих вампиров. Не больше. Мое имя на двери в этот офис, Мерит. Мэр дала мне полномочия, чтобы защитить людей этого города против заражения такими, как ты.

Охранник появился в дверях, готовый броситься на меня. Я предполагаю, что мои глаза, посеребренные, сильно испугали Маккетрика. Потому что он не просто ненавидел вампиров, он боялся нас?

Я не собиралась бороться с охранником, который просто делал свою работу, даже если это было для такой хромой задницы, как Mаккетрик.

— Это еще не конец, — пообещала я ему.

— О, я знаю это не так, — воскликнул Маккетрик, когда меня повели к дверям. — Это то, что делает это таким веселым.

Линдси была права. Этот человек действительно должен отсосать.

* * *

Мудрый Джефф позволил мне остывать несколько минут, прежде чем задать вопросы о моем визите, не то, чтобы о чем-то рассказывать. Он нашел место для парковки недалеко от меня, поэтому он позволил мне помолчать, пока мы не достигли автомобиля.

— Я не уверена, что он это сделал, — сказала я наконец. — Я не уверена, что он невиновен, но я думаю, если бы он знал, кем были Оливер и Ева, он бы злорадствовал. По крайней мере, он бы намекнул об этом.

Джефф прислонился к Вольво.

— И он не злорадствовал?

— Не совсем так. Он злорадствовал о своей позиции, но пистолет с осиновыми пулями, казалось, очень удивил его.

— Может быть, кто-то украл у него оружие, — сказал Джефф. — У него есть средства, не так ли? И приспешники?

— Да, — сказала я. Мы не были уверены, где эти установки были, только, что он был один. Мы видели его приспешников в действии много раз. Они предпочитали черный камуфляж, который он носил, прежде чем он вступил в должность. Как были те старые добрые времена?

Я посмотрел на Джеффа. — Это наша теория? Кто-то украл пистолет из осины Маккетрика и решил убить двух вампиров?

Джефф скрестил руки на груди. — Это не плохая теория. Может быть, одному из лакеев Маккетрика удалось выяснить, кем он собирается работать, понял, что его босс продался, и принял решение по его собственным.

Я кивнула. — Это возможно. Но это не приближает нас ближе к установлению личности убийцы. Он никогда не сдаст своих, даже если они украли оружие. Это было бы, как поставить вампиров над людьми.

— Конченное предательство, — сказал Джефф, и я кивнула.

— Мне нужно вернуться в Дом. Спасибо за встречу со мной здесь.

Прежде, чем он успел возразить, я схватила его в объятия. Джефф был худой и высокий, выше меня, но удивительно крепкий под долговязой фигурой.

— Э-э, не за что, — сказал он, неловко похлопывая меня, прежде чем я выпустила его. Его щеки были малиновые.

— У меня есть подруга.

— Конечно, — сказала я серьезно. — Во всяком случае, спасибо.

— Позже, — сказал он и сел в машину для поездки назад в дом моего дедушки. Я отправилась в том же направлении, мучаясь сомнениями, какая драма встретит меня там.

* * *

Однако, я не ожидала найти Дом в полной тишине. Холл был пуст, как и офис Этана.

Внезапно я услышала резкий звук в фойе, а затем звук женского проклятия. Опасаясь худшего — атаку, сверхъестественную истерику, я поспешила обратно к месту и нашла там Элен, стоявшую на коленях. Она держала в руках испорченный букет цветов с пола. Большая ваза, по видимому пластиковая, так как она не разбилась, лежала рядом с ней. На Элен были юбка и пиджак из твида и туфли с небольшим каблуком. Она опустилась на колени, женственно как Коко Шанель, возможно, тщательно заботясь о стиле.

— Я помогу, — сказала я, наклоняясь, чтобы помочь собрать стебли. Это были белые розы, полностью распустившиеся. Их бутоны начали темнеть до коричневого, а стебли излучали слабый аромат распада.

— Спасибо, — сказала она, взяв в охапку цветы и поднимаясь на ноги. — Я просто меняла в фойе таблицу с договорами и зацепилась за шип. Это было неожиданно. Такая мелочь, — добавила она, — но ты иди.

Не такая уж и мелочь, если пахнет кровью. Острый аромат ее капель просочился сквозь ее духи и запах цветов.

— Нет проблем. — Я поставила вазу снова на стол, взяла оставшиеся от букета розы и последовала за ней на кухню, где мы свалили их в один из больших баков Марго для мусора.

— Где все?

— Они в тренажерном зале. Этан решил поставить нашего нового консультанта по безопасности на испытания.

Я сбежала вниз по лестнице почти мгновенно.

## Глава 7. ДЕЛО — ВАМПИР ПРОТИВ ВАМПИРА

Тренажерный зал в Доме Кадогана, которой находился рядом с кабинетом OПС, состоял из двух частей. Покрытый татами этаж, где участники боролись, и балкон, который окружал его — место, для зрителей, чтобы следить за борьбой внизу.

Бойцы еще не вышли на ринг, поэтому я нашла свободное место на балконе рядом с Линдси, Люком и половиной отдела OПС.

— Как твоя встреча? — спросил Люк.

— Mаккетрик не пытался убить меня, но я не уверена, что он причастен к убийству. Он не сильно взволновался, узнав, что они были мертвы, но он очень удивился, услышав про пистолет.

Люк посмотрел на меня удивленно. — Он утверждает, что кто-то украл его у него?

— Он не сказал этого, но мне интересно.

Балкон разразился аплодисментами, и мы заглянули через перила, когда Этан вошел внутрь, одетый в черные штаны и верх для боевых искусств, опоясанный в талии. Он был босой а его волосы были туго стянуты на затылке, кроме светло золотистой пряди, упавшей ему на лицо.

Взрыв гордости наполнил мою грудь. Человек излучал силу и уверенность, и он был весь мой.

— Серьезно, — прошептала Линдси, — хорошо смотрится.

— Я знаю, правильно?

Этан вышел на татами и встав на цыпочках, разминал руки над собой. Когда он не очень внимательно оглядывал балкон, наши глаза встретились, и я с улыбкой подмигнула ему. "Возьми его, тигр," — тихо сказала я ему.

"Разве ты не должна работать?" — спросил он.

"Да", — сказала я откровенно. — "Но мир за пределами этих стен удручает, и мне нужно отвлечься. Ты можешь начать впечатлять меня прямо сейчас."

Он улыбнулся мне нечестиво, выражение его лица было для общественности, но причины и разговор между нами только для наших ушей.

Майкл вошел в комнату под добродушные хлопки вампиров на балконе. Он выбрал белый костюм для боевых искусств того же стиля, что и Этан. Но цветовой контраст был явным. Они оба были высокими и подходящими, но их окраска и манеры заметно отличались.

У Майкла были темные волосы и непринужденная, спортивная походка. Этан, с золотыми волосами и зелеными глазами, каждый его шаг был точным и рассчитанным.

Майкл сложил руки и наклонился вперед на краю ковра, кланяясь Этану. Этан сделал то же самое. С непроницаемыми выражениями они встретились в середине.

Битва началась почти мгновенно. Mайкл подпрыгнул высоко для удара, который отправил Этана на пол, и он откатился в сторону, прежде чем Майкл попытается сделать это еще раз.

— Неплохо, — сказал Этан.

— Я только отрабатываю деньги твоего Дома, если смогу научить тебя трюку или двум, — сказал Майкл, выполняя боковой удар, который Этан аккуратно блокировал, после чего двинулся вперед с комбинацией ударов. Этан увернулся от него, отскакивая назад в сторону и по крайней мере на десять футов вверх, прежде чем Майкл смог ударить его еще раз.

— Очевидно четыреста лет практики имеют свои преимущества, — сказал Майкл, кряхтя, так как использовал свое правое предплечье, чтобы блокировать удар Этана полумесяцем, отлично исполненный, удар кости о кость звенел через всю комнату.

Я сочувственно поморщилась. Никто из них не чувствовал себя хорошо.

Они были упорны, пользуясь преимуществом, применяя любые удары из своего арсенала — ударов руками, ногами, и сальто. Майкл был хорош.

Его тело было сильным, и он быстро принимал решения, хотя его ответы не были столь же творческими, как и у Этана.

Может быть, Этану помогала многолетняя практика, тренировки «особых» отношений с гравитацией, которая помогала вампирам зависать в воздухе.

Но то, что Майклу не хватало в творчестве, он восполнил чистой силой. Он был мускулистее, чем Этан, худой, но шире в плечах по сравнению с гибким Этаном.

Они разошлись и остановились на мгновение, тяжело дыша и внимательно наблюдая друг за другом. Оценивая и рассчитывая силы противника. Через некоторое время Майкл нарушил молчание.

— Если ты хочешь улучшить свои навыки, ты должен быть готов испачкаться.

— Что он сказал? — прошептал Люк рядом с нами, Линдси закашлялась, чтобы скрыть очевидный смех.

— Испачкаться? — спросил Этан. Руки на бедрах, одна бровь аристократически приподнята. Он тоже смотрел на Майкла.

— Испачкаться, — повторил Майкл. — Ты дерешься, как аристократ. С честью. И это хорошо в спарринг-зале, но если ты сражаешься на самом деле, очень может быть, что им будет насрать на вампирский этикет. Они не станут сверяться с Каноном позже. Ты должен быть готов дать им такой же отпор, с каким они будут сражаться с тобой. В противном случае ты рискуешь проиграть бой — погибнуть или получить увечья, или не сможешь отключить врага, когда у тебя будет шанс. И это ляжет на кого-то другого.

На мгновение, тренажерный зал замолчал, пока мы все ожидали реакции Этана на совет. Этана не часто поучали, особенно когда речь шла о боевых действиях. Но он протянул руку Майклу.

— Я ценю твою откровенность. Мы постоянно тренировались в традиционных методах, и легко забыли, задача тренировок — защитить себя и тех, кого мы любим.

— Точно, — сказал Майкл, кивая, пока они пожимали друг другу руки.

Они расступились, когда увидели, что через дверь вошел Малик и направился к Этану, не дожидаясь приглашения.

— Господи, — пробормотала Линдси. — И это, когда я так наслаждалась. Что на этот раз? Роботы? Монстры? Снаружи появился Маккетрик с факелом, готовый поджечь дом?

— Возможно, что это еще хуже, — сказал Люк, проверяя свой телефон, а затем подняв взгляд на меня. — Келли прислала мне сообщение. Лейси Шеридан почти здесь.

Вампиры на балконе вокруг меня замолчали, все глаза устремились на меня, как будто ожидая моей реакции, как будто спрашивая — будет ли она закатывать истерику? Кричать и плакать? Выбежит из комнаты?

Мои щеки загорелись от очевидного всеобщего убеждения, что я была небезопасным случаем. — Я уже знала, что она приедет.

— Спасибо, сладкий Христос, — сказал Люк с драматизмом и явным облегчением. — Я не хотел бросать бомбу прямо сейчас.

Я посмотрела на него искоса. — Я не такая уж плохая.

— Да, это так, — сказало большинство вампиров окружавших меня.

Мне удалось не показать им всем непристойный жест. Я последовала за Люком, когда он встал.

— Пойдем вниз и сделаем все хорошо. — Он указал пальцем на меня. — И никаких ставок на гостей.

К сожалению для Люка, я не думала о ставках с этой гостьей.

* * *

Мы поднялись по лестнице и ждали в течение нескольких минут, пока Лейси завершит свое путешествие, а Этан переоденется в деловой костюм. Старшие сотрудники толпились в фойе, хотя Майкла нигде не было видно. Этан, вероятно, спрятал его в офисе или библиотеке, не желая показывать раньше времени.

Я была подготовлена. Я знала, что она приедет, и я знала, что она будет похожа на супермодель, готовую к стратегической сессии — совершенные светлые волосы и макияж, ее стройное тело завернуто в дорогой костюм, который будет облегать ее тело, как будто был сшит специально для нее. Это была высшая проба.

Но это… Я этого не ожидала.

— Что она одела? — спросила Линдси. — Почему она не в костюме? Она же всегда в костюме.

— Джинсы, — сказала я тихо. — Она одела джинсы.

Если более конкретно, джинсы, гольфы-сапоги для верховой езды, и очень шикарный, карамельного цвета свитер. Она была одета просто, несмотря на то, что являлась Мастером Дома, приехавшим помочь Этану, своему Мастеру, который помог ей создать свой Дом.

Конечно, она не была первым вампиром носившим джинсы. Большинство вампиров Дома Кадоган это делали, когда не были на дежурстве, и даже Этан перешел на них. Но Лейси Шеридан не любой вампир.

Одежда была не единственной, что изменилось.

Ее волосы были короткими, как и раньше, но ее светлая челка, подрезанная под углом, падала до челюсти. Взгляд был современным и смелым, и это подчеркивали ее голубые глаза и совершенный скулы.

— Она… изменилась, — прошептала Линдси. — Она выглядит хорошо, но очень странно видеть ее одетой так нормально.

— Странно, — сказала я, — и, вероятно, совершенно намеренно.

— Макияж, чтобы больше соответствовать с текущими вкусами Этана. — прошептала Линдси, взглянув на меня. — Вероятность высока.

Лейси выбрала момент, чтобы посмотреть сквозь толпу и встретиться со мной глазами, и был безошибочный вызов в ее взгляде. Я предположила, она знала, что Этан и я были в отношениях, хотя это не очень останавливало ее. Она хотела иметь его, и не собиралась позволять мне встать на ее пути. Я вздохнула.

— Это был довольно печальный вздох. — сказала Джульетта.

— Я очень, очень ненавижу драмы, — сказала я. — И я буду держать с вами пари на двадцать долларов, что она создаст драму.

— Не в этих джинсах, — сказала Линдси. — Она не получит ничего в двухсотдолларовых облегающих джинсах.

Я толкнула ее, что заставило меня чувствовать себя немного лучше. Этан кивнул мне, зовя вперед.

— Рок от своих носков, — прошептала Линдси.

Я издала неопределенный звук согласия и двинулась вперед. Когда я добралась до них, Этан положил руку мне на спину.

— Лейси, ты помнишь Мерит.

— Страж, — сказала она. — Конечно. Приятно видеть тебя снова, Мерит.

Этан имел привычку называть меня "Страж", когда был в режиме работы. Я думаю, Лейси взяла ту же привычку. Это имело смысл, так как она, виделась мне больше в качестве работника, чем коллеги. Но я могла смотреть шире.

— Тебя тоже, — сказала я. — Я ценю твой приезд, чтобы помочь Этану.

Выражение ее лица на мгновение дрогнуло. Мой комментарий был вежливым, но это также было тонкое напоминание о моей позиции в Доме — рядом с Этаном. Этан улыбнулся и посмотрел на Лейси.

— Тебе нужно время, чтобы освежиться? Я знаю, это было долгое путешествие в ночи.

— Может быть, всего нескольких минут. Возможно, я могла бы взять свои сумки наверх и устроиться, а затем присоединиться к тебе в твоем офисе?

— Пожалуйста, — сказал он. Элен появилась со стороны Этана, принимая один из чемоданов Лейси и указывая рукой на лестницу.

— Вы поселитесь в гостевой комнате, — сказала она.

Элен сопровождала Лейси вверх по лестнице, а остальные вампиры, кроме охранников разошлись.

— Минутку, Этан — сказал Люк. — Мой кабинет, — попросил он, и мы направились внутрь, как будто просто собирались поговорить о нашем вечере… и глава вампирского Дома не приехала только что за тысячи километров, одетая так же, как я.

Это, несомненно, будет та еще ночь.

* * *

Так как мы были на первом этаже, чтобы поприветствовать Лейси, то в офисе Этана собрались все старшие сотрудники. Мы собрались в сговор, ожидая плохих новостей от Этана. Я была счастлива, что Люк опередил его.

И сразу попал в яблочко. — Мэр назначил Маккетрика новым омбудсменом города. У него теперь другое название, конечно, но работа, кажется, та же самая.

Глаза Этана распахнулись. — Она сделала что?

— У него есть офис и персонал, — сказал Люк. — Что делает его, если не неприкасаемым, то более сложно доступным.

Этан посмотрел вверх. — Боже, спаси меня от невежественных людей. — Он посмотрел на меня. — Есть ли у нас что-нибудь о его причастности к смерти вампиров?

— Джефф подтвердил, что древесные щепки на складе были из осины. Но этого не достаточно, чтобы связать его с Оливером и Евой. Он также категорически отрицал, что замешан в этом.

Этан замер. — И ты знаешь это, потому что…?

— Потому что Джефф и я нанесли визит в его офис, так как считали, там было максимально безопасно, чтобы разузнать о его причастности.

Этан издал неопределенный звук, который предполагал, что мы не закончили обсуждение этой конкретной темы, но он не станет обсуждать ее перед нынешней компанией.

Кроме того, мне было интересно, когда я научусь интерпретировать мужские клики и хрюканье.

— Слышали ли вы что-нибудь от Пейдж? — спросил Малик.

— Вот они.

Все головы повернулись к двери. Пейдж — гибкая, рыжая, с зелеными сверкающими глазами стояла рядом с библиотекарем, с коробкой файлов в руках. И не выглядела счастливой.

— Ты был прав, — сказала она, присоединяясь к нам вместе с библиотекарем и кидая файлы на стол Этана. — Договор является ключевым. ГС не волнует, если они потеряют вас как Дом, им все равно, если они потеряют вас как набор активов.

Я тихо сказала спасибо Джонаху за подсказку, которая привела Пейдж в нужное место.

— Они не используют традиционные механизмы, — сказал библиотекарь. — Они находят в контрактах Дома с ГС лазейки и реализуют их.

— Какие лазейки? — спросил Этан. — Питер заключил контракт Дома на себя. Там не было никаких лазеек. Я читал его.

— Не в главном контракте, — сказал библиотекарь, вытаскивая из файла красный кожаный фолиант и передавая его Этану. — Есть и другие документы.

Нахмурившись, Этан взял фолиант и положил его на стол, поверх других стопок с материалами и развязал шелковую ленту, которая связывала его. Малик встал рядом с ним, просматривая документы.

Люк и я обменялись озабоченными взглядами.

— Что там? — тихо спросила я Пейдж.

— Вышеупомянутые лазейки, — сказала она. — Экстра части контракта, которые якобы были подписаны Питером Кадоганом.

Этан повернулся к нам. Его лицо ничего не выражало, но было легко заметить, что он был заинтересован. — Документы подписаны. Эти термины недобросовестны и однобоки, но мало кто сомневается в подписи Питера.

— Что они говорят? — спросила я.

— В сущности, — сказала Пейдж, — что основная часть любой материальной выгоды, полученной Домом с момента его создания принадлежит ГС. То, что Дома оставляющие ГС, остаются практически ни с чем.

Все в комнате впали в оцепенение. Мы считали, что дом был в целом в хорошем финансовом состоянии, потому что Этан и Малик сделали солидные инвестиции с момента основания Дома. Мы жили в некоторой роскоши: Дом был в безупречном состоянии, наши номера были просты, но хорошо меблированы; Еда была всегда доступна, и нашей стипендии было более чем достаточно для личных нужд.

Но это звучало, как будто ГС утверждал, что почти все наши фонды принадлежали им.

Этан выругался. — Нам придется заплатить им. И даже если мы проведем переговоры, проверка будет существенной. Это отнимет значительную часть наших сэкономленных средств. Но мы не будет банкротами, — сказал он. — Но если пойдет по наихудшему сценарию, мы можем потерять сбережения, которые мы собрали.

— Как может договор в долгосрочных целях оставлять вампиров на улице? — спросила Пейдж. — Это только создаст панику среди населения.

— Потому что он выступает против попыток любого другого дома уйти, — сказала я, и Этан кивнул в знак согласия.

— Они используют вас в качестве примера, — сказала Пейдж.

Этан потер виски. — Это, скорее всего верно. Но сейчас это не имеет значения. Мы делаем ставку на то, что нам известно, и сможем ли мы договориться о другом результате. Вполне возможно, ГС будет удовлетворен небольшим пинком, а не уничтожением нас в целом.

Учитывая то, что я знала о ГС, я не была уверена, я бы поставила на "уничтожить нас" от них. Для организации, созданной, чтобы помочь выживанию вампиров среди человеческой ненависти, они мало что делали, чтобы держать дома целыми и здоровыми.

— Я продам Бентли, — рассеянно сказал Этан. — Это было экстравагантно и, конечно, я могу обойтись без него. — Он посмотрел на меня. — Мне, возможно, придется одолжить твою машину, пока мы не сможем заменить ее на что-то другое… подходящее.

— Как насчет велосипеда с новым седлом? — спросил Люк.

— Отказано, — сказал Этан.

— Эй, — сказал Люк с усмешкой, которая все еще была с оттенком неуверенности. — Мы можем сделать это. Мы проходили через трудные времена раньше. Великая депрессия? Семьдесят третий — нефтяной кризис? Правление Капоне, террор?

Этан кивнул. — Мы выживем и будем сильнее в результате. Нужно только пройти через эту битву первыми. — Он снова взял фолиант и передал его Малику. — Отдай эти материалы на рассмотрение юристам. Я хочу их рецензию документов, первым делом с утра.

Малик кивнул. — Сеньор.

— Есть ли шанс, что они смогут исправить это? — тихо спросил Люк.

— Не без битвы в суде, а последнее, что нам нужно, это затяжной судебный процесс. Американские суды еще не имели такого прецедента.

В наступившей после заявление тишине, он посмотрел на нас и невесело улыбнулся. — Извини. Я уже разговаривал с адвокатами сегодня вечером. Это означает, что нет никакого другого закона по этому вопросу, поэтому суды должны интерпретировать контракт между вампирами, который был написан много веков назад. Усилие будет дорого, а результат непредсказуем.

Этан посмотрел на Малика, и они разделили длинный, молчаливый взгляд. Возможно они общались телепатически. Малик кивнул и направился к двери, с фолиантом в руке. Что бы они не обсуждали, дело было решенное.

Этан посмотрел на часы. — Я выступлю перед Домом через час. Тогда и поговорим об этом. Вы свободны, — сказал он, и вампиры вышли.

Ожидая своих "прерогатив подруги", я осталась, ожидая, пока мы не остались одни и не обращая на него внимания.

— Ты в порядке?

Он провел рукой по волосам, которые золотистым ореолом лежали вокруг его лица. — Я повелеваю. — Он поманил меня пальцем. — Иди сюда, Страж.

Я вошла в его руки, и он обнял меня с облегчением, как будто прикосновение ко мне сняло груз с его плеч. Это могло бы быть самым лестным комплиментом, который я когда-либо получала от него.

Мы стояли там в его кабинете долгое мгновение, пока по комнате не разнеслось громкое ворчание. Я отступила на шаг и улыбнулась ему.

— Это твой желудок рычал, не так ли?

Он положил руку на живот. — У меня, Мерит, мучительный голод, — уточнил он, что заставило меня закатить глаза. — У нас есть немного времени, прежде чем я выступлю перед Домом. Возможно, чтобы перекусить?

— Ты приглашаешь меня на свидание?

Он оглядел беспорядок в своем офисе, обычно аккуратный, в настоящее время заставленный коробками, связками и стопками бумаг. — В это скромное окружение, да.

— Ради тебя, я справлюсь со "скромным".

— На самом деле я имел в виду " продукты питания", конечно, но я возьму все, что смогу получить.

На этот раз, когда он повернулся спиной, я закатила глаза.

## Глава 8. ЯЙЦА КАК ТАКОВЫЕ

Как обычно, Марго превзошла себя. Этан попросил легкий завтрак, и Марго решила приготовить его по полной программе: яйца, тост, картофель и колбасу.

Одетая в белый костюм шеф-повара, она вкатила тележку с едой накрытой серебряными колпаками, стаканы и кувшин апельсинового сока в стороне.

— Пахнет вкусно, — сказал Этан, очищая пространство на конференц-столе, чтобы Марго смогла разместить лотки.

— Мы стараемся угодить всем в Доме Кадогана, — сказала она с улыбкой, подмигивая мне и зажигая свечу в центре серебряной тарелки. — Это для атмосферы.

— Понятно, — сказал Этан.

Марго сделала небольшой крюк, чтобы выкатить тележку обратно и закрыла за собой дверь.

Грациозно, Этан выдвинул стул для меня и махнул рукой в его сторону.

— Мадам.

— Благодарю вас, сэр, — покорно сказала я, садясь. Этан занял место во главе стола и налил сок в наши бокалы.

— Тост, — сказал он, держа в руке бокал. — За Дом Кадогана. Пусть он твердо стоит на ногах, как финансово так и иначе.

Мы чокнулись наши бокалами, и я сделала глоток. Сок был восхитителен, только что выжат и сохранивший аромат свежего апельсина.

— Так что, Майкл знал Селину, — сказала я, копаясь в яичнице.

— Он знал. Не всем с Мастером посчастливилось иметь такие отношения как у меня с Питером. Некоторые из них больше похожи на отношения, какие у меня были с Бальтазаром, — зловеще сказал он.

Этан встретил Питера Кадогана, тезку Дома, после того, как покинул Европу со своим мастером, вампиром по имени Бальтазар, который спас его после боя.

Этан когда-то сказал, что он считал себя монстром после того как стал вампиром, я думала, что и Бальтазара он считал таким же.

— Повезло, что ты встретил Питера, — сказала я.

Этан кивнул. — Да, повезло. Он был хорошим человеком, и я лучше всех знал его. Многие из нас оплакивали его смерть.

— Я не думаю, что я когда-нибудь спрашивала. Но как Питер умер?

Он деликатно прижал салфетку к губам. — Вытяжка из осины.

Мои глаза расширились. Осиновый кол в сердце — был одним из способов убить вампира. Но вытяжка из осины? Это было новым.

— Я даже не знала, что существует такая вещь.

— Это обычно имеет более поэтическое название. Иногда Кровопорча или кровоягода, так как в приготовлении используется особая разновидность экстракта, получаемая из малинового сока. Это применяется в алхимии и ранних науках. Его вторичное влияние на вампиров было открыто много позже.

— Что оно делает?

— Это медленный, смертоносный яд, — сказал он. Он набрал яичницу на вилку.

— Когда в последний раз ты ел? — спросила я.

— Да, — только и сказал он, не желая признаться своей подруге, что плохо заботится о себе. Я взяла немного яиц, которые, казались лакомством.

— Полная реорганизация политической системы может быть неудобной для расписания.

Этан фыркнул сквозь яйца, затем кашлянул заглушая смех.

— Хорошо сказано, Страж. Хорошо сказано.

— Итак, вернемся к Питеру. Он был отравлен. Кем? И почему?

— Родителями его возлюбленной, к сожалению.

Мои глаза расширились. Я любила хорошие истории. В конце-концов я была студентом литературы, а эта история была именно такой. Я взяла сосиску в тесте и помахала ею как волшебной палочкой.

— Рассказывай.

— Питер был вампиром. Он влюбился в женщину, которая не была вампиром.

— Человек?

— Фея, — сказал он, и я вздрогнула, признавая драму.

— Черт.

— В самом деле. Дом Кадогана в то время находился в Уэльсе, но мы поехали в Россию. Ее звали Анастасия. Она была дочерью феи с некоторой репутацией — политиканы, приближенные к Клаудии, которая жила в Ирландии в то время и имела титул в русской аристократии. Обладание титулом было очень важно для них, и они были убежденны, что феи не должны смешиваться с людьми или кем-либо еще.

— Но Питер был влюблен, — сказал он, улыбка осветила его лицо. Его глаза слегка затуманились, как если бы он вспоминал.

— Тебе бы он понравился. Он был человечным человеком. Мускулистый. Как и я, солдат, прежде чем стал вампиром. У него был менталитет воина, но это не помешало ему присоединиться к ночной бригаде, так сказать.

— Он был валлийцем, и на самом деле не выговаривал гласные. У него были румяные щеки, больше похож на ирландца, чем на валлийца, хотя он даже не хотел слышать о возможности того, что в его жилах текла ирландская кровь. — Он снова посмотрел на меня, его взгляд затуманился, а уголки рта опустились.

— Это была большая любовь, — сказал он. — Большая любовь, и очень эмоциональная. Поровну любви и ненависти, я думаю. Хотя ни Питер, ни Анастасия не признались бы в этом. К сожалению, ее родители ненавидели Питера, ненавидели, что Анастасия "унижала" себя, будучи не с феей, хуже — с вампиром. Он был Мастером вампиров, но он не был ни феей, ни достаточно богатым для их предпочтения.

— Так что же случилось?

— Она не хотела прекращать отношения, так что ее отец решил закончить это за них. Анастасия нравилась парню по имени Евгений. Это был проныра, лжец, и убийца. И, в тайне от Питера, он сторговался с ее родителями.

— Он отравил Питера — сказала я, понимая правду.

Этан кивнул. — Медленно, в течении длительного времени. Достаточно долго, и достаточно маленькими порциями, чтобы яд накапливался в его сердце. К тому времени, это было эквивалентно ставке, хотя, к сожалению более медленный процесс. Как выяснилось, мотивы Евгения были связаны не только с ненавистью к Питеру и его подхалимством к отцу Анастасии. Он был влюблен в нее. — Мои глаза расширились.

— Какой неприятный любовный треугольник.

— В самом деле. Однажды вечером, дав Питеру роковую дозу экстракта, он пристал к Анастасии. Какими бы ни были недостатки ее народа, она была очень влюблена в Питера, и не имела никакого интереса к Евгению, который был, честно говоря, мудаком.

— Он именно таким и был.

— Но он не принял всерьез ее отказ, он убедил себя, что Питер удерживал ее гламуром, что она хотела Евгения, а не Питера. Поэтому, когда она сказала нет…

— Он ударил?

— И много чего еще. Он напал на нее, — сказал Этан категорически. — Питер услышал ее крик. К тому времени он был так слаб. Мы думали, что он был проклят ведьмой. — Он невесело рассмеялся. — Как глупо это кажется сейчас.

— На самом деле, это не так. Вспомни, что Мэллори сделала. А учитывая тот факт, что ты здесь, прямо сейчас, потому что ее магия… и ты ешь свой тост вилкой. Почему ты это делаешь?

Он пожал плечами. — Это то, как это делается.

— Это очень даже не так. И я уверена, что видела, как ты ел тосты раньше.

Я поняла, Этан пытался поднять мне настроение. Делая что-то невероятно претенциозное, даже для Этана, он пытался заставить меня смеяться.

Но эта история была слишком грустной, ужасно интересной для меня, чтобы отвлекаться на слабости вампиров.

Во всяком случае, я спросила: — Питер, услышал ее крик?

— Он подбежал к ней. Я ворвался в комнату как раз вовремя, чтобы увидеть как он оттаскивает Евгения. Анастасия была миниатюрной, но она боролась с ним, как закаленный солдат. Она просто не была достаточно большой… — Этан затих, содрогаясь от памяти. — Слабый, как и она, Питер все еще оставался вампиром. Он бросил Евгения через всю комнату, а потом рухнул. Ее родители бросились благодарить Питера за спасение добродетели их дочери. Евгений был феей, но его каста была слишком низкой для них. Через несколько секунд все было кончено. Питера не стало.

— Он превратился в пепел?

— На наших глазах. Извлечение работает медленнее, чем убийство. И самое худшее из всего этого, не было ничего, что могло бы помочь.

— Он знал, что умирает? — тихо спросила я.

Этан кивнул. — И мы знали, что это не проклятие. Под пытками Евгений признался в этом, и о роли родителей Анастасии. Но факта, что Питер спас их дочь оказалось достаточно, чтобы поколебать их. Пол был из камня — большие куски камня с зубчатыми краями. Я стоял рядом с ним на коленях, когда он умирал. Мои колени болели от этого, и потому, что камень был холодным.

Он посмотрел на меня. — Разве это не странно, что я помню такую ничтожную вещь так долго?

— Память это мощная вещь, — сказала я. — Боль, вероятно, заставляет память запечатать это. Бьюсь об заклад, ты помнишь также и запах в комнате.

Этан закрыл глаза. — Янтарь, — сказал он. — В доме Анастасии всегда пахло теплом и богатством. Пьянящие летние розы. Жареное мясо. Пиво. Но в основном янтарь. — Он открыл глаза снова. — Я не рассказывал эту историю в течение длительного времени. Я рад, что рассказал ее тебе. Важно, чтобы кто-то знал историю, тем более, что она переписывается как мы знаем.

Я протянула руку и положила ее на его. — Я очень сожалею о твоей потере. Питер напоминает хорошего друга.

Этан кивнул. — Проклятие бессмертия, Мерит, наблюдать за уходом тех, кого любишь, даже тех, кто не должен уйти.

Мы тихо сидели мгновение.

— Что случилось с Евгением?

Его глаза стали жесткими. — Он был убит.

Моя кровь заледенела. — Ты убил его?

— Я отомстил за смерть Питера и нападение на Анастасию. Ее отец был слишком труслив, чтобы сделать это.

Это было напоминание о том, как бурно Этан прожил большую часть своей жизни в другом времени, в течение которого жизнь и смерть оценивались по-разному.

Я бы не назвала его холодным, но у него была способность к насилию для отдельных лиц, если он считал, что это необходимо и почетно. Он не гнушался насилия, из-за него он не станет извиняться.

— Что с Анастасией?

— Я не знаю. Я потерял ее после смерти Питера. Насколько мне известно, ее родители изолировали ее от мира, по крайней мере от вампирской части.

— Должно быть, они были освобождены, — сказала я. — Я имею в виду, это ужасно, но все же.

— Они были в восторге, по крайней мере так, как феи могут это показать. Две проблемы решились сразу. Вампир, ухаживающий за их дочерью был мертв, как не было и феи, который напал на нее. — Он скомкал свою салфетку на стол и скрестил ноги.

— Ты встречалась с Клаудией, — сказал он. — Я так понимаю, ты познакомилась с концепцией стоимости фей?

— Они любят деньги и сокровища, — сказала я. — Они не проявляют сильных эмоций, в том числе и любовь, по крайней мере, так они говорят.

У Клаудии был роман с Домиником Тейтом, злобным двойником Сета Тейта, и, хотя она была явно увлечена им, она отрицала все.

Этан кивнул. — Все верно.

— Яйцо дракона, — сказала я, внезапно осознав. — Люк сказал, что русская герцогиня дала Питеру яйцо. Как это связано? Мать Анастасии была герцогиней?

Этан усмехнулся. — Она была, хотя я полагаю, что ее резюме немного меняется в каждом пересказе.

— Как при игре в "телефон"?

Он посмотрел на меня вопросительно. — Что за игра «телефон»?

— Это игра для вечеринок, — сказала я. — Ты сидишь в кругу, и один человек шепчет что-то человеку рядом с собой, а тот шепчет его человеку, рядом с ним, и так далее и так далее, до последнего. Никто не пытается угадать, что сказал человек в начале. Ответы всегда отличаются после того, как пройдут по кругу.

— А, — сказал он. — Тогда да. Это очень похоже на то, что Люк получил суть его. Яйцо было словами благодарности Питеру от герцогини и ее мужа за то, что он сделал для Анастасии, их посмертные слова благодарности. И это были бесценные слова благодарности, поскольку феи были заинтересованы. Бесценные не только из-за своей ценности или своей ценностью для фей, а потому, что они на самом деле поблагодарили вампиров, когда было ясно, что особой любви между ними не было.

— Очко в пользу сверхъестественных отношений, — сказала я.

В дверь постучали и открыли. Элен вошла внутрь. — Вампиры собираются.

— Спасибо, Элен. Мы сейчас будем с вами.

Элен кивнула и вышла снова, закрыв за собой дверь. К тому времени, я оглянулась на Этана, он вошел в режим Maстера вампиров — выражение лица пустое, плечи назад, подбородок авторитетно поднят. Он поправил манжеты рубашки перед тем, как взглянуть на меня.

— Я думаю, тебе понравится этот час производительности, Страж, — сказал он. Я не была уверена, что именно он имел в виду, но я не собиралась сомневаться в нем.

И, конечно, я воспользовался моментом, прежде чем отправиться за ним, чтобы поделиться самой важной новостью вечера в СМСке Мэллори — ЭТАН ЕСТ ТОСТ ВИЛКОЙ.

Прошло мгновение, прежде чем она ответила. — ДАРТ САЛЛИВАН — ПРЕТЕНЦИОЗНЫЙ КРАСАВЧИК.

У меня не было оснований не согласиться с этим. Но мне нравилось, что мы снова разговариваем.

* * *

Бальный зал Дома находился на втором этаже, рядом с библиотекой. Это было красивое место, с деревянными полами, высокими потолками, и величественными люстрами, которые сеяли золотой свет по комнате, хотя нервная магия потрескивала электричеством достаточным для освещения этого места, само по себе.

Майкл Донован стоял рядом с Лейси в задней части комнаты. Они спокойно болтали как давние знакомые, вероятно, узнав друг друга в то время, когда Лейси жила в Доме Кадогана. Оба посмотрели на меня, когда я последовала за Этаном внутрь. Взгляд Майкла был приятным, у Лейси был подозрительным.

Я приятно улыбнулась назад им обоим — я была взрослой, в конце концов. Этан пробрался к возвышению в передней части комнаты. Руки в карманах — он ждал, пока вампиры не успокоятся.

— Добрый вечер, — сказал он. — Слава Богу, сегодня вечером здесь тихо.

По толпе пронесся добродушный смешок. Мы все знали, когда нужно смеяться над шутками босса. Но его тон изменился быстро.

— Я собираюсь обойтись без любезностей, — сказал он, — и добраться до точки. Завтра, на церемонии здесь в полночь, мы будем выходить из ГС. Церемония не долгая, но я ожидаю, что Дариус достаточно мудрый, чтобы прийти. Когда церемония завершится, наш Дом больше не будет связан с Гринвичским Советом. Мы также не будем членами реестра северо-американских вампиров.

Этан протянул руку и коснулся золотого медальона на шее.

— Завтра, — сказал он, — мы вернем наши медальоны ГС.

Началась какофония шума, испуганных криков и разгневанных всплесков.

Никто не хотел отказываться от своих медальонов, в том числе и я. Золотые диски были нашими собачьими бирками, нашими идентификационными почетными знаками. Они отмечали нас, как вампиров Кадогана, как послушников гордого и благородного дома.

Они также отмечали нас в качестве членов Северо-американского реестра, как было точно подмечено Этаном.

— Послушники — Этан крикнул, и толпа успокоилась. — У нас нет выбора, и я не хочу давать его вам. Это право и благородная цель — разорвать знак власти ГС над нами. И я буду первым. — Он протянул руку и расстегнул медаль у себя на шее. Он подержал ее в кулаке на мгновение, прежде чем бросить в коробку на возвышении рядом с ним.

— Если мы хотим это сделать, — сказал он, — давайте сделаем это в знак солидарности.

Люк был следующим, потом Малик. Потом Келли, Джульетта и Элен. Один за другим, вампиры, собравшиеся в зале подходили к подиуму, вытаскивали медальоны и бросали его в ящик у ног Этана.

Я сделала то же самое, делясь с ним взглядом, прежде чем вернулась на свое место. Он кивнул, и я скрылась в толпе.

— Мы также ожидаем, что ГС будет использовать свои контракты с Домом, чтобы бороться за законность владения некоторыми нашими активами. Часть этих ожидаемых требований мы должны достойно принять, другую часть мы будет оспаривать. Несмотря на это, обратимся к нашему предполагаемому долгу, завтра мы отдадим значительную сумму ГС.

Он сделал паузу, в то время как вампиры нервно зашептались.

— Этот Дом существовал на протяжении столетий, и он будет продолжать это делать. Но мы должны затянуть пояса. Мы будем жить, в настоящее время, больше, как люди, а не как вампиры, живущие на проценты от вкладов, накопленных за десятилетия. Наши активы будут консолидированы. Некоторый антиквариат будет продан.

— Мой автомобиль, который был по общему признанию показным, будет возвращен дилеру. — Раздались мужские стоны разочарования из толпы.

Этан улыбнулся с пониманием и поднял руку, чтобы успокоить толпу. — Эти действия доказали нам две вещи. Во-первых, о том, что ГС является именно тем, чем мы их и считали — эгоисты, использующие страх, не заботящиеся о потребностях отдельных вампиров. Во-вторых, что мы сильны. Что мы ценим прекрасные вещи, но мы не нуждаемся в них, чтобы выжить. Ибо мы вампиры Кадогана. — Раздался благодарный гул в толпе.

— Мы, конечно, на пути, чтобы стать своего рода бродячими вампирами, по крайней мере. Вы знаете, двое наших бродячих — брат и сестра были недавно убиты. Оливер и Ева были, судя по всему, прекрасными и заботливыми людьми. Возьмем минуту молчания в память о них. И будем надеяться, что мы скоро сможем привести убийцу к правосудию. — В комнате стало тихо, даже магия успокоилась, когда наши мысли повернулись к Оливеру и Еве.

— Существует еще один вопрос, чтобы привлечь внимание, — сказал Этан. — Наши аргументы в отношении оспариваемых положений договора могут быть слабыми. Но существует один акт, который поможет упростить и укрепить наши позиции. — Свет вдруг погас, в результате чего среди вампиров поднялась паника, по крайней мере, пока они не увидели, золотое сияние, исходящее из передней части комнаты.

Я спокойно продвинулась сквозь толпу, чтобы получше рассмотреть.

— Малик, — сказал Этан. — Подойди, пожалуйста.

Малик ступил на помост, неся небольшой конус белой свечи. В комнате было совершенно тихо, мягко мерцало пламя, пока мы все ждали, чтобы выяснить, что, черт возьми, происходит.

Этан посмотрел на него. — Ты уверен?

— Да.

— У тебя есть документы?

— Я все сделал, — сказал Малик, размещая свечу в канделябр на помосте. Он взял сложенный лист бумаги из кармана пиджака, а затем подержал палочку красного воска над пламенем свечи. Капельки растаявшего воска начали капать маленькими бисеринками.

Свеча отбрасывала тени на его лицо, Малик посмотрел на Этана. — Этой ночью я поставил свою печать на этой странице, я отказываюсь от Дома перед вами, мой повелитель, перед его единственным и законным Mастером.

Зал ревел от аплодисментов и радостных криков. Этан снова занял свое место, как Мастер Дома Кадогана. Малик взял палочку и густо накапал, алый и ароматный воск на бумагу в своей руке. Отложив палочку он вытащил из кармана латунную печать и, вдавив ее в воск он сделал официальным акт, который мы ждали так долго.

Дело сделано, Этан вздохнул так, что это звучало как облегчение. Но когда он это сделал, его плечи выпрямились, как будто надев мантию Мастера Дома он снова включился и был готов ко всему. На этот раз, мои мурашки были по совершенно другой причине.

Он посмотрел на вампиров в бальной зале. Его вампиров. Его глаза горели, когда он встретился с моими.

— Я жив, — сказал он. — Я жив, здоров и в добром здравии. Дом был возвращен мне, и я взялся за его руководство еще раз. Я полагаю, никто из вас не возражает?

Еще раз зал взорвался аплодисментами. Мир, возможно, закончится завтра, а сегодня вечером, наш Мастер вернулся, и он совершенно определенно заряжал.

* * *

Этан остался, чтобы ответить на вопросы вампиров. Поэтому в ожидании рассвета, я направилась наверх, чтобы приготовиться ко сну, и нашла сообщение на моем телефоне от Джонаха. — Маяк, — писал он. — Завтра. Девять вечера. Посмотри на скалы. Мы будем там. — Вот и все.

Маяк стоял в главной гавани Чикаго, и светил судам в поисках безопасности во время шторма на озере Мичиган, не давая им разбиться о скалистое побережье. Маяк помогал им найти безопасный проход, а теперь, по иронии судьбы, это было местом моей расплаты.

Я села на кровать и включала телефон в своей руке снова и снова. С момента моего посвящения, я постоянно мучилась чувством вины, я не была уверена, что поступаю правильно и по правильным причинам.

Времена были настолько опасными. Мы столкнулись с существенными изменениями в своей самобытности как вампиры, и посреди этого хаоса, я бы не хотела присоединяться к повстанческой организации. И не только это. Это организация, о которой я не могла рассказать Этану или кому-либо другому. Это точно не дает мне чувствовать себя почетной или честной.

С другой стороны, казалось, что КГ (Красная Гвардия) без всяких споров собиралась помочь Дому. Я даже не их член, а они с готовностью сообщили мне способ захвата ГС. КГ — была помощью, которая нам необходима.

Хватит ныть, предупредила я сама себя, и послала ответ Джонаху. — "Я буду там. И спасибо за контракт. Это может сохранить наши задницы."

Только я убрала телефон, как дверь в квартиру открылась.

Я приняла решение присоединиться к КГ давно. Но сейчас, Этан был Дома, так что я решила присоединиться к нему. Ночь скоро закончится, и страх может подождать.

## Глава 9. ЛЕДЯНАЯ ПРОПАСТЬ

Несколько часов спустя, ночь упала снова, как это было много раз до этого. Солнце зашло за горизонт, ставни открылись, и вампиры проснулись.

Сегодня вечером мы оставим Гринвичский Совет и вычеркнем себя из ГС самостоятельно.

И, как облегчение, мы в очередной раз имели дом под контролем одного Мастера. Тревожный гул магии заставил меня чувствовать себя, стоящей под линиями электропередач.

Я почувствовала, как Этан перемещается позади меня. Он проснулся, и, несомненно, также мог почувствовать магию.

— Дом нервничает, — сказала я.

— Хм. Это была длинная ночь.

Я искала правильные слова, чтобы сказать ему, что мы делаем гигантский шаг, но уверена, что он сможет провести нас через него. Может быть, это было не то, что он мог сказать, а то что он мог сделать… Я села и качнула свои ноги на кровати, затем оглянулась на него, его золотые волосы вились вокруг лица.

— Пойдем на пробежку.

— Бегать?

— Для физических упражнений. По окрестностям. Это поможет тебе сжечь некоторую магию.

Он приподнял бровь. — Поскольку в настоящее время за мной не гонятся, я не вижу никакой необходимости бегать.

— Нет, у тебя нет желания бегать. Это совсем другое дело. Это даст тебе возможность сбросить стресс.

— Это по поводу Лейси?

— Речь идет о существовании Дома на грани чего-то монументального, и тебе необходимо провести их через него. И если они подумают, что ты нервничаешь, они начнут волноваться.

Его взгляд сузились. — Ты пытаешься управлять мной, Страж?

Я положила руки на бедра и вернула ему его же авторитетный взгляд, которым он давил на меня.

— Да. В соответствии с правилами внутреннего распорядка, у меня есть на это право. Одевайся.

Он поворчал, но выскочил из постели, подтверждая, что я, по сути, властвовала за троном.

Была холодная зима, поэтому я выбрала толстые капри, длинные гетры, спортивный бюстгальтер, футболку и легкую куртку.

Мои ботинки были старыми, и возможно, пришло время, чтобы найти новую пару, но они все еще были прыгучими, чтобы поддержать меня в движении.

Этан одел тренировочные брюки и теплую рубашку с длинными рукавами. На его запястье были огромный часы.

Нет, не просто часы: GPS-часы, которыми пользуются бегуны, чтобы следить за своим темпом и пробегом. Мои глаза сузились. — Я думала, ты ненавидишь бегать. Я думала, что ты бегаешь, когда преследуешь?

Он хитро улыбнулся. — Ты как-то сказала мне, что предпочитаешь необработанные продукты.

— Туше, — сказала я. — Ты планируешь обогнать меня сегодня?

— Покажет время.

— Ха, Ха, — издевалась я, но начала нервничать.

Мы молча спустились по лестнице, настороженно глядя друг на друга. Конкуренция сжигала адреналин, мы уже успокаивались. А спокойный Мастер, поняла я, означал спокойный дом.

Он нажал кнопку на своих часах, чтобы включить таймер, а затем исчез, уже сбегал вниз по ступенькам и выбегал через ворота на тихую улицу Гайд-Парка.

— Дерьмо, — пробормотала я, отталкиваясь и несясь вниз на тротуар.

Этан стоял в ста футах за углом, одна рука на заборе, другая на бедре. Это не заняло больше нескольких секунд, чтобы достичь его. Он улыбнулся мне, когда я подбежала ближе.

— Что ты так долго? — спросил он.

— Я дала тебе хороший старт. Как я уже говорила раньше, и, несомненно скажу снова, возраст пассует перед красотой.

Этан издал решительный саркастический звук и оттолкнулся от забора, а затем встал рядом со мной на тротуаре.

— Девять миль, — сказал он и определил ориентиры, отмечая петлю вокруг города и возвращалась обратно в дом. Пробежка была бы долгой для людей, но лишь тренировкой для вампиров.

— Я могу только предполагать, куда идти, потому что ты знаешь, я же буду впереди?

— Или потому, что я буду полностью на твоих коленях, — сказал он.

— Твое эго знает границ. — Этан Салливан, Мастер Дома Кадогана, улыбнулся нечестиво и ударил меня по заднице.

— Не тогда, когда это заслуженно. Я готов, как и ты, Страж. — Я не дала ему возможности для более быстрого старта.

— Пошли! — крикнула я, пробегая несколько футов в спринте мимо него к нашей первой достопримечательности — церкви в четырех кварталов дальше по улице.

Вампиры были хищниками, и мы, естественно, быстрее, чем люди. Но, как и у людей или у гепардов, или у львов, или у любого крупного хищника, супер скорость не может длиться долго.

Этан позволил мне взять на себя инициативу, и я в полной мере ею воспользовалась, толкая себя в темпе спринтера, чтобы получить максимально большой отрыв. Я была легче, но он был выше ростом и имел более длинные ноги. Он также работал уже в течение веков. Казалось, у меня мало возможностей опередить его в конце гонки, поэтому я сделала все, что могла сейчас. Этого было не достаточно.

Он догнал через два квартала, и я рискнула оглянуться на звук его шагов. Его руки и ноги работали в такт, каждая мышца отточена и разработана, делая его безупречным. Если бы только олимпийские гонки проводились в ночное время.

Он догнал меня, его дыхание, практически не сбилось, и побежал рядом со мной.

— Я полагаю, ты обманула, Страж.

— Это прерогатива Стража. Я уверена, что есть такое правило в Каноне. — Он издал звук сомнения.

— Благодарность требует снисходительности и полной угодливости к Мастеру Дома.

— Ты стал Мастером всего несколько часов назад, и уже стал жестоким деспотом.

— Вряд ли, хотя ты, Страж, нуждаешься в регулировке отношений.

Я открыла рот, и хотела ответить ему с тем же сарказмом, с каким говорил он, но некая тихая тревога пробежала по моим нервным окончаниям.

Я замедлила бег, затем остановилась, положив руки на бедра. Мое дыхание все еще было частым, когда я осмотрелась вокруг. Этан понял, что что-то не так, и остановился. Он сделал несколько шагов вперед, осторожно приближаясь туда, где стояла я.

— Что это такое?

Я просмотрела окрестности, открывая все мои чувства, чтобы выяснить, что нажало на спусковой крючок. Кроме хрипа нашего дыхания, не было никаких других необычных звуков. Двери автомобиля открылись, закрылись… Мяукание кошки в переулке. Гул движения по близлежащим проспектам. Я не видела ничего необычного и даже запахи были типичными — морозно-дымный аромат ночи в городе.

— Я не знаю. У меня просто было чувство. Внутренний колокол тревоги. — Я, вероятно, сделала бы ироничный комментарий, если бы Этан сказал то же самое мне, но не было никакого юмора в его глазах. Я приняла это, как его тяжкий комплимент, что он доверял тому, что я что-то почувствовала, даже если не была уверена, что это было.

— Инстинкт — это важно, — сказал он. — Иногда чувства обнаруживают вещи, которые рациональный ум не может проанализировать.

Я потянулась и сжала его руку, приближая свое тело к его и толкая его чуть дальше от улицы и чуть ближе к подпорной стенке, что ограничивала эту часть тротуара.

Будучи хорошим Стражем и учеником Этана Салливана, я начала планировать. Мы были недалеко от дома, и могли легко вернуться обратно, если необходимо, но еще больше мне бы понравилось, если бы нас обоих доставили туда.

Телефонный звонок Люку, с просьбой подобрать нас, был бы безопаснее, но я не хотела, чтобы обо мне думали, как о страдающей агорафобным страхом без какого-либо доказательства.

— Мерит? — спросил Этан.

— Я ненавижу служебное положение, — сказала я ему, — но я Страж, и я верну тебя обратно в дом. И без аргументов. Становись в мою сторону.

— Да, мэм, — сказал он, и я была уверена, что он имел в виду что-то похотливое

— Бежим трусцой до конца блока. В человеческом темпе. И никакой показухи…

Он хмыкнул с презрением от идеи спрятать свои возможности, но подчинился. Мы сделали медленную и тихую пробежку к концу блока… и тогда я услышала его.

Медленный скрип шин по гравию. Был ли это друг или враг? Был ли это человек, который наблюдал за нами, и хотел поговорить с нами… или хотел убить нас?

— На три, оставайся там, где находишься. Я собираюсь сделать ход.

— Ты будешь осторожна?

— Сеньор, — повторила я за спину, пользуясь одной из его любимых фраз. — Один из них бессмертный, — тихо сказала я. Я сжала его руку на счастье. — Попробуй увидеть номерной знак, если можно.

Этан кивнул. "Два", — молча сказал он. "Три," — сказали мы вместе, и я бросилась на улицу. Автомобиль, был посреди квартала, застав меня в свет своих фар. Завизжали тормоза. Я не могла разглядеть автомобиль из-за фар, но он был достаточно высоким, и я могу сказать, что это не был седан или кабриолет, больше похож на грузовик или внедорожник.

Мгновение мы стояли друг против друга. Автомобиль взревел двигателем. Я смотрела на него с притворной бравадой, потому что мое сердце билось, словно барабанные литавры. Мы могли бы стоять так всю ночь. Но если я хотела узнать что-нибудь об этой угрозе, если это была угроза, я должна сделать шаг.

Одна рука на бедре, другой я поманила пальцем машину, подбадривая водителя двигаться вперед. Водитель принял вызов. С визгом резины по дороге, машина ускорилась и рванула вперед. Я сжала пальцы в кулаки, даже когда мое сердце ушло в пятки, заставляя себя оставаться на месте, пока машина не приблизится, пока я не смогу увидеть водителя.

Но было темно, окна были тонированные, и было слишком много бликов, чтобы видеть сквозь. Сэкономив лишь наносекунды и несколько миллиметров, я вполоборота перевернулась назад, едва уйдя с пути по времени.

Я готова поклясться, что чувствовала гладкость прозрачного покрытия автомобиля под моими пальцами, когда мы прошли мимо друг друга. Я упала на землю, переместилась на корточки и повернулась, чтобы проследить за машиной. Это был черный внедорожник. Никаких сомнений.

Мы видели аналогичные транспортные средства раньше, бандиты Mаккетрика гоняли на них в прошлом.

Я чуть не подпрыгнула, когда Этан положил руку мне на плечо. — Ты в порядке?

Он пробежал по мне глазами.

— Я в порядке. — Этого не было даже близко.

Малик стоял у двери, ожидая нашего возвращения. Этан, должно быть, попросил его телепатически.

— Ты в порядке? — спросил он, его взгляд пробежал между нами. Он, должно быть, почувствовал разлив магии.

— Нас преследовал черный внедорожник. Не имеем понятия, кто это был, он или она. Автомобиль поехал, когда Мерит встала перед ним.

Малик посмотрел на меня. — Мерит встала перед ним?

— Я подошла, они поехали.

— Есть что-нибудь от ГС? — спросил Этан.

Малик покачал головой. — Они были совершенно без связи с внешним миром. Они будут здесь, когда придет время для церемонии, но сейчас они не доступны.

— Это только мне кажется, что это совершенно не похоже на них? — спросил я, глядя между ними. — Почему они не побеспокоились, чтобы добраться сюда пораньше, если только они не собираются использовать время, чтобы преследовать нас?

Этан кивнул. — К сожалению, я склонен согласиться. И немного горячей драмы нам только не хватало. — Он взглянул на Малика. — Я собираюсь принять душ. Пожалуйста, расскажи Люку о внедорожнике, и предупреди всех в Доме, на случай, если он все еще там.

Не самая утешительная мысль.

* * *

Я также была потной от бега, поэтому приняла душ, как только его принял Этан, и оделась в свою кожу, так как не имела понятия, что еще может принести ночь.

Я собрала свои волосы в конский хвост и коснулась шеи, где раньше был мой медальон Кадогана.

Я бы вернула медальон, я бы носила его. Но это был лишь один из двух медальонов, которыми я владела. Первый был украден, но я в конце концов получила его обратно. Второй медальон прошлой ночью был отдан, оригинал же лежал в маленькой коробочке в нижней части моей тумбочки в комнате Этана.

Потому что я не носила его вчера вечером, у меня не было возможности отдать его. Но теперь, когда я вспомнила, я все еще не предлагала его отдать. Я не собиралась носить его, это казалось чем-то нечестным, особенно, когда все мои коллеги вампиры отказались от своих собственных.

Но этот медальон был украден и его вернул Сет Тейт.

И мне нужно было съездить к деду, узнать, известно ли им что-нибудь. Меня беспокоило, что мы до сих пор не нашли убийцу, особенно, когда дали слово Ною. Плюс, я подчеркнула, об убийствах и ГС и других вещи, о которых я не говорила, а молча думала.

— Мой дед обычно предлагает мне Орео (марка печенья). Мне всегда нравились Орео.

— Есть вещи, которые ты не ешь?

Я встала в позу, положив руки на бедра и улыбнулся ему опустив взгляд.

— Это зависит от пищи.

Его взгляд был благодарным. — Я не уверен, мы обсуждаем еду или недосказанность. В любом случае, это может быть лучшим разговором, который мы когда-либо имели.

Я подошла и прижалась губами к его губам, задерживаясь чуть дольше, чем я могла в данный момент. На секунду прежде, чем все изменится.

Прежде, чем я присягну на верность Красной Гвардии.

Прежде, чем он аннулирует верность Дома Гринвичскому Совету.

Этан склонив голову, посмотрел на меня. — С тобой все в порядке?

— Нервничаю, — честно сказала я. — Длинная ночь.

Он издал неопределенный звук согласия. — Одна из самых длинных. И мы посмотрим, что из этого выйдет. — Перед этой ночью я не была уверена до конца, что мы сможем.

* * *

У меня было некоторое время до начала церемонии, и я была намерена выполнить свое обещание посетить деда. Или, по крайней мере, проверить, что с ним до моего визита на маяк.

Думая о еде и крови, я направилась вниз, я шла по коридору на кухню, чтобы перекусить.

На прилавке были рогалики, но Марго не поставила крем и сыр, вероятно, в качестве меры снижения затрат. Я спрятала один в салфетку и вытащила бутылку крови 4 группы из холодильника, когда на кухню вошла Лейси. В очередной раз, она одела узкие джинсы в паре с модным полосатым топом и сапоги.

Без приветствия ко мне, а другим лишь ее мягкий взгляд. — Этот Дом мой бизнес, а Мастер, который создал меня — это мое дело.

Мастер или нет, она нассала на меня.

— Твой бизнес находится в Сан-Диего. Ты оставила этот Дом и Этана, когда отправилась туда. Мне не нравится твое браконьерство там, где всем ясно, моя территория.

Прежде чем она успела ответить, двое других вампиров Дома Кадоган — Кристин и Мишель вошли на кухню в тренировочной одежде. Они помахали мне и вежливо поприветствовали Лейси. Снисходительно поблагодарив их, она выхватила спортивный напиток из холодильника и банан из миски на прилавке.

Они больше ничего не сказали никому из нас, но их головы склонились друг к другу, когда они выходили. Несомненно, они шептались о встрече на кухне бывшей и нынешней любовниц Этана. Я даже не пыталась уловить их шепот, я не была уверена, что хотела знать, о чем они говорят… главным образом из опасения, что они были правы.

Она сделала еще один шаг.

— Предположим, что ты права. Предположим, что это не мое дело, которое меня не касается. Предположим, что он твой. Тогда, возможно, ты должна хорошо подумать о том, какого он заслуживает вампира. Ты ли эта девушка? Или он заслуживает кого-то получше? Кого-то лояльного и истинного?

— Кого-то блондинистого? — сухо спросила я. — Кого-то, как ты, возможно?

Мой телефон зазвонил. Опасаясь нового кризиса, я выхватила его из кармана своего пиджака. Это был Джонах, вероятно, хотел убедиться в моем желании быть посвященной. Я выключила телефон и спрятала его снова, но не раньше, чем Лейси посмотрела на меня с явным любопытством.

— Я задерживаю тебя от чего-то. — семена сомнения, она делала свою работу хорошо.

— Оставь меня в покое, — сказала я, мой гнев нарастал.

— Нет проблем. — Она подошла к кухонной двери. — Только помни, я тебе не доверяю, и я буду бдительно следить.

— Вот ведьма, — пробормотала я, когда она ушла, но я все стояла там, на кухне. На мгновение, мои руки затряслись от гнева под сводчатыми потолками.

Была ли она права? Не стала ли я для Этана ничем, кроме как большой ответственностью?

Нет, подумала я. Он любил меня, и знал лучше, чем кто-либо, что было или не было правильным для него и Дома. Он был Богом в этом. Это не было поддразниванием в его в отношении.

Я открутила крышку и выпила залпом бутылку крови, пока стояла, пока гном внутри меня не успокоился.

Я предположила, что ее план был свести меня с ума. Заставить сомневаться в наших отношениях, пока я не сойду с ума от нужды в Этане… или закончу отношения, чтобы "спасти" его.

Лейси когда-то назвала меня "просто солдатом", но она путала солдата и мученика. Моя работа заключалась в том, чтобы твердо стоять за мой Дом и моего Мастера, не позволять себе уйти прочь, когда все становится фиолетово, потому что я испугаюсь, что погублю его.

Я бы не погубила его. Так же, как я говорила это ему раньше, я напомнила себе, мы были сильнее вместе, чем когда мы были врозь друг от друга. Две души отличающиеся от остальных, которые нашли утешение друг в друге.

Она не могла этого знать о нас. По крайней мере, я надеялась, что она не знает.

* * *

Мое настроение испортились, а нервы еще больше расшатались, я сделала "правильный поворот".

— Она получит у меня, — сказала я зловеще. — Есть что-нибудь от омбудсмена?

— Не подлизывайся. Мы думали, что вы с Джеффом расскажете нам.

Я села за стол переговоров. — Спасибо. Давайте сделаем это.

Люк кивнул и наклонился над телефоном на конференц-столе, где он нажал цифру 2 быстрого набора.

— Кто же номер один? — спрашивала я себя.

— Пицца Саула, — сказала Линдси. — Она погубила нас для всех других блюд в глубокой посуде.

— Чертовски верно, — подумала я. Пицца Саула была моим любимым блюдом. В Чикаго, ее продавали везде — в любой лавчонке Уикер Парка, недалеко от Мэллори. Я бы ввела ее в Доме.

— Это Джефф, — ответил Джефф соответствующим образом.

Я переплела свои пальцы вместе, когда Линдси подъехала в кресле поближе.

— Эй, Джефф. Это Мерит, мы в кабинете ОПС, по громкой связи как обычно.

— У меня есть новости. Что вы хотите в первую очередь? Хорошие новости или плохие новости?

— Плохие новости.

— Стекло из аллеи, где было совершено убийство. Это защитное стекло из бокового окна пассажирского автомобиля.

Они могут принадлежать десяткам моделей, так что это не говорит нам ни о чем.

Облом, но вполне ожидаемый. Линдси стерла слово "стекла" на доске, и я вдруг почувствовала, что играю в шоу-игру, в которой призы исчезали с каждым неправильным ответом.

— Что еще вы нашли? — спросила я.

— Мы проверили Оливера и Еву. Ничто не обнаружили и там. Никаких проблем с соседями, никакой личной вражды, не было проблем с деньгами. Если убийца выбрал их по какой-то причине, то она нам не известна. Но я пришлю вам документы в случае, если вы захотите ознакомиться с ними.

Люк наклонился вперед. — Это было бы здорово, Джефф. Спасибо. Мы проконсультировались по поводу безопасности перехода. Может быть, нам придется на них взглянуть.

— Они уже в пути. А теперь хорошая новость, — сказал Джефф. — Я проверял спутниковые снимки Центра Регистрации. Оказывается, есть банк через улицу. А банки имеют хорошую безопасность.

Я скрестила пальцы. — Скажи мне, что есть видео, Джефф.

— Там на видео, — подтвердил он. — появляются Оливер и Ева. Теперь, игнорируйте парня у банкомата, и наблюдайте за переулком.

Парень у банкомата был широкоплечим и темнокожим, и он весело вытаскивал наличные деньги из банкомата. Он был прямо перед глазами, но Джефф был прав, главное было позади него.

Автомобили двигались мимо Центра Регистрации через улицу. Некоторые автомобили тормозили на тротуаре, где вампиры выходили наружу, чтобы встать в очередь у двери.

— Вот они, — сказал Люк, указывая на Оливера и Еву, выскочивших из автомобиля недалеко от банкомата, они шли через улицу, рука об руку.

Автомобиль вновь поднялся в воздух. Мое сердце схватилось. Я хотела призвать их обратно в машину, и чувствовала себя совершенно бессильной, наблюдая за ними, идущими к опасности… и, что гораздо больше решимости найти их убийцу.

Оливер и Ева вступили в линию с остальными вампирами. В центре вид на таком расстоянии был довольно ужасным, очереди больше похожи на змею, чем пиксели различимые линии вампиров.

— Следите за автомобилем, — сказал Джефф.

— Смотрим, — рассеянно сказал Люк, глаза прикованы к экрану. И он был не единственным. Каждый вампир в кабинете ОПС уставился на экран, как большой, темный внедорожник проехал мимо Центра Регистрации.

Нет, не проехал. Он курсировал мимо Центра Регистрации, едва двигаясь, словно обозревая центр и линию фронта.

— Это может быть тот же автомобиль, который следовал за нами в этот вечер.

— За вами следили? — спросил Джефф. Я кивнула.

— Да. Этан и я пошли на пробежку. Черный внедорожник следовал за нами, а затем уехал в спешке, когда мы приблизились.

На экране мы увидели, что произошло дальше, большой серый бронированный автомобиль вполз в кадр, припарковался прямо перед входом в банк, полностью загородив вид.

Я начала прогонять его с экрана. — Убирайтесь с дороги! Подвинься с пути — видео остановилось.

— Броневик стоял там в течение сорока пяти минут, — сказал Джефф. — Время ушло…

— Все кончено, — закончила я.

— Именно так.

Кабинет OПС затих на мгновение.

— Кто бы ни был во внедорожнике, он заманил их в переулок, — заключил Люк.

— Это именно то, что произошло, — сказал Джефф. — Марджори говорила с одним из сотрудников в регистрационном офисе. Девочка по имени Ширли Джексон, она работала для города в течение двух десятилетий, и была передана в офис, когда он открылся. Оказывается ее стол стоит рядом с передним окном. Она вспомнила, что слышала какой-то шум двигателя из переулка, как у автомобиля, имеющего проблемы с зажиганием. Она увидела симпатичную пару, проходившую мимо окна. Она не помнит, чтобы встречалась с ними снова, но сказала, что не думала о них.

— Не хочет, — сказал Люк.

— Вы слышите неисправность двигателя, и кто-то идет, чтобы помочь и звук пропадает? Вы полагаете, что некоторые самаритяне предложили свою помощь, и проблема была решена.

— Да, — сказал я. — Но, к сожалению так на этот раз. Оливера и Еву заманили в переулок. Внедорожник проделал какие-то проблемы с машиной, и Оливер с Евой пошли на помощь. И были убиты из-за этого.

Я вздрогнула, интересно, если это же было проделано для меня и Этана.

— И именно поэтому Джефф ничего не нашел в их истории, — сказал Люк.

— Убийца, вероятно, не был направлен непосредственно на Оливера и Еву. Он целился на людей за пределами Центра Регистрации. Он поджидал добычу.

— Вампиров, — поправила я. — Он был за пределами Центра Регистрации, так что он целился на вампиров.

— А машина, что вы видели сегодня вечером? — спросил Люк.

— Может быть, курсировала Дом, ища вампиров? — предложила я. — Этан и я находились на улице. Может быть, он надеялся на более тонкий подход, поэтому и уехал, когда мы приблизились.

Люк пожал плечами. — Трудно сказать.

— Спасибо за новости, Джефф, — сказала я.

— Конечно. Мы будем продолжать искать. Я собираюсь покопаться в видео еще немного, вдруг увижу, что внедорожник делает еще один ход.

— Хороший план, — сказал Люк. — Мы будем на связи.

Он выключил громкую связь и видео, а я оглянулась на доску. В то время как видео отключилось, Линдси заполнила доску ключевыми словами. ОЛИВЕР и ЕВА. БРОДЯГИ. ПРИНЯТЫ В ЦЕНТРЕ РЕГИСТРАЦИИ. ВНЕДОРОЖНИК. УБИЙСТВО НА СКЛАДЕ. Время убийства, насилие социопата. Но что это значит?

Я бросила взгляд на часы на стене. Часы показывали, что пришло время отправляться в путь на маяк. Это осложнялось тем, что в комнате был вампир с сильными психическими способностями — Линдси.

Я встала и засунула руки в карманы. — Я собираюсь покататься. Мне нужно подышать свежим воздухом.

Люк кивнул. — Это хорошо для тебя. Поможет переварить все это, может быть, сделать соединение.

Я кивнула, бросив короткий взгляд на Линдси чтобы увидеть, поймала ли она дуновение чего-то необычного. Но если это и случилось, я не смогла увидеть это на ее лице.

— Ты вернешься снова на церемонию, я полагаю? — спросил Люк с сарказмом.

— Я бы не пропустила его ни за что на свете.

Также, как налоги, если не смерть, это было неизбежно.

## Глава 10. ЗОЛОТОЙ ЧЛЕН КРАСНОЙ ГВАРДИИ

Я выскользнула из ворот и побежала к своей машине, и, прежде чем кто-либо меня остановил. Я уносилась в ночь, готовая подтвердить свою приверженность КГ.

Я чувствовала себя не очень комфортно. Мой живот все еще дрожал от нервов, и я была разбита страхом, что предаю Этана. Но как действия в наилучших интересах Дома могли быть предательством?

В соответствии с инструкциями Джонаха, я поехала в сторону озера Мичиган, затем повернула на север к пристани для яхт на краю гавани.

Был декабрь, и пристань для яхт была уже давно закрыта для сезона. Будка безопасности ограждала вход, а окрашенные в черно-желтую полоску ворота удерживали автомобили от въезда.

Не совсем уверенная, как поступить, я подъехала к воротам и будке безопасности, и опустила окна.

Женщина, сидевшая внутри, рассматривала меня некоторое время, а затем нажала на кнопку, чтобы поднять ворота.

Друг Джонаха возможно? Или Красной Гвардии?

Я вышла из машины и застегнула молнию на своей куртке, а затем огляделась по сторонам. Небольшая парковка была практически пуста, за исключением нескольких машин разбросанных тут и там.

Озеро было темным и тихим, покрытое льдом даже в такую теплую погоду. Линия бетона и скал уводила от пирса к воде, образуя гавань для лодок и яхт ведомых к гавани маяком, который посылал им предупреждение через воду, он был чрезвычайно громким в тишине озера.

Я посмотрела вверх. Джонах стоял в верхней части лестницы, руки засунуты в карманы черного, до щиколоток шерстяного пальто. На нем были джинсы и сапоги, а темно-рыжие волосы завивались вокруг его лица на ветру. Его щеки, отточенные, как мраморная скульптура, были розовыми от холода.

— Мерит. — Он кивнул мне, и я поднялась по лестнице, которая была холодной, ржавой и шаткой, перебирая руками, пока я не достигла платформы в верхней части. Джонах помог мне взбежать стремглав на платформу.

— Хорошее расположение, — сказала я, запихивая руки в карманы от холода. Рядом с водой было холоднее, без элементарной защиты от ветра. Он улыбнулся мне, спокойный как Будда.

— Путь в КГ не легкий, и этот урок не должен быть забыт.

— Мои колени помнят, — заверила я его. Мы смотрели друг на друга момент, магия и память искрилась между нами. У Джонаха и у меня была взаимодополняющая магия — магия, которая работала на одной частоте. Типа сверхъестественного родства. Он признался, что имел ко мне чувства, но изящно отступил, когда я рассказала ему о своих чувствах к Этану.

Теперь мы были партнерами, и собирались сделать это официальным. По иронии судьбы, за несколько часов до политического распада союза Кадогана с ГС.

— Пойдем внутрь, — сказал он.

— Внутрь? — Я не представляла себе, находясь здесь, на платформе маяка, что на самом деле происходит внутри него. Это возбудило во мне ботаника.

— Членство имеет свои привилегии, — сказал Джонах, и я последовал за ним по платформе. Окна с видом на воду или город были покрашены в красное. Обстановка была скудной и, вероятно, последний раз обновлялась в 1970-х годах. Винтовая лестница разделяла комнаты пополам и вела, как я предположила, вплоть до самого света.

— Ну, он такой какой есть, — сказал он.

— Так вот как маяк выглядит внутри.

— По крайней мере в 1979 году, когда это место было укомплектовано в последний раз, — сказал Джонах.

— Это объясняет искусственное дерево и латунь.

— Да, — согласился он. — Не похоже, чтобы мы заполнили его оборудованием, так что я предполагаю, это более безопасный дом, чем штаб-квартира. Но он служит своей цели. Подожди минуту. — Он подошел к винтовой лестнице, положил руку на железные перила, и крикнул вверх по лестнице, — Мы здесь! Идите вниз.

С какофонией обуви по металлической лестнице, вниз спустились восемь мужчин и женщин, большинство из которых были одеты в футболки с надписью ВЕЧЕРНЯЯ ШКОЛА — это была визитная карточка членов КГ, Джонах снова присоединился ко мне, а группа собралась перед нами. Некоторые из них были знакомы мне, наверное, видела их лица в череде событий, куда КГ посылала своих членов. Один из них выглядел конкретно знакомым. Гораций, ветеран гражданской войны со склада, стоял рядом с невысокой, кудрявой девушкой с темной кожей и улыбающимися глазами.

Он по-прежнему носил старомодную одежду, она благоволила к джинсам, из-за чего немедленно мне понравилась. Их руки были переплетены, а ноги едва касались, когда они стояли рядом друг с другом.

Они источали хорошую атмосферу, и они были не единственными. Все восемь членов стояли парами и только Джонах и я в этой группе были не парой. Неловкость нарастала, я грызла свою губу.

— Знакомьтесь, — сказал Джонах, — это Мерит. У тебя еще будет время, — сказал он мне, — мы отложим формальное представление для другого времени. Достаточно сказать, это Красная Гвардия Чикаго.

Я помахала немного слабо, пока мое сердце тревожно билось. Джонах смирился, когда узнал, что я влюблена в Этана… или нет? Надеялся ли он, что мы каким-то образом будем вместе? Поэтому я была обеспокоена этим.

Но обсудить это здесь — было неудобно.

Но и не было никакого пути обойти это. Не было никакого способа избежать этого вопроса, если я собиралась полностью посвятить себя. Говоря откровенно: я могла присягнуть КГ, я могла присягнуть Джонаху, как моему партнеру КГ.

Но я уже отдала свое сердце Этану, и я хотела, чтобы это было всем ясно.

Я повернулась к нему. — Могу я поговорить с тобой минутку? Наедине?

Джонах слегка улыбнулся, как будто он ждал этого вопроса.

— Я… Я просто… — Я прочистила горло, так же громко и неловко, как и чувствовала себя. — Я просто хочу, чтобы все знали, где я.

— Я знаю, где ты находишься, — сказал он. — Это не всегда случается, когда партнеры КГ вступают в романтические отношения. Мы называем это эффектом совместительства. — Я приподняла брови в стиле Этана.

— Как в ТВ-шоу?

— Да. За годы своего членства, они проработали вместе, часто под прикрытием. Тебе не зарегистрироваться в качестве партнера, если у тебя нет взаимопонимания с ним. — Он указал на меня, потом себя. — У нас есть взаимопонимание. Но это не должно стать романтичным.

Покраснев, я почувствовала слабое покалывание в своих руках и догадалась, что он принес сталь. Это было последействием закалки моего собственного меча: мой клинок сочетался с моей кровью и в результате у меня была чувствительность к металлу.

Джонах поднял крышку. Внутри на куске алого бархата лежал поразительный кинжал. Сделанный из цельного блестящего куска стали, лезвие было наточено от его основания до кончика, создавая смертоносных триста шестьдесят градусов.

— Он прекрасен, — сказала я.

— Думаю, да, — сказал он с легкой улыбкой. Он держал лезвие, позволяя свету красться вниз по стали лентой.

— Мы идем по острию ножа между мирами — вампирами и Домами и не редко чувствуем себя полностью частью того или другого. Мы видим вещи, которые большинство вампиров предпочитают игнорировать, но это знание дает нам власть. Это и наше проклятие и величайшее оружие. Оно может быть жестоким, и оно может освободить нас. Как член Красной Гвардии, ты стоишь за честь, а не гордость. Ты выступаешь за вампиров, а не за ассоциации. Ты стоишь за тех, кто не может постоять сам за себя и за честь.

Джонах коснулся острия лезвия, уколов палец. Капли крови появились там, посылая сладкий, металлический аромат в воздух.

— Ты стоишь за меня, — сказал он. — А я за тебя.

Он размазал капли по изгибу клинка, который мерцал от магии пролитой крови вампира, как сделал и мой меч.

— Твоя очередь, — сказал он.

Съежившись в ожидании боли, я уколола палец, а затем коснулась своим пальцем к лезвию кинжала, уже отмеченному кровью Джонаха и магией, слабо светящемуся красным.

— Никогда больше это лезвие не прольет нашу кровь снова, — сказал он. — И пусть сталь всегда напоминает нам о силе дружбы, чести и верности наших товарищей. — Он посмотрел на меня. — Ты клянешься своей лояльностью к вампирам, независимо от Дома, независимо от союзников, независимо от принадлежности? Ты клянешься быть стражем порядка, справедливости и умеренности, и восстать против любой власти, что грозит тем, кто не может защитить себя?

Я с трудом сглотнула, зная, что это был момент. Это был мой последний шанс сказать "нет" КГ… или посвятить два десятилетия служению.

Призвание было почетно, и мой выбор был ясен.

— Я клянусь, — сказала я, зная, что сделала правильный выбор.

Он протянул руку и поцеловал меня в щеку, поцелуй был бесспорно коллегиальным, но все же нес магические искры.

— В таком случае, мы партнеры, а ты застряла со мной, малыш.

Я улыбнулась ему. — Я сделаю все возможное. Не то, чтобы я могла сделать что-то намного хуже, чем ГС прямо сейчас.

— Правда, — сказал он, положив нож в коробку, выдвинул ящик стола и сунул туда коробку. — Здесь есть еще одна вещь, — сказал он, протягивая мне маленькую серебряную монету. Она была размером с четвертак, и на ней было выгравировано изображение человека на лошади и надпись Сент Джордж.

— Сент Джордж? — спросила я.

— Покровитель воинов, — сказал Джонах. — Мы приняли его для КГ также. Этот знак, напоминание, что ты не одинока и здесь есть мы, готовые помочь.

— Спасибо, — сказала я, пряча медаль в карман.

— Ты знаешь, твоя жизнь вот-вот станет намного сложнее.

— О, хорошо, — легкомысленно сказала я. — Мне наскучил статус-кво.

— Да, как оказалось. Я на самом деле спас тебя от скуки и отчаяния.

— Я не скучала с тех пор, как стала вампиром.

— Ну и конечно, не собираешься начинать сейчас. — Он положил руку на мою. — Я знаю, что ты чувствуешь себя под давлением, но ты можешь сделать это.

Я кивнула, и пусть у него будет доверие для нас обоих.

— Давай отвезем тебя обратно в Дом. Этан закатит истерику, если ты опоздаешь на церемонию.

Здесь было тихо, даже удары волн были подавлены замерзшей водой. Не было отвлекающих факторов. Ничего, кроме тишины и холода зимы.

— Ах, — сказала я. — Уединение.

Джонах кивнул и улыбнулся, как будто я правильно ответила. — Это природа нашей позиции, иногда мы вынуждены слишком участвовать в мире. Это наша небольшая передышка. Если тебе нужно утешение или жилье, или ты не можешь найти меня, приди сюда. Ты можешь найти помощь. Ох, и есть еще одна вещь. У меня есть что-то для тебя в моей машине.

Мне было любопытно, что это может быть, но прогулка назад лишила меня концентрации. Осторожно обогнув камни, мы вернулись обратно к автомобилю, где он сунув руку на заднее сиденье, наконец, вытащил глянцевый бумажный пакет, который передал мне.

— Что это?

— Добыча, — сказал он.

Приподняв бровь, я подозрительно заглянула внутрь пакета. Там были футболки Вечерней Средней Школы в двух цветах, и ветровка с капюшоном и с изображением талисмана ВСШ, пауком.

Я закрыла сумку и посмотрела на него. У меня действительно была одна проблема в отношении добычи.

— Что? — спросил он, я решила, что могу быть честной с ним, он был моим партнером, после всего.

— Я живу с Этаном.

Джонах открыл рот и снова закрыл его. — Ах. Теперь понял.

— Да. Так что я должна быть осторожной. Очень осторожной.

— Озеро Мичиган очень велико. Да. Это часть собственности КГ. Преимущество, конечно, в том, что мир стал лучше и безопаснее.

— Конечно.

— Пока мы здесь, есть новости, касающиеся Оливера и Евы?

— Есть, как оказалось, — сказала я, и быстро просветила его.

— Каким будет ваш следующий шаг? — спросил он.

— Честно говоря, я не совсем уверена. Я думаю, что мы в тупике, если Джефф не придумает что-то еще.

Он кивнул и сел в машину. — Если он придумает что-то, держи меня в курсе.

Я дала ему немного форы, когда он уехал, а затем села в машину и дав ей прогреться мгновение, выехала с парковки и обратно в свою жизнь.

* * *

К тому времени, как я прибыла в Дом, мы были в нескольких минутах от церемонии ГС. С сумкой в руках, я вылезла из машины, но затем остановилась, чтобы подумать. Принести пакет с футболками КГ в Дом, была не самая лучшая идея, в Доме было достаточно хаоса, чтобы добавлять еще больше драмы.

Я открыла багажник своей машины и сунула в нее сумку, где-то между мягкими перчатками, дважды использованными в кикбоксинге и зимним одеялом для чрезвычайных ситуаций, как аварийный комплект в дороге, который не был открыт за все годы, что у меня был автомобиль.

Завизжал автомобиль останавливаясь передо мной, паркуясь параллельно. Я положила руку на свой меч, но это была Лейси, вышедшая из автомобиля. По-прежнему высокая, как всегда блондинка, все еще привлекательная. Она захлопнула дверь на замок, а затем подошла к моей Вольво.

И выглядела она очень, очень счастливой.

— Ну, хорошо, хорошо, — сказала она, подходя. — Я думаю, у всех нас есть свои секреты, не так ли? — Мое сердце упало в желудок. "О, Боже", было единственной связной мыслью, что я могла управлять. Что она видела?

— Свои секреты? — спросила я, и хлопнув закрыла багажник, прежде чем она обошла вокруг автомобиля.

Она обошла и прислонилась бедром к машине, затем скрестила руки и наклонилась немного вперед.

— Я знаю, где ты была, — сказала она. — Я знаю, где ты была, с кем ты была и что ты делала.

Я почувствовала себя больной от паники. Она видела меня и Джонаха, и она знала о КГ. Но пути назад не было.

Я могла только надеяться на чудо, что она еще не знала, почему я была там. Продолжая блефовать. — Я не знаю, о чем ты говоришь. — Я проглотила чувство вины и страха, что она была права. Но я блефовала так, как меня учили.

— Я никого не предавала, — сказала я. — Ты не имеешь ни малейшего представления, о чем говоришь.

— Действительно? — Сказала она с хитрой улыбкой. — Прекрасно. Тогда давай поговорим с ним об этом прямо сейчас, и очистим воздух прямо перед церемонией ГС. На самом деле это превосходный выбор времени для тебя.

— Может быть, тебе следует заниматься своими делами.

— Может быть, ты прекратишь говорить о вещах, которые ты не понимаешь. — Ее голос неожиданно ожесточился, рассвирепел, пока я смотрела на нее.

Я знала, что у нее были чувства к Этану, но даже если она ревновала, было слишком много эмоций, чтобы это было просто ревностью.

— Я все понимаю, и очень хорошо, спасибо. Он принял долю, уготованную мне. Я плакала о нем.

Она рассмеялась и рявкнула. — Ха! Ты оплакивала его? Ты, которая знала его в течение всего нескольких месяцев перед смертью? Ты думаешь, что имеешь представление, что такое горе? — Она указала на меня.

— Ты не смогла защитить его. Ты была его Стражем, и тебе это не удалось, а он умер. И только благодаря магической случайности он снова жив, не благодаря тебе.

— Это то, как ты представляешь себе случившееся? Ты думаешь, что я стояла рядом, выясняя дерьмо с мэром, и позволяя Этану получить кол?

— Ты была там, — сказала она. — Это все, что я знаю.

Боже, она звучала так же, как Сет Тейт, обвинявший меня в том, что произошло в той комнате, хотя я была невинным свидетелем.

Было ли это горе? Запоздалые эмоции, с которыми ей пришлось столкнуться, когда Этан умер? Гнев, что он не приполз к ней, когда был воскрешен? Каковы бы ни были причины, это было глубокое чувство и достаточно сильное, чтобы превратить ее в шпиона за мной.

— Он принял мою долю, — сказала я. — Селина бросила кол в меня, и он встал передо мной. Он спас меня от этого. Как ты смеешь минимизировать то, что он сделал?

Она указала на меня, ее глаза горели гневом. — Ты проклятая лгунья!

— Я не лгунья.

Она, должно быть увидела истину в моем лице, потому что выражение ее лица спало, и мгновение она смотрела так печально, как девушка, которая была брошена. Она выглядела уязвимой и немного жалкой, и мое сердце болело за нее. Не много, но все же.

У нее были чувства к Этану, и я знала факты об их отношениях и то, что она хотела его и, что более важно, то, что я значила для него. И если я была права, я бы сказала, что с Лейси что-то серьезно не так. А я не из тех, кто любил ошибаться.

Она деликатно фыркнула, а потом, как будто щелкнула выключателем и, как будто она не теряла передо мной самообладание — она вернулась, снова холодная, спокойная и снова собранная.

Ну, я тоже могла играть спокойно и собрано. Если бы она действительно думала, что у нее что-то есть на меня, она бы рассказала это Этану прямо сейчас. Но она не была уверена в том, что она увидела. Она знала, только то, что я встретилась с Джонахом на парковке.

Она не знала, что я встречалась ним, из-за КГ и, что я только что была принята в качестве его члена.

— Ты расскажешь ему, — сказала она.

— Там не о чем рассказывать.

— Ты расскажешь ему, или это сделаю я. — Она приблизилась на шаг. — Как ты смеешь проповедовать мне о жертвах, которые он готов сделать для тебя, когда сама не даешь ему правды.

К сожалению, здесь она была права, и это заставило мой живот скрутиться.

— Скажи ему, — повторила она, ее губы изогнулись в медленную и жуткую улыбку. — Скажи ему, или доставь мне удовольствие, доказав то, что мне было известно с самого начала, кто ты есть на самом деле, — она шептала свои слова и они капали, как яд. — У тебя есть двадцать четыре часа.

А потом она повернулась и пошла прочь, стуча каблуками, когда зашагала по тротуару к дому.

Я стояла там, мой живот завязался узлом, и я пыталась придумать, что делать. Я была уверена, что я в ловушке.

* * *

Сердце глухо билось, когда я вернулась в Дом, холодный пот застыл на моей коже. Дом трепетал и я тоже, мне нужно было время, чтобы успокоиться, поэтому я побежала по лестнице в мой номер на втором этаже, тот, который я не делила с Этаном, отперла дверь и заперла себя снова.

Я сорвала куртку, бросила ее на пол, и направилась в ванную комнату, где я вцепившись в края раковины. Плескала холодную воду на свое лицо, пока моя челка вся не намокла.

Лейси знала.

Может быть, не все, но достаточно, и не было такого способа, которым бы она не воспользовалась против меня.

Она любила Этана, ненавидела меня, и думала, что я не была достаточно хороша для него. (Несмотря на мои ученые степени, боевые навыки, богатых родителей и, очевидно, богатое чувство юмора.)

Я посмотрела на себя в зеркало, челка мокрая и блеклая, кожа бледнее чем обычно, Медальон Дома отсутствует.

Мы все переделывали себя, от членов международной Вампирской организации к чему-то другому.

Я была частью этого процесса, клыкастый Член Кадогана, и теперь делала переход с остальной их частью. Но кем именно я становилась?

Я схватила полотенце и прижала к лицу, не желая идти вниз и присоединяться к другой драме, которая готовится вспыхнуть по всему дому.

Мне было очень жаль, что я не могу нажать на кнопку "Отменить", чтобы я смогла просто перемотать свои действия или ошибки, или заметила бы любопытного вампира позади себя, следовавшего за мной через весь город и начать все заново.

Но это было невозможно. Что сделано, то сделано, и мне придется иметь с этим дело и принять последствия как взрослой.

Вместо двадцатисемилетнего заточенного аспиранта, я еще раз пожалела себя.

Я сделала себе хвост и покрыла губы блеском, а затем щеткой расчесала свою челку, пока она не засветилась. Когда я снова стала выглядеть респектабельно, я отбросила свой страх прочь и пошла вниз на первый этаж.

Глава 11. НАВЕКИ БЕЗОТЗЫВНЫЙ

Этан, Люк, и Малик уже были внизу, разодетые в пух и прах в классических черных костюмах. Этан кивнул, когда увидел меня.

Я вышла в фойе, когда птичьим клином, напоминая танцевальную группу, в дом вошли Дариус и остальные члены ГС.

Я проскользнула в толпу вампиров Кадогана, которые также собрались, чтобы поприветствовать их, Лейси подошла поздороваться, и начала любезничать. Этан был прав, сколько бы я ни ненавидела ее, Дариусу определенно нравилась Лейси Шеридан.

— Лейси, — сказал Дариус, голос его был приторно сладким. Он протянув руки, взял ее, и они обменялись поцелуями в европейском стиле в щеку.

— Отец, — сказала она почтительно.

— Ты хорошо выглядишь, — сказал он, оглядывая ее идеальный черный костюм.

— Как и вы. — Ее взгляд прошелся вдоль линии вампиров, которые сопровождали его, и она сделала визуальный контакт с каждым.

— Я говорил тебе, у них была связь, — тихо сказал Этан.

— Как ты и говорил, — сказала я. И ясно делают они.

Лейси сложила руки вместе, затем подняла их ко лбу, очевидно изображая благодарность, снисхождение.

— Отец, я польщена вашим присутствием.

— Я сомневаюсь, что это настроение универсально, — сказал Дариус, оглядываясь на Этана, и все неловко замолчали.

— Дариус, — сказал Этан, и слово упало тяжело, как перчатка или вызов.

Дариус все еще был для Этана Отцом, его королем, его командиром, по крайней мере еще в течение нескольких минут, и называть его по имени точно не было уважительно.

Глаза Дариуса сузились. Он принял пощечину, и это ему не понравилось. Но потом расцвела улыбка, что было еще страшнее.

— Этан. Видимо ты решил действовать, как крестьянин еще не решив все дела, — сказал он, явно оскорбляя. — Но это не важно. Вскоре эти вопросы будут решены. Должны ли мы добраться до них?

— Всеми средствами, — сказал Этан, протягивая руку по направлению к задней части дома.

Я догадалась, что он еще не забыл все свои манеры.

* * *

Было поздно, и холодно, но мы были определенно проснувшимися, вампиры Дома Кадогана тихо собрались на задней лужайке вокруг костра в кирпичной яме.

К нам присоединились около половины вампиров Кадогана, которые не жили в Доме, но хотели показать свою поддержку, наше количество увеличилось, в знак солидарности против нашего будущего врага.

Я узнала друзей и коллег в толпе, но я поняла, что не могу приблизиться к ним. Я чувствовала себя предателем, нарушителем доверия Этана и Дома. Отдельной от всех остальных. Их никто в настоящее время не шантажировал.

Напротив нас стояли вампиры из Гринвичского Совета.

Численно мы превосходили их, но мы излучали нервную энергию, как если бы они имели власть уничтожить нас движением руки.

Все они были одеты по дресскоду. Они носили костюмы одного фасона, их руки были сложены вместе перед собой. Сердитое Жюри было готово произнести свой приговор нам.

Кроме того, что мы уже вступили в метафорическом суд, сегодня вечером мы делали это перед чиновниками.

— Кто стоит за этот Дом сегодня? — спросил Дариус.

— Это делаю я, — сказал Этан, выступая вперед.

Члены ГС обменялись взглядами, для них это был очевидный сюрприз.

— Ты не хозяин этого Дома, — сказала миниатюрная женщина, глядя на него поверх своих очков.

— Я хозяин этого Дома по концессии его бывшего хозяина и моего официального реинвестирования. — Этан протянул руку, и Малик передал ему бумаги, подписанные и запечатанные прошлой ночью.

Этан поднял бумаги, показывая их членам ГС, но не желая отдавать документы в их руки. Я не обвиняла его. Они, возможно, кинули бы их прямо в огонь.

— Мы не были приглашены на церемонию. — размышлял Дариус. — Прежде, чем вы примете бесповоротный шаг, мы предлагаем вам последний шанс. — сказал Дариус. — Соглашайтесь следовать соответствующему диктату, и мы позволим вам оставаться в ГС на время… судебного разбирательства.

Этан улыбнулся и скрестил руки. — Я могу легко догадаться, что представляет из себя этот диктат. В ходе подготовки нашего отъезда, вы поняли экономическое значение этого Дома для ГС. И вы решили, что оставив нас, ГС не сможет похвастаться благоприятным финалом, как когда-то. Нам не нужны вы или ваша организация. Мы можем и будем выживать самостоятельно.

— То, что вы не цените — сказал Дариус, — преимущества, полученные вами от вашего членства, то, что вы не были полностью осведомлены о них, не означает, что они не существуют. Вы честно думаете, что Питер Кадоган был бы рад узнать то, что случилось в его Доме?

Очевидно, что члены его Дома решили покинуть ГС — учреждение, которое защищало их так долго?

Воцарилась тишина, но разлилась магия.

Этан опустил голову, глядя на Дариуса из-под бровей. — Питер Кадоган верил в своих вампиров. Они были его первым приоритетом, и они были и остаются моими. Я не уверен, что вы когда-либо поймете это, Дариус.

— Я понимаю достаточно, г-н Салливан. Медали, пожалуйста.

Келли сделала шаг вперед и передала ему коробку с золотыми медальонами Кадогана. Дариус взял коробку и бросил ее бесцеремонно в огонь.

— Властью, данной мне как главе Гринвичского Совета, я настоящим разрываю связь между нами. Ваш Дом прошедший аттестацию. Ваши вампиры никак не связаны. Членство в ГС не делает из вас вампиров, он просто сделал вас членами.

Мы были теми, кем были с или без нашего ГС.

Дариус, что неудивительно, был первым, кто нарушил молчание.

— Это будет сделано, — сказал он. Изменение в отношении было очевидным по его голосу. Мы покинули его тайное общество, и мы теперь ничто для него.

Мы были изгоями, а он предназначен для лечения таких как мы — неблагодарных. Нет снисхождения для вампиров Дома Кадогана, никаких пособий по возрасту и никакого уважения к нашему Дому.

Эти вещи не имели значения сейчас, так же, как мы не имели отношения к этому. — Ничего еще не сделано, — сказал Этан. — Есть что-то, что мы хотим сказать.

— Вам нечего сказать нам, изгой, — сказала женщина.

Глаза Этана вспыхнули серебром.

"И так это начинается", — сказал он молча.

Я молча согласилась.

— У меня есть более чем достаточно, что сказать. — сказал Этан. — Слова, которые складывались на протяжении веков. Слова, которые вы не хотели слышать. Может быть, вы не слышите их, но я бы счел своим упущением не попробовать. — Он засунул руки в карманы, движение человека спокойного и расслабленного. Но любой, кто знал Этана, а я держала бы пари, что Дариус знал — его спокойствие только притворство.

— Питер Кадоган был хорошим человеком, — сказал Этан. — Хороший человек и добрый вампир. ГС, за годы, прошедшие с момента его создания, забыл, что нужно с уважением относиться к атрибутам. "Вампир" — это не приз, который стоит над добром или моралью. Вы потеряли компас, и вы увековечили собственное невежество. Ваши собственные члены стали причиной раздора между вами и Домами, которые вы поклялись защищать, а вы игнорируете свои действия и обвиняете Дома, когда они вынуждены защищаться. Вы анахронизм, который не имеет место в современном мире.

— Наш выход — это не аберрации, Дариус. Это предвестник. Селина предсказала грядущую войну. Если вы игнорируете приливы, вы делаете это на свой страх и риск.

Речь Этана была страстной.

Но единственная мысль, которая была у меня на уме: Что если он чувствовал что-то по поводу ГС, то возможно он не убьет меня, в конце концов.

— Гипербола вам не подходит, — сказал Дариус, немного поколебленный словами Этана. — И более того, это не имеет значения, потому что есть два факта, которые вы ловко игнорируете. — Во-первых, я верю, вы сочтете это вызовом, в свете того прогресса, которого вы достигли, так как этот Дом был основан щедростью ГС.

— Малик, — сказал Этан, и Малик передал Этану листок бумаги. Этан немедленно развернул его к Дариусу.

— Это чек на сумму, равную увеличению стоимости активов Дома, который мы думаем, вы утвердите. Я верю, что вы найдете урегулирование очень разумным.

Этан самодовольно улыбнулся… но так же сделал и Дариус. Он вручил чек женщине, чьи глаза были широко распахнуты после речи Этана.

— Это только первый факт, Этан. Намного, намного более важным является второй.

Один из членов ГС громко свистнул. Порыв нервной энергии прошел через толпу вампиров Кадогана, мы все озирались по сторонам. Это была угроза от ГС или сигнал?

Помня о безопасности Этана, я положила руку на рукоять своего меча и продвинулась вперед через толпу, поближе к нему. Я не знала, что Дариус имел в виду, но не сомневалась, что это что-то вероломное…

Нам не пришлось долго ждать. Секундой позже, издавая громкие звуки при движении, во двор ворвалась группа фей-наемников с обнаженными мечами.

Каждый из них носил военную черную форму и зловещую ухмылку… и их катаны были наголо и направлены на нас. Кроме Клаудии, феи выглядели почти одинаковыми, поэтому не было никакой возможности говорить о том, были ли эти феи у ворот или это новый экипаж, который был вызван на встречу.

Но вряд ли это было существенно — тем или иным путем, феи нарушили мирный договор.

— Мы пришли к выводу, что вы нарушали обязательства на протяжении всей вашей истории, и таким образом, мы претендуем на Дом по праву. И, очевидно, у нас есть силы, чтобы поддержать это. — Он махнул в сторону фей.

Этан издал звук презрения.

— Только потому, что ваша гордость была уязвлена, вы угрожаете тем самым вампирам, которых только что звали обратно? Вы вышибаете нас из нашего Дома и подстрекаете на войну между феями и вампирами ради своего эго? Питеру Кадогану было бы стыдно, Дариус, за ваше поведение. И за весь Совет.

— Ты только подтвердил мою точку зрения, Этан. Ты приносишь драму, ужас и внимание средств массовой информации к вампирам этого государства и нации, и ты винишь нас за меры по защите наших учреждений? Как это близоруко. Как очень… человечно.

— Я воспринимаю это как комплимент.

— Ты да. — сказал Дариус. — Независимо от вашего мнения о нем, вы должны принять состояние мира, что вы создали. Принимая во внимание восходящее солнце и число вампиров, которых вам нужно выселить, мы дадим вам некоторое время, чтобы собрать свои личные вещи и освободить Дом. У вас есть сорок восемь часов. К тому времени, вы должны смириться со своей судьбой, и покинуть этот Дом. Если вы этого не сделаете, то найдете контингент вооруженных фей, готовых сопровождать вас. Подумай, Этан. Что ты имеешь, кроме сожженных мостов, что поможет тебе сейчас?

* * *

ГС и феи исчезли. Мгновение мы просто стояли там в шоке.

— Наверх. — сказал Этан. — Проверьте наши квартиры.

Уже зная, о чем он думает, я побежала обратно в Дом и вверх по лестнице, перепрыгивая по две ступени за один раз. Я добралась до третьего этажа и была почти дома, когда остановилась.

Двери нашей квартиры были открыты. Тревога ускорила мое сердце.

Малик появился в коридоре у меня за спиной, его дыхание участилось.

— Я думаю, что ты знаешь, что искать.

— Думаю, что знаю. — мгновение я подождала снаружи, сканируя вампирскими чувствами комнату, и когда я уверилась, что в ней нет нарушителей, я вошла внутрь и огляделась.

Ничто, казалось, не тронуто — ни разорванных подушек, никаких сломанных ящиков или ламп. В самом деле, ничего не было нарушено вообще… кроме витрины в углу комнаты.

Одна сторона была полностью разрушена, и яйца дракона уже не было.

— Малик, — крикнула я, переходя сразу к делу.

— Это, должно быть, партнерский ГС, — сказал он, с отвращением в голосе. — Несомненно во время церемонии.

Даже, когда они оскорбляли нас, они послали кого-то сюда, чтобы получить объект, на который они не имели права. Как будто в мире было мало драм, Дариус решил создать еще.

Малик придвинулся ближе, наклонив голову, он смотрел на остатки.

— Должна ли я убрать стекла? — спросила я, но он покачал головой.

— Оставь это. Этан захочет посмотреть в любом случае. Мы попросим Элен позаботиться об этом.

— Мы могли бы подать заявление в полицию. — предложила я.

Почувствовав себя вдруг исчерпанным, Этан сел в кресло, опустил голову и ослабил галстук на шее. Он закрыл свои глаза на мгновение, тяжело вздохнув. Люк, Малик, и я ждали.

Я воспользовалась возможностью, чтобы послать сообщение моему деду и Джонаху о событиях, а также о возможности того, что я перееду в дом моего деда для длительного пребывания в комнате для гостей.

— Были дни, — сказал Этан, — Когда я рассматривал незначительное падение инвестиций Дома как трагедию. О, как изменились времена.

— Те же вопросы, сказала Лейси. — Только масштабы разные.

— Босс, не хотите ли крови? — спросил Люк Этана. — Или, может быть выпить?

— Два пальца виски, пожалуйста. Нет, похер на все. Просто принесите мне бутылку.

Я была ближе всех к небольшому бару в квартире, поэтому я сделала напиток. Я не была уверена, что даже пятая часть бутылки Шотландского виски успокоит жало предательства Дариуса. Я налила янтарную жидкость в низкий бокал, мощный запах щекотал нос.

Когда бутылка была закрыта крышкой, я предложила ее Этану, и села рядом с его креслом.

— Феи ушли, — сказал Люк, глядя снова на свой телефон, — но у нас есть резервная фирма. Они будут иметь полный состав охранников здесь в течение часа, и Майкл Донован согласился встретится с ними.

— Кто будет охранять нас сейчас? — спросила я.

Люк прислонился к консольному столику неподалеку. — Люди. У нас была охранная фирма в запасе в течение многих лет в качестве резерва, но мы не разглашали название фирмы даже охранникам. Или Стражу, — добавил он извиняющимся тоном.

— Это саботаж профилактики механизма, — сказала Лейси, глаза сузились на мне.

— И так начинается, — сказал Этан. — Большие распри между вампирами и феями. И я подумал, что мы сделали значительный прорыв.

— Мы сделали, — заверила я его. Мне было ненавистно видеть его таким сраженным. — Мы на самом деле поладили с Клаудией. Мы не можем просто позволить им покончить с этим.

Я оглядела комнату, но не один не встретился со мной взглядом.

— Должен быть какой-то способ справиться с ней, каким-то образом исправить это. И мы с этим разберемся. Все мы, вместе. Верно? — Я улыбнулась Этану, внезапно почувствовав себя странно, как болельщица Дома Кадогана, в плессированной юбке и шароварах. — Я имею в виду, ты собрал свою переходную команду, которая проделала весь этот путь. По крайней мере, теперь ты узнаешь, чего стоят твои деньги.

Этан посмотрел на меня, и я увидела знакомые искры света в его глазах. Он сел, и посмотрел на каждого из нас по очереди. — Она права. Мы будем работать с этой проблемой, как с любой другой, и мы найдем решение. Это понятно?

Мы все кивнули. Этан посмотрел на Малика. — Включи таймер. Я хочу собраться в моем офисе через час, мы должны решить, как исправить эту ситуацию.

Слава Богу, сейчас зима, и мы бодрствуем большую часть времени.

— Сеньор, — сказал Малик, улыбка мелькнула в уголках его губ в ответ на действия Этана.

Этан встал и провел пальцами по волосам, а затем положить руки на бедра.

— Я говорю это один раз, а вы можете распространить этот слух в Доме, как вам нравится. Мы не покинем этот Дом. Питер велел мне быть его капитаном, и пока я жив на этой земле и являюсь Мастером этого Дома, я капитан всего этого. Они получат этот Дом только через мой труп. Вызовите Пейдж, библиотекаря и Майкла Донована. Я хочу видеть их в моем офисе в течение часа.

Этан мог быть иногда неприятным. Вызывать бешенство у некоторых. Но не было никаких сомнений, что он был Мастером среди мужчин.

* * *

Войско вдохновили. Я ждала, пока Люк, Лейси, и Малик покинут квартиру, чтобы начать процесс начало процесса, потом посмотрела на Этана. — Ты в порядке?

Он подошел ко мне и прижался мягким поцелуем к губам. — Я пережил Вторую Мировую Войну, Страж. А это — это капля в море.

* * *

Мы увидели Лэйси в дверях в кабинет, ее глаза сузились, когда она увидела Этана и меня вместе. Я знала, что должна была рассказать ему правду о КГ — если нечем было отбить ее удар, но сейчас было не время, чтобы добавить еще и это бремя. Надеюсь, она была достаточно зрелой, чтобы видеть это.

Мы вошли внутрь, чтобы найти Майкла Донована, Пейдж, библиотекаря, Люка и Малика уже в кабинете. На стене был таймер, который просил Этан.

Он был большим, с черным экраном и квадратными белыми цифрами, которые помечали секунды, минуты и часы, что нам остались, пока феи не попытаются принудительно выселить нас из нашего Дома.

Разве что мы не найдем способ остановить их.

Люк притащил еще одну доску и поставил ее рядом со столом переговоров.

— Это похоже на вечеринку.

Мы оглянулись на дверь. Габриэль Киин, глава Северо-Американской Центральной стаи, стоял с черным мотоциклетным шлемом в руках. В Мемфисе базировался его дом, но Чикаго стал городом, для всех намерений и целей.

С блестящими волосами и янтарными глазами, он был силой, с которой нужно считаться. Так и было. Он шагнул внутрь. — Я слышал, у вас есть проблемы и подумал может быть, вам нужна некоторая помощь.

Новости быстро распространяются среди сверхъестественных, или в данном случае от моего послания к деду, вероятно к Джеффу, а затем к Габриэлю.

То, что расцвело на лице Этана был бесценным — надежда и радость. И, возможно, впервые, он посчитал, что возможно действительно может быть выход из этого.

Он пропустив приветствие, подошел к Габриэлю, и заключил его в медвежьи объятия. Габриэль похлопал его по плечам и перешел к рассмотрению наших самых важных вопросов. Он с улыбкой обратился к Этану. — Давайте приступим к делу.

Я поставила мясо на столе и села, но не стала его открывать. Сейчас не время.

Этан стоял во главе стола.

— Мы имеем то, что осталось от этого вечера и ночи и завтра, чтобы выяснить, как сохранить этот Дом в наших руках, и помешать ГС разрушить то, что мы построили в этом городе, — сказал он, глядя по очереди на каждого члена переходной команды. — Провал — это не вариант. Меня не волнует, какими средствами, договорными, правовыми, или старой доброй дракой, но у нас будет план, который обеспечит существование этого Дома в наших руках.

— Теперь, — сказал он, садясь, — Давайте приступим к работе. — Он посмотрел сначала на Пейдж, а затем на библиотекаря, которые сидели рядом со мной. — Контракты?

Библиотекарь кивнул. — Контракт имеет пункт, что называется "хорошее поведение", — сказал он, вручив Этану документ с отмеченной страницей. — В основном в нем говорится, что Дом обязан действовать, в соответствии с оценками ГС. Если Дом не сделает этого, ГС забирает здание и предполагается, что вы покинете его до этого.

— Почему Дом? — задала вопрос я. — Это является символикой или структурой?

— Оба, — быстро ответила Лейси, — Символика демонстрирует силу ГС, что Дома совершенно под его контролем, и при неудаче и падении вампиры выходят из Дома, буквально, без ресурсов.

— И структурно, — Этан остановился, глядя на меня, — он определяет, кто мы есть. Мы объединены именем Питера, но это Дом объединяет нас всех вместе. Если мы не будем следовать правилам, Дариус лишает нас уз, которые всех связывают.

Габриэль откинулся на спинку стула, который заскрипел под ним.

— Это классический акт у вас там.

— Мы очень гордимся этим. — сухо сказал Этан.

Габриэль снова сел и посмотрел на Этана. — Мы друзья, — сказал он. — Но я не могу сейчас предложить солдатов. Не тогда, когда есть еще один способ.

Он имел в виду, когда мы могли покинуть Дом и избежать борьбы в целом. Этан не был в восторге от этого предложения. Если не будет помощи нам в борьбе вообще, то не было никакой возможности справится с Дариусом или другими членами ГС.

ГС обычно считают, что человеческая жизнь их не беспокоит. Многовековые смерти не вызывают большого интереса.

— Не то, чтобы я в курсе, — сказал Этан.

— Мы не можем купить их, — сказал Малик. — У нас нет денег.

— А как насчет яйца? — спросил Габриэль.

Все посмотрели на Габриэля. — Что с ним? — спросил Этан.

— Это ключ ко всему. Феи хотят его, а Дариус имеет его. Я предполагаю, что он не отдал им его еще и не отдаст, пока они не исполнят свое обещание атаковать. Если бы вы смогли получить его обратно…

— Если мы захватим трофей, — сказал Этан — то фей не будет заботить, то, что ГС от них хочет. — Он откинулся на спинку стула, потом посмотрел на Майкла.

— Мысли?

— Это идея, — сказал Майкл, кивнув мне. — Насыщение фей позволит решить непосредственную проблему — удержания в Доме, но не долгосрочную проблему. Для Дариуса игра здесь не одноразовая. Если он хочет Дом, он попытается еще раз получить его.

— Справедливая точка, — сказал Этан. — Но возможно, на данный момент, мы играем им на руку. Где может быть яйцо?

— Дариус и остальные Члены ГС остановились в Дендридже, — сказал Малик. — Он мог взять его туда.

— Эх, я не уверен в этом, — сказал Люк. — Он азартный игрок, и должен знать, что мы будем об этом говорить. Это место кажется слишком очевидным.

— Слишком очевидным, и слишком труднодоступным в любом случае, — сказала я.

— Знаменитости и сенаторы останавливаются в Дендридже. Я даже не уверен, что мы сможем пройти через охранную сигнализацию номера.

— Я думаю, можно с уверенностью предположить, что это в муниципальном районе, — сказал Майкл. — Они не могут увезти его слишком далеко — не было бы времени, чтобы вернуть его обратно в руки фей "еще раз."

Бьюсь об заклад, он был прав. К сожалению, Чикаго большой город.

— Мы должны посмотреть, — сказал Этан. — Поиск начинается сейчас. — Он взглянул на Малика. — Начните с других Домов. Узнайте, что они знают, есть ли у них информация о том, где оно может быть.

— Они не захотят помочь, — сказал Люк. — Это именно то анти-поведение ГС, за которое Дариус накажет.

— Возможно, — сказал Этан. — Убедите их в любом случае. Кто-то да знает, как исправить это, и я хочу знать ответ сегодня вечером.

* * *

К сожалению, он не получил его. Два часа спустя, даже после того, как Габриэль принес закуски, мы не были ближе к решению. Кроме предположения, что это может быть в Дендридже, никто из других Домов и понятия не имел, где яйцо может быть.

Не то, чтобы это было удивительно: ни Наварра, ни Грей не хотели привлекать свои Дома больше, чем необходимо. Именно так они оставались вне радара ГС, а угрозы Дариуса только закрепили урок.

Этан провел рукой по своему лицу. — Заря идет. Мы соберемся в сумерках. — Он посмотрел на Габриэля. — Я ценю твое время.

Габриэль улыбнулась по-волчьи.

— Черт. Вы знаете, против дьявола вы не потянете. Я бы предпочел иметь вас в этом Доме, чем кучу придурков ГС.

Мы не могли с этим спорить.

* * *

За минуту до рассвета, уставший Этан пришел ко мне, и искал утешения в моих руках. Страх повис надо мной — знание Лейси о моей встречи с Джонахом, неизвестный убийца за пределами наших ворот и угрозы в адрес нашего Дома.

Мы лежали в темноте, переплетенные телами, поскольку солнце поднялось снаружи. Минуты и часы, оставшиеся нашему святилищу и Дому Кадогана ускользали один за другим.

— Я не могу потерять этот Дом, — сонно пробормотал он, когда солнце поднялось в небе снова. — Я не могу… разочаровать их.

Я болела за него, и поклялась, что помогу ему удержать Дом, но даже любовь не может остановить восход солнца.

Глава 12. ПЕРВОЕ ПРАВИЛО КЛУБА ИСПУГАННЫХ

Я медленно просыпалась после сна, в котором я подала новую заявку на мою позицию как Стража, а Этан нашел меня совершенно не подходящей для работы.

Было не трудно представить, происхождение этого страха, а именно — меня шантажировала женщина, влюбленная в моего парня, даже в то время, когда мой Дом был на грани распада.

Этан уже встал, так что в спальне было совершенно тихо.

Трусливо я натянула простыню на голову и позволила себе притвориться, что внешний мир был пуст, и шантажа нет.

Я не хотела ему рассказывать. Я не должна была рассказывать ему. В конце концов, каким было первое правило КГ?

Не говорить о КГ.

Весь смысл организации заключался в контроле поведения Мастеров и ГС. Они не могли действовать как диктаторы и причинять вампирам боль на этом пути.

Было трудно сделать это, когда они определили вас в качестве шпиона. Как я могла отказаться от контроля ГС Красной Гвардией? Как я могла наказать Джонаха своим отсутствием из-за Лейси, одержимой Этаном?

Если я признаюсь, где я была, я сорву значительные усилия КГ быть анонимными, их десятилетия работы и всех членов, с их двадцатилетней службой?

Разве я не предам Джонаха?

Но я также не могла позволить Лейси сбросить все, что она видела на Этана. Он не должен был знать, вообще, и он, конечно, не должен узнать от нее.

Особенно, когда она использовала это в качестве предлога вбить клин между нами. Может быть, я хотела слишком много, надеялась на слишком многое. Что я могла бы быть членом КГ и иметь отношения с Мастером вампиром, со всеми людьми.

Это может стать концом всего: нашей дружбы, нашего товарищества, наших отношений. Этот разговор будет опустошающим. Я знала, что он будет злиться и чувствовать себя преданным, как сказала Лейси.

Как Страж, я проанализировала риск, прошлась по каждому возможному результату моего признания:

1. Этан, пьяный от любви, скажет мне, что он горд, что я согласилась служить вампирам, присоединившись к КГ.

2. Этан бросит меня на специальной церемонии перед Домом Кадогана.

3. Этан выгонит меня из Дома на специальной церемонии перед всем Домом Кадогана. Памятная футболка с надписью Я МЕРИТ ПЕРЕЖИЛА ОТЛУЧЕНИЕ была готова.

4. Этан сделает 2 и 3, потом убьет Джонаха.

5. Этан обратиться внутрь, испуская тихую, но смертельную ярость, которая разрушит Дом Кадогана и большую часть Гайд-Парка.

Мэр Ковальчук обвинила бы во всем нашу генетику; Катчер обвинил бы его в любви.

Сценарии были неутешительными, потому что так или иначе, Этан собирался все выяснить, и Джонах будет разоблачен.

У меня был заведомо проигрышный выбор, который вряд ли был выбором вообще.

Я ненавидела сожаление, и это было то, что я чувствовал прямо сейчас. Я не так сожалела, что сказала "да" Джонаху, сколько то, что могла быть более осторожной в ту ночь, когда стала наживкой Лейси, доступной для ее уколов и шантажа.

К сожалению, сидеть и ныть об этом я не собиралась, это ничего не изменит. Убийца был все еще в городе и мой Дом столкнулся с бомбой замедленного действия.

Оливеру, Еве и Кадогану нужен кто-то, кто будет бороться за них, так что я выключила страх и поднялась с кровати. Ночь принесет то, что принесет.

Умнее было отреагировать на это как солдату — лоб в лоб, и без страха, чем прятаться под простыней.

Я проверила свой телефон и обнаружила сообщение от Джонаха: ПРОВЕРЬ КОНТАКТЫ КРАСНОЙ ГВАРДИИ ПО ПОВОДУ КАДОГАНА, ОБРАТИСЬ, ПОСОВЕТУЮТ.

Я не была уверена, как подключить эти контакты.

Но он уже был прав насчет пунктов договора. Может быть, он мог бы предложить свою помощь. Это было бы абсолютной удачей. Так как Этан и другие были внизу, я долго принимала горячий душ, пытаясь думать об убийстве, до сих пор не раскрытом.

Мы знали, Оливер и Ева были убиты после того, как посетили регистрационный офис. Их тела были помещены на складе в Маленькой Италии, и еще были осиновые щепки вблизи тел, возможно, из оружия созданного Mаккетриком.

Мы также знали, был черный внедорожник, участвующий в их смерти и автомобиль, проезжавший мимо нашего Дома, и что Mаккетрик использовал черный внедорожник в прошлом, чтобы терроризировать нас. Конечно, это был Чикаго, и черных внедорожников было пруд пруди.

И Mаккетрик отрицает какое-либо знание об убийстве и особенно мысль, что кто-то использовал его оружие. Честно говоря, если он был настолько уверен в своей политической власти, зачем врать? Почему бы не признаться мне, что он сделал, и я уверена, мне никто бы не поверил, если бы я указала на него как на виновника.

Я не была готова отказаться от Mаккетрика в качестве подозреваемого, но я начинала думать, что там было больше загадок, чем видно глазом.

Я была чиста и одета, а мои волосы уложены в стиле балерины.

— Доброе утро, — я села на стул перед своим столом. — Какие новости?

— Ничего особенного. Люди на страже на улице, и мы провели всю ночь без инцидентов. Я приятно удивлен. Дариус не купил и их, тоже, — язвительно добавил он. — Взяточничество явно в его пьесе. Нет новостей об убийстве. И по крайней мере, нет ни одного сообщения от омбудсмена.

— Убийца замел следы — сказал Этан. — Но это не означает, что там нет ключа, готового быть найденным.

Именно поэтому я не была готова сдаться. Пока нет.

— Я собираюсь попросить всех упаковать вещи, — сказал Этан.

Я посмотрела на него, мое сердце остановилось. Он не думал, что мы могли это сделать.

Он не думал, что мы найдем способ остановить это, и думал, что потерял Дом. Что я буду спать на диване моего деда до наступления темноты.

Поражение в его глазах принесли слезы к моим. — У нас есть сегодня и большая часть из завтрашнего вечера, чтобы мы могли найти свой путь.

— Можем ли мы? — спросил он. — Без кровопролития?

Я открыла рот, затем закрыла его опять…

Раздался стук в дверь. Лейси стояла в черном костюме с белым кантом.

Она улыбнулась Этану, но нахмурилась при виде меня.

— Лейси, — сказал Этан. — Кофе?

— Это было бы прекрасно, — сказала она, заходя внутрь.

Он взглянул на меня. — Для тебя?

— Нет, — сказала я, наблюдая за Лейси. — Все хорошо.

Этан позвонил Марго, попросив эспрессо для двоих. Когда он предложил ей присесть, Лейси села как можно ближе.

Я чуть не зарычала на нее. — Если бы он хотел тебя, он был бы с тобой, но это не так. В конце ночи он придет ко мне.

Мой рот попал в переделку. Не зная, что сказать женщине, которая угрожает рассказать Этану, что она видела, после того как следовала за мной через весь город.

— Дамы? — спросил Этан, глядя на нас через стол, положив телефон на рычаг. Почуяв напряжение магии в воздухе. — Что происходит?

— Речь идет о Мерит. — Моя грудь вздымалась, пока я пыталась вдохнуть воздух, ожидая наступления своего врага, хода ее пешки, прежде чем я сделаю свой собственный шаг.

Я любила Этана. Но Джонах был моим партнером. Я должна была защитить их обоих. Я просто надеялась, что была достаточно умной, чтобы сделать это.

Его взгляд перешел на меня. — Мерит?

Но прежде чем я смогла говорить, она сделал свой ход. — У нее роман с Джонахом.

Мои глаза стали величиной с тарелку. Вот что она думала, что я делала?

— У меня, безусловно, нет романа с Джонахом.

Этан выглядел смущенным… моей изменой ему, а также ее приходом, чтобы насплетничать на меня Этану, что было не совсем похвальным поведением.

Она сделала, что хотела, и хлопнув, дверь закрылась за ней.

Этан встал и подошел ко мне, с тысячью вопросов в глазах. — Скажи мне, — сказал он. — Скажи мне сейчас. Не заставляй меня задаваться вопросом, Мерит. Не заставляй меня поставить наши отношения перед выбором.

Я проглотила болт паники. Я не готова к этому. Я не предполагала, что она на самом деле это сделает.

Что я должна была делать?

Я, конечно, не могла сказать Этану, что это был роман. Я никогда не сделала бы этого по отношению к нему, или кого-либо еще.

Не было никакого почетного выхода в стратегии здесь, только наименее оскорбительный вариант. Я могу быть честной, молясь богу, чтобы он простил меня, и надеюсь Джонах тоже.

Я собрала каждую унцию храбрости, которой я обладала, и этого было едва достаточно, чтобы заставить слова срываться с моих губ.

— Я вступила в Красную Гвардию.

Лицо Этана побелело, а его глаза стали огромными. Он уставился на меня, и мое сердце ушло в пятки.

— Ты… ты… — Он пытался говорить, но был в такой ярости, что не мог произнести ни слова. — Ты сделала что?

Я откашлялась, пытаясь вернуть свой голос и вспомнить, почему я приняла это решение. Потому что мне дали выбор служить, и я знала, что мой выбор был правильным. — Я вступила в Красную Гвардию. Я ее член.

Он просто смотрел на меня. Прошло несколько секунд, или минут, или часов. Я ждала как на иголках, пока он оценивал мою честность и вероятно, действия в наших отношениях.

Наконец, я сломалась, и заполнила тишину, которую я больше не могла терпеть. — Тебя не стало, — сказала я. — И ГС сразу вывернул нас наизнанку. Они пришли ко мне, и я сказала "да" для Дома, из-за того, что осталась одна без тебя.

Он положил ладонь на свою грудь.

— Для моего Дома? Ты присоединилась к организации, единственной целью которой является шпионить за нами?

— Мы не шпионы, — настаивала я, удерживая себя на земле. — Это было правильное решение. То, что нужно было сделать. Мы разваливались, и ничего не получалось. Мне очень жаль. Я ненавидела скрывать это от тебя, Этан. Ненавидела это, но не могла тебе рассказать.

Он посмотрел на меня. — Не говори мне о твоих мотивациях. — Он облизнул губы и отвернулся. — Ты была введена?

Страх задушил меня, и я выбрала момент, чтобы ответить. Для нас обоих не было пути назад.

— Да. Лейси видела. Она следовала за мной, чтобы разузнать.

Его челюсти сжались. — И он твой партнер?

Я заглянула в себя, опасаясь, что этот ответ решит мою судьбу.

Если бы Этан не поставил все на карту, я не ответила бы. Но было бы неуважением лгать ему.

— Да, — наконец, призналась я.

— Ты что, издеваешься надо мной? — Его глаза сверкали серебром и пульс яркой, горячей, яростной магии заполнил воздух.

Я сглотнула и кивнула. Грудь Этана поднималась и опускалась, шок и ярость боролись на его лице. Он выглядел так, как будто не мог решить, следует ли кричать или плакать, то ли реветь от агонии, то ли проклинать богов.

— Ты ушел, — повторила я.

Он рявкнул смехом. — И вот ведь загвоздка, не так ли, Мерит? Я вернулся.

Я кивнула.

— Я вернулся… за месяц… ты не соизволила рассказать мне? — Он сделал угрожающий шаг ближе. — Я должен был выяснить, как это было, от другого Мастера, Мерит? От вампира, которого я сделал и обучил? Вампир, который имеет, судя по всему, честности больше, чем моя собственная девушка?

— Я не могла сказать тебе. Ты возможно не согласен с тем, что я сделала, но ты знаешь, почему они существуют. Знаешь, за что они стоят. Право и справедливость.

Это, казалось, не имеет значения для него. — Ты делила с ним кровь?

— Это была всего лишь капля. Всего лишь капля на лезвии. Там не было никакой выпивки. Я уверена почему я должна была это сделать, Этан, из-за ГС. Они тираны. И мы пытаемся сделать, чтобы этого не происходило. Прости, я не могла сказать тебе. Но что бы там не было, этот секрет не был моим, чтобы о нем говорить.

Ярость ослабевала, Этан покачал головой. — Ты сказала тебе помогал Джонах пока меня не было. Похоже, это не было случайно.

— Он помог мне с рейвами, пока ты был занят, заботясь о Доме. И после того, как тебя не стало, мы работали вместе, чтобы выяснить, что натворила Мэллори.

— А ты солгала мне в чем-то другом?

Этот вопрос ужалил так же как пощечина. — Я не лгала по этому поводу.

— Ты значительно опустилась. Несмотря на это, ты подашь в отставку.

— Что?

— Ты уйдешь в отставку. — Он достал телефон и протянул его мне, с огнем в глазах. — Ты вызовешь его прямо сейчас, ты скажешь ему, что это была ошибка, и ты в отставке.

Я смотрела на него. — Я не уйду в отставку. Я дала обещание, и это было правильное решение.

Его глаза вспыхнули снова. — Ты дала клятву мне. В этом Доме.

— Вот почему я делаю это! Этан, сейчас более чем когда-либо, нам нужна КГ. Нам нужны глаза за ГС. Нам нужны вампиры, которые готовы выйти за рамки того, что ГС говорит им делать и думают критически. Нам нужна помощь.

— Нам нужны Стражи безраздельной преданности.

Я подошла ближе к нему. Мой собственный нрав поднимался, но, черт возьми, гнев заставил чувствовать себя лучше, чем вина и страх.

Я ткнула пальцем себе в грудь. — Я Страж этого Дома, и я верна ему. Моя работа заключается в том, чтобы все делать правильно, и на мой взгляд, это правильная вещь.

— Ты присоединилась к тайной организации, целью которой является подрыв моего руководства! — Он звучал неуверенно.

— Нет, я присоединилась к тайной организации высматривать плохих парней, которые подрывали и которые по-прежнему подрывают наших вампиров.

— А теперь ты уйдешь в отставку.

— Я точно не уйду в отставку.

Все, оставшиеся сомнения о моем членстве в КГ быстро рассеивались, несмотря на усилия Этана к обратному.

Его ноздри раздувались. Он не привык, когда его решения оспариваются. — Я Мастер этого Дома. — Наконец то, знакомая территория.

— А я Страж этого Дома, Этан, если КГ придет к нам завтра, ты мог бы сделать то же самое. Да, приняла трудное решение. Я приняла решение, которое заставляет тебя задаваться вопросом о моей лояльности, и это действительно отстой. Но это то, что нужно для Дома, и я на этом настаиваю. И если ты прекратишь действовать исходя из своих предрассудков и думать по-настоящему, думая о преимуществах, это поможет нам, ты знаешь это.

— Я знаю, что я доверил тебе свой Дом, Мерит, и свою честь, и свое сердце. Было ли, это правильно?

Как бы в ответ, мой телефон позвонил. Я глянула вниз, чтобы выключить его, но глаза сузились увидев, кто звонит.

— Кто это?

— Этан.

— Проверь чертов телефон, Мерит.

Мои руки тряслись от адреналина, я вытащила его из кармана куртки и проверив экран, закрыла свои глаза.

— Кто это? — Слова были наполовину вопросом, наполовину обвинением.

Я открыла глаза, посмотрела на него, противодействуя его недоверию своим собственным раздражением. A между тем, телефон продолжал звонить, новая звуковая дорожка к нашей битве.

— Это Джонах.

Глаза Этана сузились, мое сердце забилось быстрее.

— Ответь ему, — сказал он сквозь зубы.

— Мы еще не все обсудили.

— О, нет, — сказал он. — Мы все здесь обсудили… Ответь на телефонный звонок Мерит. Давай посмотрим, что принесет бесстрашный капитан к нашей двери. — Его тон был вкрадчивым и обидным, но я не собиралась спорить с ним. Не о КГ. — Я принял решение, и он будет жить.

Или он не будет. Я всматривалась в выражение его лица, и оно смягчилось только немного.

— Двое вампиров Моргана мертвы. Обезглавливание, как и у Оливера и Евы. Они нашли их в сумерках. Их капитан охраны только что позвонил мне. Но, Мерит, это ужасное убийство было совершено в Доме.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от моего лица, и я задалась вопросом, а потом и ответила, почему Морган не призвал нас в первую очередь. Потому что это была я, и это было Морган, и не очень интересная история между нами.

— Хорошо, — сказала я. — Я посмотрю, что можно сделать.

— Я сейчас в Наварре. Приезжай скорее сюда.

Я повесила трубку и положила ее обратно в карман.

Я видела, борьбу на лице Этана: "Должен ли я показать ей, как я задет и обижен, спросить что-то элегантно, или потерять отношения с ней, учитывая выражение на ее лице?"

— Что случилось? — спросил он, наконец, его голос был тщательно нейтральным.

— Два вампира Моргана мертвы. Они нашли их в Доме Наварры в сумерках.

Глаза Этана расширились. — Убийство было в Доме?

Я кивнула. Этан провел рассеяно рукой по волосам. — Ты должна сказать своему дедушке. Они могут помочь с соглашениями или в расследовании… всем необходимым.

Я снова кивнула. — Мне очень жаль, что это происходит прямо сейчас, — сказала я. — Я знаю сроки зверские. И сейчас не время, чтобы выяснять о КГ.

Уже второй раз за вечер, что было точно неправильно надо сказать, я напомнила ему, что сделала, и почему он должен быть сердитым.

Он схватил пиджак со спинки стула. — Куда ты идешь?

Он проскользнул в куртку, и сунул телефон в карман. — Я думаю, ты знала, Страж, что я пойду с тобой.

— Но Дом?

— У нас есть еще несколько часов, и юристы. Может быть, следует дать им возможность показать себя, а я поговорю с новым партнером.

Выражение его лица оставляло мало сомнений, что означают эти слова.

* * *

Этан кивнул Малику головой, показав, что мы уезжаем. Малик был явно удивлен, но после минутного сканирования наших лиц, он мудро решил не спорить.

Этан рассказал ему о смерти в Доме Наварры и попросил его проинформировать Люка. Я также стояла, в то время как он, за закрытыми дверьми, общался с Лейси, без сомнения, чтобы заставить ее молчать об увиденном и сообщить ей, что у меня нет интрижки.

Я не могла себе представить, что он сказал ей о Красной Гвардии, но я мудро решила не спрашивать.

Дом Наварры находился на Золотом Побережье, к северу от Гайд-Парка рядом с озером, и я все еще была, по умолчанию, водителем.

Мы ехали в полной тишине. Этан не сказал ни слова, слишком сердитый на меня, чтобы говорить. И я не была особенно заинтересованной в общении с ним. Я решила подставить свою задницу ради обеспечения безопасности Кадогана от ГС. На моем месте, он бы сделал то же самое.

И вы знаете, что? Если бы я была типом девушки, которая бросила обязательства, потому что мой парень приказал мне сделать это, Этан никогда не заинтересовался бы во мне…

Так что я сосредоточилась на вождении и попыталась успокоить ярость. Когда мы подъехали к дому Наварры, внушительному белому особняку с башней в одном углу, я припарковалась на первое открытое место, что смогла найти.

Этан посмотрел на меня искоса. — Я предполагаю, если Джонах призвал тебя, Скотт знает об убийствах.

Скотт Грей был Мастером Дома Грей, третий из трех Чикагских Домов вампиров.

— Я тоже так думаю. Я уверена, что известие первый передал Ной.

— Он знает о КГ?

— Нет. Только Джонах. И я. И теперь ты.

— Так вот почему Джонах призвал тебя?

— Я сомневаюсь в этом. Он знает, что мы вели расследование смерти бродяг. — Этан, — сказала я, не зная, как начать, но зная, что нам необходимо поговорить. Но он поднял руку. Он не хотел больше ничего слышать от меня, не прямо сейчас.

— Давай просто пройдем через эту встречу, — сказал он.

Глава 13. БЕЗУМИЕ

Этан и я шли бок о бок по тротуару. Язык его тела был ясен — мы вместе работаем. Не больше, не меньше, по крайней мере, пока между нами не состоится хороший разговор.

Но сейчас для этого разговора не было времени.

Мы вошли внутрь Дома Наварры и обнаружили, что ресепшен пуст. Трех прекрасных брюнеток, которые обычно приветствовали посетителей Дома не было.

Мы вошли в Дом, настроение которого было надлежаще темным — печаль, поражение и молчание всех вампиров Дома.

Домом Грея был городской чердак. Дом Кадогана имел европейский стиль. Дом Наварры был гладкий и современный. Хотя внешне здание было больше похоже на замок принцессы, чем на Вампирский анклав, интерьер выглядел как художественная галерея.

Стены и пол блестели мрамором, со случайными всплесками искусства и мебели.

На первом этаже было полно вампиров, но они теснились за невидимой линией, оставляя разрыв между собой и Мастерами — Морганом Гриром и Скоттом Греем.

Оба были темноволосыми. Скотт был похож на бывшего спортсмена колледжа — широкие плечи, тонкая талия и темное родимое пятно под его губами. Морган был похож на мужскую модель. Его темные, волнистые волосы достигали плеч, но его красивое лицо с высокими скулами, раздвоенным подбородком и темно-синими глазами было маской горя.

У нас точно были не самые лучшие рабочие отношения, но сейчас было не время, чтобы вспоминать наши мелкие разногласия. Он страдал, и мы сделаем все, чтобы помочь.

Кроме того, в последний раз, когда я разговаривала с Морганом, он спас мне жизнь. Быть здесь, это было все, что мы могли сделать.

Джонах стоял чуть в стороне от них. Он и Скотт оба носили сине-желтую форму Дома Грей, которую Скотт выбрал, вместо медальонов, определяющих Дома вампиров.

Блондин, которого я не знала, но поняла что, он был капитаном охраны Дома Наварры, стоял с группой.

Этан кивнул, едва щадящим взглядом Джонаху.

— Наши соболезнования вашей потере. — Джонах с любопытством посмотрел на меня, и я обнаружила, что не могу смотреть в его глаза.

Мой желудок вдруг почувствовал несварение. Я боролась с моим парнем из-за моего нового партнера, и мой новый партнер стоял перед нами.

— Что случилось? — спросил Этан.

Морган отошел в сторону, открыв взору присутствующих своих погибших коллег, лежащих рядом с лестницей в луже крови.

Они были накрыты одеялом, что придавало им приличие, которое убийца не удосужился показать.

— Два моих вампира были убиты, — сказал Морган. — Первая Катя, она сестра моей девушки.

Мои губы приоткрылись. Девушкой Моргана была женщина по имени Надя, которая была красивой в легком европейском стиле. Я не знала Катю, но встречала Надю.

— Мне очень жаль, — сказала я.

Морган кивнул. — Вторая — Зоя, член нашего административного персонала. Они были подругами.

— Что случилось? — спросил Этан.

— Мы нашли их в сумерках. Наш капитан охраны нашел их. — Морган указал на курчавого блондина рядом с ним.

— Можем ли мы? — спросил Этан, кивнув в сторону тел.

Морган мрачно кивнул, затем встал на колени и отдернул одеяло. Я не узнала их, но я мало общалась с вампирами Дома Наварра, кроме Моргана и давным-давно с Селиной.

Катя была изящнее, чем Надя, с длинными, темными волосами и с ангельской внешностью. На ней было что-то вроде пижамы — короткая атласная ночная рубашка бледно-розового цвета и белые пушистые тапочки. Зоя также была в пижамной кофточке и хлопковых штанах. Ее кожа была темной, волосы были еще темнее, очень коротко подстриженные крутые кудри.

Убийце понравилось то, что он сделал с Оливером и Евой, он отделил головы девочек от их тел тем же длинным разрезом, и они лежали, держась за руки пальцами, окрашенными кровью.

— Спасибо, — сказал Этан, и Уилл накрыл их снова. Но укрытие женщин не помешало жуткому облику их смерти отложиться в моем сознании.

Возможно, я стала менее чувствительна к крови и насилию, но на меня сильнее всего повлияли тапочки на Катиных ногах. Они были мягкими и детскими, и смерть из-за этого стала выглядеть гораздо плачевней.

— Было ли что-нибудь необычного в их поведении в последнюю ночь? Или, возможно, в любое другое время? — спросил Этан у Уилла.

— Они болтались всегда вместе, — сказал Уилл. — Они провели вечер с друзьями в "Красном" — это был официальный бар Дома Наварры, а затем вернулись сюда. Они жили в одной комнате. Никто не заметил ничего необычного, пока не нашли их сегодня утром.

— А как насчет комнаты? — тихо сросила я, и все глаза повернулись ко мне. — Я хочу сказать, что они в пижамах. Либо они были вынесены из комнаты, либо они оставили ее, чтобы прийти сюда зачем-то.

Уилл тихо кивнул, как будто оценил логику. — Их кровати разобраны, а дверь была приоткрытой. Домашняя кухня на этом этаже. Мы считаем, что они могли спуститься вниз, чтобы что-то съесть или выпить.

— А убийца ждал, — закончил Этан.

Уилл кивнул.

— Вы знаете, как долго они были мертвы, когда вы их нашли? — спросил Этан.

Уилл откашлялся, очевидно желая ответить, но был прерван шумом у двери.

Надя, девушка Моргана и сестра Кати, вбежала в комнату. Ее щеки были розовыми от холода, на ней были джинсы, сапоги и длинный мешковатый свитер под пальто. Ей, наверное приходится немало потрудиться, чтобы застегнуть все кнопки.

— Катя! — закричала она, и ее голос захлебнулся от слез. Она бросилась к телу сестры, но Морган протянул руку и схватил ее прежде, чем она достигла Кати, крепко обнимая ее, он тихо шептал ей. Я думаю это был русский язык.

С каких это пор Mорган говорит по-русски?

Надя закричала, пытаясь освободиться.

— Она моя сестра! Отпусти меня!

Moрган продолжал удерживать ее, и когда ее гнев превратился в горе, она повернулась к Моргану. Он поцеловал ее в лоб, пытаясь утешить. Ее грудь разрывалась от мучительным рыданий.

Оказалось, Морган и его девушка были близки больше, чем я думала.

— Я собираюсь отвести ее наверх, — сказал Морган, провожая Надю к лестнице.

Мы кивнули.

Уилл смотрел на их уход, потом оглянулся на нас, с отчаянием на лице.

— Вы знаете, кто сделал это? Вы искали того, кто убил тех двух Бродяг?

Я посмотрела на Этана, который кивнул.

— Это похоже на убийство Оливера и Евы. Тот же смертельный метод и точно такое же расположение тел. Оливер и Ева тоже держались за руки.

— Но на этот раз, это произошло не в скрытом месте. — сказал Джонах и я кивнула.

— Мы думали Mаккетрик, новый омбудсмен, может быть причастным. Но он человек, а не вампир. И если только вампиры Наварры могут получить вход в дом…

— То вам не повезло, — сказал Скотт.

Я не оценила его тон или его заключение, тем более, что он точно не участвовал в расследовании и не предлагал помощи.

Слава Богу, его капитан охраны был более чем готов помочь.

— У нас есть информация, которой мы поделимся, — сказал Этан. — Ничего больше.

Скотт посмотрел на него. — Ты хочешь участвовать в этом?

Этан смотрел на него молча мгновение. — Извините нас, пожалуйста?

Уилл кивнул и ушел, оставив меня, Этана, Скотта, и Джонаха. Этан сделал шаг вперед к нам, чтобы обеспечить своим словам приватность.

— Почему бы не поощрить Моргана вызвать ДПЧ? — спросил Этан.

Скотт выглядел удивленным. — Потому что они являются частью одной и той же Администрации города, которая наняла Mаккетрика. Ты на самом деле думаешь, что мы получим справедливое расследование? Или что они просто не назовут это глупостями в Доме и попытаются угнетать нас еще больше? Или скажут, что это вероятно сделал вампир?

Я знала, что в ДПЧ были вполне уважаемые члены, мой дед один из них, но Скотт был прав.

Если Moрган был прав, и только Наваррские вампиры могут въезжать в Дом и выезжать из него, то это означало, что убийцей был Наваррский Вампир. Что было почти печально, потому что у нас не было других доказательств того, что Наваррские вампиры принимали в этом участие.

— Мы сделаем все возможное, чтобы привести к правосудию убийцу, — сказал Этан. — Но мы здесь не для того, чтобы испачкать свои руки, и при этом твои руки и руки Моргана останутся чистыми. Мы получали наказания за такой курс действий достаточно долго. Ты должен помочь нашему Дому, а мы будем расследовать.

Не было никаких сомнений, в выражении гнева на лице Скотта. Я сомневаюсь, что его слово оспаривалось другими вампирами очень часто. Но Этан не был послушником из Дома Скотта. Он был вампиром и Мастером дольше, чем жил Скотт. Я часто думала, что Этана изменила его преждевременная смерть. Она дала ему новую браваду, возможно.

Это было довольно хорошим доказательством того, что я была права. А так как Этан был на сто процентов прав, мне это понравилось еще больше.

Кадоган существуют не для того, чтобы служить Грею или Наварре, и даже не ставился вопрос — мы хотели найти преступника. И я была рада, что их поставили перед фактом, что их свободные заезды закончились.

Было еще что-то в выражении лица Скотта — зависть, уважение. Скотт казался мне откровенным парнем. Даже если ему не понравилось слушание суровых истин, часть его оценила откровенность Этана.

— Согласен, — сказал Скотт.

— В таком случае, — сказал Этан, — Мы оставим этот Дом, чтобы достичь договоренностей. Мы посоветуем Моргану не говорить ни одного слова.

— Ты расскажешь Люку? — спросил он меня, когда мы вернулись Домой.

Я кивнула. — Конечно.

Кивнув, он исчез в своем кабинете, не сказав ни слова.

Нам так много надо было сказать. Я предполагала, что эти договоренности относятся только к расследованию убийства, а не к разрушению нашего Дома.

Мой живот сжался, но я решила, что первые проблемы решаются в первую очередь. Я решила рассказать Джонаху, что случилось, он должен был знать. Так что я вышла наружу на крыльцо, набрала его номер, и стала ждать.

— Алло?

— Этан знает о КГ.

Молчание было на другом конце, и я могла чувствовать разочарование излучаемое через телефон.

— Я должна была сказать ему. — сказала я. — Лейси Шеридан последовала за мной к месту нашей встречи.

— Она последовала за тобой? Почему она сделала это?

— Потому что она влюблена в Этана и ищет предлог, чтобы выбить меня из игры.

— Она нашла этот предлог? Этан выдаст нас?

— Он никому не скажет, — сказала я. — Ему некому рассказывать, в любом случае он не собирается вызывать Дариуса. — Я сказала ему, что я не откажусь от КГ. И думаю, он успокоится, ты знаешь, как стратегически он мыслит, но мне придется подождать его.

Мой живот сжался, когда я подумала о худшем сценарии — чувства Этана возобладают над его обязательствами, и это будет наш конец.

Но я отвергла эти мысли. Этан любил меня, и он не собирался уходить, из-за того, что не согласен с тем, что я сделала, когда я сделала это, чтобы помочь Дому.

К сожалению, Этан был не единственным лицом, участвующим в этой драме.

Лейси вставила себя в нее, тоже. Даст Бог, он не сильно рассердился, чтобы сказать ей что-либо, о чем будет сожалеть позже.

— А как насчет Лейси?

— Она думает, что у нас роман. Она и Этан немного пообщались этим утром. Я думаю, он отрицал все, что она думает, увидев нас.

— Мне придется поговорить с Ноем, — сказал Джонах. — Теоретически, твоя крыша была взорвана. Но поскольку Этан больше не член ГС, это не имеет большого значения. Но мы должны оценить риск.

Мой желудок опустился. Мне в голову не приходило, что они выгонят меня из КГ из-за того, что Лейси видела, или то, что я призналась Этану.

Эта ночь становилась все лучше и лучше.

— Мерит, подожди минуту, ладно? — Прежде чем я успела ответить, телефон щелкнул, и он отключился. Он должно быть принимал другой вызов.

Прошло пятнадцать-двадцать секунд, прежде чем он вернулся снова.

— Я мог бы помочь с решением задач вашего Дома. — Надежда расцвела.

— Что?

— Я связался с членом КГ, который подсказал нам немного о контракте. Она говорит, что есть довольно много проблем с тем, как Дариус обрабатывает вещи. Ситуация тонкая — очень тонкая, но она работает над этим.

— Она работает над этим? Как?

— У нас есть кое-кто внутри ГС.

Мои глаза, должно быть, стали как блюдца. — Вы… Что?

— Сочувствующие члены, — сказал он, — Но это все, что я могу сказать тебе прямо сейчас. Позволь мне поговорить с ней, и я буду знать, чем еще я смогу помочь тебе. Я вернусь в контакт, как только я смогу.

— Хорошо, — сказала я. — И мне очень жаль. За все.

— Вещи происходят, — сказал он. — Они происходят, или мы сами их выбираем себе, и мы возвращаемся к ним.

Он был определенно прав. Закончив вызов, я вернулась в Дом. Часть меня хотела войти в кабинет Этана и попросить прощение.

Но он не пригласил меня в свой кабинет, и не думаю, что я была желанна там.

Даже не глядя ему в глаза, я могла представить, что у него на уме и без моего предполагаемого предательства.

Я решила посетить кабинет ОПС, но остановилась на лестнице, когда кто-то назвал мое имя.

— Мерит.

Я посмотрела. Майкл Донован стоял в коридоре возле офиса Этана.

Он нахмурился, когда увидел меня. — Ты в порядке? Ты выглядишь бледной. Ну, бледнее, чем обычно.

— Это была долгая ночь. Я полагаю, ты провел мозговой штурм?

Он поднял бутылку крови 4 группы. — Да. Мы просмотрели контракты, пытаясь найти способ, чтобы обернуть их против Дариуса.

Я кивнула. — Мне нужно вниз. Удачи тебе в этом.

— Удачи тебе в твоем деле, — ответил он.

— Не то чтобы они будут, — пробормотал Люк, и я улыбнулась.

— Ты рад узнать, что Этан поручил Скотту дело, чтобы не только нам приходилось делать грязную работу.

Люк откинулся на спинку стула с самодовольным выражением на лице. — Это хорошо. Он сам напросился. Скажи, что ты знаешь об остальном.

Я кивнула. — Я позвоню Джеффу, и мы сможем пройти через все это вместе, — сказала я, набирая его номер на телефоне для конференций.

— Миледи, — ответил он.

— Это Мерит и банда из кабинета OПС.

— Ты никогда не звонишь с хорошими новостями, когда вызываешь меня из кабинета OПС.

— Грустно, но это так, — согласилась я, сидя скрестив ноги в кресле. Если я была так несчастна, то как мне могло бы быть так удобно.

— Два Наваррских вампира были убиты, — сказала я. — Сестра Нади Катя, и ее подруга Зоя. Они были найдены этим вечером на первом этаже Дома Наварры. Обе были обезглавлены и держались за руки.

Кабинет и телефоны замолчали на мгновение. Люк перекрестился, как будто в честь памяти вампиров.

— Это похоже на нашего человека, — сказал Джефф.

— Да похоже, — согласилась я. — Тот же самый способ, если сравнивать размещение их тел.

— И он убивает только в паре? — спросил Люк.

— Из того, что мы знаем, — сказала я.

— Разная принадлежность, тем не менее, — сказала Линдси, оборачиваясь от своей компьютерной станции. — Двое Бродяг, а затем два Наваррских вампира.

— Но случайный выбор вампиров из каждой группы, — сказала я. — Я имею в виду, мы знаем, ничто не предполагает, что эти вампиры были конкретной целью.

— Вместо этого, он нацелился на Mаккетрика, который ненавидит вампиров.

— И никто не любит Наваррских Вампиров, — пробормотала Линдси, потянувшись из-за стола, за которым она работала на своем компьютере, она вытащила кресло и присоединился к нам за столом. — Может быть, убийце вампиров не нравится Mаккетрик. Может быть, он получив в свои руки его оружие, использует причастность Mаккетрика, чтобы привлечь нас.

Я кивнула. Это звучало полностью логично. К сожалению, у нас не было доказательств, подтверждающих это.

— В то время как мы говорим, — сказал Джефф, — я немного поковырялся и получил больше доказательств, что это не Mаккетрик. По крайней мере, не он лично.

— Это было быстро, — сказал Люк.

— Я… Я заскочил на его официальный городской Веб-сайт, и у него есть алиби. В соответствии с многочисленными фотографиями, которые они выложили на Веб-сайте, он был на вечеринке по сбору средств с мэром Ковальчук.

— Есть ли шанс, что фото поддельные? — спросил Люк.

— Позвольте мне проверить, — сказал Джефф. — Я могу пропустить их через программу, которая обрабатывает изображения.

Бип Бип Бип — раздался звуковой сигнал.

— Подожди, — сказала Линдси, — какая цифровая работа? — Она любила сплетни о знаменитостях, а однажды украсила обложку Чикагского таблоида из-за своего яркого вампирского стиля. Люку не было забавно.

— Внимание, — сказал Люк. — И никогда не проси извинения за факты. У нас были вопросы о причастности Mаккетрика, но ты помог нам, развязав этот узел. Он имеет алиби по этим убийствам, поэтому мы не будем тратить время на этот угол. Это облом, но все же. Я должен был насладиться, испытав некоторые старые преступные методы поведения на нем.

Если бы Люк не был многовековым вампиром, я бы назвала выражение на его лице — дуется.

— Это оставляет нас без подозреваемого, — сказала Джульетта.

— Что поделать, — согласилась я с сожалением.

— Что мы знаем? — спросил Люк, сканируя доски.

— Мы не имеем никаких улик в Доме Наварра? — спросила Линдси, тоже сканируя доски.

— Пока нет, — сказала я. — Но мы ищем одного кого-то, кто убивает в парах, используя тот же метод убийства и располагает тела таким же образом. Он знает Дом. Он методичен. Он любит устанавливать сцену.

Люк постучал ритмично кончиками пальцев по Таблице. — Это хорошее направление, за исключением того, что у нас нет конкретных доказательств, чтобы пойти по нему.

Он хлопнул ладонью по столу.

— И это наша работа, люди. Найдите мне доказательства, прежде чем он решит поставить Дом Кадогана на свой радар. Я поговорю с Уиллом капитаном Дома Наварра. Я не думаю, что мы сможем побеседовать с Наваррскими вампирами, учитывая настроения там, но это стоит попробовать. И может быть, у него есть какие-либо мысли о каком-либо послушнике, который соответствует нашему профилю. Г-н Кристофер, я думаю, что мы все обсудили с вами на данный момент. Спасибо за вашу помощь.

— В любое время, — сказал Джефф, и линия оборвалась.

Я повернулась к доске, подошла и стерла имя "Маккетрик" из списка подозреваемых.

У меня было очень плохое предчувствие, что накопится еще больше тел прежде, чем мы подберемся ближе.

* * *

Я смотрела на доску больше часа, рисовала и стирала, потом качала головой.

— Страж — что за собака, которая не будет охотиться.

— Я не знаю, что это значит. Ковбойская мудрость или кино-цитата?

Люк был любителем кино и постоянно цитировал фильмы. Его глаза сузились от презрения. — Это кино-мудрость. И следующей ночью, ты посадишь свою задницу в придорожной закусочной, как хороший маленький вампир, или я назначу тебе маленький штраф. — Он махнул рукой в воздухе, заканчивая разговор.

— Однако толпа взбудоражена. Иди поговори с ними.

— Мы находимся в середине боя. — хмыкнула Линдси. — Все из-за уважения, Meр, эмоциональное облако смерти, что нависло над Домом, сделало это довольно очевидным.

Я поморщилась. — Эмоциональное облако над Домом?

— Ты и Этан имеете серьезную химию, а также у вас есть основные магические эффекты. Когда вы счастливы, когда вы делаете это регулярно, и не смотри на меня так, в Доме хорошая, счастливая атмосфера. Когда ты зла, грозовое облако судьбы накрывает всех нас и дождь изливается на нас всех свысока.

— Я думаю, что ты сильно преувеличиваешь.

Она покачала головой, убежденно.

— Ты говоришь это, потому что сама не можешь чувствовать этого, ты уже по колено в тоске. Проблема в том, что это и наш путь, тоже. — Она театрально содрогнулась. — Это как день рождения эмо подростка.

— А ты не думаешь, что церемония ГС и шанс, что мы потеряем Дом имеет к этому отношение?

— Только тридцать пять или сорок процентов, — сказал Люк. — Остальное все это вы.

Это было не совсем голословная уверенность в том, что я на шестьдесят процентов ответственна за плохую атмосферу. Но…

— Будь, что будет, но он продолжает борьбу в своем офисе, и сосредоточен на сохранении Дома. Я бы предпочла, не беспокоить его, пока проблемы не будут решены.

Люк вздохнул. — Прекрасно. Позволь ему остыть, если ты думаешь, что это лучше всего. Мы будем иметь дело с убийством, а сотрудники наверху пусть решают сделки с Домом. На верхнем этаже для персонала, — сказал он с усмешкой и посмотрел на меня с любопытством. — Твои родители не помогут с деньгами, не так ли, Страж? Имела ли ты в детстве персонал на верху или внизу?

Моему отцу принадлежала Мерит Пропертиз, одна из крупнейших в Чикого компаний недвижимости. У нас были плохие отношения, в основном, потому что он всегда хотел, чтобы я была другой. А также потому, что он пытался подкупить Этана, чтобы тот сделал меня вампиром. Этан отказался. Тактика моего отца, типично диктаторского стиля, не дала нашим отношениям никаких поблажек.

Я в целом не в восторге от своих родителей, но что-то щелкнуло, когда Люк произнес эти слова. Мысли вспыхнули, и я уставилась на Люка.

Люк поморщился. — Ой, прости, Страж. Я знаю, что это одна не из легких тем.

Я покачала головой. — Я не сержусь. — сказала я, потом посмотрела на доску. — Я просто думала о собственности.

Мы определили места, где Оливер и Ева были замечены в последний раз — бюро регистрации и где они были найдены — склад. Но мы не рыли достаточно глубоко.

— Имущество, где Оливер и Ева были найдены, — сказала я, обводя кружком на доске "склад". — Джефф был не в состоянии выяснить, кто владеет им.

— И что?

Я постучала маркером по доске. — Оливер и Ева были найдены в тайной комнате. Джеймс, один из друзей Ноя, узнал о существовании комнаты только потому, что почуял кровь. Но откуда убийца мог знать о комнате? Может быть, убийца имеет некоторое отношение к собственности.

— Кажется маловероятным, что владелец будет использовать свою собственность, чтобы бросить там тела, когда это может привести к нему.

— Правильно, — сказала я. — Но убийца не должен быть инвестором. Он может быть бывшим сотрудником склада, обращенным в вампира.

— Превратился в вампира Дома Наварры, — сказал Люк.

— Еще лучше. Список людей связанных с этим складом, которые также являются вампирами Наварры не может быть длинным.

— Хорошо, — сказал Люк. — Но Джеф сказал, что документы учета имущества были уничтожены.

— Он так сказал, но записи должны где-то существовать, даже если Джефф не может добраться до них. С другой стороны, я уверена, что отец может получить все, что захочет. Я могу поговорить с ним.

В комнате стало тихо, пока группа рассматривала опасности этого предложения.

Линдси поморщилась. — Ты уверена, что хочешь сделать это?

— Я абсолютно уверена, что не хочу делать этого, но я должна сделать что-то. Я не хочу, просто сидеть, когда мы можем потерять завтра Дом… или нас ждет еще одно убийство.

— Ты знаешь, Страж, — сказал Люк, — ты оказалась лучше, чем я думал.

Доказывая, что она была моим другом, Линдси ударила его по руке, вызывая его жалобный крик.

## Глава 14. РОДИТЕЛЬСКИЙ ПАТРОНАЖ

Мои родители жили в Оук-Парке, пригороде Чикаго, известном своим Фрэнком Ллойдом Райтом и красивой архитектурой домов.

Дом моих родителей не был одним из них, по крайней мере по моему мнению. Это была приземистая бетонная коробка лежащая посреди прерий. Я полностью поняла, почему городская ассоциация впала в истерику, когда мои родители показали им планы.

Сегодня вечером, прерывая обычные тишину и покой окрестностей, наступивших после сумерек, мужчины в футболках с надписью "Джей & Сыновья" под жестким контролем моих родителей выносили мебель из дома и грузили в ожидающие грузовики.

— Вы переезжаете?

Смех моей матери зазвенел. — Конечно, нет. Просто небольшой косметический ремонт.

Конечно, она могла. У моего отца было огромное количество денег, и моя мать любила делать перестановки.

— После наступления темноты?

— Они приехали на два часа позже, и я сказала их руководителю, что я не заплачу им, пока все не будет сделано.

А что, подумала я, это жизнь в одном проценте. Кроме того, было свидетельство того, насколько много мебели они накопили в своем блочном доме.

— Почему здесь нет Пеннебейкера?

Пеннебейкером был старый, тощий дворецкий моего отца, вероятно, он был моим самым нелюбимым человеком в доме.

— На самом деле, он в опере этим вечером. Это его день рождения. — Она взглянула на меня. — Я полагаю, что ты прислала ему карточку с поздравлением?

— Я этого не сделала.

Вздернутый нос мамы сказал мне, что она думала об этом нарушении этикета.

Она повернулась и вошла в дом снова, и я послушно шла позади.

— Почему ты решила сделать косметический ремонт?

— Пришло время. Последний был пятнадцать лет назад, и я захотела вдохнуть жизнь в этот дом. — Она остановилась и повернулась, чтобы посмотреть на меня. — Ты слышала, что Роберт ожидает прибавление еще раз?

Роберт был моим братом и самым старшим из детей Меритов. — Я этого не знала. Поздравляю их. Когда ожидают ребенка?

— Июнь. Это очень увлекательно. И этот дом не подходит для внуков и детей, не так ли? — Она положила руки на свои бедра и огляделась, она не ошиблась, дом не был создан для внуков. Все было бетонным, монохромным и остроугольным.

Это было тем, что из-за рождения своих внуков, мои родители казались лучше.

— Если ты говоришь так. — сказала я, не споря. — Папа рядом? Мне нужно поговорить с ним.

— Он здесь, и он будет рад услышать о тебе. Мы же не вечны, ты знаешь. Ты должна рассмотреть вопрос о предоставлении ему шанса.

— Я бы дала ему много шансов, прежде, чем он попытался подкупить Этана. Но что было, то было. — Мне просто нужно поговорить с ним, — сказала я, готовая взять на себя только обязательство, больше ничего.

Мы спустились вдоль стены прихожей к офису моего отца. Дизайн моей матери уже нашел свой путь сюда.

Дом был строгим и стерильным бастионом модернизма, он мог стать фоторекламой в итальянском дизайнерском журнале. Бледный ковер покрывал бетонный пол, а офис освещался люстрой из цветного стекла.

Современные художественные полотна покрывали стены. Они были, вероятно, частью офиса моего отца до того, как моя мать взялась за его кабинет, но они выглядели совершенно по другому в этом ярком, веселом офисе.

Отец мой, с другой стороны, казался совершенно неуместным здесь. Даже в столь поздний час, он носил черный костюм. Он стоял в середине комнаты, наклонившись с, несомненно дорогой, клюшкой в руках.

В нескольких метрах от него, лежал хрустальный бокал на полу, готовый для получения мяча. Он рассчитал траекторию, а затем плавно взмахнул вытянутыми руками и идеальной дугой, отправил мяч по ковру к отверстию на конце его мнимой лунки. С звоном стекла, он попал туда.

Он не заметил нас, пока не наклонился, чтобы поднять мяч и, взяв его в руки, он наконец посмотрел на меня.

— Посмотри, кто пришел, Джошуа. — Моя мать сжала мои плечи, затем схватила пустую кофейную чашку со стола моего отца и направилась к двери. — Я просто дам вам двоим поговорить.

— Мерит, — сказал отец.

— Папа. — Он сунул мяч в карман.

— Что я могу сделать для тебя?

Я была приятно удивлена, он обычно начинал разговоры со мной с обвинений или оскорблений.

— Мне нужна услуга, на самом деле.

— Да? — Он положил свою клюшку в высокую керамическую вазу, которая стояла в углу комнаты.

— В Маленькой Италии есть склад. Мне интересно, сможешь ли ты рассказать мне что-нибудь о нем.

Убрав свою игрушку, мой отец сел за гигантский стол, который похоже был сделан из цельного ствола дерева.

— Почему ты хочешь это знать?

Карты на стол, подумала я.

— Владелец или кто-то еще, знающий это имущество, имеет что-то общее с убийством вампиров.

— И ты не можешь найти эту информацию в интернете?

Я покачала головой. — Ничего вообще.

Он смотрел на меня скептически. — Я поручу рассмотреть эксперту-другу, но мне не хотелось бы говорить, что с помощью информации, которую он мне добудет, кого-то обвинят в убийстве.

Я надавила сильнее. — Клерку не нужно знать, для чего мы используем информацию.

— Мы, — сказал он. — Ты и Этан?

Я кивнула. Мой отец и я никогда не обсуждали Этана, или что-нибудь еще, когда Этан вернулся.

— Он жив и здоров, я так понял.

— Так и есть.

— Это хорошо. Я рад это слышать. — Он, казалось, испытал облегчение.

Он привел в движение вражду между Этаном и Селиной, что привело к гибели Этана, и наверное, чувствовал себя ответственным за это, по крайней мере где-то глубоко в своем сердце.

Не то, чтобы я думала, что моему отцу все безразлично, он безусловно заботился, но он был до такой степени поглощен собственными потребностями, он манипулировал людьми, как шахматными фигурами, чтобы получить то, что он хотел… даже если он считал, что он делал это для блага других.

Он посмотрел на меня. — Ты и я еще не говорили. Я имею в виду, о том, что произошло.

— Мы говорили достаточно. — Мой желудок нервно сжался, как это часто случалось, когда мой отец говорил, что мы должны "поговорить" о вещах. Такие разговоры редко заканчивались благополучно для меня.

— Мы говорили достаточно для тебя, чтобы узнать некоторые факты? Возможно. Но всю правду? Возможно, нет.

Он взглянул на фотографии на своем столе, и взял небольшую серебряную рамку.

Я знала, что за фото он держал в своей руке — фотографию ребенка, который был бы моей старшей сестрой. Первая Кэролайн Эвелин Мерит.

— Ей было всего четыре года, Мерит. Это было чудо, что твоя мать и брат спаслись от крушения, но чудо не было достаточно большим, чтобы спасти ее.

Голос его был задумчивым. — Она была таким умным ребенком. Такая счастливая. Так полна жизни. И когда она умерла, я думаю, мы тоже немного.

Я сочувствовала. Я не могла себе представить, как это трудно было бы потерять ребенка, особенно в таком молодом возрасте.

Но Роберт и Шарлотта также пережили это, и они были необходимы моим родителям.

— Ты родилась, и мы были так счастливы. Мы старались дать тебе жизнь, которую не могли дать ей.

Мой отец был твердо убежден, что может контролировать и формировать мир вокруг себя. Он вырос, считал он, без достатка, потому что мой дед приносил домой только зарплату полицейского.

Решение? Создание одного из крупнейших в Чикаго бизнеса.

Я была решением смерти Кэролайн. Я должна была быть ее заменой, вплоть до имени, поэтому даже сегодня я Мерит, а не Кэролайн. Но это бремя было несправедливым и слишком тяжелым для ребенка.

— Я не могу заменить ее. И никогда не могла. И ты решил сделать меня бессмертной… но ты не спросил меня, чего я хотела.

Он поставил фотографию на стол и посмотрел на меня, и его взгляд теперь был холоднее. — Ты упрямая, как и твой дед.

Я не оспаривала это, так как не считала это оскорблением.

Мой отец поправил картинки на своем столе, чтобы они выстроились так как надо. — Я может быть в состоянии получить информацию, которую ты просишь, — сказал он.

Облегчение затопило меня. — Спасибо, — торжественно заявила я, надеясь, что он понял, что я имела в виду. Я схватила ручку и блокнот со стола и записала адрес склада, а затем положила все назад на его стол.

Мой отец посмотрел на блокнот молча мгновение, голова наклонена, как будто он что-то обдумывал.

— Но имей в виду, близится мой выход на пенсию, Мерит, и скоро твой брат будет все решать. Я не планирую делать это немедленно, он еще не способен играть в шахматы с городом. Так что я хочу, чтобы ты кое-что сделала для меня…

Я почти испытала облегчение оттого, что он попросил. Эта просьба была напоминанием, очень знакомым, что никто не был свободен, когда приходил к моему отцу. Я вернулась на знакомую территорию, ожидая дальнейшего.

— Что? — спросила я.

— Вы ранее договорились встретиться с Робертом. Я хотел бы, чтобы вы следовали этому обещанию.

Это было также общим рефреном. Мой отец считал, что будучи подключенным к Дому, будет стимулировать шансы Роберта на дальнейший успех компании.

— Хорошо.

Мой отец приподнял брови. — И это все? Не аргументируя?

— Он мой брат, — просто сказала я. — И ты прав, я согласилась это сделать. Но если это для политической выгоды, то встреча с вампирами, точно не заставит людей полюбить его. Мы не очень популярны сейчас.

— Возможно, нет, — сказал он. — Но ты пользуешься популярностью у твоего вида.

— Что именно такое "мой вид"?

Он махнул пренебрежительно.

— Пожалуйста, скажи Роберту, чтобы он позвонил мне. — Я вышла из его кабинета, и не оглянулась, чтобы убедиться, что он победно улыбается. Но я бы поставила хорошие деньги на это.

* * *

Я считала свой визит в дом Меритов успешным, но это не будет видно немедленно. Даже если мой отец выполнит свое обещание проверить имущество, это был длительный поиск информации. Плюс, было уже поздно, и офис клерка давно закрыт на ночь.

После прощания со своей матерью, я сидела в своей машине за пределами дома в оранжевой развалюхе и обдумывала свои следующие шаги.

Я могла вернуться в кабинет ОПС полной чувства безнадежности или в офис Этана, который также точно не был наполнен надеждой в данный момент. Я проверила свой телефон и не обнаружила никаких сообщений, это ранило мое сердце.

Я не ожидала, что гнев Этана вдруг спадет, и он будет в восторге, что я присоединилась к тайному обществу, но просто написать мне было бы хорошо. Не то, чтобы у него нет других вещей на уме, подобно Дому.

И, возможно, Дом был ключом. КГ была ценна. Я знала это. Я видела их в действии. Они помогли мне выйти из заварухи, и они дали нам решающую информацию о том, что ГС попытается сделать с Домом, даже если они не догадывались, как далеко ГС пойдет, обманывая нас.

Если бы я могла использовать свои связи с КГ, чтобы спасти Дом, или чтобы решить все проблемы? Если бы я могла помочь сохранить наш Дом.

Джонах ответил сразу же с сарказмом.

— Ты звонишь, чтобы сказать мне, что ты пригласила Этана на нашу следующую встречу КГ?

— Ты весел. К сожалению, у меня больше плохих новостей. У Маккетрика алиби на убийство в Наварре, такое, что даже биометрическая проверка подтвердила, он не был там.

— По крайней мере, мы можем отбросить эту нить, — сказал он.

— Это было нашей мыслью точно. Есть прогресс в получении помощи для Дома Кадогана?

— Пока нет. Наш контакт в ГС пугливый. И есть почему, если они узнают, что она была утечкой информации для КГ. Она получит удар осинового кола.

— Этого не достаточно, Джонах. Это мой Дом на линии огня. Скажи ей… скажи, что я просто хочу, встретиться. Спроси ее, может она сделать это.

— Мерит, я не могу.

Но я никогда не принимала никаких "нет", и я бы читала мой Канон как хороший маленький вампир.

— Ты сказал «она». Есть только две участницы ГС, Джонах. Одна из Норвегии — Даника и другая из Великобритании — Лакшми. Это означает, что я пятьдесят на пятьдесят угадала члена, который является правильным. — То, что мы построили, только потому, что мы делали это без нее.

Джонах помолчал. — Ее зовут Лакшми Рао. Позволь мне поговорить с ней.

— Спасибо, Джонах. Я бы сделала для тебя тоже самое, ты ведь знаешь.

— Я знаю, ты могла бы. И это пугает меня.

Он повесил трубку. Я завела машину и включила тепло, все еще сидя за моим родительским домом. Это, вероятно, не продлится долго, соседи позвонят по поводу девушки в автомобиле-драндулете "смотрящим" в доме, но я не хотела возвращаться внутрь, пока ждала ответа.

Может быть, мой отец и я имели прорыв, возможно, он просто ностальгировал. В любом случае, я знала, когда следует уйти.

Зазвонил телефон, даже не минутой позже.

— Алло?

— Она согласилась на встречу, но это все.

— Этого достаточно. Спасибо.

— На Дирижабле в закусочной Ван Бурен. Это рядом с библиотекой.

— Я знаю, где это, — заверила я его. Это было рядом с библиотекой Гарольда Вашингтона, рядом находился также отель Дендридж, где члены ГС жили во время пребывания в Чикаго.

— Встретит нас там в течение часа. И никому не рассказывай, даже Этану об этом. Считай, что это твое первое задание КГ — предотвращение разрушения Дома Кадогана.

Вместо чувства тяжести на своих плечах, что должно было последовать, это просто заставило меня чувствовать себя более решительной.

— Увидимся там, — заверила я его и надела ремень безопасности. Моя позиция, возможно, не была красивая, но все, что имело значение, это окончательный счет.

* * *

Было уже поздно, и относительно тихо. Я припарковалась у Ван Бурен, дальше, чем мне хотелось бы, затем вернулась на Стейт Стрит в закусочную на дирижабле, которую выбрала член ГС. Серебряная цепочка логотипа светилась в темноте: блестящий Дирижабль с надписью "Пончики" вдоль него моргал неоновыми розовый буквами.

Я открыла дверь и попала под аромат сахара и дрожжей.

Ресторан был небольшим и пустым, за исключением усталых подростков за прилавком и Джонаха, сидящем за розовом столом в углу, глядящего на свой телефон.

Он поднял глаза и кивнул, потом встал, чтобы встретить меня.

— Она должна быть здесь в любую минуту.

Я кивнула, мои ладони вдруг стали потными от нервов. Эта женщина могла стать судьбоносной для Дома Кадогана щелчком пальца или, возможно, правильнее, для Дариуса.

На самом деле, судя по ней, она могла стать мечтой.

Лакшми Рао вошла через переднюю дверь. Как и большинство других вампиров, благодаря естественному иммунитету к гламуру, я чувствовала это по скольжению по залу и по простому прикосновению к мальчику за кассой, который мечтательно повернулся и начал считать вслух отверстия в пончиках на складе за ним.

Но самое интересное, когда Лакшми увидела Джонаха, она посмотрела на него, как будто он был первым стаканом воды, что она увидела после месяцев проведенных в пустыне.

Выражение его лица, с другой стороны, было совершенно деловым.

Так что у г-жи Рао, члена ГС из стана Дариуса, были чувства к Джонаху, Капитану охранников, члену тайной организации, предназначенной следить за ней.

И он, судя по всему не догадывался об этом.

Как это жизненно.

Она посмотрела на меня, давая мне краткую оценку. — Вы должно быть Мерит.

У меня не было ни малейшего представления об этикете.

Должна ли я была разговаривать теперь с членом ГС? Я решила, что будет лучше ответить. — Да, это я.

Она мягко улыбнулась. — Это хорошо, что мы с вами встретились. Я сожалею, что при таких неудачных обстоятельствах.

— Была ли за тобой слежка? — спросил Джонах.

— Я очень сомневаюсь в этом. А если бы и была, я потеряю их на обратном пути. К сожалению, у меня не так много времени. Боюсь, что это так. Я ничего не могу сделать, чтобы помочь.

В момент, мои надежды были разрушены. — Ничего? Что вы имеете в виду, говоря ничего? Они собираются отнять у нас Дом.

— Тише. — пробормотал Джонах, бросив взгляд на кассира, но тот по-прежнему занимался подсчетом.

— Я только один из членов организации, Мерит, и я не в большинстве. Наказание Дариуса слишком тяжелое, но я не имеют права на оспаривание, поверь… у меня есть вопросы, тайно задаваемые конечно, но просто нет никакого способа свернуть Дариуса с его нынешней курса.

Было явное сожаление в ее глазах, которое заставило меня чувствовать себя чуть лучше.

— Мне очень жаль. Но это невозможно. Я не имею полномочий для отмены его решений.

— А как насчет яйца дракона?

Лакшми застыла. — А что?

— Я предполагаю, что Дариус не отдал его еще феям и не отдаст, пока не будет уверен, что они сделают то, на что согласились. Вы знаете, где оно?

Она посмотрела на меня внимательно момент. — Я не знаю точно.

— Я буду вам благодарна, — сказала я. Обещаю сделать все, что вы хотите. Я прошу вас, если это то, что вы хотите. Пожалуйста, пожалуйста, не позволяйте ему забрать мой Дом, Лакшми. Это мой Дом. В первый раз в моей жизни, это действительно мой Дом.

Эта мысль вызвала слезы на моих глазах.

— Мне очень жаль, — сказала она снова. — Мне известно лишь то, что оно было спрятано в хорошо охраняемом месте.

Я отвернулась, вытирая слезу, которая сползла вниз по моей щеке. Я не хотела плакать перед моим партнером и членом ГС. Может быть, как Дариус сказал Этану, я была также слишком человечна.

— Я должна идти, — сказала Лакшми. — И я желаю вам удачи. — Она бросила долгий взгляд на Джонаха. — Было очень приятно видеть тебя снова. Мне жаль, что это было при этих условиях.

Затем она исчезла за дверью в темноте.

Мне хотелось плакать. Я хотела сидеть и плакать или, что еще лучше, похоронить свои печали в трех или четырех десятках отверстий в пончиках, что кассир так аккуратно подсчитывал.

— Давай выйдем на улицу, — сказал Джонах, осторожно ведя меня за дверь. Холодный воздух был освежающим.

Мы шли к углу улицы, где я припарковалась и стояли в темноте мгновение.

— Она влюблена в тебя, — сказала я.

Он откашлялся нервно. — Я знаю.

— Вот почему она согласилась на встречу, не так ли? — Я посмотрела на него. — Вот как ты получил ее, чтобы она помогала?

Он кивнул, только один раз.

— Это какой-то бардак. Я думаю, что было бы неправильно с моей стороны, предложить тебе сыграть с ней в "Семь Минут на Небесах" таким образом, чтобы она помогла достать нам яйцо?

Он посмотрел на меня искоса. — Ты предлагаешь мне сделать это с ней, чтобы она спасла твой Дом?

Я слегка улыбнулась. — Да. А ты бы смог?

— Нет. И ты должна вернуться. Они будут интересоваться, где ты есть.

Я не была так уверена в этом.

* * *

Чувствуя себя наголову разбитой, я поехала Домой. Дверь кабинета Этана была открыта, так что я рискнула и заглянула внутрь, полагая, что Майкл Донован был в комнате, и ведет тяжелый мозговой штурм, изучая контракт.

Но Майкла нигде не было видно, не было и Пейдж с библиотекарем.

Этан и Лейси были одни, с фортепианным концертом по радио и бутылкой вина на столе.

Они сидели рядом друг с другом на диване в гостиной. Этан, положив одну ногу на другую, читал правовые документы на длинных листах бумаги. Лейси сидела рядом с ним, ее ботинки лежали на полу, ноги поджаты под себя. Она что-то сканировала на планшетном компьютере.

Они выглядели совершенно комфортно. Даже в некоторой степени уютно. Мой желудок сделал очередное падение, что каждый раз подносила ему моя подростковая неуверенность.

Но это было не единственное мое чувство. Я просто просила члена ГС сохранить этот Дом, плакала перед этим членом ГС, и к чему я вернулась, к этому?

Этан, возможно, был зол, но так и я была.

Возможно, ощущая магическое цунами, которое сопровождало меня в комнате, Этан поднял голову. — Да? — спросил он. Его тон был равнодушный, он был все еще зол.

Это разозлило нас обеих, так как я вломилась в будущую главу дневника Лейси, озаглавленную "Как я провела уютную ночь с Этаном Салливаном и бутылкой Мерло".

Мне действительно, действительно она не нравилась.

— Могу я поговорить с вами, пожалуйста, Сеньор?

Этан смотрел на меня на мгновение перед тем, как отложить свои бумаги.

— Лейси, ты извинишь нас?

Она посмотрела и послала мне сопливую улыбку, которой он не видел, потом развернула ноги и встала изящно с дивана. — Конечно. Я могла бы подышать немного свежим воздухом. — Она подошла к двери, оставив свои ботинки рядом с диваном — четкое указание, что она вернется.

Конечно, она это сделает.

— Время идет, Страж. О чем ты хотела поговорить?

Мне на самом деле не было ничего конкретного сказать ему, я просто хотела выгнать ее из комнаты, и, возможно очистить воздух.

Но его тон был жестким, и он дал мне момент, чтобы подобрать слова, которые не были бы злыми.

Она бросала мне вызов своим присутствием в его офисе и своим очевидным намерением наложить руки на Этана и не отпускать.

— Вы добились какого-нибудь прогресса? — спросила я.

— Не особенно. Адвокаты начали чрезвычайное движение против действий ГС, но, как мы и предполагали, у нас проблемы со временем, чтобы убедить судью принять под свою юрисдикцию данный случай. Нет ни одного моего знакомого, за мою очень долгую жизнь, имеющего материал для шантажа ГС, и Майкл установил, что Башня Клаудии, прямо сейчас, особенно хорошо укреплена, так что не будет никакого попрошайничества фей. — Его челюсть была крепко сжата.

Он, был явно обеспокоен, но я не могла его винить.

— А ты? — спросил он.

— Мы подтвердили, что Mаккетрик не убивал Катю и Зою. У него есть алиби — он был на сборе средств с мэром Kовальчук.

— Это не оставляет нам много.

— Это не оставляет нам подозреваемых вообще, кроме того, что мы знаем, что девушки были убиты вампиром Наварры. Джефф проверит в Доме биометрические системы, а Люк с Уиллом собираются посмотреть, были ли какие-нибудь нарушения Наваррскими вампирами в последнее время.

— Хм. — Он стряхнул невидимую пылинку с коленей, потом посмотрел на меня. — Ты рассказала Джонаху об этих последних событиях?

— Да.

— Конечно же, да. Потому что вы двое близки. — Была опасная грань гнева в его голосе, это, возможно, было вызвано страхом или ревностью, но единственное, что имело значение то, что это было направлено на меня.

Я не сомневалась, откуда взялось это изменение отношения. Я возлагала это на длинноногую блондинку вампира, покинувшую комнату. Она сажала семена сомнения в наших отношениях, и я бы поставила деньги, что чем больше они проводили время вместе, тем больше становилось этих сомнений.

— Мы не близки, не так, как ты предполагаешь. Не так, как Лейси преподносит это тебе. И это не имеет ничего общего с этим расследованием.

— И ты готова подтвердить это?

— Готов ли ты подтвердить, что между тобой и Лейси ничего нет? Она выглядела довольно удобно на диване.

— Это совсем другое.

— Потому что Джонах знает, что я стремлюсь к тебе, но она не совсем уверена?

Он сжал челюсти.

— Ты думаешь, что я был неверным?

— Ты хочешь сказать, что я была неверна?

— А ты была?

Я вздрогнула от комментария. — Как ты смеешь спрашивать меня об этом.

— Есть слухи, Мерит, о партнерах КГ. Что они работают… тесно… вместе.

Его тон стал снисходительным, и я вдруг почувствовала себя очень маленьким ребенком, стоящим перед своим отцом, который был в ярости на то, что я сделала. Этан был зол, и мне было жаль, что он не чувствовал мои клятвы Кадогану и КГ не были в оппозиции.

Но я знала Джонаха, и я знала, что ничего не было. Я все еще верила в дело, и я собиралась извиниться только за это.

Мои глаза посеребрились, мое сердце билось быстрее, кровь гудела в моих венах, когда мой гнев рос. — Это работа. Это только работа, и ничего больше.

Приподняв бровь с высокомерием, которое меня всегда раздражало. Это, возможно, была его подпись, но это был смехотворный ответ. Смешной ответ… к действительно смешным аргументам.

Мы действительно спорили о неверности? Бог знал, что я любила этого человека, но он был упрямым, тугозадым в управлении уродом, который действительно знал, как нажать на мои кнопки.

— Этан, мы лучше, чем все это. Я не знаю, что она наговорила тебе, — сказала я, — но ты знаешь, я бы не стала изменять тебе. Она манипулирует тобой, воздвигает стены между нами, что вредит этому Дому, потому что у нее есть чувства к тебе.

— Мной не манипулируют, — сказал он, не совсем уверенно, но, казалось, немного сомневаясь.

— Хорошо, — сказала я. Мы застыли там в ужасном, неловком молчании на мгновение.

— Я чувствую себя преданным.

Я закусила губу противясь внезапному натиску слез. — Я знаю. И мне жаль.

Этан кивнул, но ничего не сказал.

— Хорошо, тогда, — сказала я. — я должна вернуться к работе. — Удрученная и злая я пошла к двери.

— Куда ты идешь?

— Я не совсем уверена. Но я думаю, нам нужно некоторое пространство, прежде чем мы сможем сказать то, о чем будем потом сожалеть.

Предположим, что мы уже не вместе.

## Глава 15. МАЛЬЧИКИ, ВЫПИВКА, ГОВЯДИНА И СТАВКИ

Пятнадцать минут спустя я была еще в пути на Лейк Шор Драйв, с озером справа от меня и Чикагскими "Широкими плечами", слева.

К сожалению, поездка не сделала меня спокойней. Мир было тих, но мой мозг и сердце устроили гонки.

Наверное, Лейси и Этан работают. Может, они сделали перерыв после долгой, несчастной ночи. И возможно, пришло время, которое он возможно, провел бы со мной, если бы не был так зол.

Он хотел рядом друга, кого-то, кому мог доверить свои чувства. Он мог бы выбрать сообщника получше из каталога. Она была всем, чем я не была, как мне казалось.

Изящная, стильная, хладнокровная.

Такая же, как он.

Линдси как-то сказала мне, почему Этан нуждался во мне, потому что я поджигала его лед. Лейси может никогда не вызывала его гнев, но она конечно, не зажигала его.

Но ничто из этого не заставило меня чувствовать себя лучше. Не сегодня.

Я хлопала по рулю обеими руками, пока ладони не заболели и я не почувствовала себя лучше.

Бедное Вольво. Изобретение ли шведских инженеров или нет, оно не было предназначено для вампирской агрессии. Казалось, есть только один вариант.

Я поехала в Украинскую Деревню, где базировалась Северо-Американская Центральная стая.

Приземистый бар для байкеров назывался Красная Шапочка, сейчас он также являлся домом для некоей городской нарушительницы. И я хотела бы ее видеть.

Даже в мороз оборотни бездельничали снаружи, в то время как Мэллори, собрав свои волосы в высокую бабету, по моде а-ля молочная горничная, стояла рядом с Берной и практиковалась в заливке ликера в выстроенные в ряд бокалы.

Когда я подошла ближе, инструкции Берны стали слышны яснее. — Нет, — настаивала она. — Нет, ты льешь быстро, не разлей. Я покажу, я покажу. — Она оттолкнула Мэллори с пути и, забрав бутылку ликера у нее, наполнила шесть бокалов гладкой, быстрой линией, не пролив ни капли.

Мэллори кивнула ей завистливо. — Я не уверена, люблю ли я тебя, — откровенно сказала она. — Но ты разбираешься в мясе и выпивке.

— Это два блюда из четырех, — сказала я, садясь перед баром. — Мэллокейки и пицца два других.

Бог знал, Мэллори была далека от совершенства, и наши отношения были еще деликатны. Но стоило ей взглянуть на мое лицо, как ей стал понятен источник моих неприятностей… и она закатила глаза.

— Что же ты теперь сделала?

— Почему ты думаешь, что я что-то сделала?

— Потому что ты на другом конце города в этом баре, когда у вас большие проблемы в вашем Доме. Черт побери, Берна. Он сказал, что я могу отдохнуть немного.

— Ты можешь отдохнуть немного, — сказала она, хлопая одной рукой по другой и указывая на меня. — Посмотри на девушку. Она тощая вампирша. Она в любви, но она далеко от любовника. Тебе не нужно волшебство, чтобы знать это. — Она постучала по голове. — Необходимо око.

Они обе посмотрели на меня. Я кивнула застенчиво.

— Когда ты права, то права, — сказала Мэллори. — И поскольку он принял кол за нее, это в значительной степени доказывает, что он с ней надолго. Я держу пари, что она текущий источник своей собственной драмы?

Я ненавидела этот вывод.

Не потому что это было не так, а потому, что это было унизительно. Мне двадцать восемь лет, и я бессмертна. Было ли мне предназначено, чувствовать себя неловко всегда, по крайней мере, там, где касалось любви?

И как часто я лажалась, когда ее не было, а я даже не знала этого?

Мэллори повернулась к Берне. — Я минут на пятнадцать, мы двинемся наверх, обсудить это.

— Вы можете здесь! Я не буду слушать.

— Ты будешь подслушивать, — сказала Мэллори, — а потом расскажешь в своем книжном клубе все, что услышишь.

— Но это как "Сумерки" в реальной жизни! — запротестовала Берна. — Блеск!

Но Мэллори уже схватила меня за руку и потащила к двери.

— Не обращай внимания на полуголых оборотней. — сказала она, и прежде чем я успела спросить, что она имела в виду, мы промчались через заднюю комнату в баре, где три или четыре — у меня не было времени, чтобы подсчитать — оборотня, большинство из которых сняли свои рубашки, сидели за старым виниловым столом и играли в карты.

Я уверена, что Габриэль был одним из них. А потом мы были на кухне. Мою сетчатку опалило заревом сверкающих кастрюль, а она тащила меня вверх по лестнице в крошечную спальню, где она пребывала с тех пор, как начала свое восстановление от черной магии на тяжелой работе, под надзором, оплачивая долг.

Мэллори захлопнула дверь и упала на небольшую односпальную кровать, которая была придвинута к стене.

— О, мой Бог, Мерит, я убью ее.

— Пожалуйста, не надо, — сказала я. — Это не улучшит отношения оборотней с колдунами в Чикаго.

— Она так любопытна! И она всегда говорит мне, что нужно сделать!

— Она, как и ты никогда не имела родителей?

Она посмотрела на меня. — Это что это такое?

— Боюсь, что это так, — сказала я, сидя скрестив ноги, на полу.

— Хорошо. Я не убью ее. Пока что. А теперь, когда у нас есть некоторая неприкосновенность частной жизни, почему бы тебе не рассказать, что ты сделала?

Это была самая сложная часть, учитывая клятву секретности, которую я уже случайно нарушила.

— Я не могу рассказать тебе все подробности. — сказала я. — Достаточно сказать, он узнал то, что я должна была рассказать ему. И он узнал это от Лейси Шеридан.

Глаза Мэллори сузились, так как она должно быть помнила Лейси по ее последнему приезду в Чикаго. — Почему она здесь?

— Чтобы помочь с переходом от ГС. У нее хорошие отношения с Дариусом, и была надежда, что она может быть в состоянии сгладить немного острые углы. Но так как они в настоящее время пытаются забрать себе Дом, это не работает.

— Да, мне рассказывал Катчер. Причем тут ты?

Я изо всех сил пыталась найти способ рассказать о многом без раскрытия тайны.

— Когда Этана не стало, я, конфиденциально, согласилась помочь другу в деле, которое помогло также и Дому. И я продолжала помогать, даже когда Этан вернулся. Но я не рассказала Этану об этом, а затем об этом узнала Лейси и донесла Этану на меня. Этан не в восторге.

Выражение ее лица точно не было успокаивающим меня. — Ты предала его.

— Я не предавала его. Я понимаю, что он чувствует себя преданным, но я сделала то, что считала правильным. То, что я до сих пор считаю правильным и верю в это.

— Имеет ли это какое-то отношение к этому парню Джонаху?

Широко раскрыв глаза, я уставилась на нее. — Как ты вообще узнала о нем?

— Катчер, — сказала она сухо. — Он находится в полном режиме "раскрытие отношений". Это какой-то странный оборонительный механизм, вероятно, вызванный тем фактом, что он проводит половину своего времени, смотря эти проклятые фильмы.

Она остановилась и повернулась ко мне. — Я не рассказывала тебе о времени, когда он пробовался на один из них? До Небраски, я имею в виду.

Забавно, как хорошо простая фраза разделяет наши отношения. "Перед Небраской" и "После Небраски". "До Малефициума" и "После Maлефициума" было бы более точным, но я не горела желанием возвращаться к эпохе наших отношений как "ВМ" (Ведьма Меллори).

— Катчер прослушивался на фильм?

— Да. Они снимали часть ром-ком в "Петле", и он пробовался на статиста. Он не получил роль, хотя ясно всем, что это не его "вид искусства" — сказала она, с использованием воздушных кавычек. — Во всяком случае, он сказал, что ты гуляла с этим Джонахом, когда Этана уже не было. Кто он?

— Капитан охраны Дома Грей. Он просто друг. Он помог мне разобраться с вещами, которые ты творила, когда Этана не было. Он был на полпути той ночью…

Я замолчала, не желая напоминать ей подробности того, что она почти сожгла город.

Она, вероятно, не уделяла большого внимания моему другу в то время.

— Ах, — сказала она смущенно.

— Да. Ах. — Я поправила свой хвост. Не то, чтобы он нуждался в этом, просто я не была уверена, что делать с моими руками. Неловкость с Меллори еще не полностью исчезла. — Лейси захватит его, если получит шанс, Мэл.

— И ты думаешь, что он поддастся захвату?

Это был хороший вопрос. Я знала, что он любил меня, но был зол и ему было больно. И он, вероятно, сомневался в моей надежности.

— Если бы ты чувствовала себя обманутой, и тут пришла бы она и поклялась бы, что она единственная с твоими интересами на сердце, что она была единственной, кто понял, в чем именно нуждаешься ты и твой Дом, ты бы поддалась?

Она не ответила, и когда я посмотрела на нее, я увидела печаль на ее лице.

Мой желудок упал, и я поняла, в чем мои ошибка. — О, Боже, ты думаешь, что Катчер нашел кого-то еще?

— Нет. Я имею в виду, что не заслуживаю его, даже говорить с ним или тобой не заслуживаю, после того, что я сделала. Я просто… Я могла бы понять его, если бы он, знаешь ли, сделал это.

Навернулись слезы на ресницы, и она быстро вытерла их.

— Я оставила его в разгар кризиса, что сама же и устроила. Конечно, ему нужен комфорт. Конечно, он нуждается в плече. Я, конечно, не была этой частью для него.

Я выдохнула. — Серьезно, неужели мы просто неспособны сосредотачиваться на отношениях с людьми?

— Может нам суждено делать это на протяжении всей остальной части нашей жизни?

— Лажаться?

— Лажаться, живя с нашими опекунами и ввязываться в какое-нибудь дерьмо, или заводить знакомства, потому что мы не можем поддерживать здоровые отношения.

— Если ты постареешь и поседеешь, я буду честно красить твои корни.

— Вампиры не стареют и не седеют. Я застряла с этими волосами навсегда.

Мэллори плюхнулся обратно на кровать. — Бедная Мерит, бессмертная вампирша с никогда не седеющими волосами и длинными ногами, и горячий блондин бойфренд.

— Чей горячий парень имеет блондинку подхалимку?

Она усмехнулась и снова села. — Мы прошли полный круг с этим.

— Что мне делать, Мэл? Серьезно.

— Ты извинилась?

Я кивнула.

— Значит ты сделала единственное, что могла сделать, поэтому ты здесь, в первую очередь. Ты ждешь его.

— Это действительно, просто абсолютно ужасно.

— Это действительно, на самом деле так. — Мы сидели в молчании в то время, как смех выпаривался и тяжесть мира снова ложилась на наши плечи.

— Дом Кадогана — один из них. Ты не знаешь, нашел ли что нибудь Габриэль, любую грязь на Дариуса, которую мы могли бы использовать, чтобы шантажировать его? — Мэллори улыбнулась украдкой.

— Ты такая хитрая девочка, Мерит. Я так горжусь, что ты только что спросила. Это так… по-вампирски. Но честно, я понятия не имею. Он внизу, и ты всегда можешь спросить у него. Но я должна предупредить тебя — эта ночь покера.

— В смысле?

— Это значит, что если ты хочешь поговорить с оборотнем в ночь покера, ты должна сыграть в карты с мальчиками.

Я приподняла бровь.

Она издала ужасный звук. — О, Боже, ты же миссис Салливан. Давай пойдем вниз.

Я проверила свой телефон, но сообщений по прежнему не было. Я не чувствовала, что мне есть из-за чего возвращаться в Дом, так что я решила, что могу остаться.

— Умею ли я на самом деле играть в покер?

— Ты умеешь. К счастью, они останутся полуодетыми во время игры в покер. Если тебе нравятся подобные вещи. Что, очевидно, мне не известно.

* * *

Мне не нужна магия, чтобы знать, что она врала о наслаждении от игры в покер с полуголыми парнями. Я также могла использовать свои глазные яблоки.

Их было четверо. Все оборотни, только трое из них были полуголыми, их скульптурные тела стоили того. Габриэль, единственный в рубашке, тасовал толстую, хорошо потертую колоду карт. — Котенок, — сказал он, не сводя с меня взгляда.

— Мой брат Дерек. Я полагаю, вы с Беном уже встречались и Кристофер.

Миссис Киин назвала своих детей в алфавитном порядке наоборот, начиная с Габриэля — старшего. Адам, самый младший Киин, его родной брат, был передан CАЦ после его неудачной попытки вырвать контроль над стаей у Габриэля. Бен, Кристофер, и Дерек были следующими тремя молодыми.

Бен и Кристофер были широкоплечими и рыжеволосыми, как их брат, они сидели слева от Габриэля. Дерек сидел справа. У него были такие же янтарные глаза, как у Габриэля, но темные волосы и тонкие черты. Он, должно быть, пошел в другую половину семьи.

— Вампир? — задал вопрос Кристофер, глядя на карты. — Ты устроил здесь перевалочный пункт для сверхъестественных, брат?

— У меня нет необходимости в промежуточной станции. — Заверила я его.

— Котенок имеет когти, — сказал Дерек с мужскими одобрением.

— Ррррр, — зарычала я.

— Вы все еще боретесь с феями, котенок? — спросил Габриэль.

— Нет. И именно поэтому я здесь.

Взгляд Габриэля щелкнул по мне, считывая, затем снова вернулся к картам.

— Садитесь, дамы. — Магия Габриэля была сильной, и не осталось сомнений в значении взгляда.

— Могу ли я спросить о рубашках? — спросила я, садясь рядом с Мэллори. — Или об отсутствии рубашек?

— Нет, не можешь, — сказал Кристофер.

— Да, — издевался Габриэль, — она может. Щенки потеряли свои рубашки, Котенок. Буквально и в переносном смысле.

Дерек что-то проворчал нелестное.

Габриэль послал ему быстрый и испепеляющий взгляд. — Заткнись, или я вызову тебя еще раз, и мы оба знаем, что из этого выйдет. — Он начал раздавать карты через стол, по семь карт каждому из нас. — Название игры — Нантакет.

— Что такое Нантакет? — спросила я.

— Это способ обмануть, — сказал Дерек с улыбкой, ставя бокал чистого алкоголя перед собой. — Не дайте себя ввести в заблуждение.

— Я бы никогда не стал обманывать, — сказал Гейб. — Я честен, по необходимости.

— Или же действительно хороший лжец. — сказал Бен.

— Я не лжец, — сказал Гейб, подавая оставшуюся часть колоды Кристоферу.

Тот разделил ее пополам, положил нижнюю половину на верх, и вернул колоду Гейбу, который разделил карты на три кучки в середине стола. После этого он перевернул карты двух кучек наружу, открывая пики в каждой.

— Пиковая карта бьет, — сказал он. В моей руке не было ни одной пики, но я понятия не имела, хорошо ли это. Если пики били карты, что било пики?

— Старшая карта, первый ход, сказал Гейб, размещая даму бубей на вершине одной из пик. Я не была уверена почему, или как я должна играть. Я выбрала даму червей и играла ею, положив сверху оставшейся пики.

— Хорошо сыграла, — сказал он, и начал просматривать свои карты, хмурясь и концентрируясь.

Каждый раз, когда я играла картой, я пыталась направить разговор к Дому. Но Габриэль не позволил мне сказать хоть слово о политике.

И так продолжалось около часа, в конце которого я все еще не была уверена в правилах Нантакета. Время от времени бросая вниз карты я думала, соответствую ли стратегии, в то время как оборотни играли картами с явной беспечностью.

Они были бы уверенными победителями за покерным столом, если им позволить играть достаточно долго, чтобы победить.

В конце концов, Дерек бросил две оставшиеся карты на стол.

— Нантакет водолазка, — сказал он, и другие оборотни бросили свои карты также.

— Что делать? — спросила я, глядя на Габриэля.

Но прежде чем он успел ответить, дверь в бар приоткрылась на дюйм и Берна сказала "Клиенты"! — указывая на Мэллори артритным пальцем.

— Ты разливаешь!

Мэллори тихо сидела за столом мгновение, массируя виски. Казалось, ее терпение к Берне определенно истощается.

— Это хорошее напоминание, — сказал Габриэль.

— О чем? — спросила она.

— Того, что произойдет, когда ты в конечном итоге оставишь нас, и сделаешь хорошие выводы из всего. Она собирается помогать тебе в это время.

— Помогать мне?

— Ты уже очистилась от зависимости? — спросил Кристофер.

— Нет? — осторожно сказала Меллори, поджав губы.

Кристофер фыркнул. — Тогда она собирается помочь тебе. Тетя Берна упрямая, как осел.

Я посмотрела на Габриэля. — Тетя Берна?

Он улыбнулся и махнул рукой в сторону виниловых столиков, в обрамлении кино-афиш и потертого линолеума.

— Котенок, разве я позволил бы Берне работать в этом бастионе стаи, если бы она не была членом семьи?

— Это комплимент или оскорбление? — задалась вопросом я.

— Да, — сказал он. — Это, безусловно, один из них.

Кристофер, Бен, и Дерек извинились и исчезли на кухне, предположительно для одного из напитков, который Мэллори собиралась налить.

Габриэль собрал карты и начал перетасовывать их снова. Рассвет, в соответствии с часами на стене, вскоре мог стать реальностью, а у меня до сих пор не было никаких ответов.

— О Доме, — сказала я.

— И что?

— У меня нет идей, адвокаты не помогают, мы не можем найти яйцо, а Клаудия недоступна. Я не думаю, что у тебя есть какая-либо информация о членах ГС, которую мы могли бы использовать в наших интересах?

Он усмехнулся немного. — Ты имеешь в виду шантаж?

— Именно это я делаю.

— Прости, котенок, но кроме их репутации я знаю о ГС, не больше, чем другие. Я постараюсь узнать больше.

Я уперлась локтями на столе и положила голову на руки.

— Габриэль, мы теряем Дом. Время убывает. А у нас есть некий сумасшедший Наваррский вампир, который убивает вампиров без всяких видимых причин, и я не имею понятия, кто это. Что мне делать?

— Ты спрашиваешь у меня совета?

Я убрала свою челку за уши и посмотрела на него. — Да. Я думаю, что так и есть.

— И ты не спросила у Салливана потому, что…?

— Он сердится на меня.

— Ах, — сказал Габриэль медленно. — Это объясняет запах.

Я старалась не обнюхивать себя.

— Я пахну?

— Психический запах. Плохая атмосфера. Ты грустная.

— Мне грустно. И знаешь, как ты можешь мне помочь? Консультацией. У тебя есть какие-нибудь мысли обо всем?

— Ну, давай подумаем. Дариус хочет Дом или наказать вампиров, или и того и другого? Для того чтобы получить его, он убедил фей принудительно выселить вас завтра ночью?

— Да.

— И он подкупил фей яйцом дракона, которое является некоторым аксессуаром ими сделанным, но отданным вампирам. В настоящее время они снова претендуют на него, или еще какое-то дерьмо?

— Вот и истина, да.

— А где же яйцо дракона?

— Мы не знаем. ГС забрал его, но мы не смогли его найти, а другие Дома не сотрудничают.

— Ну, рискну выглядеть тупым. Если феи являются единственным рычагом ГС, имеющийся на вас, и феи хотят яйцо дракона, то тебе нужно найти его.

— Это легче сказать, чем сделать.

— Так ли это? Вы имеете дело с вампирами, и кражей, которая произошла в довольно короткий промежуток времени. Обдумай это.

Взяв карточную колоду, он начал раскладывать карты на столе по одной.

Несмотря на все перетасовки, я не заметила обмана, он перевернул пикового валета, потом пиковую даму, потом короля и туза. Всех подряд, все как-то организовано. Я следила за ним впустую.

— Вампирам ГС, которые меня не сильно впечатлили, удалось украсть объект из Дома Кадоган прямо из под ваших носов. Я в этом сомневаюсь.

— Что ты имеешь в виду, когда говоришь "сомневаюсь"? Ты не думаешь, что они украли его?

Гейб положил колоду на стол.

— Я не знаю, сделали они это или нет. На мой взгляд, ГС состоит из подхалимов вампиров. Подлых, потому что они двурушники, не потому что они квалифицированные оперативники, которые могли бы организовать ограбление в Доме Кадогана под носами его Мастера и его Стража.

Он был прав, хотя и не дал мне представления о том, где может быть спрятано яйцо.

Гейб посмотрел на часы. — Солнце поднимется в ближайшее время. Ты должна ехать домой.

Я кивнула и встала. — Спасибо за твою помощь.

Он кивнул. — Все сводится к тому, котенок, чтобы не позволить своему страху перед ГС, руководить тобой, особенно не дать им больше очков, чем они заслуживают.

* * *

Только за полчаса до рассвета, с моим невезением, на мой взгляд, я вернулась в Дом. Вид, который встретил меня в фойе был достаточным, чтобы заставить меня заплакать снова. Праздничные украшения пропали, а на их месте были десятки и десятки черных чемоданов.

Согласна, рассвет будет здесь достаточно скоро, но мы действительно сдались? Мы собираемся просто отдать Дом Кадогана в руки ГС без боя?

Я спустилась вниз, и нашла кабинет ОПС пустым. Люк и остальные, вероятно, отдыхали после вечера. Из-за того, что я не была готова к очередному противостоянию с Лейси, я пропустила посещение офиса Этана и направилась прямо в квартиру, чтобы дождаться его там.

Минуты шли… я надела пижаму, просмотрела план эвакуации Дома в нашем интернет-руководстве по безопасности. Люк был невероятно тщательным, создавая это пособие, разбив его на главы и тысячи сносок.

Было 142 сноски в одной только третьей главе, включая извлеченные уроки ("Садовые Грабли Сары" были менее эффективны против "Еноты, чем вы думаете"), анекдоты.

Люк, который писал протоколы, а также письменные тесты, чтобы проверить наши знания, написал и следующем перл:

Вопрос: Какой самый эффективный способ загнать бушующего кентавра?

— Ха! Нет такого понятия, как кентавр, новичок. Тащи свою задницу в кресло и читай Канон.

Я не стала, однако, паковать чемодан. Я отказывалась это сделать, чтобы не сдаться хоть на дюйм. Было всего несколько дорогих мне объектов, чтобы взять с собой — мой семейный жемчуг, мой спрятанный медальон Кадогана, бейсбольный мяч, который вернул мне Этан когда-то.

Но они оставались лежать точно там, где они были, потому что упаковать их сейчас, это было бы признанием поражения. А Этан научил меня быть лучше, чем есть.

Я пригладила волосы, второй раз за это время, а затем навела порядок в ящиках моей тумбочки — платочки, бальзам для губ, носки для холодных зимних дней. Всего несколько минут до рассвета, а его по-прежнему нет. Конечно, он вернется перед восходом солнца. Где еще ему спать?

Я свернулась в своем кресле в гостиной, прислушиваясь как часы отсчитывают секунды его отсутствия. Ставни на окнах опустились, и солнце начало расти. Мои веки отяжелели, но двери оставались закрытыми.

В квартире раздавался скрип — звуки старинного дома, когда ветер боролся с ним на улице.

Я продолжала сидеть, хотя сон угрожал сбить меня на пол, затем неуклюже перебралась в кровать и забралась под одеяло.

Простыни были свежими и холодными, я свернулась калачиком, чтобы сохранить тепло, островок тепла в тундре из прессованного хлопка, которой стала наша кровать. Это была война на истощение, среди холодных простыней… и я проигрывала.

## Глава 16. КАРТОЧНЫЕ ФОКУСЫ

Я проснулась одна в холодной постели.

Села, моя голова закружилась от возможности, что он решил позволить Лейси утешить его. Но прежде, чем я свесила ноги с края кровати, дверь открылась.

Вошел Этан. Он был в рубашке, пиджак в руке.

Я прошептала благодарственную молитву, что он был здоров, что убийца вампиров не пробрался в Дом Кадогана и не забрал его.

Но затем гнев начал снова расти.

— Долгая ночь? — спросила я, так спокойно, как только могла.

— Продолжение стратегической сессии, — сказал он. — Нас свалил рассвет, я упал спать на диване в своем кабинете.

— И Лейси?

— Она была там, — просто сказал он. Он подошел к кровати и положил на нее свой пиджак, а затем снял с себя запонки и часы.

— Все это потому, что ты зол на меня?

Он не смотрел на меня. — Мы работали, Мерит.

— До рассвета? Не хватило времени, чтобы вернуться к себе в постель? Ко мне?

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Я хочу, чтобы ты признался, что сердишься на меня. То, что ты хочешь, чтобы она хотела тебя, и что ты даешь ей лицензию, потому что ты сердишься на меня.

— Ты просто ревнуешь. — Его тон был пренебрежительным, как если бы я пришла к нему с детскими жалобами.

— Конечно, я ревную. Вы двое были слеплены из одного теста. И, в глубине души, я думаю, что она тот тип женщины, который бы ты выбрал себе в конечном счете.

— В отличие от упрямой брюнетки с которой я фактически оказался?

— Да, — согласилась я, демонстративно собрав все свое мужество. — Ты проводишь с ней время, чтобы наказать меня из-за КГ?

— У меня нет времени, чтобы играть в игры.

— Ты избегаешь меня.

— Я занят.

— Ты злишься.

Плотину прорвало. Он впился в меня взглядом.

— Конечно, я злюсь, Мерит. Я чертовски злюсь, что ты предприняла опасный путь, не говоря мне об этом, и что ты работала с ним все это время, не сказав мне ничего.

Он подошел на шаг ближе. — Если бы я сказал тебе, что Лейси и я не только работаем вместе, потому что наши взгляды схожи, наша подготовка схожа, и что мы разделили связь, потому что ты не смогла довериться, как бы ты себя чувствовала?

Он был прав, я чувствовала бы себя несчастной.

Одно только то, что было представлено гипотетически, вызвало у меня боль в животе. С другой стороны…

— Я не провожу время с Джонахом, чтобы причинить тебе боль.

— Если это то, чем, как ты думаешь, я занимаюсь, то ты наверное забыла о задачах, стоящих перед Домом прямо сейчас.

Говоря это, он не смотрел на меня.

Да, я причинила ему боль, и не было сомнений, его ум был зациклен на другом. Но он знал, чертовски хорошо, что он делает и как это влияет на меня. Он хлестал, даже если не хотел в этом признаться. Даже если он представлял себя выше таких человеческих проблем.

Он поставил локти на комод, затем уперся лбом в свои руки. — Это нам не поможет. Воевать друг с другом.

Он был прав. Мы были в безвыходном положении, и это не прекратится, пока один из нас не отступит, пока один из нас не поверит в верность другого.

И он сменил тему.

— Переходная группа проводит встречу через пол часа, чтобы рассмотреть наш ответ. У нас есть, мы считаем, некоторые мысли по договору и необходимости внесения платежа ГС с учетом их плохого поведения. Мы позвонили в банк. Но если мы не примем никакого серьезного решения по Дому, собственно мы должны будем сдаться.

— Они хотят сломать нас, — сказала я. Слезы навернулись при мысли покинуть Дом.

— Они ожидали, что мы прогнемся. Но мы бы не стали. Мы не могли. Колонии не склонились перед англичанами, и я не думаю, что мы могли бы иначе.

— Как твое расследование убийства? — спросил он.

— Мы ничуть не ближе к выяснению, чем были вчера. У меня нет ничего, Этан. Вообще ничего нет. И мы так далеки друг от друга, добавила я молча. Так далеки друг от друга, что это убивает меня.

Боже, ты мне нужен. Мне нужна помощь.

Мне нужен кто-то, чтобы направить меня в правильном направлении. Мне нужен ответ. Но я уже попросила у него больше, чем он был в состоянии мне дать. Он попрощался, а затем направился вниз на еще одну встречу со своей командой.

Каковой я по-видимому уже не была.

* * *

Я приняла душ и облачилась в кожу, на случай, если переход будет более грязным, чем мы ожидаем и навела обычную красоту — расчесала челку щеткой, заплела волосы в косички, губы накрасила.

Я спустилась вниз, пара сотен чемоданов у девяноста уходящих вампиров, которые жили в Кадогане, по-прежнему смотрели на меня, как напоминание о моей неудаче. Если бы Лакшми захотела помочь, я убеждена, мы бы нашли выход, чтобы не уходить.

Я заглянула в офис Этана, и увидела, что он был полон вампиров. Этан, Малик, Лейси, библиотекарь, Майкл Донован, но пустой — без памятных подарков. Несмотря на кризис или благодаря ему, кто-то убрал безделушки Этана — трофеи, фотографии, физическое напоминание о времени в Доме.

Это было совершенно удручающе.

Я бы хотела побыть среди вампиров оставшуюся часть ночи. Но сейчас, я хотела момента с Домом, с моим Домом, чтобы попрощаться. Так что я обошла офис и направилась через коридор к задней двери, а затем и за пределы.

Холод был резким, но освежающим, словно холод проверял свою очищающую силу. Я шла к саду, с которым у Этана и у меня были общие воспоминания, и где был фонтан, выключенный на зиму.

Я оглянулась, Дом светился золотом в темноте Гайд-Парка. Три истории из камня, крови и воспоминаний.

Вопрос с ГС мы были не в состоянии решить.

Четыре убийства мы не смогли раскрыть.

И отношения, которые я нарушила.

Что, если я ошиблась? Что делать, если вступление в КГ нарушило мои обязательства перед Домом и его доверие ко мне?

А вдруг мне удалось взять все, что было хорошего в моей жизни — мое место в Доме, мою семью вампиров, и Этана — и выбросить все это в мусорное ведро по прихоти?

Из-за некоторых ошибочных убеждений, что вступление в КГ было тем, что нужно сделать? А если я сыграла неправильно, сделала неправильный выбор, и из-за этого потеряла все? Почему все так сложно? Политика. Моя дружба. Моя семья. Моя любовь.

Но, как бы хорошо и жалобно не звучала эта партия, было не время для сожалений. Это было время, чтобы насладиться воспоминаниями, что я заберу с собой. Я села на ближайшую скамью и напомнила себе, что бы я хотела запомнить о Доме Кадогана.

Ужин с Мэллори и Катчером в офисе Этана. Мой первый поход в библиотеку. Ночь коммендации Дома, когда Этан назвал меня Стражем.

Взмах крыльев над головой обратил мое внимание вверх. Темная птица, ворона или может быть ворон, летела через лужайку а затем снова через забор. Не было ли так лучше всего? Если бы также легко исчезали наши драмы и плохие решения?

Я окинула взглядом сад вокруг меня. Дело было зимой, поэтому деревья и кусты были коричневые и голые. Кто-то, вероятно Элен, установила глобус на другой стороне скамьи. Это была идеальная сфера из синего стекла. В окружении наземных фонарей, его выпуклая поверхность деформировала образ сада.

Я передвинулась вдоль скамьи и уставилась в него, желая просветления и мудрости. Мое лицо было деформировано в стекле, мой нос стал ястребиным, щеки розовыми. Это была другая точка зрения на то, кем я была… и то, кем я стала. Солдат остается им, даже если не всегда все успешно.

Я встала и расправила куртку. Если я собиралась быть солдатом, и если мы все собирались покинуть это конкретное судно, я должна была сделать это с остальной моей командой в Доме, с которыми я построила так много воспоминаний, а не здесь, в темноте и холоде, в одиночку.

* * *

Мой телефон просигналил о новом сообщении, когда я вернулась в Дом.

Именно от Джонаха. "СООБЩЕНИЕ ОТ ЛАКШМИ" — писал он. Мое сердце забилось.

— И? — спросила я его.

"ОНА ГОВОРИТ — МЕРИТ ОБЯЗАНА МНЕ БЛАГОМ".

Я остановилась на месте, уставившись на это сообщение. Я бы предложила все, что угодно прошлой ночью в обмен на местонахождение яйца. Она сказала, что я должна ей благо… потому что она уже сказала мне все о местонахождении?

"ОНА НЕ ОТВЕЧАЕТ НА СООБЩЕНИЯ", добавил Джонах, что, как я предположила, означало, что мы получили от нее все, что нам было нужно.

Мои руки начали дрожать от адреналина. Я закрыла свои глаза, блокировав себя от отвлекающих факторов, и попыталась вспомнить, что она говорила о яйце, о том, где оно могло быть спрятано. Оно было спрятано в высоком месте? Месте почета?

"Или, в месте высокой связи" — прошептала я, открыв глаза снова. Но где это может быть? "Место большого почета" может быть практически в любом месте, если у него было буквальное значение "высокий". В Чикаго полно высоких зданий, в конце концов. Может ГС спрятал его в Башне Уилис? Или в здании Хэнкок?

Что сказал Габриэль? То, что я должна быть осторожна, и не давать им слишком много кредитов на ограбление. ГС не смог бы четко выполнить кражу яйца за тот промежуток времени… Я видела, это для себя.

Но что, если, как и Габриэль умело распределял карты, так и кража была какой-то иллюзией? Может быть, пришло время взглянуть на то, что произошло во время церемонии ГС.

Я убрала телефон и побежала обратно в офис Этана, где Малик и переходная команда столпились вокруг его стола.

Этан стоял в нескольких футах, оглядывая вампиров и кипы материалов на его столе. Инструменты, которые были не в состоянии помочь ему решить проблемы, стоявшие перед ним.

Но, возможно, я могла бы помочь. Я подошла к нему, положила руку на его руку.

— Мне нужно поговорить с тобой.

Выражение его лица не изменилось, я видела, что он пытался скрыть свою надежду. — О чем?

Я облизнула нервно губы.

— Я не совсем уверена. Но я говорила с конкретным источником, который ты не одобряешь, и скажу просто, я думаю, это стоит проверить.

Он смотрел на меня мгновение в тишине. — Мерит, — начал он, и я знала, что он собирался сказать мне, что я неправа.

Но я не ошибалась. Я был права, и я знала это. Я просто не была уверена, насколько я была права.

— Я прошу тебя поверить мне. Я знаю, что я не умею быть "приятной" девушкой, но я старалась изо всех сил, когда присоединилась к этому Дому без своего согласия, я могла бы также добавить "для защиты" его. Чтобы держать его в безопасности.

— Без твоего согласия?

Я слегка улыбнулась. — Я сказала это только чтобы снять напряжение. Но это не главное. Просто дай мне несколько минут, Этан. Порадуй меня.

Этан постучал пальцами по бедру, несомненно, обдумывая, может ли он потратить драгоценные минуты на непроверенный план, вместо работы над планами, которые уже есть.

Не говоря ни слова, он стал спускаться по коридору. Я последовала за ним, боясь, что он откажется поверить мне, потому что был все еще зол на меня, или потому, что идея была действительно плоха.

Но он вышел из своего кабинета и направился к лестнице, а затем спустился в подвал. Кабинет OПС гудел. Верхний экран показывал группу фотографий, картинки вампиров Дома Наварра, некоторые из них были перечеркнуты, видимо потому, что Люк снял с них подозрения в убийстве.

Я была удивлена, что электроника была все еще здесь, и в рабочем состоянии. Но существовал чрезвычайный план для кабинета OПС — электромагнитный рубильник, который при нажатии, уничтожит всю электронику там, где она стояла.

Люку не придется беспокоиться об ее упаковке; при этом он не должен беспокоиться, что какие-либо новые жители Дома Кадогана воспользуются нашей важной информацией.

— Сеньор? — спросил Люк, взглянув на нас, когда мы вошли. — С вами все в порядке?

— Мы должны увидеть видео церемонии ГС, — сказал Этан. — Можешь ли ты это устроить?

— Гм, конечно. Могу ли я узнать, в чем проблема? — Люк быстро нашел видео и запустил его.

Четыре минуты спустя, на видео Гарольд Moнмут снова присоединился к ГС, как будто он никуда не уходил.

— Проверь его руки, — сказала я, и Люк приблизил изображение.

Его руки были пусты.

— Можем ли мы быть уверены, что он входил в Дом? — спросил Этан.

— Мы можем, — сказал Люк. — Есть также камера на задней двери.

Люк включил просмотр и перемотал немного, и конечно же, Гарольд вошел внутрь… и четыре минуты спустя вышел назад… опять же, с пустыми руками

— Он вошел в Дом, и он снова вышел, — сказала я. — Яйцо было взято, но его не было в его руках, когда он уходил.

Я взглянула на Этана. — ГС знал, они должны были бы вернуться в Дом Кадогана с яйцом, чтобы заплатить феям за изгнание нас и взятие под контроль. На самом деле, они рассчитывали, что мы сами уйдем и дадим им возможность не рисковать кровопролитием. Они также должны были думать, что мы прочешем город в поисках его… и последнее место, где мы бы стали искать, было прямо здесь, у нас под ногами в Доме Кадогана.

— Яйцо дракона находится в Доме, — сказал он, с изумлением в голосе, глядя на меня с благоговением, затем обернул меня в гигантском объятии, что успокоило мое сердце… и любую другую часть меня. — Он оставил его в проклятом Доме!

— Черт, Страж, — сказал Люк, вставая и хлопая меня по спине. — Ты послушалась меня. Его, а также члена-ренегата ГС, и оборотня. И конечно, и его тоже.

— Есть одна проблема, — сказал Люк, проверяя часы на стене. — У нас не так уж много времени, пока они не прибудут, а это большой Дом.

Этан посмотрел на меня. — Твой, э-э, источник предоставил тебе какую-нибудь подсказку о том, где это может быть?

— Высокие связи. — сказала я, — Они сказали, что в "месте высоких отношений".

Этан и Люк обменялись взглядами.

— Моя квартира, — сказал Этан.

— Возможно, в библиотеке? — Люк покачал головой.

— Библиотекарь не оставлял ее для церемонии. Он бы знал, если бы кто-то входил.

— Бальный зал?

Этан кивнул.

— Ты останешься здесь. Я проверю бальный зал. Мерит, проверь квартиру.

Я кивнула и бросилась назад к лестнице, пролетев три лестничных пролета я рывком открыла двери нашей квартиры и начала прочесывать комнаты.

Я выдвинула ящики в шкафу, раздвинула шторы, отодвинула в сторону одежду в шкафах. Я распаковала подушки, проверила под тахтой, залезла под кровать.

Я не нашла ничего. Побежденная, я вернулась в прихожую тогда же, когда Этан взбежал по лестнице, тяжело дыша.

— Есть что-нибудь?

Я покачала головой, в то время как его часы издали звуковой сигнал. Тяжело дыша, он посмотрел на них.

— Они здесь, — сказал он. — Феи на улице.

Я покачала головой. — Это не конец. Оно здесь, Этан. Я это знаю.

— Я не могу позволить им пролить кровь в этом Доме, — сказал он, его поза и выражение были побитыми. Он повернулся назад к лестнице. — … но я отказываюсь сдаваться.

"Высокий почет", — пробормотала я, делая только один шаг вверх по лестнице. — "Высокие связи. Высокий, значит престижный? Высоко, как на наркотиках? Высокий, противоположное низкому?"

Я остановилась. — Высокий, как противоположность низкому.

Этан оглянулся. — Мерит?

— Это означает, высокий в высоту, — сказала я, действия и память слились вместе. — Я знаю, где оно находится. Иди вниз. Я приду к тебе. Я обещаю.

Он посмотрел с сомнением, но я не стала ждать аргументов и побежала обратно к двери в конце коридора, которая вела не только в комнату, но и на чердак… и на крышу Кадогана.

Комната была пуста, но откидная лестница, была уже развернута. Воздух с чердака был холодным и несвежим. Я бросилась к открытому люку, и выбралась через него на стропила и изоляцию. Огляделась вокруг, но ничего не увидела.

Но окно наружу, которое вело на крышу Дома, было открыто.

— Черт побери, — сказала я, бросаясь к окну и выходя наружу, в ночь, на крошечный балкон окруженный перилами из кованого железа. Я упала на колени и стала искать под черепицами, приподнимая их одну за другой, в темноте, ожидая, почувствовать одновременно и золото и эмаль. Я знала, что искала… но все же так ничего и не нашла. Я снова встала, глядя вниз, на вампиров и фей выстроившихся на газоне, ожидая, когда выйдет Этан.

На мгновение у меня закружилась голова, и чтобы сбалансировать себя, я уперлась рукой в кровельную дранку и почувствовала под шершавой бумагой что-то округлое. Я приподняла ее, сунула свою руку в отверстие… и вытащила пакет обернутый шелком.

— Я считаю, у вас есть что-то, принадлежащее мне.

Я оглянулась. Гарольд Moнмонт стоял у окна, хмуро глядя на меня темными глазами и с жестким выражением. Феи были здесь, пришли за трофеем. Но у меня были другие планы.

— Думаю ты ошибаешься, — сказала я, не дожидаясь его аргументов.

Когда он протянул руку, чтобы схватить меня, я вскочила на перила балкончика, а затем сделала шаг в ничто.

У вампиров были особые отношения с гравитацией, и это было то, что я научилась использовать. Через секунду, зажав яйцо дракона в руке, я с глухим стуком приземлилась на корточки в траву, привлекая к себе все внимание.

Со всей имеющейся бравадой, я встала и направилась к Этану с трофеем в руке лукаво улыбаясь. — Сеньор, я полагаю, вы искали это.

Толпа разразилась шумом и криками ура. Вампиры Кадогана, насмехались над членами ГС и феями.

Но фей не заботило, кто принесет им приз. Они просто хотели получить его в руки.

С полным достоинством, Этан осмотрел всю линию фей во дворе, затем посмотрел на Гарольда, Дариуса, Лакшми и остальных членов ГС.

— Я полагаю, вы здесь, чтобы получить яйцо дракона?

— Оно наше, — сказал один фей, шагнув вперед. — Сделано нашими руками.

— Возможно, — сказал Этан, — но оно было создано для одного из наших, отданное нам как оплата вашими. Это принадлежит нам по праву. Хотя своими делами, вы доказали, как мало вас заботит то, что правильно.

Было изобилие хмурых лиц среди фей.

— Но сегодня я сам предлагаю вам его: Возьмите наше драконье яйцо. И в свою очередь, поклянитесь нам, что феи не будут больше сотрудничать с Гринвичским Советом или угрожать вредом Дому Кадогана.

— Похоже, ваш план был… сорван, — сказал Этан, обращаясь к ГС.

— Они были только нашим инструментом, — ответил Дариус. — Вы нарушили правила, и мы имеем право на ваш Дом, независимо от оружия, что мы применили для давления.

— Ну, эта ваша позиция неудачна, поскольку неправильна. Чего вы не смогли предвидеть, Дариус, так это то, что подняв оружие против этого Дома и его вампиров, вы довольно значительно нарушили ваш контракт с Питером Кадоганом. — улыбка Дариуса исчезла.

Этан сунул руку в свой карман. — А вы знаете, что происходит, когда вы нарушаете контракт? По его условиям, обязательства Дома Кадогана перед ГС растворяются.

Этан щелкнул пальцами. — Исчезают. Мало того, что вы не получите Дом, вы также не получите чек. Мы позвонили в банк, и они более чем счастливы, чтобы наши значительные активы в целости и сохранности лежали в пределах их хранилища.

Этан скрестил руки на груди и приподнял бровь на Дариуса. — Так как вы потеряли свою армию и проиграли вашу битву, я предлагаю вам покинуть мой газон.

— Это еще не конец, Этан, — сказал Дариус сквозь зубы.

— Я уверен, что это не так, — сказал Этан. — Все справедливо в любви и на войне, в конце концов.

В настоящее время их поражение было очевидно, и Дариус с членами ГС начали отступать к воротам дома, а Этан был окружен вампирами Кадогана празднуя нашу победу.

Но он встретился со мной взглядом над толпой, обещание было в его глазах и в словах. "Все в шоколаде. Мир", — сказал он тихо.

Я предположила, что это была моя награда, но это была не моя заслуга.

Я была только сосудом для подсказки, которую кто-то дал мне. Взглянув через море вампиров, я посмотрела в глаза Лакшми Рао. Она не сдвинулась с места, плечи прямые, выражение надменности, достаточной, чтобы претендовать на членство в ГС.

Она снова посмотрела на меня, и в ее глазах было очень ясное напоминание: Ты должна мне.

Когда она исчезла из Кадогана с остальными, я содрогнулась.

* * *

Холод загнал нас внутрь, и мы собрались в фойе в то время как Элен, Марго и их помощники распаковывали хрустальные бокалы и разливали шампанское.

— Послушники, — крикнул Этан. — было бы наивно с моей стороны сказать, что сейчас мы находимся в мире, свободном от вызовов. Мы вампиры-изгои, и если раньше ГС не были нашими врагами, то после сегодняшнего ГС, несомненно, наш враг. Наши охранники ищут убийцу, который часто посещает наш город. Но мы вампиры Кадогана поднимем бокалы, — сказал он, поднимая бокал, — а затем вернемся к работе. Как босс, я думаю, с улыбкой.

В течение нескольких минут я блаженствовала, позволяя Люку угощать меня слоеной вяленой говядиной. Я сделала компетентный вид, когда он знакомил меня с вампирами сидящими вокруг нас.

Но то, что мы нашли яйцо стало уроком и людям и вампирам. Хорошие люди и оборотни, никогда не знают, когда им нужно воспользоваться своими мозгами.

Через несколько минут, я встала, чтобы найти Этана. Мне нужно было вернуться к работе, но прежде мы должны были очистить воздух. Я бы показала ему, я надеялась на это, что от КГ была польза Дому, а не бремя. Связь, которая работала на общее благо хороших вампиров.

Я шла в свой кабинет и найдя дверь приоткрытой, заглянула внутрь. Он и Лейси стояли в центре комнаты. Выражение Этана было вежливым. — Я ценю, что ты пришла. Ты хороший Мастер, и ты еще лучший экс-послушник.

Он дразнил Лейси, но ее выражение оставалось серьезным, и не вызывало сомнений, что было у нее на уме.

— Этан, я должна сказать следующее — тебе пора всерьез задуматься о твоих отношениях с Мерит.

— Лейси. — начал он, но она прервала.

— Тебе нужен кто-то сильный. Кто-то почетный. Тот, кто не собирается бежать в объятия другого вампира посреди кризиса. Тебе нужен кто-то, достойный этого Дома. Кто-то достойный тебя.

Однако, как бы она не хотела его, она не имела права уменьшать то, что он сделал — взял долю, предназначенную для меня, он сделал это не задумываясь. Это было время, чтобы очистить воздух, поэтому я толкнула дверь и вошла внутрь.

Лейси увидела меня, и прежде чем я смогла заговорить, она протянула руку, схватила Этана за лацканы… и поцеловала его отчаянно.

— Боже! — сказал Этан, отталкивая ее назад и вытирая рот рукой. — Лейси, возьми себя в руки.

— Она дала тебе умереть, — стояла на своем Лейси. — Она не смогла защитить тебя. Ты знаешь, что это сделало с нами? Со всеми нами?

Думая, что лучше свести количество свидетелей этой драмы до минимума, я закрыла за собой дверь с громким стуком.

Этан оглянулся, его глаза расширились, вероятно интересуясь, что я видела.

— Если ты собираешься оскорблять меня, по крайней мере, уважай достаточно, чтобы оскорблять меня в лицо. — продолжила я спокойным тоном, но мой голос был достаточно громким, чтобы нестись через всю комнату.

На долю секунды, я увидела страх в глазах Лейси. Но потом в одно мгновение он исчез, уступив место надменному высокомерию.

— Это так ты тренируешься Страж? Чтобы быть разрушительной? Чтобы быть бесчестной? Она сделала тебя рогоносцем, Этан. И врала тебе обо всем.

Она полезла в карман и вытащил монету со Святым Георгием, которую дал мне Джонах.

— Я нашла это на полу твоей квартиры, и она воняет Домом Грей.

Мои глаза расширились, и мне только и удалось, что не полезть в карман и подтвердить, что монета пропала. Точно пропала, она должно быть выпала из моей куртки. Выражение лица Этана сочетало печаль, ярость, разочарование и недоумение.

— Ты была в квартире?

— Да, потому что я права, Этан. Я всегда была права насчет нее. Мне все равно, кто ее отец. Она нечестна, и она причиняет тебе боль.

Я подумала, может Этан оценит иронию, что двое его вампиров-учеников действовали без его разрешения, потому что они были уверены, что были правы. Я действовала для Дома. Лейси действовала… для Этана? Или для себя? Неужели она действительно верит, что я была так опасна, как она сказала, или это было лучшее оправдание тому, что она встала между нами?

А потом был выстрел о моем отце, который, конечно был, не от ее любви ко мне. Это было чувствительное место, о котором она должна была знать. Этан почувствовал рост моего гнева и поднял руку, чтобы остановить меня от выступления.

— То, что ты вошла в наш дом без разрешения — неприемлемо.

"Наш дом", сказал он. Слезы почти выскочили на моих глазах, вызванные этими двумя маленькими словами, но я загнала их обратно. Я сделала это, потому что не хотела плакать перед ней.

Она побледнела, также как и я.

— Я сделала это, чтобы помочь, Этан. Ты должен знать это. — Она протянула монету снова. — Смотри! Посмотри на это. Это доказывает то, что я говорю.

— У Мерит нет никаких оснований стыдиться этой монеты. И у тебя нет никаких оснований беспокоиться о ней.

Подождите, это Этан защищает меня… и КГ?

— Ты знал об этом? — спросила она.

Этан не ответил. Он просто протянул руку, держал ее так, пока Лейси не уронила монету в нее. А потом он повернулся и протянул ее мне.

— Я полагаю, ты уронила, Страж? — Его глаза были непостижимы.

— Да, да, — сказала я, а затем засунула ее снова в карман.

Этан посмотрел на Лейси. — Я думаю, тебе пора возвращаться в Сан-Диего, — сказал он. На этот раз его тон не был похож на разговор Мастера с коллегой, так Мастер говорит с послушником, в котором был разочарован.

— Этан.

— Лейси, я не хочу, чтобы мной манипулировали. Наши отношения давние, и я ценю их. К твоим услугам всегда этот Дом, но ради этих отношений, эти главы необходимо закрыть. Если ты не можешь закрыть их по своему усмотрению, я буду вынужден закрыть их за тебя.

Она сухо кивнула, и слезы начали закипать в ее глазах. — Сеньор, — сказала она, затем повернулась на пятках и пошла к двери, открыла ее и исчезла в коридоре, оставив ее приоткрытой.

Мне было интересно, осталась ли у нее надежда, что, возможно, Этан передумает и перезвонит ей. Этан посмотрел на меня. Впервые за эти дни, я увидела намек на улыбку. — Святой Георгий?

— Это был подарок от КГ. Знак моего членства. Спасибо за прикрытие меня.

— Последнее, что нам нужно, это Лейси, верящая, что она обнаружила заговор между тобой и Джонахом, чтобы разрушить Дом.

— Этан, это не про меня. Я Страж этого Дома потому что ты знал, что я не стану слепо следовать твоему диктату или диктату ГС.

Этан издал саркастический звук.

— Похоже, на это мало шансов.

Я взяла его за руки. — Если бы я подумала хоть одну секунду, что мне нужно присоединиться к КГ, чтобы следить за тобой, Мастер, мы не были бы вместе. Ты научил меня быть вампиром, быть солдатом и заступаться за тех, чьи голоса не услышаны политиками в нашем мире. Даже если ты не чувствуешь этого, но это дань уважения КГ тебе, а не восстанию.

Он посмотрел на меня, и должно быть был удовлетворен увиденным в моих глазах.

— Следуй своей интуиции, Мерит. Если ты уверена, что КГ является частью твоего пути, как вампира, иди до конца. Но помни, что мы — твой приоритет.

Он слегка улыбнулся, так что я наклонилась и прижалась губами к его губам.

— Всегда, — сказала я. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. Я могу принять твое членство в КГ, потому что я знаю, кто ты. Потому что я знаю, что ты будешь делать все для улучшение жизни вампиров этого города. Времена такие, какие они есть. Но то, что я считаю приемлемым не означает, что так же считают и другие. Кто еще знает?

— Никто другой. Ну, Дом знает, что мы поссорились, но не знает из-за чего, то же самое с Мэллори.

Этан прищурился.

— Что? Мне нужно было поговорить с подругой.

— И что она сказала?

— Она была раздражена от твоего имени.

Он выглядел самодовольным. — Постарайся не говорить никому о твоей сверх-секретной принадлежности, если ты сможешь справиться с этим.

— Я сделаю все возможное. И если когда-нибудь забуду и дам объявление в Сан-Таймс, по крайней мере, мы останемся друг у друга.

— Так мы и сделаем. Я приму твое членство в КГ, но ты не должна никогда делиться своей кровью с ним опять, ты будешь в ответе передо мной.

Его глаза посеребрились, в то время, как он пристально смотрел на меня.

Пьянящая смесь страха и похоти в воздухе заставила мою голову кружиться.

— Ты сказал, что ты не ревнивый. — возразила я, отступая назад. — Ты сказал, что ты и я были неизбежны.

— Это было до того, как я узнал, что ты связала себя кровью с человеком из другого Дома, Страж.

Без предупреждения, и прежде чем я успела поправить его, он протянул руку, схватил края пиджака, и поцеловал меня отчаянно.

— Ты моя и только моя, и мне кажется, тебе нужно напомнить об этом. Я предлагаю тебе вернуться в нашу квартиру. В противном случае ты будешь изнасилована здесь и сейчас, там, где ты стоишь, и при открытых дверях.

Я смотрела на него, и вся рациональность оставила меня, я не могла произнести никаких возражений, все ускользало из моей памяти. Я была благодарна за то, что жива, и что рядом со мной Этан — в расцвете сил альфа-вампир, хищник.

И это было опьяняюще. Но это не значило, что я не собираюсь оспаривать отношения. Я знала, что мои глаза посеребрились и что он это видел, но проигнорировал.

— Ты этого не сделаешь.

Он опустил голову, его губы на моем ухе. Инстинктивно моя кровь запела, я опустила голову, давая ему доступ к своей шее.

— Сделаю, Страж.

— Этан, — пробормотала я, голосом толкая его через край.

— Слишком поздно, — сказал он, отходя к двери кабинета, хлопнул ею и закрыл на замок за собой. Прежде, чем я успела возразить, он снова был возле меня, и его рот был на моих губах, пируя, руки заявляли права на каждый сантиметр моего тела. Он стащил с меня куртку и бросил ее на пол.

— Ты хищный, — сказала я тихо.

Он сделал шаг вперед, чтобы наши тела слились, взял рукой за подбородок. — Я буду в тебе. В теле, в уме, в душе. И я не буду делить тебя с кем-либо еще.

Он был в полном режиме альфа-игры, говорящей о владении и собственности.

Я была умной женщиной, хорошо образованной. Но это не уменьшило влияния его первичного, хищного желания. Если бы он попросил меня броситься на колени и ползти к нему, я возможно сделала бы это.

К счастью, в этом не было никакой необходимости. Я схватила подол его рубашки и потащила ее вверх и над головой, растягивая время, чтобы насладиться видом: гладкая, вечно золотистая кожа над мышцами.

Я скользила руками от его талии к груди, упиваясь от того, что чувствовала его.

Он сделал шаг назад, поднял обе руки, а затем провел руками по золотым волосам. От движения напряглись косые мышцы живота и сжался плоский живот.

— Понты.

Этан усмехнулся и поманил меня пальцем.

— Я не двигаюсь по команде. — напомнила я ему.

Он расстегнул верхнюю пуговицу своих джинсов. Мои глаза расширились.

— Подлый ублюдок.

Я грызла губу от удовольствия, наблюдая за прошлым, настоящим и будующим Мастера Дома Кадогана, не в состоянии отказаться: рубашка на полу, джинсы расстегнуты, его возбуждение очевидно.

Без застенчивости, он взял мою руку и положил на свою эрекцию. Ритмичными движениями, он двигал моей рукой туда и обратно, в то время как я сидела на краю стола, обернув ноги вокруг его бедер.

— Ты хочешь меня, — сказал он.

— Я не переставала хотеть тебя. С момента, как я вошла в этот Дом, и на протяжении всех этих месяцев.

Он на мгновение замер, может, в шоке от ответа, но его глаза снова стали жесткими.

— Сними рубашку, — сказал он.

Но я не выиграла Этана Салливана, а он не выиграл меня. Моя игра — это увядание лилии его "альфы" хищника. Я подняла голову.

— Я не твоя собственность.

— Разве? — услышав мой отказ, он двинулся вперед и схватил подол моей рубашки.

Задевая пальцами мою кожу, он тянул ее вверх, все дальше и дальше, пока не показался мой лифчик. Когда рубашка и белье исчезли, его глаза застыли на моей обнаженной груди.

Он использовал рот, зубы и язык, чтобы заставить меня, и когда я была в огне, избавил меня от остальной одежды. Мое тело подчинялось его рукам, как корабль его командам.

Не было ни одной части меня, которая не была бы в огне для него. И когда я молча позвала его, — Этан, пожалуйста, — он отреагировал, нe тратя время на предварительные игры, это не то, что мне было нужно.

Толкнул свои бедра, и был внутри меня — двигаясь передо мной голым, шепча у моих губ и выбивая вздохи из моего тела.

— Посмотри на меня, — сказал он. Но когда я уронила свою голову на его плечо, он взял мой подбородок рукой и повернул лицом к себе. — Мерит. Посмотри на меня, черт побери.

Его глаза, уже чистое серебро, движения неуловимые как ртуть. Он держал меня и смотрел, как он двигается все быстрее, как сталкиваются наши тела и сердца, и я смотрела с благоговением, шоком и полным возбуждением, как его зрачки сузились, губы его задрожали… и он достиг своего удовольствия.

Я смотрела на сладкую агонию выступившую на его лице, и подумала, я никогда не видела ничего более запоминающегося, чтобы отложилось глубоко в моей душе, как выражение на его лице.

Но к каждой истории, есть другая глава.

* * *

Два часа спустя, мы поднялись наверх и все еще лежали томные и голые на кровати, которую мы использовали для любви. Я лежала на животе, Этан лежал рядом со мной, его пальцы гладили мою спину, спускаясь вниз, когда снова наступил рассвет.

— Итак, у нас все хорошо?

— Мне определенно хорошо.

Я шлепнула его по плечу. — Ты знаешь, что я имею в виду.

— У нас все хорошо, — подтвердил он. — И если он хоть раз положит руку на тебя, он пожалеет об этом.

— Большое самомнение?

Он улыбнулся, львиной улыбкой, совершенно по-мужски, крайне высокомерно, совершенно гордо.

— Это не самомнение, если это хорошо работает. Увидим ли мы, Страж, насколько хорошо это работает?

Я была далека от того, чтобы спорить.

## Глава 17. НИКОГДА НЕ ОТДАМ

Проснувшись, я нашла Этана на другой стороне кровати, связывающего свои волосы коротким кожаным шнурком. Он был без рубашки, но одел штаны для боевых искусств.

— Куда-то собираешься?

— На тренировку, — сказал он. — Последние несколько дней были очень напряженными. Мне нужно поработать над этим.

Я села на своей стороне кровати, ухмыляясь ему. — А вчерашней вечерней тренировки было не достаточно?

— Для меня недостаточно, не то, что для тебя, хотя я благословляю день, когда ты решила заниматься балетом и работать над своей гибкостью.

Я почувствовала, что покраснела до самых ног. Этан направился к окну. Обернув простыню вокруг своего тела, я подошла к окну, волоча за собой египетский хлопок. Снаружи была пасмурная ночь и все еще, как и накануне, бушевал зимний шторм.

— Сегодня вечером идет снег, — сказал Этан.

Я посмотрела на него. — Что ты будешь делать после своей тренировки?

— Работать с Майклом над нашими протоколами безопасности. Поскольку член ГС смог достаточно быстро войти в Дом и выйти, мы, очевидно, имеем прорехи для заполнения.

— Хороший вызов, — сказала я, хотя была уверена в том, что сигнализация на дверях в спальни и камеры слежения в помещении решили бы данную проблему.

— Я полагаю, ты направишься в кабинет ОПС, когда закончишь все здесь?

— Это мой план. Люк искал в Наварре вампиров, так что я надеюсь что-то выскочило там. Я также хочу позвать Джеффа, чтобы узнать не нашел ли он что-нибудь нового. И я посетила своего отца, — добавила я.

Этан посмотрел на меня, явно пораженный. — Когда?

— Во время нашей эскалации напряженности.

— Что же он сказал?

— Во-первых, он извинился. Я попросила его найти информацию о владельце здания, в котором были убиты Оливер и Ева. Джефф ничего не нашел, и может быть, фактов больше не осталось, но я подумала, что стоит попробовать.

— Это хорошая мысль, Страж. Возможно, ты получишь свой ключ. Увидимся с тобой позже. — Он поцеловал меня в щеку и направился к двери, шагая по паркетным полам.

С одним кризисом мы разобрались, но существовал еще один кризис, я уронила простыню и нырнула в душ, где окунулась под клубящуюся паром горячую воду, благодаря Богу я все еще была в Доме Кадогана, а не в гостинице на другом конце города, где сидя в гостиной на чемоданах, я размышляла бы о своем вампирском будущем.

Когда я достигла кабинета OПС, каждый занимался своей задачей, но Люка нигде не было видно. В самом деле, кабинет OПС был практически пуст, за исключением Линдси и нескольких временных секретарей.

— Где все? — задалась я.

— Я считаю, что ты захочешь пройти дальше в дверь, — сказала Линдси. — Этан и Джонах проводят спарринг.

— О, ты не можешь быть серьезной, — сказала я. Честное слово, она шутит.

Но она определенно, определенно не шутила.

Они стояли в центре ковра, без рубашек, Джонах также надел брюки для боевых искусств. Воздух был насыщен магией и запахами пота и крови.

За то время, что я одевалась и спускалась вниз, они занимались выбиванием дерьма друг из друга, и они явно не щадили себя.

Глаза Джонаха были в синяках, губы разбиты и опухли. Этан хромал, его левая нога, очевидно, пострадала, а костяшки пальцев ободраны и в крови.

Я вошла в комнату, когда Джонах вытирал кровь со своей челюсти. Он подтолкнул Этана, который смотрел на меня.

Я скрестила руки и уставилась на них.

— Джонах добровольно решил немного попрактиковаться в спарринге, — сказал Этан.

Лжец.

Но Джонах, который разрабатывал легенду с ним вместе, кивнул. — Старик выбрал борьбу. Я думал, что это была хорошая идея, поэтому я пошел на это.

Я посмотрела на балкон, который был полон хорошо развлекающихся вампиров. — Не могли бы вы оставить нас на минутку? — попросила я.

Видимо, у меня не было никакой власти над ними, они все посмотрели на Этана, который кивнул, и тогда они вышли из комнаты. Когда она опустела, я посмотрела обратно на Этана и приготовилась сражаться.

— Там на свободе убийца Чикагских вампиров, — сказала я. — И вы могли бы сотрудничать. Что черт возьми, происходит?

— Нам нужно было очистить воздух. — Сказал Этан, серебро сверкало в глазах, когда он уставился на Джонаха.

Выражение лица Джонаха было удивительно спокойным, он кивнул в знак согласия.

— Зачем?

— Из-за тебя, — сказали они одновременно.

Я была совершенно изумлена, что двое взрослых мужчин, более чем взрослые хронологически, тратят свое время, нанося удары друг другу.

— И это был лучший способ, которым вы могли это сделать?

— Да, — ответили они одновременно.

Я положила руки на бедра и закрыла глаза. — Это очень смешно и очень обидно.

— Это было необходимо, — проскрежетал Этан. — Границы необходимо было установить.

— Как будто существовал хоть какой-нибудь риск нарушения границ. — возразил Джонах. Магия снова стала расти, и было ясно, что они на самом деле не выяснили ничего.

— Ты считаешь себя ее "партнером", — сказал Этан. — В КГ. Ты ее романтический партнер.

— Я точно нет. Может ты напомнишь когда?

Глаза Джонаха стали жесткими. Я думаю не потому, что он ревновал, а потому, что Этан нанес удар по его чести.

— Она мой партнер, — сказал Джонах, — Потому что она согласилась бороться со мной для защиты вампиров в этом городе. Если ты не понимаешь всего этого, не можешь уважать этого, то ты тот, у кого проблемы, а не я.

— Эй, — прервала я. — Я не игрушка, за которую можно бороться. — Я указала на Джонаха. — Я его коллега, — Я указала на Этана. — и его подруга. Таковы границы, и таковыми они будут оставаться.

— Мы должны были быть уверены в этом, — сказал Этан.

— Вам нужно было просто обменяться мнениями, — возразила я и посмотрела на Джонаха. — Я все еще учусь быть такой как ты. Ты мой партнер, поэтому я ценю, что ты готов держать удар за меня.

Я подошла к Этану и уставилась на него. — А тебе все об этом очень хорошо известно, Этан Салливан.

Я направилась к двери, затем оглянулась назад, чтобы увидеть, как Этан протягивает руку. Через некоторое время Джонах пожал ее.

Боже, спаси меня от мальчишек.

* * *

В то время как Этан и Джонах заканчивали проверять на прочность свой тестостерон, я вернулась в кабинет OПС посмотреть на нашу доску. К сожалению, никаких зацепок чудом не появилось за ночь.

— Похоже, ты многое сделал, — сказала я Люку, фотографии Наваррских вампиров на проекционном экране ответили на вопрос. Каждая фотография была была помечена «X».

— Да, но не так, как мне хотелось. Я говорил с Уиллом, там нет ни одной зацепки, — сказал Люк, поворачиваясь на стуле кругом чтобы сесть во главе стола.

— А как насчет биометрии? — спросила Линдси. — Что слышно от Джеффа об этом?

— Я ничего не слышала, — сказала я, поднимая телефон. — Давайте сделаем это сейчас.

Джефф ответил на вызов почти немедленно, но была такая какофония музыки и визга в фоновом режиме, что я едва слышала его.

— Выключи музыку! — закричала я, отводя динамик от своего уха, пока грохот не стал похож на шум от драки в баре. — Что там происходит?

— У нимфы день рождения! — прокричал он, пытаясь перекричать музыку.

Я закатила глаза. — Не мог бы ты выйти на улицу?

— О, да! Конечно! — Мгновение спустя я услышала хлопанье дверью и грохот значительно уменьшился. — К сожалению, это обязательная для нимф вещь. Я собирался позвонить тебе, как только бы освободился.

— Есть что-нибудь по биометрии?

— На самом деле, да. Оказалось, что это довольно распространенная вещь. Это не сканер для отпечатков пальцев или сетчатки глаза. Она сканирует кровь.

— Нашу кровь? Каким образом? И для чего?

— Крошечный укол, — сказал он. — Небольшой укол берет и сканирует кровь.

Но это не для ведения поиска или изучения наследственности вампиров. Он брался только у вампиров, которые были созданы Селиной.

И у нас был победитель.

— Таким образом, простой вампир Наварры не мог войти, это мог быть один из вампиров порожденных Селиной.

— Совершенно верно.

— Спасибо, Джефф. Это здорово. Удачи в твоей партии.

— Позже, Meр.

Он повесил трубку, и я сделала то же с такой благодарностью, потирая ухо пострадавшее в некоторой степени. Я была уверена, что мои барабанные перепонки получили столько децибел, что уже никогда не захотят это испытать снова. Никогда.

— Новости?

— Одна из нимф отмечает день рождения, и биометрический сканер в Наварре определяет, был ли это один из последователей Селины.

Люк присвистнул. — Это хорошая технология. И это дает нам подозреваемых. — Он подошел к доске, зачеркнул НАВАРРСКИЙ ВАМПИР в списке подозреваемых, и добавил ПОРОЖДЕННЫЙ СЕЛИНОЙ.

— Много ли рожденных Селиной живет не в Доме Наварры?

— Да. Эта ночь, чтобы попробовать поискать что-то новое. — Его голос звучал более тихо и более торжественно. — Мы находимся на грани чего-то, ты понимаешь?

— Поверь мне, — сказала я. — Я понимаю.

Марго помогла мне заполнить поднос напитками и закусками, в том числе бутылками с Сарсапарелью, что так нравилась Люку.

Я была на полпути в коридоре, когда Этан, теперь одетый в джинсы и в футболку с три четверти рукавами, вышел из своего кабинета. — Хотела бы ты пойти пообедать?

Я посмотрела вниз на поднос в моих руках. — У меня уже есть ужин.

— Я думал о настоящем обеде, со столом и официантками. Я умираю от голода, и я не хочу есть за своим рабочим столом. Я хотел бы сходить в закусочную всего в нескольких минутах ходьбы от Дома и подумал, что может быть ты случайно знаешь такое место?

Конечно, я знала место, я знала много мест. Если бы только на вопросы, которые он обычно задает, было так легко ответить.

— Что бы ты хотел? — спросила я.

Он провел рукой по волосам.

— Бургеры, может быть? Но ничего модного, ничего вульгарного. Отсутствие даже тени этого, все того, что "отличает" их от других.

Когда я выбрала ресторан, то посмотрела на Этана. — Я отвезу.

— Ты должна. У меня нет больше автомобиля, — напомнил он мне. — Но, из любопытства, зачем тебе нужна машина?

— Потому что мы собираемся поехать в место, где собираются местные жители. Скромное. Хорошая еда. Хорошая атмосфера. Независимо от автомобиля. Ты мог бы позаимствовать… слишком много.

— Несмотря на то, что я жил в этом городе дольше, чем большинство живущих, ты боишься, что они подумают, что я турист.

— Твой автомобиль всегда такой кричащий.

— Твой автомобиль такой… оранжевый. — Отвращение в голосе было очевидным. Не то, чтобы он был не прав.

— Мой автомобиль также очень мой, и очень окупился. Я за рулем. — я подняла лоток в моих руках. — Я отнесу это вниз. Ты берешь наши пальто.

Он проворчал несколько слов, но только потому, что знал, что я выиграла.

Не дай Бог Этан Салливан позволит мне сказать последнее слово.

* * *

Гигантская неоновая вывеска над тротуаром гласила ЦЫПЛЯТА КРИСА. Когда мы открыли дверь, гигантский латунный колокольчик возвестил о нашем прибытии. Обстановка была простой и домашней, ресторан заставлен небольшими столиками с пластиковыми стульями, а также была оранжевая линия виниловых кабин вдоль одной стены.

— Садитесь, — сказала официантка в черной нарядной форме и белом фартуке, которая пронесла мимо нас поднос, на котором могла быть только манна небесная. Я не видела что это было, но это пахло как небеса на тарелке.

— Пойдем? — спросил Этан, положив руку мне на талию и направляя меня. — Ах. Запахи… вредные для здоровья.

— Я бы не сказала. — сказала я. — Это должно быть что-то обжаренное во фритюре.

Его глаза комично расширились. Мне нужно было, ради справедливости, отвезти его туда, где все было жаренным на шпажках. Он вероятно, умер бы от сердечного приступа только глядя на это.

— Возьми жаренный пирожок, — повторила я, глядя в меню и читая варианты. Что было лучше съесть, когда ты пытаешься не думать об убийстве, ты не можешь решить? Салат? Это была классическая еда самоотречения.

В мясном рулете были белки и углеводы, тяжелые как "Бегемот", это скорее снисхождение, чем наказание.

В конце концов, я остановилась на чем-то простом. Продукты, которые бы легли спокойно в желудке, даже если моя совесть не была спокойной.

— Доброе утро, — сказала я, когда вернулась официантка, вручая ей закрытое меню.

— Я полагаю, что попробую жаренный пирожок, — сказал Этан, посылая официантке улыбку и возвращая ей также меню.

— Все, что ты захочешь, сладкий, — сказала она, подмигнув, постукивая краями нашего меню на столе, чтобы выровнять их, и убирая за спину. Я задалась вопросом, не было ли в задней части "Цыплята Криса" опальной ведьмы, типа Меллори, делающей все возможное, чтобы искупить свои грехи мытьем посуды и нарезкой лука.

Я рассыпала соль на столе, а затем поставила на нее свой стакан.

— А это для чего?

Я слегка улыбнулась. — Это, как предполагается, не даст стакану прилипнуть к столу, если у тебя нет защитного покрытия. Я не знаю, правда это или нет. Я просто видела, как это делают.

— Хм, — сказал он, а затем имитировал мои движение и посыпал солью стол перед собой.

— Мы проверим "переключения"? — спросила я.

— Я знал, что я люблю тебя не просто так, — сказал он, расставляя наши тарелки, и поливая пирожок соусом с энергией человека, умирающего от голода. Не то, чтобы было что-то плохое с жаренным пирожком. Он был горячий, жирный, нормально посоленный и прожаренный.

Я подняла хлеб на своем сендвиче и полила мясо кетчупом, мерзость для некоторых, но сладость для меня. Я также налила отдельную лужицу для моего жаркого.

Когда бутылка кетчупа была снова на месте, я взяла свой сендвич в руки и откусила, а затем еще раз, и еще раз. Мы ели спокойно и по-дружески, два эмоционально исчерпанных вампира пополняли энергию.

Когда я прикончила половину своего бутерброда, я сделала бумажную обертку из своей салфетки, сложив ее в тонкую полоску, а затем свернув в кольцо, заправляя концы вместе.

Я передала ему.

— Теперь у тебя будет память об этой замечательной дате в "Циплятах Криса".

— Страж, ты даешь мне кольцо?

— Только на вид временное.

Взглянув на чек, Этан вытащил свой длинный, тонкий бумажник из своего внутреннего кармана пальто, выписал счет и оставил его на столе. Через несколько минут мы снова были в машине, ехали домой.

* * *

Мы только успели припарковать свой автомобиль, как на тротуар нам навстречу выбежала Линдси.

— Нужно быстрее попасть внутрь, — сказала она. — Марго больно.

Выброс адреналина заставил меня бежать по тротуару, шаги Этана раздавались позади меня.

Когда я вошла в дом, стало понятно, что кому-то не просто больно, кто-то пытался убить Марго. А с учетом раны на шее — не удалось обезглавливание, а наш серийный убийца — подозреваемый номер один.

— Я говорил с ней минуту назад в моем кабинете, — сказал Малик. — Она спрашивала меня о капусте. Она сказала, что в саду были зимние овощи, и она собиралась собрать некоторые из них. Я не знаю, что произошло после этого. Следующая вещь, которую я знаю, она качаясь, стояла в моей двери.

Глаза Этана пошли серебром.

— Кто-то напал здесь? В моем Доме?

Теперь наш злоумышленник был не просто Наваррским вампиром, но и вампиром Кадогана тоже?

— Я здесь, — сказала Делия, входя в комнату с вампиром, который поддерживал ее. Делия была высокой, с темной кожей и прямыми темными волосами до плеч. Она была одета в бледно-голубые скрабы и шлепанцы.

— Я собиралась принять душ. Что случилось?

— Она была атакована за пределами Дома, — сказал Этан. — Ее горло было перерезано.

Я отошла с дороги, чтобы она могли подойти ближе к дивану.

— Кому-то не хватило приложенного давления, — сказала она. — Хорошо.

Она осторожно заглянула под шарф, которым я накрыла рану и поморщилась слегка. — Это очень чистый порез — острое оружие. Часто не исцеляются порезы с зубчатыми краями. Этот порез достаточно глубокий, что потребует несколько стежков, чтобы сшить вместе края, но если я смогу перелить ей немного крови, мы сможем держать ее стабильной, пока она не излечится полностью. — Она оглянулась и нашла Элен в углу комнаты.

— Можете ли вы достать мне домашний аварийный комплект медицинского оборудования, воду, чистые полотенца, и нож?

Это был еще один акт насилия со стороны нашего убийцы. И пока он не пойман, никто не выйдет из этого Дома.

Не без специального разрешения одного из старших сотрудников. Мне все равно, собираются ли они работать, ужинать в баре, или заниматься хорошими делами.

Люк поморщился. — Сеньор. — начал он, но Этан остановил его.

— Никаких оправданий. Я не хочу слышать, что это невозможно сделать. Я хочу услышать как это будет происходить. Выясни пути. Дай понять им, что у них нет выбора. Что ублюдок ориентирован на моего вампира. А это означает, что он под моим руководством сейчас.

— Хорошо, — сказал Люк, спускаясь по лестнице в подвал.

Этан посмотрел на меня, с беспомощностью в глазах. Ему не нужно было ничего говорить мне, я знала, что он чувствовал — страх, что он каким-то образом позволил, чтобы Марго причинили боль.

— Что мы могли сделать, что еще?

— Я не знаю, — сказала я ему. — Но мы узнаем.

Входная дверь открылась и закрылась позади нас, и я оглянулась.

Мой отец стоял в фойе в строгом смокинге, с большой кипой бумаг в руках.

Охранники пропустили его в ворота, вероятно, учитывая наши родственные связи.

Я искренне надеялась, что у него есть доказательства в руках.

— Мерит, Этан, — приветствовал мой отец.

— Джошуа, — сказал Этан. — Что привело вас?

— Мередит и я были на пути домой. Мы были в центре города, и прихватили там это, пока были там.

— Приятно видеть вас, — сказал Этан, — Но если вы меня извините, мне нужно вернутся к этому.

Этан исчез. Учитывая драму в передней гостиной, я решила проводить моего отца к входной двери. — Почему бы нам просто не пообщаться на улице?

Подняв брови, мой отец оглянулся назад, выходя на улицу. — Все в порядке?

— К сожалению нет. Один из наших вампиров подвергся нападению. Мы считаем, это мог сделать убийца. Что у тебя там?

Мой отец развернул рулон, доставая несколько больших листов белой бумаги.

Это был план здания, ряд подписанных документов, контрактов, карты земельных участков, десятки квадратных и прямоугольных головоломок установленных вместе, чтобы сформировать некоторую часть Кук Каунти. Mоей первой мыслью было, что он обнаружил кое-что о недвижимости в Маленькой Италии, но я не узнала ничего на карте.

Границы были странно вытянуты, и не было никаких зданий, которые бы я знала.

— На что я смотрю?

Он постучал по пятну на карте. — Это тот адрес, о котором ты спрашивала. Эти участки принадлежат обществу с ограниченной ответственностью. Эта компания, в свою очередь, принадлежит другому обществу с ограниченной ответственностью, и так далее по цепочке. В конечном счете, ты добираешься до одного владельца — Карлос Энтони Мартинес.

— Кто это?

— Я понятия не имею. Я думал, ты можешь знать.

К сожалению, я не знала. Мое сердце ухнуло. Я таила надежду, что имущество принадлежало вампиру Hаварры. Убийца или эквивалент некоторых имен, которые сделают очевидным и направит меня в нужном направлении.

Мой отец смотрел на меня, потом кивнул почти незаметно. — Земля ценная. Если вы обнаружили доказательства, неблагоприятной деятельности там…

— Ты можешь пойти и купить собственность за бесценок у текущего владельца, и превратить его в нечто иное.

Он кивнул. — Это хорошее место. Район проблемный, но в ближайшем будущем он может иметь положительное расположение, если мы сможем над этим поработать.

И так мой отец работает, и, вероятно в этом секрет его успеха. Дело всегда должно быть сделано, чтобы сделались деньги. И если появится возможность, вы не заметите такие мелочи, как убийства или ваши напряженные отношения с дочерью, ничто не может препятствовать вашему финансовому прогрессу.

— Спасибо за информацию. Если это приведет к чему-либо, я дам тебе знать.

Мой отец выглядел благодарным, довольным обменом информацией. Проблема была, я осталась стоять на крыльце с картами и ссылками на человека по имени Карлос. Что я должна была делать с этим?

Глава 18. ПЕЧАТЬ

Я свернула карты и шла назад к кабинету Этана.

Все, точка. Больше никаких отсрочек для плохих новостей. Дверь была открыта, но Этана уже не было. Майкл Донован стоял перед баром.

— А где Этан? — спросила я.

Он поднял взгляд. — Он только что пошел в кабинет Элен. Они делают все возможное для Марго. Не желаешь выпить?

Я выдохнула. — Конечно. То же, что и ты.

Он улыбнулся задумчиво. — Я знаю, что тебе нравится. — Он открыл один из графинов Этана и налив виски в два стакана, передал один мне.

Я не была большой поклонницей шотландского виски, но сегодня вечером я не собиралась спорить. Я потягивала его, позволяя огню обжигать мое горло, наслаждаясь теплом.

Было слишком много насилия в воздухе, даже прикосновения старого виски не делало эти ощущения менее приятными.

— Как идет расследование?

— Медленно. Мы работаем над камерами прямо сейчас, пытаемся заполнить все пробелы, в то время как они по-прежнему дают вампирам их приватность.

Я улыбнулась. — Я представляю, как это будет сложно. Нам нравится наша приватность.

Майкл сел на один из стульев в кабинете и помахал мне. Он перекинул одну ногу на другую. — Что это у тебя там?

— Имущественные карты, — сказала я. — От моего отца. Я надеялась, что они помогут нам идентифицировать убийцу вампиров, но теперь не уверена, что они на самом деле могут привести куда-либо.

Этан вошел когда у Майкла зазвонил телефон.

Нахмурившись Майкл извинился и, выйдя из комнаты, начал беседовать с абонентом.

— Слышал ли ты что-нибудь о Марго? — спросила я Этана.

— Я только что оттуда, она еще не очнулась, что нормально для раны такой величины, но она очень хорошо исцеляется. Делия ожидает, что она полностью выздоровеет.

— Хорошо, — сказала я, чувствуя, как меня омывает облегчение. Марго была потрясающим человеком и хорошим другом. Не считая того, что она замечательный повар, она была также потенциальным свидетелем, и это могло бы стать полезным в предотвращении дальнейших атак.

— Что у тебя там? — спросил он.

Я посмотрела вниз и поняла, что все еще держу свернутую карту в своей руке.

— Информация о недвижимости в Маленькой Италии.

Майкл заглянул в комнату. — Этан, если вы меня извините, мне нужно отлучится по личному вопросу. Я вернусь в ближайшее время.

Этан кивнул. — Конечно.

Майкл помахал мне, потом исчез в коридоре.

Телефон на столе Этана зазвонил, так что я взяла свои карты с конференц-стола, надеясь, что они, возможно раскроют тайну о владельце объекта недвижимости.

В ожидании, когда он закончит отвечать на звонок, я села, мой взгляд упал на кучу бумаг отмеченных такой же малиновой восковой печатью, какую Этан использовал во время своей второй Мастер-церемонии.

Я всегда любила сургучные печати. Они были настолько старомодными, так таинственны. Я провела пальцами по воску, ожидая найти там оттиск Дома Кадогана.

Но вместо этого, печать была гладкой за исключением трех небольших углублений.

От любопытства, я повернула бумаги к себе. Уплотнение состояло из трех букв внутри круга.

Буквы? КЭМ.

Мое сердце начало глухо стучать, и я развернула карты складской недвижимости, которые принес отец и положила их на стол.

Там, в нижней части страницы владельцем имущества был Карлос Энтони Мартинес. КЭМ.

Это было довольно случайно.

Этан закончил разговор и подошел ко мне, положив руку на мое плечо. Должно быть, он почувствовал магию. — Что случилось?

— Печать, — сказала я, глядя на Этана.

— Чья печать?

Этан подошел ближе и посмотрел вниз на бумаги. — Это те участки, которые Майкл подготовил для потенциального размещения камер. Он пользуется этой антикварной печатью. Говорит, что любит тайны.

— Что означают инициалы?

Нахмурившись, Этан поднял печать и уставился на нее. — Я понятия не имею, что они означают. Хотя это удобная вещь. Печать вставлена в его перстень. А почему ты спрашиваешь?

Я повернула карты так, чтобы он мог видеть. — Имущество, находящееся в Маленькой Италии, где были убиты Оливер и Ева принадлежит парню по имени Карлос Энтони Мартинес. Майкл пользуется печатью с инициалами КЭМ.

Этан побледнел. — Карлос Энтони Мартинес? Ты уверена?

— Да, а что?

— Карлос был Вторым у Селины, тот, кто служил перед Морганом.

Конечно. Я слышала о Карлосе, но не часто, и я не слышала его фамилии.

— Майкл сказал, что он знал Селину. Знаешь ли ты когда?

Этан покачал головой. — Нет, он не был членом Дома Наварры.

— Да, это то, что он сказал и мне тоже. Что ты знаешь о пребывании Карлоса на посту Вторым?

Этан положил руку на стул рядом с ним, другую на бедро и нахмурился вспоминая.

— Он был отстранен от власти из-за скандала. Хотя я не знаю, что это было. Селина ничего не говорила, она держала рот на замке в те дни, еще не пользовалась известностью, как она делала это в последующие годы.

Он набрал номер на конференц-телефоне.

— Библиотека, — ответил мужской голос через динамик.

— Карлос Энтони Мартинес, — сказал Этан. — Что вы знаете?

— Дом Наварры. Второй до Моргана. Лишен своего титула, как сообщалось в ставке, но я никогда не видел ничего официального на этот счет.

— Почему его выгнали? — спросила я.

— Нет никакого официального документа, — сказал библиотекарь. — Но я дружил с архивариусом Дома Наварры несколько лет назад, и он намекнул, что тот возможно произвел на свет вампиров на стороне.

— Произвел вампиров? — сказала я. — Так он делал вампиров без согласия Селины или знаний?

— Так оно и есть. Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо, — сказал Этан. Положил трубку, потом посмотрел на меня.

— Нам нужно поговорить с Морганом. — сказала я. — Хотя мне очень не хочется спрашивать его в такое время, как это.

— К сожалению, это чувство взаимно. Но это касается его Дома, так что мы не можем избежать обсуждения. Но я постараюсь облегчить это. Я не буду махать '"дымящимся оружием", как сказал бы Люк.

Этан вернулся к своему столу и начал просматривать файлы на своем компьютере.

Через некоторое время он открыл портрет Майкла Донована. Это была профессионально сделанная фотография с белым фоном, вероятно, маркетинговое фото. Найдя то, что хотел, Этан набрал номер телефона на своем столе.

Морган ответил быстро. — Да?

— Я собираюсь послать тебе фотографию. Можешь ли ты сказать мне, если распознаешь вампира?

— Что? — Mоргану удалось вложить в эти три маленькие буквы много усталости.

— В фоновом режиме, — сказал Этан. — Это поможет нам в расследовании убийств. — Не дожидаясь разрешения, Этан по электронной почте послал фотографии.

Возникла пауза на другом конце линии. — Я получил их, — сказал Морган. — Его имя Стивен Каниглия. Я не встречал его лично, но я видел это лицо.

— Он был вампиром Наварры? — спросил Этан.

— Не совсем так. Он не был представлен в Дом. Как много вы знаете о Карлосе?

Этан встретился со мной взглядом. — Просвети меня! — сказал он.

— Карлос был первым Вторым Селины. Она сделала его вампиром, он был одним из первых, кого она сделала. Я не очень хорошо его знал — Карлос жил в Доме не очень долго — до разразившегося скандала.

— Просвети на счет скандала? — попросил Этан.

— Да. Карлос создал вампиров, которые не были полностью убеждены, в том, что хотят быть вампирами. Он толкал и изменял их, в любом случае, без их согласия. Я заменил Карлоса вскоре после этого.

— И что случилось с Карлосом?

— Я ничего не знаю официального, но я слышал, что она его выгнала. Честно говоря, это не удивило бы меня. Она не любила, когда кто-то осуществлял свои дела за ее спиной.

Этан нахмурился. — И как это относится к вампиру, чей портрет я тебе послал?

— Он был одним из тех нескольких несчастных, которых Карлос сделал без их согласия. Селина предложила ему членство в Доме, но он отказался.

Всплеск магии разлился через весь кабинет, когда гнев Этана поднялся и разросся. Я видела его сердитым и раньше, но ничто не могло сравниться с яростью передо мной.

— Имел ли Карлос перстень со своими инициалами вырезанными на нем? — спросил Этан.

Глаза Моргана расширились. — Да, в самом деле, он сделал себе такой перстень. Большая вещь из золота. Он носил его на мизинце, как гангстер.

— Спасибо, — сказал Этан и положил трубку.

Мгновение он просто стоял и дышал, вникая в то, что мы теперь знали.

Так Майкл Донован был детищем Карлоса, ставший вампиром против своей воли. Майкл теперь использовал перстень Карлоса, и кто-то (Майкл?) свалил два тела в собственности Карлоса, или может быть, теперь этим имуществом владел он.

Но почему?

— Зачем Майкл Донован спрятал тела на складе?

Этан покачал головой. — Я не знаю. Должно быть, был какой-то смысл в этом. В противном случае, есть более простые способы спрятать тело.

— И как он попал в Дом Наварры? Джефф сказал, что биометрическая безопасность была связана с вампирами, созданными Селиной, а не нынешними членами Дома Наварры.

— Майкл Донован был произведен на свет Карлосом, а Карлос был произведен на свет Селиной. Химия будет одинаковой для обоих, так как они оба несут ее определенную мутацию.

Если это было правдой, то Майкл Донован может быть нашим убийцей.

Этан выругался. — Сукин сын. Я позволил ему войти в мой Дом, Мерит. Я попросил у него совета и обсуждал с ним наши протоколы безопасности. Как я мог быть таким дураком? Как я мог быть таким наивным?

— О, Боже, — сказала я, глядя на него. — Я сказала ему, что это за карты до того, как ты вошел, и тогда он ушел. Знает ли он? Догадался ли, что мы знаем?

— Боже, — сказал Этан, вставая со своего места и выбегая к передней двери, потом к воротам, где теперь на страже стояли люди. Я шла позади.

— Шатен вампир, — сказал Этан, показывая рост. — Он здесь?

Люди переглянулись.

— Он ушел, — сказал тот, что справа. — Пять минут назад. — он положил руку на свой револьвер. — Какие-то неприятности?

— Мы не уверены. На чем он уехал?

— Сегодня вечером черный внедорожник.

Такой же автомобиль заманил Оливера и Еву в переулок и остановил меня и Этана на улице несколько ночей назад.

Этан длинно выругался. На этот раз использовав слова, которые я никогда раньше не слышала. Справедливости ради, некоторые из них, возможно, были на шведском языке.

— Собери команду, если хочешь, Страж. Я думаю, что нам пора составить план в отношении Майкла Донована.

* * *

Люка, Малика и охранников собрать было легко. Мы дали им полный обзор нашей теории. Затем созвонились с Катчером, Джеффом, моим дедом, Джонахом и Скоттом и установили с ними телефонную связь.

Я хотела вызвать Моргана, но подумала, что лучше подождать, пока мы завершим с гипотезами. Когда Кадоганские вампиры расселись вокруг стола в кабинете ОПС, Этан сдвинулся с мертвой точки.

— Мы считаем, что человек, которого я нанял в качестве консультанта по безопасности, Майкл Донован, является убийцей Оливера, Евы, Кати и Зои. Он также ранил члена моего Дома.

Он сделал паузу, чтобы позволить немного шокировано пошуметь и повыражаться.

— Морган Грир подтвердил, что Майкл Донован был сделан вампиром Карлосом Энтони Мартинесем, который был Вторым, прежде чем Селина назначила Моргана. К сожалению, Карлос сделал Майкла вампиром без его согласия и, скорее всего, у Майкла были серьезное возражения. Мы считаем, Карлоса умершим.

— Мы считаем, Майкл убил Оливера и Еву и поместил их тела в здании, принадлежащем недвижимости Карлоса. Мы узнали, что он ставит печать на документы перстнем с инициалами КЭМ, и этот перстень когда-то принадлежал Карлосу. Из-за того, что Селина сделала Карлоса, а Карлос сделал Майкла, мы считаем, он мог свободно попадать в Дом Наварры, несмотря на их биометрические протоколы.

— Джефф? — спросила я. — Как ты думаешь, это может сработать?

— Без сомнения, — сказал он мрачно. — Вампиры, которые отняли у него человечность и так далее и так далее. Он должен быть ненавидящим сукиным сыном, но мы слышали и о более слабых причинах для убийства.

— Все это потому, что он все еще злится на Карлоса, — В голосе Джеффа слышалось удивление.

Мне было понятно удивление Джеффа, но и гнев Майкла тоже.

Этан сделал меня вампиром без моего согласия. Он сделал это, чтобы спасти мою жизнь, и моя первая ночь как сверхъестественной, включала разочарование из-за отказа от всего, кем я хотела бы стать.

— Тот факт, что он использует кольцо с инициалами, говорит о том, что в нем скрыт некий гнев, — сказал мой дед. — Он, в некотором смысле, переживает свой опыт каждый раз, когда убивает, он стал злоумышленником.

Я кивнула. — Он убивает Оливера и Еву, помещает их в секретную комнату в имуществе, принадлежащем Карлосу. Мы еще не уверены, почему он выбрал это конкретное имущество или ту комнату, но это само собой подразумевает связь между ним и Карлосом.

— Может быть, это место, где Карлос превратил его, — сказал Катчер. — Это вряд ли может быть место, которое он мог скоро забыть.

— Это хорошая мысль, — сказал Этан. — Мы проверим это с Морганом.

Я кивнула.

— После Оливера и Евы, он становится храбрым. Он идет прямо в Дом Наварры, и убивает там, в то время как все остальные спят.

— Связь просматривается легко. — Сказал Люк. — Месть Дому, который создал монстра напавшего на него.

— И сегодня вечером, он атакует Марго вне Дома.

— К сожалению, — сказал Люк. — видео не поможет нам в этом. Так совпало, что после церемонии ГС, мы по рекомендации Майкла модернизируем камеры, чтобы получить лучший обзор, поэтому мы находимся вне оборудования. Там нет видео задней части дома. — Слова Люка звучали горько. Я увидела вспышку сожаления в глазах Этана. Майкл был вызван им, и он же был ужасно укушен им.

— Почему Кадоган? — спросил Джонах. — Какая связь здесь с Карлосом?

— Мы не уверены, сказал Этан. — Это может быть частью его эскалации. Сперва он убил вампиров бродяг, потом Наваррских вампиров, затем попытался убить вампира Кадогана.

— И Дом Грея будет следующим? — поинтересовался Джонах.

— Может быть, — сказал Этан.

— Я, естественно, не могу позволить этому случится. — сказал Джонах. — Наши действия?

— Он может догадываться, что мы подозреваем его. — сказала я. — Мой отец принес карты складских помещений, и я говорила об этом с Майклом. Майкл быстро вышел из Дома после этого.

— В таком случае, — сказал мой дед. — Он может открыться сам, особенно с учетом театральности, которую он использовал для тел. Он хочет, чтобы мы знали, кто он и что он делает.

Зазвонил телефон Этана. Он проверил экран и, казалось, удивился.

— Кто это? — он не ответил.

— Диего, я здесь, со своей командой. Я собираюсь поставить вас на громкую связь. — Этан положил телефон на стол и нажал кнопку. — Вперед, — сказал он.

— Дариус и Лакшми были схвачены. — Акцент Диего был мелодичным, но его голос был твердым.

Ударная волна тревожной магии пересекла комнату.

— Схвачены? — спросил Люк. — Что вы имеете в виду, схвачены?

— Мы были в Дендридже, ожидая нашей поездки в аэропорт. Дариус вышел на улицу покурить сигару, Лакшми присоединилась к нему.

Дариус любил курить гвоздику и у меня была внезапная яркая вспышка памяти о ее остром запахе.

— Я видел через окно, — продолжал Диего. — остановился автомобиль у обочины. Водитель вышел и начал общаться с Лакшми и Дариусом. Я подумал, может быть, он был вампиром, хотя и не тем, которого я знал.

— Коричневые волосы? — спросил Этан. — Стройного телосложения?

— Да. Вы знаете этого человека?

— Я знаю, — сказал Этан. — Что было дальше?

— Подъехал наш лимузин и мы вышли наружу, но машина пропала, а Дариус и Лакшми схвачены.

— Что это за машина? — спросил Этан.

— Я не знаю. Это был большой черный с затемненными окнами автомобиль.

Глаза Этана сузились, и не требовалось много времени, чтобы угадать направление его мыслей — насилие.

— Подожди, — сказал Люк, наклоняясь к телефону. — Значит, кто-то вынудил Дариуса и Лакшми сесть в машину? Как?

Вероятно, таким же образом, как Майкл Донован делал это раньше, подумала я.

— У него есть оружие, которое стреляет пулями сделанными из осины, — сказала я. — Прямой выстрел, и они оба были бы мертвы.

— Там не было человеческих свидетелей? — спросил Джонах.

— Посыльные были внутри, — сказал Диего с виной в голосе. — Они помогали нам собрать наш багаж.

— Как давно это произошло? — спросил Этан.

— Семь или восемь минут.

— Мы найдем их, — обещал Этан. — Пребывайте в отеле, внутри, в кругу людей, и не оставляйте их пока не услышите меня.

Он не стал ждать аргументов, а повесил трубку и посмотрел на нас. Он посмотрел вдруг устало.

— Он убьет их обоих. — сказала я спокойно. — Если мы не попадем туда и не остановим его, он убьет их обоих.

— Действительно, мало сомнений в этом. — сказал Этан. — У меня нет любви к ГС. Мы враги, но это теперь вряд ли имеет значение. Мы не можем беспечно передать их убийце. — Он посмотрел на Люка.

— И что более важно, если мы не найдем их, мало кто сомневается, что ГС будет винить в их смерти нас. — кивнул Люк.

— Мы должны найти их, — согласился Джонах. Его интерес мотивировался причинами, отличными от Этана. Лакшми была его другом, которая помогла спасти Дом… и которой я уже задолжала.

— Почему Дариус и Лакшми? — спросил Джефф. — Почему он выбрал их?

— А что он находил в любом из них? — спросил мой дед. — Он ищет эмоционального освобождения или отпущение грехов, или то, что он не может найти от применения насилия. Но это не означает, что он остановится.

Я кивнула.

— На данный момент, причина вряд ли важна. — Этан встал. — Спасательная миссия начинается прямо сейчас. Куда мог пойти Майкл?

— Склад был его выбором, — сказал Люк. — Но теперь, мы знаем о его связи, а он знает, что мы знаем, так что он не пойдет туда.

— Верно, — согласилась я. — Но он мог найти другое место, значимое для него. Я сейчас вернусь.

Я побежала наверх в офис Этана схватила документы, которые привез мой отец. Когда я вернулась снова вниз, то разложила их на конференц-столе.

К счастью, мой отец был очень тщательным.

— Кто-то информирует вас, — сказал Катчер.

— Материалы предоставил Джошуа, — сказал Этан, сканируя материалы. — Он дал нам информацию обо всем имуществе, принадлежащему Карлосу Энтони Мартинесу.

Я взяла договор и просмотрела его. — Существует три склада, одно здание Комсток, которое находится в нескольких кварталах к северу от Золотой улицы.

— Это не далеко от Дома Наварры, — добавил Джонах.

— Да. И третий склад — я пробежала пальцем по бумаге, которая была неважного вида — это своего рода торговый центр в престижном районе Роузлэнд.

— Противоположные направления, — сказал Этан.

— Куда бы он поехал, на север или на юг от Дендриджа?

— Роузлэнд находится дальше. — сказал мой Дед. — И для него это задержка, а ему не терпится убить… Я не уверен, что он выбрал бы длительную поездку.

— Согласен, — сказал Этан, приняв решение, он пролистал документы, но не нашел того, что он искал. — Тут нет плана здания Комсток.

— Джефф, — сказала я, глядя на телефон, — ты можешь получить подробную информацию о новом здании?

— Сейчас поищу, — сказал Джефф. — Это двадцати этажное здание. Нижние этажи заняты коммерческими единицами, а верхние этажи жилые.

— Как мы сможем найти их в двадцати этажном здании? — спросила я.

— Тепловые сканеры, — сказал Джефф. — Мы можем использовать спутники для сканирования на временном диапазоне для вампиров, которые покажут нам, где он. Проще простого.

Этан посмотрел скептически на телефон. — Это не кажется мне "проще простого". Ты просто говоришь так, чтобы заставить нас чувствовать себя лучше, или ты на самом деле веришь в это?

— Я не говорил, это может быть сделано легально, — сказал Джефф. — Я просто сказал, что это можно сделать значительно легко.

Так или иначе, это на самом деле заставило меня чувствовать себя лучше.

— Проблема в том, — сказал Джонах. — что сканеры также отметят любого другого вампира в здании.

— Да, но каковы шансы увидеть сразу нескольких вампиров вместе в здании? — сказал Джефф. — Если мы найдем группу из трех вампиров вместе, то вероятно, это они и есть.

— Таким образом, мы сканируем здание, — сказала я. — Идем захватываем Майкла и возвращаем домой Дариуса и Лакшми.

— Я хочу увидеть здание изнутри, — сказал Этан. — Можем ли мы сделать это?

— Я вошел на сайт менеджера по собственности, — сказал Джефф. — Добираюсь до схемы… сейчас. Я посылаю ее вам.

Люк нажал несколько клавиш, и высотное здание появилось на экране.

— Мне интересно, как ты попал в клиентский раздел веб-сайта? — задала я вопрос.

— Тебе лучше не знать этого… Достаточно сказать, что пароль типа 123 не самый лучший.

— Что и требовалось доказать.

— Мерит и я пойдем, — сказал Этан, вставая.

— Вам понадобятся дополнительные силы, особенно, если есть двое раненых вампиров, — сказал Джонах. — Я получу разрешение от Скотта и тоже пойду.

Этан помолчал мгновение, обдумывая предложение. — Я руковожу, — наконец сказал он. — Делаем то, что я говорю. Без геройства.

— Я не планировал этого.

— Отлично.

— Рад слышать это.

Джефф свистнул, и все замолчали.

— Вампиры, пожалуйста. Мне потребуется время, чтобы доставить сканеры на место. Я могу сделать это, но я должен настроиться на спутник, и получить некоторый допуск по телефону.

— Ты можешь сделать это за то время, что мы едем, — сказал Этан.

— Работаю над этим. Отправляйтесь в путь, а я буду информировать вас, как только смогу.

— Люк, технологии?

— Сейчас. — Люк побежал в соседний кабинет и принес несколько дорогих невероятно-маленьких наушников и микрофонов, которые позволили бы нам говорить друг с другом внутри здания.

— По одному на каждого из вас, — сказал Люк, вручая их мне и Этану. — Там есть дополнительные для Джонаха. Мы будем координировать вас отсюда, и держать Джеффа и Катчера в курсе.

Этан кивнул, вставляя наушник в ухо, и я сделала то же самое.

— Мы найдем его, мы освободим Дариуса и Лакшми, и мы обезвредим Майкла. — сказал Этан. — Есть возражения против этого плана?

Мой инстинкт, во время стресса, был язвительным, но мне удалось промолчать. Если мы выполним миссию, получим ли мы футболки после того, как все будет закончено, или, может быть групповую фотосессию, на фоне достопримечательностей Чикаго.

— Нет возражений, — серьезно сказал Джонах.

С мечами наготове, в наушниках, мы направились наверх и вышли наружу. Большие белые хлопья снега падали на город, и они уже собирались в белое одеяло, которое покрывало газон.

— Снег идет, — сказала я.

— Действительно, — согласился Этан, когда мы вышли через ворота. Этан отвезет нас двоих, а Джонах встретит нас там.

Как и Этан, я пристегнулась.

Голос Люка прозвучал в наушниках. — Aудио работает?

— Работает, — сказал Этан. — Мы уезжаем. Мы сделаем это.

Я, конечно, надеялась, что он был прав.

## Глава 19. ПОГОНЯ

Десять минут спустя мы мчались вниз по берегу озера так быстро, как только могла позволить моя Вольво. Люк наладил связь с Джеффом и Джонахом, у которого пока не было наушников с микрофоном, поэтому он подключился к нашей связи, чтобы окончательно договорится обо всем.

— Ребята, у меня есть хорошая новость и плохая. А так как у нас нет времени для дискуссий, то плохую новость вы получите первой. Завтра утром запланирован снос здания Комсток. На веб-сайте, на котором я это нашел, пишут, что здание перешло в другие руки, и новый управляющий недвижимостью решил пойти в другом направлении с собственностью.

Мое сердце учащенно забилось в груди. Страх объял меня. Убийство вампиров это одно. Взрыв здания? Это нечто совсем другое.

— Здание будет охраняться. — сказал Джонах. — Но есть хорошие шансы, что некоторые из взрывчатых веществ и проводка уже размещены.

— Если есть охранники, — сказала я, — То Майкл, наверное, уже вывел их наружу. Он дважды подумает об убийстве кого-то из людей.

— Согласен, — сказал Этан. — Ты сказал, у тебя есть хорошая новость, Джефф?

— Из двух частей: Катчер и я на пути к вам. Я должен был позволить ему ехать, вы знаете, как я работаю, моя магия — клавиатура, но мы подумали, что могли бы оказать вам некоторую помощь. А также, нам поможет то, что здание теперь очищено. Гипсокартон, интерьер, все было вычищено в рамках подготовки к сносу.

— Что поможет тепловым сканерам работать более эффективно, — сказал Джонах.

— Точно. Спутники на очереди. Вы можете сказать большое спасибо Брату, имеющему светлую голову хакера, что и у меня есть тепловые сканеры. Но в здании еще нет никаких вампиров.

— Черт, — пробормотал Этан. — Значит ли это, что он еще не там, или он находится на пути туда?

— Я не знаю. Я все еще работаю над этим. Я вошел в систему безопасности и могу поискать между Дендриджем и Комстоком.

— Черт, — снова пробормотал Этан, ударив кулаком по приборной панели.

— Эй, — сказала я. — Это единственная транспорт, имеющийся у нас в данный момент.

Этан посмотрел вокруг, обдумывая выход, сомнение светилось в его глазах. — Мы могли повернуть обратно и ехать на юг в Роузлэнд. Он может быть уже там.

— Он не может бы там еще, — сказала я. — Мы подумали о Комстоке первым, и я согласна. Это ближе к Дендридж, и это убийство, которое он хочет совершить. Он может сделать это быстрее, если поедет в Комсток.

Он не выглядел убежденным, поэтому я поднажала, как он это делал для меня.

— Помнишь, что ты мне сказал? Доверяй своим инстинктам.

Взгляд Этана стал сосредоточенным и он выжал из двигателя Вольво его максимум… несясь на скорости, которая давала ему шанс поскорее добраться до здания.

И слава Богу за это.

— Я получил его! — вдруг воскликнул Джефф.

Этан выдохнул с облегчением.

— Я ищу совпадения в кадрах безопасности и обрабатываю изображения, — сказал он. — У нас есть черный внедорожник через дорогу от здания и три вампира внутри… и они двигаются.

— Мы получили это, — сказала я, сжимая руку Этана. — Теперь нам надо попасть туда.

* * *

Кровь была в воздухе. Казалось, что охранники стали жертвами злого умысла Майкла.

— Джефф? — сказал Этан, касаясь своего наушника. — Что ты видишь?

— Два вампира на крыше. Один на шестнадцатом этаже.

— Он бы не стал разделять их. — сказала я. — Это не может быть правдой.

— Вот дерьмо, — сказал Джефф. — Цвет одного на шестнадцатом меняется.

— Меняется? — спросил Джонах.

— Охлаждается, — сказал Джефф. — Умирает.

Мой желудок упал, слезы расцвели на моих ресницах. Мы были так близко.

— Мы сейчас подъедем, — сказал Джонах. — Этан, возьми вампира на шестнадцатом. Мерит возьмет крышу.

— Ни за что, — ответил Этан, но я стрельнула в него взглядом.

— Я не позволю тебе подставляться под пистолет с осиновыми пулями. — сказала я. — Никаких аргументов. Найдем тех, кто нам нужен. Они еще не умерли. Спасем их.

— Я поднялся на забор, — сказал Джонах.

— Тогда мы идем внутрь. Мечи наготове.

Мы кивнули, а затем взялись за дело.

Забор был звеном в цепи. Это был легкий подъем. Мы спрыгнули вниз на другой стороне и обнаружили здание жутко тихим. Снег уже покрыл улицу, поэтому скелет здания выглядел так, как будто оно выросло прямо из пепла. Не совсем утешительная метафора.

— Крыша? — спросила я, бросив взгляд вверх. — Можем ли мы попасть туда?

— Они держат лестницы и лестничные клетки открытыми для сноса здания, — сказал Джонах. — Подъем туда не будет проблемой.

Мы пересекли грязный и пыльный вестибюль корпуса, вышли на лестничную клетку и начали подъем.

Я попрощалась с Этаном на шестнадцатом этаже. "Ты будешь осторожна", — молча сказал он.

"Я обещаю", — заверила я его, и он исчез в коридоре.

— Внимание, — сказал Джонах, и я вытолкнула мысли о безопасности Этана из моего ума и стала медленно подниматься на крышу здания.

Мы вышли из области ожидания, подойдя к двери с табличкой "крыша" перед нами. Я проглотила дозу страха.

— Ты готова?

— На три, — сказала я.

— Раз… два… три, — сказал Джонах губами, а затем толкнул дверь. Ледяной ветер встретил нас с другой стороны. Он вился вокруг нас на этой высоте, кусая меня через куртку и вызывая быстрое онемение руки вокруг моего меча.

Крыша была покрыта шероховатым толем, и была похожа на любую крышу, что я видела на шоу полицейских — плоская поверхность с вертикальными трубами, антенны и световые люки.

Вокруг крыши по краю шел бетонный бордюр, который удерживал людей от падения.

Я искренне надеялась, что нам не надо будет этого делать.

Голос Этана ворвался в мои наушники. — У меня Лакшми, — сказал он. — Ранена, но я закрыл рану. Я собираюсь вытащить ее наружу. Люк, предупреди Делию, чтобы была готова.

— Принято, — сказал Люк.

— Майкл и другой вампир находятся на северной стороне здания, — сказал Джефф.

Мы стали осторожно продвигаться вперед. Снег все еще падал, но таял и превращался в слякоть на темной поверхности крыши.

— За мной, — сказал Джонах.

Крыша была усеяна маленькими навесами и кондиционерами, которые еще не были удалены. Мы спешно передвигались от одного препятствия до другого, пытаясь подобраться как можно ближе к Майклу, не раскрыв своего присутствия… или рискуя привлечь внимание вампира прежде, чем мы могли подобраться к нему.

— В двадцати футах от вас, — сказал Джефф, и мы остановились за корпусом кондиционера.

Я сбросила свою защиту и почуяла магию в воздухе. Ее было много. Облако вокруг нас, и зыбь исходящая с другой стороны кондиционера.

Это было местоположение Майкла, и я послала сигнал Джонаху.

— Я шагну вперед и отвлеку его.

Джонах прошептал. — Обойди. Я прикрою с другой стороны. Я подожду десять секунд, прежде чем выступить.

Я кивнула. — Будь осторожен.

Я ползла вдоль кондиционерного блока, пока не миновала позицию Майкла, присела за гигантской вентиляционной трубой, и оглядела угол.

Майкл Донован стоял рядом со старой сантехникой, которую выкинули на крышу, его длинное черное пальто закручивалось на ветру.

Дариус стоял на коленях перед ним, запуганный катаной, что Майкл держал в правой руке и пистолетом в левой. Последний был тем же самым оружием, которое я видела, когда Mаккетрик наставил его на меня, и вероятно, тот самый, что Майкл использовал, чтобы угрожать Оливеру и Еве.

Пули из осины были смертельны.

— Ты должен был бежать, — сказал Майкл Дариусу. — Я попытался устроить для тебя все так, что нужно было бежать. И теперь она там одна.

Майкл поднял меч.

Джонах вышел в поле зрения Майкла. — Майкл, ты окружен. Брось оружие и отойди от Дариуса.

Потрясенный, Майкл дернулся, оглядев крышу вокруг. Потекла магия.

Когда мои глаза посеребрились, Джонах прыгнул к Дариусу.

Это было прекрасное отвлечение. Я вытянула свою катану, и пока Майкл не успел среагировать, ринулась вперед, ударяя снизу по его левой руке. Рана была не глубокой, но ее было достаточно, чтобы испугать его.

Он инстинктивно выпустил пистолет, и я использовала кончик меча, чтобы изменить его траекторию, откинуть его подальше. Он отлетел футов на пятнадцать от Майкла, в пределах легкой досягаемости, упав под одним из кондиционеров. Майкл с улыбкой наклонился и сделал шаг назад, все еще держа в руке катану.

Дариус хныкал, пока Джонах пытался остановить кровотечение из его горла. Я подошла поближе к Майклу, заставляя его отступить назад и в сторону от пары.

Теперь, когда у нас было равное оружие, у меня был шанс победить его.

Но в первую очередь, он должен был ответить на некоторые вопросы. Я держала катану на уровне сердца.

— Ты убил четырех вампиров. Ты убил Оливера и Еву.

Майкл выглядел сбитым с толку. — Кого?

— Ты убил вампиров на складе Карлоса.

— Я даже не знал их имен, пока ты не сказала мне. Они были первыми вампирами, которые подвернулись.

Он только что признался в убийствах, в серийных убийствах, как будто это было не больше, чем признание, что у него закончилось молоко или он забыл проголосовать в день выборов.

Майкл скользнул взглядом по Дариусу. Его выражение было холодным, как будто он был раздражен тем, что Джонах прервал его план — убить Дариуса.

— Зачем ты убил их на складе?

— Мне казалось, это хорошее место.

Его беспечность могла быть притворной. Никто не стал бы убивать нескольких вампиров и тщательно размещать их тела, и при этом не заботиться о месте. То есть он, возможно, не заботился об Оливере, Еве, Кате, или Зое, но он заботился об убийстве.

Пришло время подразнить медведя, подумала я.

— Так это Карлос сделал тебя вампиром?

Майкл взглянул на меня. Беспокойство мелькнуло в его глазах, но быстро исчезло. Но эта вспышка была достаточной для меня.

Я вспомнила ночь, когда меня сделали вампиром, вспомнила чувство страха, ужас, жестокость и использовала воспоминания против него.

— Ты не хотел этого, правда? Ты не хотел быть вампиром. Ты не хотел быть частью этого образа жизни. Но Карлос нашел тебя. Выбрал тебя. А потом он подчинил тебя. Он ломал тебя?

Майкла злобно глянул на меня, его глаза засеребрились. — Ты не знаешь, что, черт возьми, ты говоришь.

Это был не Майкл, аудитор по безопасности. Это был Майкл — тьма. Гнев, который он прятал внутри…, наконец, решил вырваться.

Но мне не нужен был он сердитый. Мне он нужен был сломленный.

Я провоцировала его дальше. — Ты что, не хотел этого? Ты что, не желал тайно бессмертия? Силы? Ты уверен, что Карлос не дал тебе именно то, что ты хотел?

Майкл с шипением обнажил клыки, и полоснул катаной вперед. Я отскочила от кончика его катаны, затем взмахнула своей, зацепив край его наряда и разрезая ткань.

— Ты ни хрена не знаешь. — Он замер, стоя передо мной с мечом, руки тряслись от напряжения, страха и холода.

— Какой ценой?

— Мне заплатил Маккетрик, чтобы я убивал вампиров.

— Святое, гребанное дерьмо, — раздался голос Люка в моем ухе. Он должно быть слышал эту исповедь. — Страж, ты была права.

Правильно или нет, но я продолжала смотреть на Майкла Донована. — Заплатил Маккетрик тебе? Почему?

Удивление в моих глазах должно быть помогло Майклу восстановить некоторый контроль. Он встал немного прямее, скорректировал катану.

— Он хотел создать хаос, — сказал Майкл. — Он ненавидит вампиров. И, честно говоря, я согласен с ним.

— А как насчет осинового пистолета?

— Пробный экземпляр. Mаккетрик предложил мне использовать его. Я нашел его неаккуратным.

— Ты предпочитаешь сталь.

Его глаза сузились. — Пушка хороша для угрозы, но вампиры должны умирать от своего оружия.

То, что он тоже вампир похоже не имело значения. Но может быть, он не чувствовал себя вампиром, не эмоционально. Мой собственный переход был трудным, его не мог быть похожим на прогулку в парке. Этан спас меня от смерти, а Карлос украл жизнь у Майкла Донована.

— Оливер и Ева держались за руки. Так же было и с Катей и Зоей. Почему?

Губы Майкла дрожали от гнева.

— Я не был единственным. Он взял многих из нас на склад. Мы знали, что он придет к нам. Монстр в темноте.

Люди, я думаю, он имел в виду их.

— Они не хотели изменяться. Не хотели бессмертия. Не хотели богохульства вампира над собой. Так что в ту ночь, когда они ждали, что он придет, они убили себя. Они где-то достали яд. Я не знаю. — Он отмахнулся от этой мысли. — Я уже был вампиром, я не был достаточно сильным, чтобы дать отпор, когда он использовал гламур против меня.

Майкл посмотрел на меня. — Я нашел их лежащими вместе, рука об руку. Он заставил меня избавиться от них. — Он покачал головой, как бы вспоминая свои собственные мотивации. — А теперь я избавляюсь от мира Карлоса.

— А твоя работа — аудитор по безопасности?

— Вы дали мне много информации о вашей защите, чем я с удовольствием поделился с Mаккетриком. — Он слегка улыбнулся и пожал плечами.

— Я хотел уничтожить его. И теперь я могу это сделать для себя. Я могу снести то, что он построил. Я могу погубить его, также, как он погубил меня. — Майкл направился к выступу, сложив руки извиняющимся жестом. — Я так сожалею, Мерит. Это было хорошее время, когда я работал с вами.

Он нажал кнопку, и сразу завыли сирены, затем из громкоговорителя раздался женский голос, который вторил сквозь тишину.

— Пять минут до взрыва.

Подрядчик, занимающийся сносом, должен был установить систему предупреждения о взрыве здания.

— Черт побери, Майкл, — сказала я, поднимая меч снова. — Ты убьешь много невинных людей.

— Нет, — сказал он, его глаза стали жесткими, без эмоций… — Микрорайон уже очистили. Все, что осталось — это вампиры и их наследие. У тебя есть выбор сейчас, Мерит. Ты можешь следовать за мной вниз и попытаться схватить меня, или ты можешь помочь своим друзьям с их бременем.

Честно говоря, проанализировав все это со строго стратегической точки зрения, я поняла, что мои шансы на успех в любом случае будут чертовски маловероятными.

— Ты остаешься? — спросил Майкл Донован и просто спрыгнул на улицу.

Он работает на Mаккетрика и он накопил информацию о безопасности Дома. Мы не могли позволить ему передать ее Mаккетрику. Можете ли кто-то заставить его?

— Алло? Джефф? — Я повторила еще раз после пары секунд, но никто не ответил.

Майкл Донован, приземлившись, поднял голову, расправил куртку и бросив на меня тревожный взгляд, улыбнулся. Я могла прыгнуть, но я никогда не прыгала с такой высоты. Даже близко. В отличие от Майкла, я не была уверена, что могла пережить падение. Вампиры были, конечно, сильными, но никто не дал бы гарантию при посадке с такой высоты.

С другой стороны, что еще я могла сделать? Я просто не могла позволить ему уйти далеко. Мои руки дрожали от ярости, мой желудок не мог переварить это, я схватилась за край бетонного ограждения и подтянулась.

Какой был смысл находиться здесь, смотреть в лицо своим страхам и бояться помочь своим вампирам, не быть готовой пожертвовать. Но прежде чем мои ноги оторвались от земли… открылся мой рот.

Что-то размытое и белое метнулось в темноте в сторону Майкла. Длинное, белое и пушистое.

Мне пришлось поморгать, чтобы убедиться, что это не была галлюцинация. Огромный тигр, десяти футов в длину от носа до хвоста, белый с темными полосами, бежал по тротуару в центре Чикаго.

— Что за черт? — пробормотала я, глядя на сцену, которая разворачивалась.

Майкл побежал, но его скорость была не сравнимой со скоростью тигра. Передние лапы, задние лапы, передние лапы, задние лапы, и тут он набросился.

Он опрокинул Майкла на землю с одного удара, но Майкл был вампиром, и он не собирался сдаваться без боя. Он пнул тигра, откидывая его назад, прежде, чем снова вскочить.

Пока тигр вставал, Майкл вскочил на ноги. И успел схватиться за меч. Тигр опять напал, встав на дыбы и ударяя Майкла Донована по носу. Я была слишком высоко, чтобы учуять запах крови, но почти не сомневалась, что тигр его разбил.

Майкл не стал раздумывать. Он вытащил меч из ножен и ударил по тигру, нанося рану на спине вдоль плеч. Тигр заревел, но не прекратил свою атаку. Он парировали удар обратно, ударяя лапой, Майкл отскочил назад, насколько он смог, но его противник был огромным, а Майкл утомился. Он поднял меч снова, и тигр выбил его у него из рук. Запаниковав без оружия, Майкл споткнулся, и тигр этим воспользовался. Подпрыгнул на четыре фута в воздух и приземлился на него.

Майкл приняв на себя полный вес тигра, упал назад на груду пиломатериалов из острых досок и палок, что, вероятно, были вытащены из здания. Там должно быть была осина среди другой древесины, потому что Майкл закричал, а потом исчез. Осталась только горка пепла на его месте.

Тигр отступил назад, тяжело дыша. Уши прижаты к голове, зубы оскалены. Его рев в ночи, звучал глубоко и достаточно громко, чтобы потрясти основание здания и мои кости.

Мурашки побежали по моим рукам. А потом, в одно мгновение, тигр трансформировался. Я видела, как это происходит и раньше, но это не делало увиденное менее удивительным.

Вспышка осветила ночь, магия закрутилась вокруг него, изменяя огромного хищника… в Джеффа Кристофера. Он встряхнул своими руками и ногами, затем двинул головой назад и вперед, как будто вытягивая шею.

Он поднял глаза и встретился со мной взглядом, и в глазах этого молодого человека, иногда в глупых костюмах, всегда кокетливого, я увидела понимание мира, опыт и зрелость. Не то чтобы я сомневалась, но Джефф Кристофер было чудом.

— Три минуты до взрыва.

Не было времени на впечатления.

— Мерит? Ты здесь? — прозвучал голос под постоянный звуковой сигнал тревоги. — Убирайся отсюда.

Я прижала палец к наушнику, пытаясь улучшить прием. — Этан? Это ты?

— Это я. Я на шестнадцатом. Тащи свою задницу из здания.

Я буду проклята, если уйду без своего напарника, поэтому побежала обратно через крышу и нашла Джонаха идущего к двери, с Дариусом на руках…

Дариус выглядел вялым и бледным, но все еще тяжело дышал.

— Можешь помочь? — попросил Джонах.

— Конечно. — Я побежала к двери, чтобы открыть ее и придержать, пока Джонах проходил. Неловко, он стал спускаться по лестнице, удерживая на руках вес Дариуса. Вампиры были сильными, но он дал Дариусу свою кровь и этим изнурил себя.

— Две минуты тридцать секунд до детонации, — прозвучало предупреждение.

— Осталось немного. — пробормотала я, сжимая перила, когда мы двинулись так быстро, как только могли вниз по лестнице к шестнадцатому этажу. Достигнув его, я ворвалась в дверь и столкнулась лицом к лицу с заостренным концом меча Этана.

— Это я, — сказала я, и отошла в сторону. — Где она? — Лакшми лежала ничком в одном из углов, бессознательная, с руками прикованными к длинной сантехнической трубе, которая проходила через пол.

Он посмотрел на меня. — Я спасу ее, а вы убирайтесь отсюда.

Джонах появился у меня за спиной, лицо бледное, с Дариусом на руках. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел Лакшми в углу.

— Майкл приковал ее, потому что они пытались убежать. — сказала я. — Вот как Дариус оказался на крыше.

— И ты нанял этого мудака? — спросил Джонах Этана, кладя Дариуса на пол и подбегая к Лакшми.

— Я не знал, что он мудак в то время, — пробормотал Этан.

Вместе они взялись за противоположные концы цепи, и потея от напряжения, попытались ее разорвать.

— Катана, — сказала я. — Я постараюсь перерубить цепь, пока вы оттащите ее подальше.

— Твоя катана не достаточно сильна. — сказал Джонах.

— Она была закалена моей кровью, — сказала я. — Она достаточно сильна.

Я блефовала, не имея понятия, была ли я права, но разве у меня был выбор? Мы должны были попробовать хоть что-то.

— Две минуты до взрыва, — сказал голос.

Я не дала им времени для споров, поднимая катану в воздух. Понимая, что я серьезна, каждый из них схватил по руке Лакшми и приготовился.

— Раз, два, три! — закричала я, и тихо извинившись перед лезвием, ударила катаной вниз собрав всю силу, что смогла собрать.

От удара металла о металл полетели искры, и услышав хруст, я могла бы побиться об заклад, что это левое плечо Лакшми, но цепь порвалась, и она упала на Этана.

— Одна минута и сорок пять секунд до взрыва.

— Я ненавижу этот женский голос, — сказал Джонах, помогая Этану поднять Лакшми. — Давайте убираться отсюда, — сказал он, и бросив взгляд на Этана, посмотрел с шестнадцатого этажа вниз на землю, которая исчезала в темноте.

— Давайте сделаем это. — сказал Этан.

Мы подбежали к краю и посмотрели вниз. Мы были на шестнадцатом этаже, и это будет долгий путь до земли.

— Одна минута тридцать секунд до детонации.

— Мы будем прыгать, — сказал Джонах.

Я покачала головой, паника вдруг охватила каждый дюйм меня. — Это слишком высоко. Я никогда не прыгала с такой высоты до этого.

— Это не слишком высоко, — сказал Этан. — Джонах научил тебя прыгать, и я видел, как ты делала это в Небраске. Ты можешь сделать это опять, Мерит. Поверь мне.

Он посмотрел на меня, и наши глаза встретились. Там были обещания, надежды и мечты в океане страха. Но мы должны были попытаться.

— Одна минута пятнадцать секунд до детонации.

— Я люблю тебя, — сказал он.

Слезы наполнили мои глаза, размывая мое видение. Я вытерла их краем своего рукава. — Я тоже тебя люблю.

— Ребята, нет времени, сейчас! — завопил Джонах.

— Прыгай! — сказал Этан, и я не стала медлить. Я оттолкнулась от уступа, и сделала большой прыжок к земле. То же самое сделали Джонах с Дариусом на руках и Этан с Лакшми в своих.

Мы прыгнули.

* * *

На долю секунды, весь город проплыл перед нами, края загибались от кривизны Земли. И казалось, что это Земля приближается к нам, а не наоборот, и что один гигантский скачок стал одним маленьким шагом.

Но этот один маленький шаг имел адское ускорение. Мы врезались в землю, потеряв равновесие на асфальте под нами. Мои колени болели от силы падения, но я все еще стояла.

Прозвучал стальной голос позади нас. — Время вышло.

Этан крикнул мне. — Беги!

Боль и страх исчезли. Мы только что выжили, но теперь нужно спасаться от жара взрывов, которые уже звучали позади нас. Мы оттолкнулись с такой скоростью, что наши движения показались бы размытыми любому зрителю. Ударная волна последовала за жаром от взрывов, которые стали нарастать.

Мы продвинулись не более фута, прежде чем ударная волна толкнула нас вперед. Джонах и Этан повалили меня, Дариуса, и Лакшми на землю, а затем закрыли нас своими телами, пока взрывы сотрясали землю.

Я чувствовала земное и магическое землетрясения, но сила детонации здания была совсем другой величины. Моя грудь грохотала от вибраций, мои барабанные перепонки болели от шума. Это продолжалось в течение вечности. Когда детонация прекратилась, здание рассыпалось в кучу позади нас с потрясающей землю силой.

Через минуту все закончилось, и воздух заполнился густым облаком пыли и звуками осыпающейся грязи, стали, стекла и гравия.

— Все в порядке? — спросил Джонах надо мной.

— Я в порядке, — сказала я. — Этан?

Он хмыкнул, что я приняла в качестве хорошего знака.

— Как Лакшми? — спросила я. Другое хрюканье. Она просто толкнула меня локтем в бок, так что я думаю, что с ней все хорошо.

Я не стала спрашивать хорошо ли с Дариусом.

## Глава 20. ПУСТЬ ЛЕТЯТ

Когда мы вернулись, пыльные и победоносные в Дом, Этан отблагодарил меня стейком и шоколадом. Здоровые члены Гринвичского Совета поблагодарили нас щедрой похвалой и своим обещанием, что они отметят Дом за мужественные действия по отношению к ГС.

Я думаю, только смертельного опыта оказалось достаточно, чтобы доказать ГС, что мы не были преступниками. Несмотря на это, немного после кризисного восхваления было не достаточно, чтобы я стала думать лучше о ГС. Хотя мы сделали довольно большое дело, спасая Дариуса и Лакшми, это не было первым добрым делом, которое мы сделали, когда другие Дома и ГС это проигнорировали.

Кроме того, Дариус еще выздоравливал от ран. Оставалось дождаться и увидеть — действительно ли изменилось его мнение о нас.

Но это была забота другой ночи. Сегодня вечером, когда мы снова были чистыми, мы совершили рейд на кухню, прежде чем вернуться в спальню в кровать.

— Ты в порядке? — спросила я его.

— Я зол на себя за то, что я допустил. То, что я не видел, кто такой Майкл Донован. Но этого мало, чтобы сожалеть о сделанном сейчас.

— Ты бы лучше себя чувствовал, если бы я ударила тебя?

Он поднял брови дугой. Классический Салливан. — Что бы заставило меня чувствовать себя лучше?

Я пожала плечами. — Это заставило бы меня чувствовать себя лучше, то что заставит чувствовать лучше тебя.

Моим единственным предупреждением были суженные глаза…, а затем он набросился. Я завизжала, когда он толкнул меня обратно на матрас, но не потому, что мне было больно.

— Ты знаешь, — сказала я. — Мне все еще придется иметь дело с Mаккетриком.

— А мэр и его защита? Да, я знаю. Жаль, что наш единственный свидетель, который мог уличить Mаккетрика в проступках оказался в непосредственной близости от сердитого оборотня.

Не то Майкл оказался бы в других руках, в руках бродяг или вампиров Дома Наварры, которые хотели бы заполучить кусок от него.

Я нахмурилась, глядя на Этана. — Наступит ли когда-нибудь время, когда все будет нормально? Когда вампиры будут любить или ненавидеть как и все остальные? Когда мы сможем жить простой жизнью?

Этан устроился на локте, и убрал прядь волос с моих глаз свободной рукой.

— Я не уверен, что ты называешь простой жизнью, Мерит. Ты не похожа на деревенский тип девушки.

Я понимала свою точку зрения, но комментарий заставил меня вдруг загрустить.

— Мне бы хотелось иметь детей когда-нибудь, — призналась я.

Но этого никогда не было в картах судьбы для меня. Не существовало вампира, когда-либо успешно выносившего ребенка. Выражение его лица стало грустным. — Я не знал. Ты не упоминала.

Я попыталась немного улыбнуться. — Я знаю, что это невозможно. И это ничего, что я часто думаю об этом. Но мне было интересно, на что походило бы это — быть родителем. Знакомиться с миром снова вместе с маленьким человечком, который только начинает все понимать. Чтобы познавать с ним все вещи, которые делают жизнь стоящей.

Глаза Этана, зеленые и бездонные, казалось, стали больше.

Я подумала, только на мгновение, о пророчестве Габриэля, которое он когда-то сделал. Он увидел в моем будущем глаза, которые смотрели на меня, пару зеленых детских глаз.

— Все нормально, — сказала я Этану.

Дети были невозможны, но тогда возникал вопрос: Кого он видел?

Этан ласкал мою щеку. — Ты самая замечательная женщина, Кэролайн Эвелин Мерит.

— Я стараюсь. Но это так утомительно.

— Я твой хозяин и твой слуга. Просто скажи мне, пожалуйста, как ты.

— Просто обними меня, — сказала я, придвигаясь поближе к нему.

Он успокоился. — Это не совсем то, что я имел в виду.

— Долгая ночь, уставший Страж. — Этан обнял меня и расположил свой подбородок на моей макушке. — В таком случае, — сказал он, — попытайся остановить меня.

Это были последние слова, которые я слышала до рассвета, закрывая глаза.

* * *

На следующий вечер Этан попросил нас собраться на лужайке у ямы с костром. Он освежил древесный стек, который использовал ГС для своей церемонии. Пламя сейчас светилось с замечательной теплотой.

Этан повернулся к нам, его лицо освещалось огнем. — Мы приняли решение, которое не принимали ни одни вампиры до нас. Мы выбрали свободу и самоуважение. Дариус и ГС придумали свои ритуалы, в которые они верили. По моему мнению, важно то, что у нас тоже есть свои ритуалы. Ритуалы, которые будут напоминать нам, кто мы и почему мы приняли трудное решение, не позволять другим, оправдывая свое невежество, решать за нас.

— Элен, — крикнул Этан, и она шагнула вперед, неся белый квадрат из тонкой бумаги в руках, который передала Этану.

— Много веков назад, — сказал Этан, — нас посетил самурай Mиура, который научил нас, как использовать меч. Указал путь чести. Он также рассказал нам о традиции запускать в небо воздушные фонари.

Элен и Этан осторожно потянули с противоположных сторон бумагу, и развернули фонарь квадратной формы. В то время как Этан держал фонарик за небольшую петлю на верху, Элен зажгла длинную спичку и поднесла ее к свече внизу, поджигая.

— Фонарь — это символ. — сказал Этан.

Элен аккуратно поправила пламя на фитиле в центре фонаря. Пламя заполнило фонарь горячим воздухом и осторожно расширило стенки. Он светился бледной белой люминесценцией и покачивался на ветру, стремясь быть свободным, пока Этан держал его.

— Мы поместим наши заботы и наши проблемы внутри этого фонаря, — сказал Этан. — Мы отдадим ему все наши страхи… и мы отпустим его по течению судьбы.

Он ослабил хватку, и фонарь поплыл по воздуху, поднимаясь медленно над Домом, как звезда взлетающая с земли.

Это была такая простая вещь, такой простой акт, но полный надежды, обещания и красоты. Я смахнула слезу, и услышала, как кто-то в толпе позади меня сморкается.

Я не была единственной, кто несомненно понял намерения Этана.

Мы наблюдали как фонарь дрейфовал все выше и выше, в небе зажглась звезда, когда зимний ветер увлек фонарь еще дальше от протянутой руки Этана. А потом он исчез, фитиль потух от внезапного порыва ледяного ветра.

— Наши страхи улетели, — сказал Этан в тишине. — Мы сталкиваемся с ними, а затем отправляем их в полет пока они не будут погашены.

Он посмотрел на нас снова.

— Сегодня, мои Послушники, мы вступаем на новый путь. Мы должны решить все о правилах вампиров — Правилах Дома — какими мы должны быть. И мы примем это решение для себя, без политическое вмешательства ГС. Мы делаем это с честными намерениями и без страха, ибо мы уже отправили наши страхи по течению, и мир принадлежит им сейчас. Спокойной ночи, мои братья и сестры, и может закат солнца снова принесет нам мир и процветание.

Это была не молитва, не совсем.

Это было обещание.